Книги по тегу «взрослые герои»: ""
Оказаться больной в новогоднюю ночь – это точно не то, о чём просят у Дедушки Мороза в подарок. Но неожиданно встретить свою первую любовь на пороге собственной квартиры, когда ты с соплями и красным носом, а он пришёл весь такой красивый к твоей соседке... ну такое себе. Похоже на то, что космос вообще попутал все ориентиры.
Надо срочно чистить карму! Корнишонами?!
Надо срочно чистить карму! Корнишонами?!
Набираю номер мужа, а когда он отвечает, едва могу сдерживать свои эмоции. Болючие, колючие.
Была надежда и нет её. Потому что беременность у меня неправильная…
— Я беременна… только… — начинаю я и замолкаю.
Не могу вытолкнуть из себя слова. В трубке тишина.
Может, вызов сорвался?
— Слав…
— Я слушаю, — произносит он холодно и отстранённо, когда мне безумно нужна его поддержка.
— У меня внематочная беременность, у нас опять не будет ребёнка. Меня направляют в больницу. Сможешь привезти мне вещи?
— Вещи привезу. Остальные соберу, потом сама заберёшь.
— Что это значит?
— То и значит, Валь. Нет у нас семьи. И не будет. Мне другая женщина ребёнка родит. Раз ты… — Слава замолкает, но я чувствую, что он хочет сказать “бракованная”, и в чём-то он прав…
— Какая другая?
— Алиска. Она беременна от меня, — добивает муж.
Значит, всё-таки подруга выполнила свою месть? Увела моего мужа?
Как там говорила бабуля? Надо радоваться? Но почему-то пока это сложно…
Была надежда и нет её. Потому что беременность у меня неправильная…
— Я беременна… только… — начинаю я и замолкаю.
Не могу вытолкнуть из себя слова. В трубке тишина.
Может, вызов сорвался?
— Слав…
— Я слушаю, — произносит он холодно и отстранённо, когда мне безумно нужна его поддержка.
— У меня внематочная беременность, у нас опять не будет ребёнка. Меня направляют в больницу. Сможешь привезти мне вещи?
— Вещи привезу. Остальные соберу, потом сама заберёшь.
— Что это значит?
— То и значит, Валь. Нет у нас семьи. И не будет. Мне другая женщина ребёнка родит. Раз ты… — Слава замолкает, но я чувствую, что он хочет сказать “бракованная”, и в чём-то он прав…
— Какая другая?
— Алиска. Она беременна от меня, — добивает муж.
Значит, всё-таки подруга выполнила свою месть? Увела моего мужа?
Как там говорила бабуля? Надо радоваться? Но почему-то пока это сложно…
❄️❤️ЗАВЕРШЕНО❤️❄️
Оказаться в новогоднюю ночь в загородном доме с незнакомцем?
Да, не о таком я мечтала, сбегая ото всех в глушь.
Но этот горячий Дед Мороз не дал мне сбежать и сделал эти праздники незабываемыми.
Стоит начать с того, что познакомились мы уже после того как…
Будет горячо! Осторожно не обожгитесь!!!
Оказаться в новогоднюю ночь в загородном доме с незнакомцем?
Да, не о таком я мечтала, сбегая ото всех в глушь.
Но этот горячий Дед Мороз не дал мне сбежать и сделал эти праздники незабываемыми.
Стоит начать с того, что познакомились мы уже после того как…
Будет горячо! Осторожно не обожгитесь!!!
Марина не думала, что спустя десять лет упорной работы и труда снова встретит своего бывшего, к тому же на другом конце света! Увидев его, она сразу же вспомнила как он высмеял ее и бросил на глазах у всего университета, хотя думала, что навсегда вычеркнула тот эпизод из памяти.
Хотелось бы ей больше никогда не встречаться с Игорем, но тот настойчиво появляется вновь и вновь, будто преследуя ее. Заставляя при этом вспоминать что до того постыдного дня, когда они расстались, ей было с ним хорошо. Очень хорошо.
Но ему больше ничего не светит как бы упорно он не ухаживал за ней и не пытался охмурить, врубая на максимум все свое обаяние и харизму. Марина кремень и не поддастся ему!
Не поддастся ведь?
Хотелось бы ей больше никогда не встречаться с Игорем, но тот настойчиво появляется вновь и вновь, будто преследуя ее. Заставляя при этом вспоминать что до того постыдного дня, когда они расстались, ей было с ним хорошо. Очень хорошо.
