Книги по тегу «властный герой»: ""

— Так… сильно презираешь меня? — её голос дрогнул.
— Во мне нет презрения. Во мне вообще нет чувств, тебе известно, — холодным голосом чеканит он, прикрыв глаза.
Ложь.
Каждое его слово — ложь.
Теперь она видит.
Теперь, чувствует.
Яника покачнулась, словно сомневаясь, но затем стремительно приблизилась к узнику. Упала на колени и заключила его мощную фигуру в объятиях. Её пальцы впились в рваную ткань его одежды, словно хотели проникнуть сквозь неё, коснуться кожи, убедиться, что он ещё здесь.
Ещё живой.
Он даже сгруппироваться не успел. Да и как он мог воспрепятствовать с закованными руками. Лишь резко выдохнул, от пронзительной боли в сломанных рёбрах. Но в этом звуке не было гнева.
Только трепет.
«Позволила. Сама коснулась. Яника. Любимая».
— Терпи, Велизар. Это твоё наказание за то, что молчал до последнего. За то, что солгал. И лжёшь до сих пор. Терпи, даже если неприятны мои касания, — прошептала она, уткнувшись лицом в шею. — Я так злюсь на тебя. Но… как же я скучала..

— Добро пожаловать, Анна, — сказал Александр, его голос был низким, как рык волка в зимнем лесу, и он шагнул ближе, его взгляд скользнул по её телу, задержавшись на груди. — Мы слышали о вас. Вы готовы к работе?

Иван улыбнулся, его губы изогнулись в лукавой ухмылке.
— Да, милая, давайте не тратить время на формальности. Заходите в кабинет. — Его тон был мягким, но в нём сквозила та же хищная энергия, что и у Александра.

Анна почувствовала, как её сердце заколотилось.
"Что это? Они смотрят на меня, как на добычу", – подумала она, но возбуждение уже разгоралось в ней. Она кивнула и последовала за ними в просторный кабинет, где огромные окна открывали вид на снежный пейзаж Москвы. Дверь закрылась с глухим стуком, и воздух сгустился, наполняясь напряжением.

– Мистер тренер, можно хотя бы водички?
– Нельзя. Продолжай, – отбривает он.
И ещё целую минуту я продолжаю лупить по чёртовой груше.
Потом падаю. А этот узурпатор поднимает меня чуть ли не за шкирку и с презрением смотрит в лицо.
– Ты вообще зачем сюда пришла?
– Я была в отчаянии!.. – жалобно протягиваю я.
Окидывает меня снисходительным взглядом.
– Я покажу тебе, что такое отчаяние, Лера. Если боишься – лучше уходи.

Индивидуальные тренировки по боксу с самим Магом – это звучало весьма романтично. Поначалу. Кто же знал, что он окажется таким психованным, бесчеловечным и бездушным чурбаном?!
Кто же знал, что он станет единственным, кто сможет меня починить, предварительно сломав?..

Злата Золотова. Красавица, спортсменка и дочь состоятельных родителей, но деньги и популярность не защитили её от разбитого сердца. Злата не доверяет особям мужского пола. Исключение — лучший друг Марк. Они знают друг друга с детства. Бабуля Златы не оставляет ей выбора и вынуждает внучку вступить в брак. Претендентов на роль жениха не так много, и выбор девушки падает на друга.

Марк Кузнецов. Мажор, уверенный в себе парень и любимец публики, а еще он кобель, каких поискать. Ни дня не проходит без очередной новенькой подцепленной им цыпочки. В книжке с номерами телефонов его пассий уже практически нет места для новых имен. На него также, как и на Злату давит родня, которая обеспокоена отсутствием у него постоянной девушки. И когда она делает ему неожиданное предложение, соглашается.

Но тщательно спланированный план летит к чертям, когда в город возвращается Филипп Мельников, когда-то разбивший сердце Злате…

Их встреча была случайной: она пыталась залечить душевные раны, он просто пришёл расслабиться… Утро они встретили в одной постели. А потом всё завертелось, как на карусели. Словно сама Судьба каждый раз сталкивает их, привязывая друг к другу всё крепче и крепче. Они разные, но так идеально подходят друг другу… Как две половинки одного целого.

