Книги по тегу «властный герой»: ""
— Я предупреждал: не выводи меня из себя.
— И что ты сделаешь?
Он медленно улыбнулся и сделал шаг ко мне.
— Для начала... влюблю тебя в себя. А потом сделаю всё, чтобы ты никогда не смогла уйти.
Я была лучшей фигуристкой страны.
Он — самым скандальным капитаном хоккейной команды.
Мы должны были стать лицом нового ледового шоу, но вместо идеальной пары получились две катастрофы.
Я ненавижу его наглость. Он смеётся над моими правилами.
Я мечтаю придушить его после каждой тренировки. А он с каждым днём всё сильнее убеждает меня, что падать совсем не страшно... если внизу ждут его руки.
Наш контракт запрещает любовь.
Вот только он никогда не умел играть по правилам.
И когда кто-то начинает разрушать мою жизнь, Артём объявляет войну каждому, кто посмеет приблизиться ко мне.
Потому что однажды этот невозможный хоккеист решил одну простую вещь.
Теперь я — его девушка. Даже если сама об этом ещё не знаю.
🏒 История Лены и Лехи живет здесь: «Ты будешь моей ошибкой» https://lit
— И что ты сделаешь?
Он медленно улыбнулся и сделал шаг ко мне.
— Для начала... влюблю тебя в себя. А потом сделаю всё, чтобы ты никогда не смогла уйти.
Я была лучшей фигуристкой страны.
Он — самым скандальным капитаном хоккейной команды.
Мы должны были стать лицом нового ледового шоу, но вместо идеальной пары получились две катастрофы.
Я ненавижу его наглость. Он смеётся над моими правилами.
Я мечтаю придушить его после каждой тренировки. А он с каждым днём всё сильнее убеждает меня, что падать совсем не страшно... если внизу ждут его руки.
Наш контракт запрещает любовь.
Вот только он никогда не умел играть по правилам.
И когда кто-то начинает разрушать мою жизнь, Артём объявляет войну каждому, кто посмеет приблизиться ко мне.
Потому что однажды этот невозможный хоккеист решил одну простую вещь.
Теперь я — его девушка. Даже если сама об этом ещё не знаю.
🏒 История Лены и Лехи живет здесь: «Ты будешь моей ошибкой» https://lit
Татьяна бухгалтер на металлургическом заводе, разведена и давно подавляет свои истинные желания. Однажды, принеся документы в цех, она оказывается между двумя грубыми мужчинами — и привычный мир рушится, уступая место жёсткой, животной страсти, которую она так долго искала. Заводской гул становится фоном для её освобождения, а каждый обеденный перерыв превращается в испытание.
— Ты знаешь, что это неправильно.
— Знаю. — она смотрит на него, не отрываясь. — Но я не могу остановиться.
Офис, где запреты только разжигают желание. Двое мужчин, которые привыкли получать всё. И одна женщина, которая оказалась в центре их внимания.
Она не искала этого. Она просто делала свою работу. Но когда твой босс смотрит на тебя так, будто уже раздел взглядом, а его партнёр шепчет тебе то, что не должен говорить, — работа перестаёт быть просто работой.
Контракт подписан. Проект запущен. Страсть — вне плана.
— Знаю. — она смотрит на него, не отрываясь. — Но я не могу остановиться.
Офис, где запреты только разжигают желание. Двое мужчин, которые привыкли получать всё. И одна женщина, которая оказалась в центре их внимания.
Она не искала этого. Она просто делала свою работу. Но когда твой босс смотрит на тебя так, будто уже раздел взглядом, а его партнёр шепчет тебе то, что не должен говорить, — работа перестаёт быть просто работой.
Контракт подписан. Проект запущен. Страсть — вне плана.
Он украл мою мечту и вышел с ней на сцену под своей фамилией.
Арт Ордынцев — мажор, наследник строительной империи и парень, которому привыкли уступать дорогу. Я — Веста Яровая, студентка архитектурного, девушка “не его формата” и автор проекта, который он назвал своим.
Я должна была просто доказать правду. Но вместо извинений получила предложение, от которого невозможно отказаться: фиктивная помолвка, общий проект, публичный дневник и два месяца рядом с человеком, которого я должна ненавидеть.
Для него я — проблема, способная разрушить идеальную семейную витрину.
Для его бывшей — временная ошибка.
Для его отца — неудобная девочка без нужной фамилии.
Но я не собираюсь становиться тише, тоньше, мягче и удобнее, чтобы заслужить место рядом с ним.
Арт Ордынцев — мажор, наследник строительной империи и парень, которому привыкли уступать дорогу. Я — Веста Яровая, студентка архитектурного, девушка “не его формата” и автор проекта, который он назвал своим.
