Книги по тегу «из деревни с любовью»: ""

Мы покупали землю под новый эко-посёлок, и нужно было лично оценить участок, поговорить с местными, убедиться, что старики не устроят бунт. Я приехал один, без охраны, на внедорожнике, который стоил больше, чем весь этот посёлок вместе взятый. Мне хотелось тишины. Хотелось почувствовать хоть что-то настоящее, даже если это настоящее пахло сыростью и бедностью.
Деревня называлась Сущево. Три улицы, покосившиеся заборы, куры, роющиеся в пыли, и полное отсутствие асфальта. Моя машина выглядела здесь как инопланетный корабль, севший на враждебную планету. Я вышел, вдыхая воздух, густой от запаха трав и дыма. И увидел её.
Она стояла у колодца, накачивая воду в старое оцинкованное ведро. На ней была простая ситцевая юбка в мелкий цветочек, белая блузка с короткими рукавами и потрёпанные резиновые сапоги. Волосы, русые и густые, были заплетены в одну косу, перекинутую через плечо. Никакого макияжа. Никаких украшений. Только загар на руках и лице, да веснушки, рассыпанные по носу и щекам...

Терпеть не мог Казакову ещё с университета. А сегодня эта мажорка в мини-юбке въехала в мою машину и решила слинять втихую. Но я придумал, как её проучить: поедет на исправительные работы в деревню к моим родителям. Иначе останется без прав на год и будет на своих шпильках в общественном транспорте скакать.

Всегда догадывалась, что у моего бывшего одногруппника, Глеба Соколова, мерзкий характер. Но сегодня Соколов превзошёл сам себя – шантажировать меня вздумал! Думает, я буду пахать в грядках у его родителей. Не на ту напал! Устрою им всем супершоу «Топ-модель едет в деревню». Умолять будут, чтобы уехала обратно.

Уж кого-кого, а несносных мажоров Марьяна в своей жизни не потерпит! Рождаются с золотой ложечкой во рту и думают, что им многое позволено, а как бы не так! Любить не умеют, хранить верность не умеют, да и вообще на серьезные чувства неспособные. Марьяна это точно знает! А тут нарисовался один из Северной столицы и ходит по деревне гоголем, якобы невесту себе ищет. Нет уж! Лучше она в сторону его водителя посмотрит. А что? Мужчина ответственный, рассудительный, любое дело в его руках спорится. Вот только не оставляет Марьяну чувство, что он не так прост, как кажется.

Вместо сцены и фанаток – родная деревня, а взамен Мерседеса – синий трактор. Лучший друг - дикий и наглый гусь. Пятизвездочный отель – бабкин бревенчатый дом без удобств. Что еще ждет меня, Андрея Трубина, звезду российской эстрады на родине, в маленькой деревне на Урале? Возможно, первая любовь?
- Ты певец, говорят?
- Говорят, - кивнул я. Они разглядывали мои фотографии по стенам избы.
- «Белые розы» ты пел? – спросил Серега, нанизывая пельмень на вилку.
- Нет! – помотал я головой.
- А «Кони в яблоках?» - пельмень отправился в банку со сметаной.
- Тоже нет!
- А что ты пел? – спросил второй работяга, тыкая пучком лука в солонку.
- «Зима-провода!» - сказал я гордо.

– Поедешь с Настей в деревню! – рубанул отец с плеча.
– Эээ, нет, что, зачем? – Димон от неожиданного известия дар речи потерял, заблеял как овца. – Как… какую деревню?
– Отличную деревню! Глубинка! Лес, речка, сенокос, ягоды, грибы. Цып-цып-цып, мои цыплятки, цып-цып-цып, мои касатки. Вы пушистые комочки, мои будущие квочки.
– Па, – Димон с ужасом смотрел на отца, заливающегося соловьем. – Давай, квочки без меня обойдутся. У них, это, надои будут больше.
– Не обойдутся! Квочки это курицы, балбес!
– Хорошо, курицы. Буду знать. Уже знаю. В деревню можно не ехать.
– Значит так, Дмитрий. Поскольку ты сам о своем будущем совсем не думаешь, подумал я.

Не могу вспомнить, когда моя жизнь покатилась под откос. В день, когда я отмечала своё восемнадцатилетие. Или когда решила это сделать в ночном клубе. А может, когда я встретила Его?
Да, это он — тот, кто пытается разрушить мою жизнь и мечты. И за это я бескрайне ему благодарна.

Кусь:
Вижу в глазах Николая азарт.
— Раз так, тогда я заберу это, — в одну секунду он сдирает с меня полотенце.
Еле успеваю прикрыться, но Николая это не останавливает:
— Ну прямо богиня, — с нескрываемым возбуждением смотрит на меня он. — И это я тоже заберу себе.
Он впивается в мои губы поцелуем. От неожиданности отшатываюсь, а ещё через мгновение Николай скрывается за моим окном.
То ли ниндзя, то ли камикадзе.
Мои окна выходят на задний двор, где, скорее всего, сейчас находится мой отец…

Бык.
Самый настоящий бык.
Он несется на меня, раздувая ноздри и прожигая убийственным взглядом черных глаз.
— Берегись! — кто-то, видимо, очень смелый, решает предупредить меня о надвигающейся опасности. Поздно. Слишком поздно кричать. — Чего встала как вкопанная? Перелазь через забор!
Я киваю, поднимаю ногу и, услышав за спиной недовольное пыхтение приближающего быка, слегка перебарщиваю.
— А-а-а-а! — с диким воплем я кувыркаюсь и лечу прямо в огромное корыто с помоями. Выныриваю, отплевываюсь и… плачу. Ну вот какого черта я здесь забыла?
____________
Она — городская принцесса, тусовщица и фанатка Сroсs. Она настолько ошалела от безнаказанности, что богатый папа решает показать дочери прелести деревенской жизни. После очередной выходки, которая стоила отцу кругленькой суммы, он с помощью друга детства решает проучить тусовщицу-дочь. Все заканчивается тем, что, вернувшись в свою комнату и уснув сладким сном в своей кровати, она просыпается… в деревне!

Этот наглый мажор, заявившийся к нам в деревню, возомнил, что он пуп земли, и что я непременно должна влюбиться в него! Но не на ту напал! Вместо поцелуев он получит крапиву в штаны, а после я сделаю все, чтобы выжить его из деревни. И пусть даже не надеется, что понравился мне! Вот ни капельки, честно! Разве что самую малость…

— Вы кто? — хмуро спрашивает мужчина, и я понимаю, что это и есть тот самый Медвед.
— Мария Васильева, журнал «Наш дом», — отвечаю я, стараясь вложить в голос максимальную уверенность, хотя всё внутри меня дрожит. — Приехала взять у вас интервью.
Медведев смотрит на меня так, словно я объявила ему, что беременна тройней и собираюсь переехать к нему жить. В его взгляде читается явное раздражение, смешанное с недоверием.
— Журналистка, значит? — с подозрением повторяет он, явно не веря своим ушам. — А я-то думал, это мошенники вчера звонили. Хотя… вид у вас подозрительный.

— Прежде чем зайти, разденьтесь.
Я замираю на пороге, растерявшись. В ушах стучит, от усталости и холода уже трудно соображать.
— Что? — выпаливаю я, глядя на него в полнейшем шоке и ужасе.
Мне что, повезло попасть в убежище маньяка?
Надо было в машине пересидеть! Не вечно бы этот ливень шел!
— Да не совсем, — он закатывает глаза, будто это самое очевидное требование на свете. — Мокрое снимите и обувь. Натопчете еще. Убирать потом.