Книги по тегу «запретные чувства»: ""
Он — священник, она — проститутка. Раз в неделю она исповедуется, рассказывая откровенные подробности своей работы. Падре остается только напоминать себе, что это очередное испытание его веры, пока однажды Маддалена, запачканная кровью, не просит приют...
"— Бог не согреет вас в постели, падре. Не доведет до оргазма. Не заставит кричать ночью и драть простынь. Не приготовит бульон, если вы заболеете. Не будет смеяться над глупой комедией. Если вы не фанатик-извращенец, конечно. Были и такие.
— Я не говорил, что это легкий путь. Но это необходимость ради достижения высшей цели".
"— Бог не согреет вас в постели, падре. Не доведет до оргазма. Не заставит кричать ночью и драть простынь. Не приготовит бульон, если вы заболеете. Не будет смеяться над глупой комедией. Если вы не фанатик-извращенец, конечно. Были и такие.
— Я не говорил, что это легкий путь. Но это необходимость ради достижения высшей цели".
Что сделает умная девушка, которой внезапно придёт письмо от самого принца? Правильно! Она его тут же удалит. Ну какой принц? Право слово! Только, видимо "умная" - это не про меня...
* * *
- Удаляй сообщения, пока не поздно. И не вздумай отвечать!
- Да я и не собиралась.
- Знаю я тебя! Сейчас не собиралась, а потом? – напутствует подруга. – Удаляй всё и перезагружай телефон. Давай-давай!
- Прямо сейчас? – интересуюсь я.
- Конечно! – не унимается она. – При мне удаляй. И чтоб я видела.
Открыв приложение, я тут же отмечаю все сообщения и жму «удалить». Но вместо облегчения на меня почему-то нападает ещё большее любопытство и раздражение тем фактом, что оно так и останется неудовлетворённым.
...А что, если я ошиблась? Что если моим собеседником и правда является второй наследный принц?..
* * *
- Удаляй сообщения, пока не поздно. И не вздумай отвечать!
- Да я и не собиралась.
- Знаю я тебя! Сейчас не собиралась, а потом? – напутствует подруга. – Удаляй всё и перезагружай телефон. Давай-давай!
- Прямо сейчас? – интересуюсь я.
- Конечно! – не унимается она. – При мне удаляй. И чтоб я видела.
Открыв приложение, я тут же отмечаю все сообщения и жму «удалить». Но вместо облегчения на меня почему-то нападает ещё большее любопытство и раздражение тем фактом, что оно так и останется неудовлетворённым.
...А что, если я ошиблась? Что если моим собеседником и правда является второй наследный принц?..
Еще вчера я была аристократкой из земель феникса. А сегодня вдруг оказалась секретарем императора драконьей империи, причем все считают, что я — парень. Как сохранить секрет во дворце, наполненном соглядатаями, рядом с проницательным императором? И как не выдать своих чувств к главе приютившего меня рода, холодному и отстраненному дракону? Ему ведь нет до меня никакого дела. Или все-таки есть?
Из детдомовской сироты – в богатые наследницы.
Из преемника миллиардера – в попечителя чужого наследства.
Между ними – разница в возрасте, чужое мнение, собственные предрассудки.
Чем же закончится безумное наваждение, тянущее их друг к другу?
Из преемника миллиардера – в попечителя чужого наследства.
Между ними – разница в возрасте, чужое мнение, собственные предрассудки.
Чем же закончится безумное наваждение, тянущее их друг к другу?
Джиллиан О'Конноли пыталась забыть его шесть мучительных лет. Вытравливала из памяти, выжигала из сердца, чтобы в конце всё же подняться с ним рука об руку по ступеням Белого Дома. Она знала, что убьёт ради него. А он? Поговаривают, политика — грязное дело. Джиллиан знала это наверняка.
Это сложная история о человеческом выборе, о политике и о том, как выжить, когда жить уже, кажется, незачем. О непоправимых ошибках, и о бумерангах, которые обязательно возвращаются.
Это сложная история о человеческом выборе, о политике и о том, как выжить, когда жить уже, кажется, незачем. О непоправимых ошибках, и о бумерангах, которые обязательно возвращаются.
Каталина привыкла к своей жизни. Привыкла, что отец ее ребенка занимается контролем за боевиками и шестерками на своей территории для картеля. Привыкла к жестокости, извращениям Доминика. И даже внушила себе, что почти забыла, как оказалась на его вилле в Санта-Монике.
Но прошлое никогда не остается в тени слишком долго. И внедрение агента под прикрытием из управления по борьбе с наркотиками запустит слишком опасный механизм.
Но прошлое никогда не остается в тени слишком долго. И внедрение агента под прикрытием из управления по борьбе с наркотиками запустит слишком опасный механизм.
Он наглый и самоуверенный тип, от которого мне следовало держаться подальше. Мы не пара. Наши миры слишком разные. Такого, как он никогда не одобрит мой отец. И пойти против родительской воли я не могу. Слишком высока цена.
