Подборка книг по тегу: "измена и предательство"
- Яна? Что ты здесь делаешь?
Яна вздрогнула и резко повернулась ко мне.
- Ой, Даша.
- Я повторяю, что ты делаешь в моей квартире?!
- А я тут… эм… заехала за документами для твоего отца. Сеня вот ищет их.
Блузка на ее шикарной груди четвертого размера была застегнута только наполовину. Я не дура, хоть из меня ее и пытались сделать своими глупыми оправданиями.
-Ищет в душе?! Документы?! Что здесь происходит?! Чем вы двое здесь занимаетесь?!
Нет, я не хотела в это верить. Я и не верила в это. Я просто не понимала, как такое возможно. Мой муж с женой моего отца. С той, которая увела отца из семьи. Что вообще за бред?
Яна вздрогнула и резко повернулась ко мне.
- Ой, Даша.
- Я повторяю, что ты делаешь в моей квартире?!
- А я тут… эм… заехала за документами для твоего отца. Сеня вот ищет их.
Блузка на ее шикарной груди четвертого размера была застегнута только наполовину. Я не дура, хоть из меня ее и пытались сделать своими глупыми оправданиями.
-Ищет в душе?! Документы?! Что здесь происходит?! Чем вы двое здесь занимаетесь?!
Нет, я не хотела в это верить. Я и не верила в это. Я просто не понимала, как такое возможно. Мой муж с женой моего отца. С той, которая увела отца из семьи. Что вообще за бред?
— Милая, открой глаза, твой муж спит с секретаршей, — говорит Марина, моя подруга.
Вчера мой муж задержался на работе, сказал, что его глупая секретарша опять куда-то подевала важные документы. Вот и искали до самой ночи.
Но не может он так поступить! У нас двое детей, а он хочет третью — лапочку-дочку, и чтобы похожа была на меня.
— Я сама их видела, — после паузы говорит Марина.
Мы сидим на кухне, пьем чай, я с младшим сыном на руках, хорошо, что малыш ещё ничего не понимает.
— Антон не такой, не может быть.
В голосе Марины сквозит презрение:
— Он сегодня снова задержится на работе, вот приди и посмотри! Увидишь, что я права.
Вчера мой муж задержался на работе, сказал, что его глупая секретарша опять куда-то подевала важные документы. Вот и искали до самой ночи.
Но не может он так поступить! У нас двое детей, а он хочет третью — лапочку-дочку, и чтобы похожа была на меня.
— Я сама их видела, — после паузы говорит Марина.
Мы сидим на кухне, пьем чай, я с младшим сыном на руках, хорошо, что малыш ещё ничего не понимает.
— Антон не такой, не может быть.
В голосе Марины сквозит презрение:
— Он сегодня снова задержится на работе, вот приди и посмотри! Увидишь, что я права.
Телефон коротко завибрировал и экран загорелся. Я бросила на него беглый взгляд, просто по привычке. И замерла. На экране всплыло уведомление от мессенджера.
Ира ❤️: Уже скучаю.
Не просто Ира. А с наглой, вызывающей красной капелькой сердца рядом. И два слова. Два коротких, безжалостных слова, которые раскололи мою жизнь на «до» и «после».
Мир не рухнул. Он просто исчез. Растворился, оставив после себя гулкую, звенящую пустоту. Звук воды в ванной стал далеким и неразборчивым, словно доносился из другого мира. Воздух в комнате стал плотным, вязким, я не могла сделать вдох. Пальцы, сжимавшие мой собственный телефон, разжались, и он беззвучно упал на мягкий ковер.
Ира. С сердцем.
🔥РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКИ ДЛЯ ПЕРВЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ! 🔥
Ира ❤️: Уже скучаю.
Не просто Ира. А с наглой, вызывающей красной капелькой сердца рядом. И два слова. Два коротких, безжалостных слова, которые раскололи мою жизнь на «до» и «после».
Мир не рухнул. Он просто исчез. Растворился, оставив после себя гулкую, звенящую пустоту. Звук воды в ванной стал далеким и неразборчивым, словно доносился из другого мира. Воздух в комнате стал плотным, вязким, я не могла сделать вдох. Пальцы, сжимавшие мой собственный телефон, разжались, и он беззвучно упал на мягкий ковер.
