Книги по тегу «взрослые герои»: ""

– А теперь повтори мне в лицо всё, что только что здесь говорил! – требую у мужа. Голос звенит от возмущения, меня трясет от ярости. Он сказал друзьям, что я “обабилась”, и супружеский долг превратился для него в “каторжные работы”!
– Ты что, подслушивала? Совсем опустилась! Скройся с глаз! Знай свое место! – кричит в ответ муж.
Больше двадцати лет брака, взрослый сын… Неужели все это время я не знала этого человека? И он меня тоже? Что ж, сам пусть знает свое место! Такого унижения я ему не прощу!

— Что ж, значит, и скрывать нет смысла. Думал, поговорим после годовщины, но раз ты всё узнала, и неважно, как именно… — муж провел по седеющим волосам ладонью. — Да, моя любимая женщина беременна. И я собираюсь уйти от тебя.
Я хлопнула ртом, как рыба.
Вадим собирался уйти. Прямо после годовщины. После праздника, когда он улыбался бы гостям, обнимал меня и слушал тосты за нашу совместную жизнь.
Большего лицемерия и представить было нельзя.
— И… когда ты собирался мне об этом сказать? — я изо всех сил держалась, чтобы не залепить ему по лицу.
Что я смирилась и приму всё, что он скажет.
— Ну не в день годовщины точно, — он почесал лоб. — Через пару дней. Я собираюсь потом жениться, но терять деньги на уже оплаченном празднике было бы глупо. Давай проведем годовщину с гостями и разойдемся.

Я узнала, что любовница мужа беременна, однако и этого судьбе было мало. Муж собирался жениться на ней, а дочь заявила, что со мной дальше жить не желает. Но я не сдамся так легко и отомщу.

Жизнь рушится на глазах после того, как муж изменил, сообщив о разводе, а его любовница — о беременности. Казалось бы, куда хуже? Но когда на работе босса увольняют за хищение денежных средств в особо крупных размерах, а её саму подозревают в соучастии, Ярославе кажется, что жизнь окончательно потеряла смысл. Вот только появившийся в её жизни старый друг считает иначе, помогая ей и скрывая свои истинные причины и чувства.


#настоящий мужчина
#от любви до ненависти
#настоящие чувства

Муж лежит на смятых простынях. Бывшая подруга, которая разделила с ним нашу постель, выскочила из комнаты. Зажмуриваюсь в поисках равновесия. Ищу в себе силы.
— Яна, ты чего одета? — вырывая меня из горечи осознания, звучит пьяный голос мужа.
— А что? Я тоже должна быть в твоей постели? — хмыкаю я, пусть мне и совсем не весело.
— Только в моей и должна быть, — уверяет настолько твёрдо, насколько позволяет его состояние. — Иди ко мне… Я, правда, очень спать хочу, но…
Мутить начинает еще сильнее. Такого расклада я даже представить не могла. Мне тоже хотят подарить порцию ласки? Из последних сил? Для Яна это норма, привести в нашу постель мою подругу? Теперь можно уложить в неё и меня?

— Ты не понимаешь… — Глеб торопливо застёгивал рубашку, его лицо было напряжённым, но не виноватым. Он никогда не чувствовал вины.
Все его мысли были заняты другой. Сестрой.
Моя. Чёртова. Сестра.
А где-то в это время его мать продолжала делать вид, что не замечает очевидного. Она знала. Всегда знала. И более того, сыграла в этом спектакле не последнюю роль.
Я медленно провела языком по губам, чувствуя, как внутри поднимается ледяной шторм.
— Нет, Глеб. Теперь я понимаю всё.
Я собиралась уйти красиво. Он собирался вычеркнуть меня без шума. Но теперь играем по моим правилам. Он разрушил мою жизнь. Пора разрушить его.