Но ему больше ничего не светит как бы упорно он не ухаживал за ней и не пытался охмурить, врубая на максимум все свое обаяние и харизму. Марина кремень и не поддастся ему!
Не поддастся ведь?
Последний день декабря я провожу вначале на работе, а потом неизвестно где в заглохшей машине. Без связи, в густых потемках и в бушующей метели вокруг.
Отчаявшись и окончательно замерзнув, выбегаю на дорогу, как только в зеркале заднего вида вижу свет фар.
Надеюсь, хозяин остановившегося здоровенного пикапа, который чудом избежал столкновения со мной, менее агрессивный и достаточно добродушный, чтобы помочь мне.
Отчаявшись и окончательно замерзнув, выбегаю на дорогу, как только в зеркале заднего вида вижу свет фар.
Надеюсь, хозяин остановившегося здоровенного пикапа, который чудом избежал столкновения со мной, менее агрессивный и достаточно добродушный, чтобы помочь мне.
— Там твой муж с любовницей, — выпаливает подруга, указывая на пару, которая весело смеётся, не замечая нас.
Я поворачиваю голову и вижу их. Сердце сжимается от боли.
Мой муж. Не успел развестись со мной, приходит с любовницей на деловой вечер.
– А это не твой сын рядом?..
— Он… — отвечаю я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Всё это время мой ребёнок знал о похождениях отца.
Сжимаю кулаки. И на эмоциях направляюсь в сторону мужа. В скором времени - бывшего мужа.
— Ты совсем с ума сошёл? — подлетаю к этому идиоту. — Ты мне рога наставил, ещё и опозорить решил?
Мерзко до одури.
— А ты что здесь делаешь? — шипит он мне в ответ, его лицо искажено гневом. — Уходи отсюда. Сейчас же.
— Я имею полное право находиться здесь!
– Мам, отец прав, – вдруг подаёт голос родной сын. – Тебе лучше уйти.
Смотрю на него, пребывая в шоке и не веря своим ушам.
Предательство мужа, теперь ещё и сына. Развод в 45… Это конец. Одиночество, сорок кошек – мой прямой путь в старость.
Я поворачиваю голову и вижу их. Сердце сжимается от боли.
Мой муж. Не успел развестись со мной, приходит с любовницей на деловой вечер.
– А это не твой сын рядом?..
— Он… — отвечаю я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Всё это время мой ребёнок знал о похождениях отца.
Сжимаю кулаки. И на эмоциях направляюсь в сторону мужа. В скором времени - бывшего мужа.
— Ты совсем с ума сошёл? — подлетаю к этому идиоту. — Ты мне рога наставил, ещё и опозорить решил?
Мерзко до одури.
— А ты что здесь делаешь? — шипит он мне в ответ, его лицо искажено гневом. — Уходи отсюда. Сейчас же.
— Я имею полное право находиться здесь!
– Мам, отец прав, – вдруг подаёт голос родной сын. – Тебе лучше уйти.
Смотрю на него, пребывая в шоке и не веря своим ушам.
Предательство мужа, теперь ещё и сына. Развод в 45… Это конец. Одиночество, сорок кошек – мой прямой путь в старость.
ГЕРОИ НЕ УПОТРЕБЛЯЮТ ЗАПРЕЩЁННЫЕ ВЕЩЕСТВА
- Сашенька, ты такой заведенный. Сильно хочется, да?
- Не представляешь, - муж рвет на девице платье. - Ммм. Ты такая аппетитная. Такая красивая.
Он облизывается, страстно целуя невесту нашего сына, ровесницу дочери.
Ледяной холод подобно колючему ежу вспарывает все внутренности, уделяя особое внимание сердцу.
- Пошли наверх. Ты такую штуку тогда провернул. Тимур так не умеет.
- Давай не будем говорить о моем сыне. Я и так еле смирился с вашей свадьбой.
Меня они не замечают, предаваясь разврату.
- Потерпи еще немного, любимый. Отправишь его за границу, будешь видеть меня чаще.
О чем они? Предатели. Пора заканчивать этот фарс.
- Кхм. Я вам не помешала?
Визг, недоумение, сильный шок.
- Ульяна, только не пори горячку.
- Как ты мог? Она невеста нашего сына.
- И что?
Он серьезно?
- Ой, Ульяна Сергеевна, ну что вы такая древняя? - смеется Аня. - У нас все будет по-семейному. С дележкой. Двадцать первый век на дворе.
- Сашенька, ты такой заведенный. Сильно хочется, да?
- Не представляешь, - муж рвет на девице платье. - Ммм. Ты такая аппетитная. Такая красивая.