Ира. С сердцем.
🔥РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКИ ДЛЯ ПЕРВЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ! 🔥
"Я пошутил. Не надо мне изменять", — получаю я сообщение от мужа.
Видимо понял, что меня везут не домой.
"Выселяйся из квартиры, — пишу я Фимову, но не выдерживаю и добавляю, — ты же говорил, что я не изменю с первым встречным, потому что первый встречный меня не захочет".
Я гашу экран, стараюсь не смотреть на мужчину в костюме рядом, но он сам поворачивается ко мне:
— Это был ваш сын?
Ой как стыдно, неужели я настолько плохо выгляжу?!
Ну да ненакрашенная, волосы не уложены, одета как попало, думала же — просто схожу за яйцами в магазин.
— Муж, — хрипя от стыда, говорю я, — и мы с ним ровесники.
— Извините, да, теперь вижу, что Вы моло... — и тут он резко тормозит на светофоре, — Маша?
Я тоже поворачиваюсь к нему, рассматривая лицо. Нос с небольшой горбинкой, прямой лоб. Губы... Я помню эти губы.
— Михаил?
Видимо понял, что меня везут не домой.
"Выселяйся из квартиры, — пишу я Фимову, но не выдерживаю и добавляю, — ты же говорил, что я не изменю с первым встречным, потому что первый встречный меня не захочет".
Я гашу экран, стараюсь не смотреть на мужчину в костюме рядом, но он сам поворачивается ко мне:
— Это был ваш сын?
Ой как стыдно, неужели я настолько плохо выгляжу?!
Ну да ненакрашенная, волосы не уложены, одета как попало, думала же — просто схожу за яйцами в магазин.
— Муж, — хрипя от стыда, говорю я, — и мы с ним ровесники.
— Извините, да, теперь вижу, что Вы моло... — и тут он резко тормозит на светофоре, — Маша?
Я тоже поворачиваюсь к нему, рассматривая лицо. Нос с небольшой горбинкой, прямой лоб. Губы... Я помню эти губы.
— Михаил?
Моя история напоминала сказку. Красивая талантливая девочка из глубинки смогла добиться феноменального успеха в мире балета, и в этот момент встретила любовь. Такую, о какой пишут в книгах. Безумную, страстную, от которой сносило голову, и наши чувства не очерствели и по сей день. Или только я так считала?..
Один телефонный звонок изменил мою жизнь, разделив ее на до и после.
«Молчишь? – чувствую даже на расстоянии насмешку в голосе. – Не веришь?! Тогда посмотри…»
Один телефонный звонок изменил мою жизнь, разделив ее на до и после.
«Молчишь? – чувствую даже на расстоянии насмешку в голосе. – Не веришь?! Тогда посмотри…»
Вот уж никогда бы не подумала, что мое знание турецкого языка поможет легче пережить развод и завоевать сердце …немца. Однако судьба может нам преподносить и не такие сюрпризы.
Идеальная жизнь рухнула в одно мгновение. Муж, Сергей, и юная няня Катя — предательство было ударом ниже пояса. Но Оксана не из тех, кто плачет в подушку. Ее месть будет холодной, точной и беспощадной. Она уничтожит репутацию мужа, лишит его всего и вышвырнет из своей жизни.
- Я не буду делать никакого стриптиза, - тихо говорю, с ненавистью глядя Марку в глаза. - Ни на морозе, и вообще - нигде. И... извинись за то, что назвал меня недоразумением. То, что ты сделал - омерзительно.
Говорю это, и знаю - я всё равно не смогу простить его. Никогда, ни при каких условиях. Нельзя унижать чувства, нельзя относиться к людям как одноразовым стаканчикам или салфеткам: выпил, вытер и выбросил.
- Я сказал - разделась, и пошла во двор! - рявкает Марк. - Будешь танцевать, пока нам не надоест!