Я должна была просто доказать правду. Но вместо извинений получила предложение, от которого невозможно отказаться: фиктивная помолвка, общий проект, публичный дневник и два месяца рядом с человеком, которого я должна ненавидеть.
Для него я — проблема, способная разрушить идеальную семейную витрину.
Для его бывшей — временная ошибка.
Для его отца — неудобная девочка без нужной фамилии.
Но я не собираюсь становиться тише, тоньше, мягче и удобнее, чтобы заслужить место рядом с ним.
— Я беременна.
Думала, что эти слова сделают нас самой счастливой семьей на свете.
Но, в итоге, произношу их, пока мой муж лежит в чужой постели.
Ваня лишь холодно усмехается:
— Завтра пойдешь к врачу и исправишь это. Мне не нужен ребенок. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть.
— Что ты несешь?! Я не сделаю аборт. И я подам на развод.
— Нет, Фима. Никакого развода не будет. Я же сказал, мне нравится моя жизнь. Ты жена. Я муж. Живем дальше. Думаешь, первая узнала, что муж сходил налево? Да половина мужиков гуляет.
— И половина женщин после этого разводится.
— Только дуры. Лучше подумай, что ты делаешь не так, раз мне приходится искать других баб.
***
Муж был уверен, что сироте без семьи и друзей некуда бежать. Что весь мой мир — это он.
Но он ошибся.
И даже то, что он решился сделать в приступе злости, не заставит меня остаться с предателем.
Думала, что эти слова сделают нас самой счастливой семьей на свете.
Но, в итоге, произношу их, пока мой муж лежит в чужой постели.
Ваня лишь холодно усмехается:
— Завтра пойдешь к врачу и исправишь это. Мне не нужен ребенок. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть.
— Что ты несешь?! Я не сделаю аборт. И я подам на развод.
— Нет, Фима. Никакого развода не будет. Я же сказал, мне нравится моя жизнь. Ты жена. Я муж. Живем дальше. Думаешь, первая узнала, что муж сходил налево? Да половина мужиков гуляет.
— И половина женщин после этого разводится.
— Только дуры. Лучше подумай, что ты делаешь не так, раз мне приходится искать других баб.
***
Муж был уверен, что сироте без семьи и друзей некуда бежать. Что весь мой мир — это он.
Но он ошибся.
И даже то, что он решился сделать в приступе злости, не заставит меня остаться с предателем.
Отец умер у меня на руках. Его последнее желание — клятва на мече: уничтожить всех вампиров и оборотней. Даже если среди них те, кого я когда-то любила.
Четыре года ада за стеной сделали меня охотницей. Теперь я вижу в темноте, слышу шаги за сотню метров, а мой клинок рубит головы с одного удара.
Со мной Лео. Он целует меня, гладит по волосам, обещает быть рядом. А я не могу забыть Морока. Того, чьи красные глаза свели меня с ума. Но когда я подниму меч — его глаза всё ещё будут греть так же, как тогда?
Я вернулась не город спасать. Я вернулась, чтобы убить единственного вампира, которого не могу ненавидеть.
***
Это вторая книга цикла. Если хотите узнать персонажей, проникнуться атмосферой, совету начать с первой книги - Кровавые узы: За стеной
Четыре года ада за стеной сделали меня охотницей. Теперь я вижу в темноте, слышу шаги за сотню метров, а мой клинок рубит головы с одного удара.
Со мной Лео. Он целует меня, гладит по волосам, обещает быть рядом. А я не могу забыть Морока. Того, чьи красные глаза свели меня с ума. Но когда я подниму меч — его глаза всё ещё будут греть так же, как тогда?
Я вернулась не город спасать. Я вернулась, чтобы убить единственного вампира, которого не могу ненавидеть.
***
Это вторая книга цикла. Если хотите узнать персонажей, проникнуться атмосферой, совету начать с первой книги - Кровавые узы: За стеной
Никс был монстром.
Он охотился на эльфов на протяжении двадцати лет и ненавидел их всем сердцем. Уйдя в отставку, он думал, что больше никогда не столкнется с ними, пока не встретил ее. В лесу, где она должна была умереть и стать жертвой нового отряда, он протянул ей руку, сам не понимая зачем. Не как охотник — как человек, который устал ненавидеть. Она вошла в его дом, и он отдал ей свою постель, еду и тепло. А она отдала ему то, чего у него никогда не было — право быть не монстром, а мужчиной.
Он охотился на эльфов на протяжении двадцати лет и ненавидел их всем сердцем. Уйдя в отставку, он думал, что больше никогда не столкнется с ними, пока не встретил ее. В лесу, где она должна была умереть и стать жертвой нового отряда, он протянул ей руку, сам не понимая зачем. Не как охотник — как человек, который устал ненавидеть. Она вошла в его дом, и он отдал ей свою постель, еду и тепло. А она отдала ему то, чего у него никогда не было — право быть не монстром, а мужчиной.