Мы живём вместе двадцать лет, из которых скоро будет столько же, как женаты. У нас давно сложилась собственная традиция отмечать каждую годовщину свадьбы вдвоём. Мы всегда устраиваем выходной и проводим его наедине друг с другом. Это ни для кого не секрет.
Но у нас есть ещё один особенный день. День, когда всё началось. День, когда мы ходим в один и тот же клуб, откуда однажды уехали в новую совместную жизнь. День, про который мы никому не рассказывали.
Однако именно в этот день, двадцатый по счёту, я получаю конверт с фотографиями, на которых в том самом клубе мой муж танцует не со мной.

— Ты мне изменяешь?
Артём молчит. Я смотрю на него, чувствуя, как внутри холодеет всё.
— Отвечай.
Он спокойно кладёт телефон на стол, откидывается на спинку кресла.
— Да.
Всего одно слово. Простое, будничное. Как будто он просто сообщил мне, что заказал новый кофе.
— Ты серьёзно?..
— Вполне.
— С кем?
Он пожимает плечами.
— Не важно.
Я давлю злой смешок.
— Как же не важно, Артём? Ты спал с ней за моей спиной, ты…
— Катя, — он смотрит прямо мне в глаза, без капли сожаления. — Мы разводимся.
Это даже не нож в спину. Это холодное, тщательно спланированное убийство. Но я ещё дышу. И если он думает, что я просто сложу руки и приму его правила… Он ещё не знает, на что я способна.

— Влада, — негромко и нараспев позвала меня Лера, ткнула в предплечье длинным красным ногтем и кивнула в сторону входной зоны, — там твой Андрей с какой-то женщиной, или мне пора к окулисту? — она сощурила голубые глаза, сделав ставку на ухудшившееся зрение.
Я посмотрела в заданном направлении и проронила беззвучный изумленный вздох.
Безошибочно угадав в широком и гордом развороте плеч, чеканном мужественном профиле и неторопливой уверенной походке своего супруга, Тихонова Андрея Александровича, я ненадолго растеряла дар речи.
Он галантно помог своей спутнице снять пальто, отодвинул для нее стул и, прежде чем занять свое место, остановился чуть позади, положив свои ладони на хрупкие женские плечи.
Наклонился, чтобы что-то сказать.
Она ему улыбнулась, кивнула.
Андрей, сверкая винирами, сел напротив нее, и в ожидании официанта они соединили руки в центре столика, а вокруг них разлетались розовые сердечки, как в диснеевских мультиках…

— Значит, ты уходишь? Просто собираешь вещи и уходишь к ней?
Роман даже не моргает. Стоит передо мной, спокойный, собранный, будто не рушит сейчас двадцать лет нашей жизни.
— Так будет лучше для всех, Оль.
— Для всех? — я усмехаюсь. — Или только для тебя и твоей любовницы?
— Ольга…
— Нет, подожди. А как же я? Как же наши дети? Как же всё, что было?
Он отводит взгляд. Уходит. Дверь хлопает. Я остаюсь одна.
Предательство. Измена. Ты всё разрушил, Роман. Но ты даже не представляешь, что тебя ждет.

— Максим… — мой голос дрожит, губы будто не слушаются. — Это правда?
Он даже не сразу реагирует, продолжая смотреть в экран телефона.
— О чём ты?
Я делаю шаг вперёд и кладу перед ним его же телефон.
— Она тебе прислала. Фото. Сообщения. Пишет, что ждет тебя.
Теперь он замирает. Поднимает на меня глаза. Но в них нет ни страха, ни раскаяния. Только раздражение.
— И что ты теперь?
Я сжимаю руки в кулаки, пытаясь не разрыдаться.
— Я от тебя ухожу.
Он смеётся.
— Куда? У тебя ничего нет. Ни денег, ни дома, ни работы. Ты даже двух дней без меня не протянешь.
Я смотрю на него. Всё внутри холодеет. Он не просто предал меня. Он был уверен, что я без него никто. Но он ещё узнает, кто из нас окажется на коленях.