- Я сломаю твои крылья, Ангел, и ты никогда больше не сможешь взлететь.- Не хочу тебя разочаровывать, Влад, но до тебя это уже давно сделали.- Тогда я буду тем, кто причинит тебе самую сильную боль.- Боюсь, что и здесь ты тоже опоздал.- Тогда я заставлю тебя чувствовать и не только боль.А дальше Влад впивается в меня жёстким поцелуем. И я, действительно, за столько времени впервые начинаю что-то чувствовать. И теперь я точно понимаю, что именно Влад мое спасение в этом проклятом мире, но и моя погибель окончательно.

- Филипп! – мама входит в спальню в тот самый момент, когда одеяло мною сброшено.
Коварные близняшки выглядят весьма провокационно.
Судя по красным лицам, такого поворота событий они не ожидали. Интересно, что они на самом деле планировали?!
- Господи! Что же теперь делать?! – всхлипывает сестра интриганок.
- Филипп, как порядочный мужчина, обязан жениться после всего этого! – выносит вердикт мама.
- На которой из них, мама?! Или, может, сразу на двоих? А, хотя… - подхожу к тумбочке и беру в руки телефон.- Я смогу взять в жёны и Дашу, и Машу, если мы переедем жить в одну из этих стран. Решайте, мелкие, какая вам больше нравится. Афганистан, Алжир, Бахрейн, Бангладеш, Бруней, Камерун, Центральноафриканская Республика, Чад, Джибути, Египет…

- Мы тут подумали, - начал мужчина, отталкиваясь от парты и походкой хищника направляясь ко мне.
- И коллективно решили, что просто обязаны, не только наказать провинившихся, но и возместить вам за моральный ущерб, - подхватил другой, расплываясь в загадочной улыбке.
- Ущерб? Не нужно мне ничего возмещать.
- Столько стресса и раздражения каждый день, - они наигранно сочувственно покачали головой.
- Мы очень постараемся снять с вас груз этого постоянного напряжения, - многообещающе шепнул третий мужчина, притягивая меня к своему горячему телу.
Кажется, собрание пошло совсем не по плану…

Мой новый сосед стоял у бани на своем участке. По пояс раздетый. Джинсы сидели на бедрах, торс... Господи, торс был явно не сорокапятилетнего диванного любителя. Широкие плечи, рельефный пресс. Мужчина вытирал голову полотенцем, и мышцы перекатывались под кожей.
Я замерла, забыв про чай. Смотрела. Просто смотрела, и что-то внутри предательски сжалось — непрошенное, неожиданное, уже почти забытое.
Он опустил полотенце и обернулся. Наши взгляды встретились, и лицо его стало таким хмурым, таким осуждающим, что меня будто кипятком ошпарило.
Я не знаю, что на меня нашло. Но его взгляд — надменный, молчаливо укоряющий — взбесил меня так, что я не удержалась.
И показала ему язык. Как моя пятилетняя внучка Полинка, когда обижена.
Лицо соседа... Брови взметнулись вверх, рот приоткрылся. Он опешил. Секунду стоял столбом, потом качнул головой, будто проверяя, не привиделось ли.
А я развернулась и зашла в дом, прикрыв за собой дверь. Прислонилась к косяку, слушая, как бешено колотится сердце

Я сижу в третьем ряду и, когда Лина выходит на сцену, не сразу узнаю её. Представить её такой шикарной просто не мог.
Когда она заканчивает речь и спускается, я поднимаюсь навстречу людскому потоку, и она замечает меня.
— Михаил Петрович. Как поживаете?
— Хорошо, - еле сглатываю. — Вижу, у вас дела пошли в гору.
— Да, - она склоняет голову и уже делает шаг в сторону, когда я вдруг хватаю её за руку. Кожа холодная, сухая — и кольца нет.
— Не замужем?
Лина смотрит прямо в глаза, потом усмехается и резко дергает руку.
— А тебя только это интересует?
— Нет, просто…
— Просто решил взять реванш? — перебивает и улыбается, но на её лице нет тепла. — Сейчас я тебя уже достойна, да?
Воздух вязнет в горле. Всё, что хотел сказать: объяснить, извиниться, да просто поздороваться по-человечески, — рассыпается в одну секунду.