Книги по тегу «взрослые герои»: ""
— Ну же, Дима, не останавливайся, — я подняла телефон и нажала запись. — Ты же любишь зрителей? Пусть теперь все видят, какой ты мерзавец.
Он вздрогнул, обернулся, и его лицо перекосило от ужаса.
— Алина?
Я улыбнулась.
— Продолжайте. Чего остановились?
Тишина. Глухая, давящая.
Я смотрела в глаза человеку, которого любила. Которому доверяла. Которому отдала годы. И теперь он стоял передо мной голый, а позади него моя подруга и его любовница.
Я ушла, не в силах смотреть на предателей. Муж надеялся, что я сломаюсь. Что стану слабой. Мила думала, что прощу. Но они оба забыли главное — я не прощаю. Я вернусь. Только на этот раз буду играть по своим правилам.
Он вздрогнул, обернулся, и его лицо перекосило от ужаса.
— Алина?
Я улыбнулась.
— Продолжайте. Чего остановились?
Тишина. Глухая, давящая.
Я смотрела в глаза человеку, которого любила. Которому доверяла. Которому отдала годы. И теперь он стоял передо мной голый, а позади него моя подруга и его любовница.
Я ушла, не в силах смотреть на предателей. Муж надеялся, что я сломаюсь. Что стану слабой. Мила думала, что прощу. Но они оба забыли главное — я не прощаю. Я вернусь. Только на этот раз буду играть по своим правилам.
«Следующая лекция где у нас с тобой пройдет? В сауне? Возьму с собой подружек. Они уже изнемогают. Выбирай, мой мачо! Ррррр»
И куча откровенных фото летят одна за другой на экран телефона моего мужа.
– Так ты выбрала? - подходит ко мне муж и заглядывает в экран своего телефона, который я держу дрожащими руками.
– А ты выбрал? У тебя выбор изощренней моего, - бросаю телефон мужу.
Мой супруг известный нейрохирург с сетью своих клиник. Одногруппник попросил моего мужа провести лекцию его студентам. Только мой муж не правильно все понял.
И куча откровенных фото летят одна за другой на экран телефона моего мужа.
– Так ты выбрала? - подходит ко мне муж и заглядывает в экран своего телефона, который я держу дрожащими руками.
– А ты выбрал? У тебя выбор изощренней моего, - бросаю телефон мужу.
Мой супруг известный нейрохирург с сетью своих клиник. Одногруппник попросил моего мужа провести лекцию его студентам. Только мой муж не правильно все понял.
— Ну давай, Андрей. Скажи что-нибудь.
Он молчал.
Любовница натягивала на себя простыню, а он, без одежды, с расширенными глазами, стоял с перекошенным лицом, будто и правда не знал, что сказать.
Я склонила голову, медленно окинула их взглядом.
— Хотя ладно. Я скажу за тебя.
Я достала телефон, сделала снимок для суда и, склонив голову, произнесла:
— Теперь у тебя есть два варианта: либо ты сам убираешься отсюда, либо я выброшу тебя из квартиры в одних трусах.
Я смотрела на мужчину, которого когда-то любила. Который был моим домом, моей семьёй, моим будущим. Теперь он был никем. Он думал, что я окажусь слабой. Что буду умолять, плакать, просить. Но он забыл — я не из тех, кто ломается. Я не прощаю. Я мщу. И если он думал, что измена — это худшее, что могло случиться, то очень скоро узнает: настоящий ад только начинается.
Он молчал.
Любовница натягивала на себя простыню, а он, без одежды, с расширенными глазами, стоял с перекошенным лицом, будто и правда не знал, что сказать.
Я склонила голову, медленно окинула их взглядом.
— Хотя ладно. Я скажу за тебя.
Я достала телефон, сделала снимок для суда и, склонив голову, произнесла:
— Теперь у тебя есть два варианта: либо ты сам убираешься отсюда, либо я выброшу тебя из квартиры в одних трусах.
Я смотрела на мужчину, которого когда-то любила. Который был моим домом, моей семьёй, моим будущим. Теперь он был никем. Он думал, что я окажусь слабой. Что буду умолять, плакать, просить. Но он забыл — я не из тех, кто ломается. Я не прощаю. Я мщу. И если он думал, что измена — это худшее, что могло случиться, то очень скоро узнает: настоящий ад только начинается.
Больше двадцати лет в браке...взрослая дочь... и тут я вижу своего Ваню в спальне. Храпит сладко в позе звёздочки.
- Вань?
