Подборка книг по тегу: "деревня"
– Ксюша, там к тебе жених приехал на красивой машине! – кричит мне бабушка из огорода.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
– Эй, пышка! – это не комплимент, а первое, что я слышу, когда мой бывший (но всё ещё законный) муж застревает в деревенской грязи по самые ступицы своего пафосного джипа.
Пять лет брака, пять лет уверенности, что меня любят, несмотря на размер сарафана... пока однажды я не застала супруга в слишком тесном контакте с секретаршей Леночкой.
– У тебя с ней что-то было? Серьёзно?! – и вот я уже мчусь прочь из города на первом попавшемся поезде, подальше от измен, офисных интриг и зеркал в полный рост.
Но мой муж не из тех, кто сдаётся. Он меня и в деревне нашел.
Идеально для тех, кто верит, что настоящая любовь начинается там, где заканчиваются подозрения… и начинаются Мальдивы.
P.S. Ни одна пуговица сарафана не пострадала при написании этой истории. Почти.
Пять лет брака, пять лет уверенности, что меня любят, несмотря на размер сарафана... пока однажды я не застала супруга в слишком тесном контакте с секретаршей Леночкой.
– У тебя с ней что-то было? Серьёзно?! – и вот я уже мчусь прочь из города на первом попавшемся поезде, подальше от измен, офисных интриг и зеркал в полный рост.
Но мой муж не из тех, кто сдаётся. Он меня и в деревне нашел.
Идеально для тех, кто верит, что настоящая любовь начинается там, где заканчиваются подозрения… и начинаются Мальдивы.
P.S. Ни одна пуговица сарафана не пострадала при написании этой истории. Почти.
- Эй, фифа! Ты чего тут забыла? – рычит на меня местный абориген в мокрой от пота майке и с топором в руках.
- Сбавь обороты, Викинг! Это мой дом! – огрызаюсь я, а сама вот-вот хлопнусь в обморок от страха, - Так что вали отсюда, пока я не вызвала... кого-нибудь!
Он швыряет топор в траву, подходит вплотную и нагло ухмыляется.
- Здесь принято вызывать меня...
***
Застукать мужа без штанов с секретаршей – это унижение.
Уехать в деревню – отчаянная попытка начать с чистого листа.
А напороться на нахального соседа – это уже наказание.
Или... подарок судьбы?
И что от меня опять понадобилось мужу?..
- Сбавь обороты, Викинг! Это мой дом! – огрызаюсь я, а сама вот-вот хлопнусь в обморок от страха, - Так что вали отсюда, пока я не вызвала... кого-нибудь!
Он швыряет топор в траву, подходит вплотную и нагло ухмыляется.
- Здесь принято вызывать меня...
***
Застукать мужа без штанов с секретаршей – это унижение.
Уехать в деревню – отчаянная попытка начать с чистого листа.
А напороться на нахального соседа – это уже наказание.
Или... подарок судьбы?
И что от меня опять понадобилось мужу?..
— Ты нас предал! Ненавижу! Видеть тебя не хочу!
— Это всего-навсего договорной брак. Малыш, я же тебя люблю. Всё будет по-прежнему. Всё останется, как и было. Ты будешь жить в нашем доме. Я бо́льшую часть времени буду проводить с тобой.
— А детей ты тоже собираешься по расписанию воспитывать?
— Ну каких детей, любимая? Никаких детей не будет.
— Что? Как это не будет?
Задыхаюсь. Карман прожигает тест-полоска. С двумя красными линиями.
— А если бы я забеременела?
— Мы решили бы эту проблему.
Теперь это не мой мужчина. Он принадлежит другой. Той, на которой женится.
— Это всего-навсего договорной брак. Малыш, я же тебя люблю. Всё будет по-прежнему. Всё останется, как и было. Ты будешь жить в нашем доме. Я бо́льшую часть времени буду проводить с тобой.
— А детей ты тоже собираешься по расписанию воспитывать?
— Ну каких детей, любимая? Никаких детей не будет.
— Что? Как это не будет?
Задыхаюсь. Карман прожигает тест-полоска. С двумя красными линиями.
— А если бы я забеременела?
— Мы решили бы эту проблему.
Теперь это не мой мужчина. Он принадлежит другой. Той, на которой женится.
— Лёшей меня зови. Какой я тебе Алексей.
Он не сказал больше ни слова, лишь время от времени бросал тяжелые взгляды в Юлькину сторону. Напряжение между ними становилось каким-то странным, машина двигалась медленно и дергано, но в худи было так уютно и хорошо, что Юля осмелела:
— Слушай, Леша… — Обычно она, из-за особенностей профессии, ни перед кем не тушевалась, а тут каждое слово давалось с трудом: — А ты вообще как тут оказался?