Но что делать, если он не понимает слова “НЕТ”?
А от одного его взгляда дрожь по телу…
ХЭ
Но что делать, если он не понимает слова “НЕТ”?
А от одного его взгляда дрожь по телу…
ХЭ
— На моём пальце кольцо твоего брата.
— Тебя начало заботить это только сейчас, Принцесса? После всего, что я делал с тобой?
С каждой секундой дышать все труднее. Адам пугает меня своим нарочитым спокойствием, заставляет вздрагивать при каждом жесте.
— Мне плевать, но можешь снять для собственного удобства. Главное, не забудь утром вернуть его на место, чтобы и дальше играть роль примерной невесты, — его ядовитые слова тисками сжимают мою душу.
Для него не существует запретов. Ему плевать на мои чувства. Адам хочет получить свое. Любым способом.
Он хочет получить меня.
— Тебя начало заботить это только сейчас, Принцесса? После всего, что я делал с тобой?
С каждой секундой дышать все труднее. Адам пугает меня своим нарочитым спокойствием, заставляет вздрагивать при каждом жесте.
— Мне плевать, но можешь снять для собственного удобства. Главное, не забудь утром вернуть его на место, чтобы и дальше играть роль примерной невесты, — его ядовитые слова тисками сжимают мою душу.
Для него не существует запретов. Ему плевать на мои чувства. Адам хочет получить свое. Любым способом.
Он хочет получить меня.
Роман написан по мотивам мюзикла «Дон Жуан».
Прошло сорок дней после дуэли, унесшей жизнь дона Жуана. Вся Севилья разбилась на два лагеря. Кто-то осуждает убитого дона Жуана за то, что он увел невесту у офицера Рафаэля Эрнандеса. Другие полагают, что Рафаэль зря пролил кровь соперника.
Дон Луис, отец покойного дона Жуана, привозит в Севилью свою племянницу Патрисию. Он мечтает поскорее выдать ее замуж и восстановить репутацию семьи, испорченную скандальной дуэлью непутевого сына.
Но никто не догадывается, что у Патрисии другие планы на будущее, совсем не подобающие сеньорите из богатой дворянской семьи. Она мечтает вырваться из-под опеки дяди, получить образование врача и зажить своей жизнью.
Ее сообщником на пути к мечте становится Дарио, друг покойного дона Жуана. Но в эти планы невольно вмешивается Рафаэль, до сих пор ненавидящий всю семью Тенорио...
Прошло сорок дней после дуэли, унесшей жизнь дона Жуана. Вся Севилья разбилась на два лагеря. Кто-то осуждает убитого дона Жуана за то, что он увел невесту у офицера Рафаэля Эрнандеса. Другие полагают, что Рафаэль зря пролил кровь соперника.
Дон Луис, отец покойного дона Жуана, привозит в Севилью свою племянницу Патрисию. Он мечтает поскорее выдать ее замуж и восстановить репутацию семьи, испорченную скандальной дуэлью непутевого сына.
Но никто не догадывается, что у Патрисии другие планы на будущее, совсем не подобающие сеньорите из богатой дворянской семьи. Она мечтает вырваться из-под опеки дяди, получить образование врача и зажить своей жизнью.
Ее сообщником на пути к мечте становится Дарио, друг покойного дона Жуана. Но в эти планы невольно вмешивается Рафаэль, до сих пор ненавидящий всю семью Тенорио...
— Мы ждали тебя, – произносит охрипшим голосом, с вожделением смотря на мое обнаженное тело.
Молча вырываю из ладоней мантию, набрасываю на плечи и скрепляю на груди витиеватой застежкой. А потом, высвободив руку из ткани, сжимаю в кулак и со всей силы бью по его идеальной роже.
— Ублюдок! – отталкиваю пришельца и направляюсь в свою комнату, только слова произнесенные хриплым голосом ударяют в спину:
— Лера, я сожалею.
Резко поворачиваюсь и с яростью бросаю:
— Да ты готов заливаться соловьем, лишь бы добиться своего! Убирайся с моего пути, я больше никому не верю! – срываюсь на бег.
— Лера, нам надо поговорить! Лера, подожди...
Молча вырываю из ладоней мантию, набрасываю на плечи и скрепляю на груди витиеватой застежкой. А потом, высвободив руку из ткани, сжимаю в кулак и со всей силы бью по его идеальной роже.
— Ублюдок! – отталкиваю пришельца и направляюсь в свою комнату, только слова произнесенные хриплым голосом ударяют в спину:
— Лера, я сожалею.
Резко поворачиваюсь и с яростью бросаю:
— Да ты готов заливаться соловьем, лишь бы добиться своего! Убирайся с моего пути, я больше никому не верю! – срываюсь на бег.
— Лера, нам надо поговорить! Лера, подожди...
Выберите полку для книги