Зову его надрывным голосом. Ему хоть бы хны. Крепко спит. Зато из нашей ванны выходит маленькая стройная девчушка, ровесница нашей доченьки.
- Ой, а вы кто? Сестра Ванечки, да? - Трет кудрявые волосы моим полотенцем, мило улыбается. - Давно хотела с вами познакомиться.
А я сжимаю кулаки до боли и...
- Вань?
Зову его надрывным голосом. Ему хоть бы хны. Крепко спит. Зато из нашей ванны выходит маленькая стройная девчушка, ровесница нашей доченьки.
- Ой, а вы кто? Сестра Ванечки, да? - Трет кудрявые волосы моим полотенцем, мило улыбается. - Давно хотела с вами познакомиться.
А я сжимаю кулаки до боли и...
Их жизнь была идеальной — любовь, ребёнок, романтика и планы на будущее. Но одна роковая ошибка Инессы перевернула всё с ног на голову. Обман, предательство и угрызения совести стали её повседневными спутниками.
Инесса увидела, какие разрушительные последствия может иметь измена. Она будет делать «Шаги к прощению». Вот только простит ли её Рашид? Рашид — мужчина горячих кровей.
Эта история о любви, боли и надежде. Это откровенный рассказ о том, как одно неверное решение может разрушить всё. Решение, которое разрушит любовь и отнимет у Инессы самое дорогое…
_______
Очень эмоционально❤️ Эксклюзив❤️.
Инесса увидела, какие разрушительные последствия может иметь измена. Она будет делать «Шаги к прощению». Вот только простит ли её Рашид? Рашид — мужчина горячих кровей.
Эта история о любви, боли и надежде. Это откровенный рассказ о том, как одно неверное решение может разрушить всё. Решение, которое разрушит любовь и отнимет у Инессы самое дорогое…
_______
Очень эмоционально❤️ Эксклюзив❤️.
— Ох, как замечательно! Просто потрясающе. Скажи, эти услуги в рамках абонемента или за доплату?
Он вздрагивает. Она торопливо натягивает одежду. А я стою в дверях и смотрю, как мой муж пыхтят слезает со своей тренерши. И все это происходит прямо в нашей постели.
— Оль, подожди… — Он делает шаг ко мне.
— Назад.
Я вытаскиваю из сумочки дорогой кожаный ремень, его любимого бренда, который собиралась подарить на годовщину. Бросаю ему под ноги.
— Держи. Может, он тебе поможет удержать штаны застёгнутыми в следующий раз.
Я не кричу. Не плачу. Просто ухожу.
Но бывшие мужья не умеют отпускать. А значит, пора показать, что я не та, кто проглатывает предательство и умоляет о любви. Я та, кто вычеркивает и не оборачивается.
Он вздрагивает. Она торопливо натягивает одежду. А я стою в дверях и смотрю, как мой муж пыхтят слезает со своей тренерши. И все это происходит прямо в нашей постели.
— Оль, подожди… — Он делает шаг ко мне.
— Назад.
Я вытаскиваю из сумочки дорогой кожаный ремень, его любимого бренда, который собиралась подарить на годовщину. Бросаю ему под ноги.
— Держи. Может, он тебе поможет удержать штаны застёгнутыми в следующий раз.
Я не кричу. Не плачу. Просто ухожу.
Но бывшие мужья не умеют отпускать. А значит, пора показать, что я не та, кто проглатывает предательство и умоляет о любви. Я та, кто вычеркивает и не оборачивается.
– Уходишь? – злобно усмехнулся Серёжа, поймав меня с чемоданом на выходе из дома.
– А ты как думаешь?
– Иди-иди, если заняться больше нечем.
– Между нами всё кончено. Я же сказала, подам на развод в ближайшее время.
– Хочешь остаться у разбитого корыта?
– Нет, хочу начать новую жизнь, Серёжа. Без тебя.
– Без меня ты и дня не протянешь, наивная. Кому ты сдалась, старая кляча? Сиди уже дома, не ломай комедию.
После двадцати лет брака я узнаю, что у моего мужа есть вторая семья. Смириться и простить? Разве этот предатель заслуживает прощения?
– А ты как думаешь?
– Иди-иди, если заняться больше нечем.
– Между нами всё кончено. Я же сказала, подам на развод в ближайшее время.
– Хочешь остаться у разбитого корыта?
– Нет, хочу начать новую жизнь, Серёжа. Без тебя.
– Без меня ты и дня не протянешь, наивная. Кому ты сдалась, старая кляча? Сиди уже дома, не ломай комедию.