— А ты? — насмешливо переспросил тот. — Ходишь одна по всяким пустырям.
— Женихов искала, — фыркнула Юлька.
Она ведь хотела сказать, мол, как удачно, что ты меня подобрал, Леша! Будто высшая сила послала, когда чуть не утопла в грязи вместе с великом! А теперь фиг она ему признается про старый храм — если Леша умный, сам догадается. Куда тут ходить, кроме храма да кладбища?
***
Журналистка Юлька получает особое задание, которое поначалу кажется бредом, но чем больше она ищет материал, тем интереснее оно становится…
Он не сказал больше ни слова, лишь время от времени бросал тяжелые взгляды в Юлькину сторону. Напряжение между ними становилось каким-то странным, машина двигалась медленно и дергано, но в худи было так уютно и хорошо, что Юля осмелела:
— Слушай, Леша… — Обычно она, из-за особенностей профессии, ни перед кем не тушевалась, а тут каждое слово давалось с трудом: — А ты вообще как тут оказался?
— А ты? — насмешливо переспросил тот. — Ходишь одна по всяким пустырям.
— Женихов искала, — фыркнула Юлька.
Она ведь хотела сказать, мол, как удачно, что ты меня подобрал, Леша! Будто высшая сила послала, когда чуть не утопла в грязи вместе с великом! А теперь фиг она ему признается про старый храм — если Леша умный, сам догадается. Куда тут ходить, кроме храма да кладбища?
***
Журналистка Юлька получает особое задание, которое поначалу кажется бредом, но чем больше она ищет материал, тем интереснее оно становится…
– Если завтра же не починишь забор, я всей деревне расскажу, что ты замужних женщин шибко любишь! – пригрозила я. – Вот веселуха-то начнется!
– Ты что, курица, шантажировать меня вздумала?
Макар поджал губы и недобро прищурился. Было очевидно, что он зол, только меня это мало волновало. Этот деревенщина меня уже достал! Пришлось идти на крайние меры.
– И что только женщины в тебе находят? – презрительно фыркнула я. – Ты же...
Договорить я не успеваю, потому что оказываюсь зажатой между стеной и огромным мужиком, который тут же бесцеремонно и грубо задирает на мне платье.
– Сейчас сама узнаешь, ЧТО!
– Пусти! – взвизгиваю я, но Макар и не думает меня отпускать.
– Я курятину не люблю, но тебя отжарю!
– Ты что, курица, шантажировать меня вздумала?
Макар поджал губы и недобро прищурился. Было очевидно, что он зол, только меня это мало волновало. Этот деревенщина меня уже достал! Пришлось идти на крайние меры.
– И что только женщины в тебе находят? – презрительно фыркнула я. – Ты же...
Договорить я не успеваю, потому что оказываюсь зажатой между стеной и огромным мужиком, который тут же бесцеремонно и грубо задирает на мне платье.
– Сейчас сама узнаешь, ЧТО!
– Пусти! – взвизгиваю я, но Макар и не думает меня отпускать.
– Я курятину не люблю, но тебя отжарю!
Провести два месяца вдали от дома, в компании парня, которому приказано охранять меня? О таком я точно не мечтала.
Тем более, у нас с ним нет ничего общего. Даже поговорить не о чем!
Он почти всегда молчит, не умеет выражать эмоции, что мне с ним вообще делать?!
Кто же мог знать, что нам придется вместе прятаться в маленькой деревеньке, и как-то находить общий язык, постепенно узнавая друг друга совсем с другой стороны...
Тем более, у нас с ним нет ничего общего. Даже поговорить не о чем!
Он почти всегда молчит, не умеет выражать эмоции, что мне с ним вообще делать?!
Кто же мог знать, что нам придется вместе прятаться в маленькой деревеньке, и как-то находить общий язык, постепенно узнавая друг друга совсем с другой стороны...
“Что он тут делает? Как занесло в село?” — думаю я, смотря на мощного мужчину с посеребренными висками.
Сейчас он, как Ледокол, прёт прямо на меня. Но мало его настойчивого движения. Он приближается, а я всё отчетливее читаю в его глазах ярость.
Лютики-цветочки… Что я ему сделала?
— Почему ты скрываешь беременность? Решила шантажировать меня ребёнком, когда он родится? — выпаливает, оказавшись напротив.
— Каким ребёнком? — теряюсь я.
— Хочешь сказать, что не беременна.