Говорю это, и знаю - я всё равно не смогу простить его. Никогда, ни при каких условиях. Нельзя унижать чувства, нельзя относиться к людям как одноразовым стаканчикам или салфеткам: выпил, вытер и выбросил.
- Я сказал - разделась, и пошла во двор! - рявкает Марк. - Будешь танцевать, пока нам не надоест!
— Наташа… — он резко вжикнул молнией, и повернулся ко мне, словно ничего не случилось. — Вот только давай без сцен, ладно? Ты же воспитанная женщина.
Его голос. Его голос. Все эти годы он звучал для меня лаской, теплом, уверенностью. А сейчас — будто чужая грязь на коже.
Анжела сползла со стола, лихорадочно поправляя юбку. Её щёки пылали, дыхание сбивалось, но в глазах… Не стыд. Нет. Торжество. Она метнула взгляд на Петра — быстрый, тайный, знающий — и бочком прокралась к двери, будто я просто неудобная помеха.
Я не пошевелилась. Не закричала. Я просто стояла и смотрела.
В лицо человека, который ещё утром целовал меня в макушку, бормоча «люблю». В лицо, которое сейчас кривилось не от раскаяния, а от раздражения, будто я что-то испортила.
— Ты… — мой голос дрогнул, но не сорвался. — Ты мне… Изменил… — хрипло прошептала, сжал горло рукой.
Он пожал плечами, будто я спросила про погоду.
— Ну, случилось. Не драматизируй.
Его голос. Его голос. Все эти годы он звучал для меня лаской, теплом, уверенностью. А сейчас — будто чужая грязь на коже.
Анжела сползла со стола, лихорадочно поправляя юбку. Её щёки пылали, дыхание сбивалось, но в глазах… Не стыд. Нет. Торжество. Она метнула взгляд на Петра — быстрый, тайный, знающий — и бочком прокралась к двери, будто я просто неудобная помеха.
Я не пошевелилась. Не закричала. Я просто стояла и смотрела.
В лицо человека, который ещё утром целовал меня в макушку, бормоча «люблю». В лицо, которое сейчас кривилось не от раскаяния, а от раздражения, будто я что-то испортила.
— Ты… — мой голос дрогнул, но не сорвался. — Ты мне… Изменил… — хрипло прошептала, сжал горло рукой.
Он пожал плечами, будто я спросила про погоду.
— Ну, случилось. Не драматизируй.
Если уличаешь мужа в измене — у тебя должен быть план.
А у Лены… нет ничего.
Двое детей.
Муж, который предает её снова и снова.
Квартира, доставшаяся ему от бабушки.
Родители, которые «знают, как правильно».
И страх — такой сильный, что он давно заменил ей жизнь.
Она живёт, как в «дне сурка»: дом, заботы, обязанности и бесконечное «надо».
Пока однажды судьба не делает за неё то, на что она сама не решалась годами.
В парке Лена случайно видит мужа с его новой пассией.
А вечером он приходит домой — уверенный, спокойный, будто ничего не произошло.
Как будто у неё нет глаз. И нет сердца.
Но именно в этот момент Лена понимает:
или она начинает жить, или окончательно исчезает в чужой жизни.
Это история о женщине, которая наконец увидела собственную ценность…
И сделала первый шаг к жизни, где решает она — а не чужая ложь.
А у Лены… нет ничего.
Двое детей.
Муж, который предает её снова и снова.
Квартира, доставшаяся ему от бабушки.
Родители, которые «знают, как правильно».
И страх — такой сильный, что он давно заменил ей жизнь.
Она живёт, как в «дне сурка»: дом, заботы, обязанности и бесконечное «надо».
Пока однажды судьба не делает за неё то, на что она сама не решалась годами.
В парке Лена случайно видит мужа с его новой пассией.
А вечером он приходит домой — уверенный, спокойный, будто ничего не произошло.
Как будто у неё нет глаз. И нет сердца.
Но именно в этот момент Лена понимает:
или она начинает жить, или окончательно исчезает в чужой жизни.
Это история о женщине, которая наконец увидела собственную ценность…
И сделала первый шаг к жизни, где решает она — а не чужая ложь.
Выберите полку для книги