После двадцати лет брака я узнаю, что у моего мужа есть вторая семья. Смириться и простить? Разве этот предатель заслуживает прощения?
— Стёп… — позвала я беспомощно, не имея сил поверить в то, что видела.
— Спит он, — откликнулась вместо моего даже не шевельнувшегося мужа голая девица рядом с ним. — Утомился.
Сказала и собственнически потрепала Степку по голове. Он же, словно бы в ответ, вздохнул удовлетворенно и потерся щекой о подушку. Навалилась усталость, которая придавила к земле, размазала, лишая воли к сопротивлению. Да и смысл устраивать скандал с наглой девкой, разлегшийся в моей постели, если все это уже ничего не изменит?
— Ну чего уставилась? — «ободрила» любовница мужа. — Ловить тебе здесь нечего. На развод, надеюсь, сама додумаешься, как подать. А нет, так спросишь подружек — таких же старых убогих кляч, как ты, от которых успешные мужья тоже к нормальным женщинам ушли.
— Спит он, — откликнулась вместо моего даже не шевельнувшегося мужа голая девица рядом с ним. — Утомился.
Сказала и собственнически потрепала Степку по голове. Он же, словно бы в ответ, вздохнул удовлетворенно и потерся щекой о подушку. Навалилась усталость, которая придавила к земле, размазала, лишая воли к сопротивлению. Да и смысл устраивать скандал с наглой девкой, разлегшийся в моей постели, если все это уже ничего не изменит?
— Ну чего уставилась? — «ободрила» любовница мужа. — Ловить тебе здесь нечего. На развод, надеюсь, сама додумаешься, как подать. А нет, так спросишь подружек — таких же старых убогих кляч, как ты, от которых успешные мужья тоже к нормальным женщинам ушли.
«Спасибо за вечер, котик. Было божественно. Жду завтра в то же время». — Имя отправителя — «Дарья (работа)».
Котик. Олег ненавидел, когда я называла его ласковыми именами. «Мне тридцать семь, а не семнадцать», — всегда огрызался муж, когда я в порыве нежности называла его солнышком или котёнком. А тут — котик. И это «божественно» обожгло меня, как кипяток.
Я медленно опустилась на стул, почувствовав, как комната вдруг начинает кружиться вокруг меня в каком-то безумном вальсе. Стены словно сжимались, воздух стал вязким и тяжёлым, а дыхание перехватило, словно кто-то сдавил горло невидимой рукой.
— Дарья, — прошептала я, пробуя имя на вкус, чувствуя, как оно горчит на языке. — Дарья.
Новая сотрудница их отдела? Та самая, о которой он вскользь упоминал пару раз? «Толковая девчонка далеко пойдёт», — так он говорил, а я не придавала значения. Боже, какой же я была наивной дурой!
Котик. Олег ненавидел, когда я называла его ласковыми именами. «Мне тридцать семь, а не семнадцать», — всегда огрызался муж, когда я в порыве нежности называла его солнышком или котёнком. А тут — котик. И это «божественно» обожгло меня, как кипяток.
Я медленно опустилась на стул, почувствовав, как комната вдруг начинает кружиться вокруг меня в каком-то безумном вальсе. Стены словно сжимались, воздух стал вязким и тяжёлым, а дыхание перехватило, словно кто-то сдавил горло невидимой рукой.
— Дарья, — прошептала я, пробуя имя на вкус, чувствуя, как оно горчит на языке. — Дарья.
Новая сотрудница их отдела? Та самая, о которой он вскользь упоминал пару раз? «Толковая девчонка далеко пойдёт», — так он говорил, а я не придавала значения. Боже, какой же я была наивной дурой!
Я смотрел на фотографии с корпоратива, который был три месяца назад, где я был с женой. Уже и забыл, что туда был приглашён фотограф. Почти на всех фотографиях была запечатлена моя уже бывшая жена София.
Мы прожили в браке двадцать два года, но развелись месяц назад по моей инициативе, а точнее вине. А всё дело в том, что я встретил Елизавету. Красивую, яркую, целеустремлённую. Её молодость и сексуальное тело быстро вскружили голову порядочного семьянина. И я, позабыв обо всём, с головой погрузился в эти отношения.
Мы прожили в браке двадцать два года, но развелись месяц назад по моей инициативе, а точнее вине. А всё дело в том, что я встретил Елизавету. Красивую, яркую, целеустремлённую. Её молодость и сексуальное тело быстро вскружили голову порядочного семьянина. И я, позабыв обо всём, с головой погрузился в эти отношения.
Выберите полку для книги