Книги по тегу «героиня старше»: ""

— Нельзя быть таким, Максим, — выдыхаю.
— Каким, Диана Александровна? — нагло ухмыляется, прикусывая мою нижнюю губу.
— Наглым, — шепчу, и мой голос ломается, превращаясь в прерывистый выдох. — Невыносимым. Таким, от которого хочется бежать на край света и одновременно… сгореть прямо здесь, в этой машине. Ты лишаешь меня выбора, Максим. Заставляешь забыть, что я должна быть мудрее, сильнее…
— Настоящим, Ди, — произносит серьезно, обжигая кожу своим дыханием. — Тем единственным, кто видит тебя настоящую за этим твоим идеальным образом строгой взрослой.
Его голос падает до опасного вибрирующего шепота.
— Можешь называть это недопустимым сколько угодно. Можешь прятаться за возрастом или дружбой с моей матерью. Но мы оба знаем правду: ты уже моя. Ещё тогда, в клубе, стала моей. А сейчас… я просто забираю свое.
***
Случайная связь в клубе оборачивается для Дианы катастрофой, когда её молодым любовником оказывается сын лучшей подруги, не знающий слова «нет».

Мужчина, за которого я мечтала выйти замуж, изменил с какой-то малолеткой. А его сыновья захотели меня утешить.

Они горячие, наглые, дерзкие.

— Ты заслуживаешь большего, — Мирон проводит пальцем по моим губам.

— И мы докажем тебе это, — Леон обжигает шею горячим дыханием. — Подарим райское наслаждение. Вдвоём...

Я думала, это будет всего лишь одна ночь. Но, попробовав однажды, они не хотят меня отпускать.

КНИГА ВЫЛОЖЕНА ПОЛНОСТЬЮ!

Даник оттесняет меня в угол кухни, давит своей мощью.
— Прекрати! Прекрати! Пре-кра-ти! — визжу я.
— Я же вижу, как ты на меня смотришь. — Он упирается ладонью о стену, прямо у моего лица, и склоняется ко мне.
— Это не то, что ты думаешь! — на выдохе произношу я. Господи, ну как же ему все объяснить?!
— Детский сад!
Он обхватывает ладонями мое лицо и неожиданно нежно, тепло целует в губы.
Сердце в отчаянии дергается к горлу. И вместо того, чтобы сопротивляться, я, ошарашенная, замираю.
Память, измученная последними днями, легко устраивает подмену, будто на несколько секунд утягивает
меня в портал времени. Я чувствую запах мужчины, которого так сильно любила. Его вкус, напор, жажду
близости. И тело реагирует на нежность его сына так же, как тогда, в восемнадцать лет, на него самого.
Я невольно льну к Данику, обвиваю его шею рукой и делаю то, что нельзя — ни за что, ни при каких обстоятельствах, о чем точно пожалею — отвечаю на поцелуй.

Как сосредоточиться на учебе, когда моя преподавательница, так горяча?

Что делать, если один наглый мажор решил, что я должна быть его? Его не останавливает ни наличие ребенка, ни мужа-изменщика. Я его преподаватель и должна держаться подальше, но это невозможно, ведь ему невозможно сказать «нет».

Мой кошмар мой мир мой страх мой воздух мое проклятие моя надежда мой путь в ад... Героиня или герой ...

БЕСПЛАТНО
— Мной ещё никогда не командовали, — проговорил Марк мне прямо в ухо.
Вжавшись в стену, я исподлобья смотрела на высокого парня, пытаясь понять, как вообще докатилась до такого.
— Всё когда‑то бывает впервые, — буркнула я в ответ на его замечание, судорожно ища выход из сложившейся ситуации.
В ухо вновь дыхнули. Мне даже показалось, что оно дрогнуло, как у кошки.
— А ты справишься? М?
Уж не знаю, с чем я должна справляться. Но одно понимала сейчас очень хорошо: с собственным телом я уже не справляюсь.
— Мы же взрослые люди, Мила. Так давай и сыграем по‑взрослому?
Рука потянула моё лицо за подбородок вверх, заставляя встретиться взглядом с чужим — обжигающим.
О каких играх этот мальчишка вообще говорит? Не собираюсь я играть по его правилам.
***
Когда на горизонте появляется наглый, самодовольный тип — да ещё и младше, — привычная жизнь рушится. Приходится упорно бороться, чтобы вернуть себе былое спокойствие. Сил бы только хватило устоять…

Он – студент. Она – его преподаватель. Между ними непреодолимая пропасть в виде разницы в возрасте.

В университет небольшого городка прибывает студент, внешний вид которого кричит о непростом характере. По настоянию ректора Нику приходится записаться на дополнительные занятия живописи, где он впервые видит ее – преподавательницу, потерявшую страсть к творчеству. Со временем взаимная неприязнь превращается во что-то иное. Нику и Колетт придется найти ответ на вопрос: возможны ли отношения там, где их быть не должно? Чтобы это понять, потребуется сломать не один стереотип и бросить вызов, в первую очередь, самим себе.
***
– Я же рассказывала, что помимо уроков веду дополнительные занятия по живописи? Туда записался юноша. Ты бы его видела, – закатила глаза Колетт и потерла уставшую лодыжку. – Словно еж! Нахальный взгляд! Нечесанные волосы! Пирсинг в брови!
– Красивый?
– Очень… И это огромная проблема.

У королевы есть тайна, которую она может доверить только вору. Есть план, который может осуществить только он. Но согласится ли на это Алистер?

— Алистер, — сказала Элиана тихо, когда дыхание выровнялось. — У меня есть к тебе просьба.
— Говори.
Она глубоко вздохнула, собираясь с силами.
— Пока тебя не было… я родила дочь.
Алистер замер. Его глаза расширились, в них мелькнуло какое-то чувство, которому Элиана не могла подобрать название.
— Дочь?
— Ее зовут Лиа. Ей почти четыре месяца. — Элиана отвела взгляд, не в силах смотреть на него. — Я не знаю точно, чей это ребенок. Но… я боюсь, что твой.

Он развернулся и пошёл к двери. Его походка — ленивая, вразвалочку, уверенная. Он знает, что я смотрю ему в спину. Знает, что я смотрю на его широкие плечи, на узкую талию, на то, как джинсы обтягивают его... Черт, черт, черт!!
У двери он обернулся.
— Алина Артемовна, — сказал он. — Вы очень красивая, когда злитесь. И мне ну очень интересно, какая вы в постели? Наверняка еще красивее. В сто раз. - И шепотом, горячим, от которого я вздрагиваю: - Я скоро это выясню!

Я думала, что восемнадцать лет брака сделали меня невидимкой.
Пока муж не бросил мне в лицо прямо в машине: «Кому ты нужна, старуха? Сиди дома и не выпендривайся».
Я вышла на обочину тёмной трассы.
А он подлетел на чёрном Harley, протянул шлем и сказал всего два слова: «Садись, красавица».
Егор. Молодой. Жёсткий. С глазами, в которых желание было таким откровенным, что у меня подкосились ноги.
Я села сзади, прижалась к его горячему прессу — и он увёз меня в ночь, где не было ни мужа, ни прошлого, ни стыда. Только его руки, его губы и такая страсть, от которой я впервые за долгие годы почувствовала себя живой.
Я думала, это всего лишь месть.
Пока не вернулась домой и не поняла, что настоящее предательство ждало меня именно там…