За семь дней до свадьбы я узнала, что Шамилю нужна не жена, а моя подпись.
Стоя за дверью кладовой, я слушала, как будущий муж обсуждает с братом передачу принадлежащей мне земли.
— После регистрации она подпишет доверенность, — спокойно сказал Шамиль. — Как жена, спорить не станет.
— А если откажется?
— Ты слишком долго позволял ей считать, что её мнение что-то решает.
Без моего согласия Шамиль не мог расширить карьер возле источника. Зато после свадьбы собирался запереть меня в своём доме и представить передачу земли добровольным решением.
— Карьер может оставить аул без воды, — напомнил брат.
— Её отец тоже это говорил, — холодно ответил Шамиль. — И плохо закончил.
Три года назад машина отца сорвалась с горной дороги.
Под моей ногой скрипнула доска. Дверь распахнулась.
— Через неделю ты станешь моей женой и подпишешь документы, — произнёс Шамиль.
— Тогда тебе придётся искать другую невесту.
Он усмехнулся.
— Дорога из аула одна, Аминат.
Шамиль ещё не знал, что этой ночь
Стоя за дверью кладовой, я слушала, как будущий муж обсуждает с братом передачу принадлежащей мне земли.
— После регистрации она подпишет доверенность, — спокойно сказал Шамиль. — Как жена, спорить не станет.
— А если откажется?
— Ты слишком долго позволял ей считать, что её мнение что-то решает.
Без моего согласия Шамиль не мог расширить карьер возле источника. Зато после свадьбы собирался запереть меня в своём доме и представить передачу земли добровольным решением.
— Карьер может оставить аул без воды, — напомнил брат.
— Её отец тоже это говорил, — холодно ответил Шамиль. — И плохо закончил.
Три года назад машина отца сорвалась с горной дороги.
Под моей ногой скрипнула доска. Дверь распахнулась.
— Через неделю ты станешь моей женой и подпишешь документы, — произнёс Шамиль.
— Тогда тебе придётся искать другую невесту.
Он усмехнулся.
— Дорога из аула одна, Аминат.
Шамиль ещё не знал, что этой ночь
Полина Ордынцева приезжает подписать развод и понимает: муж уже всё решил за неё. Где она будет жить. Когда увидит детей. Как красиво они назовут разрушенный брак “общим решением”.
Но в тот же вечер пятнадцатилетняя Аглая присылает матери сообщение:
“Мама, не ищи меня у папы. Я ушла раньше тебя.”
Дочь исчезает, оставляя за собой письма, старые семейные тайны и страшную правду: дети видели гораздо больше, чем взрослые хотели признать.
Теперь Полине придётся не просто найти Аглаю. Ей придётся впервые выбрать себя, услышать сына, перестать бояться мужа и понять, можно ли построить новый дом там, где раньше все молчали.
История о разводе, материнской вине, властном мужчине, детской боли и любви, которая начинается не с красивых слов, а с правды.
Но в тот же вечер пятнадцатилетняя Аглая присылает матери сообщение:
“Мама, не ищи меня у папы. Я ушла раньше тебя.”
Дочь исчезает, оставляя за собой письма, старые семейные тайны и страшную правду: дети видели гораздо больше, чем взрослые хотели признать.
Теперь Полине придётся не просто найти Аглаю. Ей придётся впервые выбрать себя, услышать сына, перестать бояться мужа и понять, можно ли построить новый дом там, где раньше все молчали.
История о разводе, материнской вине, властном мужчине, детской боли и любви, которая начинается не с красивых слов, а с правды.
— Я тебя унижал, — прошептал он. — Я тебя оскорблял. Ты должна ненавидеть меня.
— Я ненавижу тебя, — сказала я. — Но это не значит, что я не хочу тебя.
Он замер. Его глаза расширились, и я видела, как в них разгорается что-то новое. Не страх. Не паника. Желание.
— Что? — выдохнул он.
— Ты не ослышался, — сказала я. — Я хочу тебя. Но на моих условиях. Сегодня ты узнаешь, кто здесь на самом деле главный. Ты готов?
Вот так легко начальник оказался готов ползать передо мной на коленях. Потому что я так решила. Потому что Я так сказала.
— Я ненавижу тебя, — сказала я. — Но это не значит, что я не хочу тебя.
Он замер. Его глаза расширились, и я видела, как в них разгорается что-то новое. Не страх. Не паника. Желание.
— Что? — выдохнул он.
— Ты не ослышался, — сказала я. — Я хочу тебя. Но на моих условиях. Сегодня ты узнаешь, кто здесь на самом деле главный. Ты готов?
Вот так легко начальник оказался готов ползать передо мной на коленях. Потому что я так решила. Потому что Я так сказала.
Выберите полку для книги