— Беременна…
Шестой месяц. Такое не скроешь…
— Этот ребёнок мой, я прав?
— Нет. Вы что?! У меня с вами ничего не было.
Мужчина недобро хмыкает.
— И кто же отец?
— А у меня непорочное зачатие… — шепчу, чувствуя себя дурой, но я не вру, отца у моего ребёнка нет, я вообще девственница, пусть и беременная. — Ну или всему виной сквозняки…
Сейчас он, как Ледокол, прёт прямо на меня. Но мало его настойчивого движения. Он приближается, а я всё отчетливее читаю в его глазах ярость.
Лютики-цветочки… Что я ему сделала?
— Почему ты скрываешь беременность? Решила шантажировать меня ребёнком, когда он родится? — выпаливает, оказавшись напротив.
— Каким ребёнком? — теряюсь я.
— Хочешь сказать, что не беременна.
— Беременна…
Шестой месяц. Такое не скроешь…
— Этот ребёнок мой, я прав?
— Нет. Вы что?! У меня с вами ничего не было.
Мужчина недобро хмыкает.
— И кто же отец?
— А у меня непорочное зачатие… — шепчу, чувствуя себя дурой, но я не вру, отца у моего ребёнка нет, я вообще девственница, пусть и беременная. — Ну или всему виной сквозняки…
Аннотация:
— Куда-то собралась? — Глубокий голос Егора раздался у самого уха, подобно раскату грома, заставив меня замереть.
Шею опалило горячим дыханием, а следом я ощутила остроту зубов на коже — прямо над жилкой, бившейся в такт бешено стучащему сердцу. Мурашки побежали по спине волной, смешав ледяной ужас с огненным возбуждением. Адреналин ударил в виски, заставив пальцы судорожно впиться в край столешницы.
— Хотела съездить в город. Закончился корм для Огонька, и его нужно показать ветеринару, — хрипло ответила я, молясь всем богам, чтобы голос звучал естественно.
— И ты решила тихо улизнуть? — Его рука легла на талию, прижимая к себе. — Нехорошо так поступать…
От этих слов, сказанных мрачным шёпотом, сердце ухнуло куда-то вниз.
Напротив, в небольшом кухонном зеркальце, отразились его глаза — тёмные, как ночь перед грозой. Обычные глаза, если бы не вчерашний день. Тогда в них вспыхнуло то, что нельзя было назвать человеческим…
— Куда-то собралась? — Глубокий голос Егора раздался у самого уха, подобно раскату грома, заставив меня замереть.
Шею опалило горячим дыханием, а следом я ощутила остроту зубов на коже — прямо над жилкой, бившейся в такт бешено стучащему сердцу. Мурашки побежали по спине волной, смешав ледяной ужас с огненным возбуждением. Адреналин ударил в виски, заставив пальцы судорожно впиться в край столешницы.
— Хотела съездить в город. Закончился корм для Огонька, и его нужно показать ветеринару, — хрипло ответила я, молясь всем богам, чтобы голос звучал естественно.
— И ты решила тихо улизнуть? — Его рука легла на талию, прижимая к себе. — Нехорошо так поступать…
От этих слов, сказанных мрачным шёпотом, сердце ухнуло куда-то вниз.
Напротив, в небольшом кухонном зеркальце, отразились его глаза — тёмные, как ночь перед грозой. Обычные глаза, если бы не вчерашний день. Тогда в них вспыхнуло то, что нельзя было назвать человеческим…
- Такую как ты я близко к своей дочке не подпущу! - грозно рычит миллиардер.
- Я здесь ради ребенка. У девочки температура и ей нужна помощь!
Поправляю сумку с лекарствами. Я не отступлю, даже если этот наглый богач решит собственным руками спустить меня с крыльца.
И по глазам он уже готов.
Но происходит неожиданное.
- Ма-ма!
Тоненький голосок переворачивает мою душу. На автомате подхватываю несущийся на меня маленький мягкий клубочек.
Ее отец прожигает взглядом. Ну и характер. Ужасный мужчина. Не удивительно, что жена сбежала от него.
- Я здесь ради ребенка. У девочки температура и ей нужна помощь!
Поправляю сумку с лекарствами. Я не отступлю, даже если этот наглый богач решит собственным руками спустить меня с крыльца.
И по глазам он уже готов.
Но происходит неожиданное.
- Ма-ма!
Тоненький голосок переворачивает мою душу. На автомате подхватываю несущийся на меня маленький мягкий клубочек.
Ее отец прожигает взглядом. Ну и характер. Ужасный мужчина. Не удивительно, что жена сбежала от него.
Выберите полку для книги