Книги по тегу «властный герой»: ""
Когда любишь сильно, горячо, почти одержимо, предательство любимого оборачивается столь же сильной, лютой ненавистью!
Так случилось и с Викторией. Она полностью растворилась в своей любви к Константину и поплатилась за это разбитым сердцем и искалеченным будущим. После того, как Вика застала жениха со своей лучшей подругой Анжелой, она разорвала отношения с обоими, но и Костя, и Лика не были с этим согласны, что в итоге привело к трагедии, которая едва не стоила Виктории жизни.
Спустя годы, Вика так и не смогла справиться со своей ненавистью, а новость, что Лика и Костя собираются пожениться, стала катализатором. Виктория решает мстить своим обидчикам. И месть её будет страшна и беспощадна!
Так случилось и с Викторией. Она полностью растворилась в своей любви к Константину и поплатилась за это разбитым сердцем и искалеченным будущим. После того, как Вика застала жениха со своей лучшей подругой Анжелой, она разорвала отношения с обоими, но и Костя, и Лика не были с этим согласны, что в итоге привело к трагедии, которая едва не стоила Виктории жизни.
Спустя годы, Вика так и не смогла справиться со своей ненавистью, а новость, что Лика и Костя собираются пожениться, стала катализатором. Виктория решает мстить своим обидчикам. И месть её будет страшна и беспощадна!
Он меня уничтожил. Я ему отомстила. А потом случайно добавила валерьянку в его кофе.
Шесть лет назад Верховный Альфа Адам Харт назвал меня «бракованной пустышкой» и вышвырнул из стаи. Я не обратилась, зверь не проснулся. Приговор: изгой, отброс, никто.
Теперь у меня маленькая кофейня, синие волосы и три правила: не светиться в полнолуние, не смотреть в глаза хищникам и никогда не сыпать валерьянку в капучино.
Последнее правило я нарушила.
Он заходит в «Теплый лист» — тот самый альфа, что меня растоптал. Не узнаёт. Берёт американо. Делает глотк… и его зрачки взрываются серебром. Мой внутренний зверь, которого официально нет, просыпается и мурлычет: «Наш. Лижу. Бить не буду».
А дальше — ад. Оказывается, я не пустышка. Я носительница дара Обратной Луны, и моя сила способна разорвать любую истинность в клочья. В том числе — нашу с ним.
Теперь Адаму нужна не просто пара. Ему нужен рычаг власти. А мне нужна свобода. Но когда он прижимает меня к стене в подсобке и рычит: «Ты
Шесть лет назад Верховный Альфа Адам Харт назвал меня «бракованной пустышкой» и вышвырнул из стаи. Я не обратилась, зверь не проснулся. Приговор: изгой, отброс, никто.
Теперь у меня маленькая кофейня, синие волосы и три правила: не светиться в полнолуние, не смотреть в глаза хищникам и никогда не сыпать валерьянку в капучино.
Последнее правило я нарушила.
Он заходит в «Теплый лист» — тот самый альфа, что меня растоптал. Не узнаёт. Берёт американо. Делает глотк… и его зрачки взрываются серебром. Мой внутренний зверь, которого официально нет, просыпается и мурлычет: «Наш. Лижу. Бить не буду».
А дальше — ад. Оказывается, я не пустышка. Я носительница дара Обратной Луны, и моя сила способна разорвать любую истинность в клочья. В том числе — нашу с ним.
Теперь Адаму нужна не просто пара. Ему нужен рычаг власти. А мне нужна свобода. Но когда он прижимает меня к стене в подсобке и рычит: «Ты
Диана очнулась первой. Она спрыгнула со стола, оправила юбку и посмотрела на меня с вызовом.
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой.
Она посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой.
Она посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
Если ваш котел плюется щелоком прямо на вас, а арендатор грозит выставить на улицу, жизнь вряд ли назовешь сахарной. Риата — хозяйка крошечной мыловарни, у которой нет времени на сказки. Но от безысходности она покупает на ночном рынке странный ловец снов.
И все бы ничего, но теперь каждую ночь она проваливается в роскошный мир мужчины, который раздражающе красив, невыносимо заносчив и... искренне считает этот сон своим.
Он называет ее Лавандой. Она зовет его просто Джоном. Они спорят о цветах, делятся наболевшим и сгорают от запретной страсти, свято веря, что утром оба проснутся в разных реальностях.
И все бы ничего, но теперь каждую ночь она проваливается в роскошный мир мужчины, который раздражающе красив, невыносимо заносчив и... искренне считает этот сон своим.
Он называет ее Лавандой. Она зовет его просто Джоном. Они спорят о цветах, делятся наболевшим и сгорают от запретной страсти, свято веря, что утром оба проснутся в разных реальностях.
Выберите полку для книги