Он облизывается, страстно целуя невесту нашего сына, ровесницу дочери.
Ледяной холод подобно колючему ежу вспарывает все внутренности, уделяя особое внимание сердцу.
- Пошли наверх. Ты такую штуку тогда провернул. Тимур так не умеет.
- Давай не будем говорить о моем сыне. Я и так еле смирился с вашей свадьбой.
Меня они не замечают, предаваясь разврату.
- Потерпи еще немного, любимый. Отправишь его за границу, будешь видеть меня чаще.
О чем они? Предатели. Пора заканчивать этот фарс.
- Кхм. Я вам не помешала?
Визг, недоумение, сильный шок.
- Ульяна, только не пори горячку.
- Как ты мог? Она невеста нашего сына.
- И что?
Он серьезно?
- Ой, Ульяна Сергеевна, ну что вы такая древняя? - смеется Аня. - У нас все будет по-семейному. С дележкой. Двадцать первый век на дворе.
— Ты ведь понимаешь, что это ничего не меняет? — он смотрел на меня так спокойно, будто его измена была пустяком.
— Ничего не меняет? Ты спал с подругой нашей дочери, Алексей! — мой голос дрожал от ярости.
— Дина, перестань. Ты ведь всё равно меня не бросишь, — усмехнулся он.
Он был уверен, что я стерплю. Но это стало началом конца. Его предательство с подругой моей дочери разрушило семью, но дало мне силу. Это история о боли, о жажде мести и о том, как предательство открыло дверь к новой жизни. Я не просто выжила — я стала сильнее.
— Ничего не меняет? Ты спал с подругой нашей дочери, Алексей! — мой голос дрожал от ярости.
— Дина, перестань. Ты ведь всё равно меня не бросишь, — усмехнулся он.
Он был уверен, что я стерплю. Но это стало началом конца. Его предательство с подругой моей дочери разрушило семью, но дало мне силу. Это история о боли, о жажде мести и о том, как предательство открыло дверь к новой жизни. Я не просто выжила — я стала сильнее.
Увидел Софию впервые, когда ей было девятнадцать; она сидела на коленях у моего кореша, покачивая тонкой ножкой в капроновом чулке, край которого виднелся под короткой юбочкой, и смотрела на меня так, будто во всей комнате, кроме нас, не было никого. Тогда я понял, что нет у меня больше друга, что за неё я готов был убрать со своего пути любого и каким угодно способом, в равном бою или предательством – не важно, она – моя.
И в итоге так оно и вышло. В очередной из разборок, с моей нелегкой руки, он получил пулю промеж глаз. Испытывал ли я тогда муки совести? Нет, и мне хотелось донести до неё одну простую истину: от меня она уйдет, только если я сам этого захочу.
И в итоге так оно и вышло. В очередной из разборок, с моей нелегкой руки, он получил пулю промеж глаз. Испытывал ли я тогда муки совести? Нет, и мне хотелось донести до неё одну простую истину: от меня она уйдет, только если я сам этого захочу.
- Ты задушила меня заботой! – заявил муж, оттягивая галстук. – Мне захотелось развеяться и начать жить нормально.
- А она не душит? – меня раздирало от душевной боли, но я держалась изо всех сил.
- Лера - певица. Сама пишет музыку. С ней легко. Я живу и радуюсь, понимаешь?
- Не понимаю, Андрей. Я всегда все делала для тебя и сына. Работала, обеспечивала уют в доме, готовила так, как любишь ты.
- Да нахрена мне твоя работа, борщи, котлеты и уют. Мне эмоций хотелось. Жизни настоящей, как в молодости, - психанул супруг.
В один момент я поняла: моя налаженная, счастливая семейная жизнь, рушится на мелкие осколки. Я так много слышала подобных историй. Но… Даже не думала, что мне самой придется столкнуться с изменой мужа
- А она не душит? – меня раздирало от душевной боли, но я держалась изо всех сил.
- Лера - певица. Сама пишет музыку. С ней легко. Я живу и радуюсь, понимаешь?
- Не понимаю, Андрей. Я всегда все делала для тебя и сына. Работала, обеспечивала уют в доме, готовила так, как любишь ты.
- Да нахрена мне твоя работа, борщи, котлеты и уют. Мне эмоций хотелось. Жизни настоящей, как в молодости, - психанул супруг.
В один момент я поняла: моя налаженная, счастливая семейная жизнь, рушится на мелкие осколки. Я так много слышала подобных историй. Но… Даже не думала, что мне самой придется столкнуться с изменой мужа
Выберите полку для книги