Книги по тегу «измена и предательство»: ""
– Аврора, я дома! – раздался голос Вити, впервые за долгое время так рано вернувшегося с работы.
– И как ты это объяснишь? – Я швырнула под ноги мужа стринги и пачку презервативов, сжав руки в кулаки, борясь с желанием пустить их в ход.
– А я не понял, Аврора, ты что, копалась в моих вещах?
– Ты серьёзно? Витя, ты сам попросил меня разобрать твою сумку. И не смей перекладывать на меня вину и делать крайней. С кем ты спишь? С Яной?
Мне почему-то казалось, что муж начнёт всё отрицать и отпираться, доказывая, что я всё не так поняла и он может всё объяснить. Но этого не произошло.
– А чего ты от меня ждала? Что я буду как монах хранить тебе верность?
– И как ты это объяснишь? – Я швырнула под ноги мужа стринги и пачку презервативов, сжав руки в кулаки, борясь с желанием пустить их в ход.
– А я не понял, Аврора, ты что, копалась в моих вещах?
– Ты серьёзно? Витя, ты сам попросил меня разобрать твою сумку. И не смей перекладывать на меня вину и делать крайней. С кем ты спишь? С Яной?
Мне почему-то казалось, что муж начнёт всё отрицать и отпираться, доказывая, что я всё не так поняла и он может всё объяснить. Но этого не произошло.
– А чего ты от меня ждала? Что я буду как монах хранить тебе верность?
– Ой, я не хотела, – пищит Снежана.
– Лида, не переживай, между нами нет ничего серьезного! – выдает Геннадий.
Ну, прямо как дети малые!
– Серьезность намерений и свои желания обсуждайте без меня, – заставляю себя произнести по возможности спокойно и даже иронично. – Мне же полученной информации, чтобы сделать выводы, достаточно.
Захлопываю дверь, чтобы избавить себя от отвратительного зрелища и выслушивания нелепых объяснений.
***
Вернувшись на кафедру за забытым на работе подарком для подруги, Лида застает своего супруга с его аспиранткой в пикантной ситуации, к экономической науке не имеющей никакого отношения.
Двадцать лет Лиде казалось, что у нее с Геной крепкий союз, построенный на доверии, и что она всегда может рассчитывать на понимание и поддержку дочери. Ее мнимое семейное благополучие разваливается в одночасье.
Лида не пытается найти компромисс и починить то, что сломано. Она уходит, сжигая мосты. Что ожидает ее на том берегу: новая любовь или вечное одиночество?
– Лида, не переживай, между нами нет ничего серьезного! – выдает Геннадий.
Ну, прямо как дети малые!
– Серьезность намерений и свои желания обсуждайте без меня, – заставляю себя произнести по возможности спокойно и даже иронично. – Мне же полученной информации, чтобы сделать выводы, достаточно.
Захлопываю дверь, чтобы избавить себя от отвратительного зрелища и выслушивания нелепых объяснений.
***
Вернувшись на кафедру за забытым на работе подарком для подруги, Лида застает своего супруга с его аспиранткой в пикантной ситуации, к экономической науке не имеющей никакого отношения.
Двадцать лет Лиде казалось, что у нее с Геной крепкий союз, построенный на доверии, и что она всегда может рассчитывать на понимание и поддержку дочери. Ее мнимое семейное благополучие разваливается в одночасье.
Лида не пытается найти компромисс и починить то, что сломано. Она уходит, сжигая мосты. Что ожидает ее на том берегу: новая любовь или вечное одиночество?
– Друзья! Я поднимаю этот тост за новое начало! – гаркнул муж и крепче прижал к себе дочь друга.
Зал взорвался аплодисментами и восторженными криками.
А у меня сердце забилось в горле.
Я на пороге замерла, шевельнуться не в силах. Стою и не понимаю, почему в нашу с Вовой годовщину все наши друзья поздравляют этих двоих?
Мой взгляд был прикован к мужу.
К его лицу, к его руке, обнимающей дочь друга.
В этот момент он наклонился к ней....
И мой мир в один миг раскололся на миллион осколков. Кажется, я слышала, как эти осколки с хрустом оседают на полу ресторана.
Десять лет верности, доверия, любви...
И всё оказалось подделкой.
Громкой, пафосной, отвратительной.
Потому, что мой муж...
Поцеловал эту девчонку.
Открыто.
Не стесняясь.
На глазах у всех наших друзей.
Зал взорвался аплодисментами и восторженными криками.
А у меня сердце забилось в горле.
Я на пороге замерла, шевельнуться не в силах. Стою и не понимаю, почему в нашу с Вовой годовщину все наши друзья поздравляют этих двоих?
Мой взгляд был прикован к мужу.
К его лицу, к его руке, обнимающей дочь друга.
В этот момент он наклонился к ней....
И мой мир в один миг раскололся на миллион осколков. Кажется, я слышала, как эти осколки с хрустом оседают на полу ресторана.
Десять лет верности, доверия, любви...
И всё оказалось подделкой.
Громкой, пафосной, отвратительной.
Потому, что мой муж...
Поцеловал эту девчонку.
Открыто.
Не стесняясь.
На глазах у всех наших друзей.
– Как ты мог, Дима? Она же в дочери тебе годится?
– Это просто секс, Галя. Ничего личного. Я просто захотел молодого, энергичного женского тела.
Я вдруг заметила, что дышу слишком часто, но воздуха всё равно не хватает. Комната начала медленно вращаться, а его лицо расплылось перед глазами. Я была готова к признанию Димы, но чтобы вот так вот...
Цинично, без толики раскаяния?
– Ты... ты спал с девушкой, которую мы знали с детства, которая ела за нашим столом, которую Аня считала подругой... – слова застревали в горле, превращаясь в хрип. – И для тебя это "ничего личного"?
– Ты мне надоела. Я ухожу.
– К ней? – я засмеялась, и этот смех звучал дико даже в моих ушах. – Ты действительно думаешь, что двадцатилетняя девчонка нуждается в пятидесятилетнем мужике? Она тебя использует, Дима!
Он уже надевал пальто, его лицо было каменным.
– Хотя бы она умеет делать так, чтобы мне было хорошо.
– Это просто секс, Галя. Ничего личного. Я просто захотел молодого, энергичного женского тела.
Я вдруг заметила, что дышу слишком часто, но воздуха всё равно не хватает. Комната начала медленно вращаться, а его лицо расплылось перед глазами. Я была готова к признанию Димы, но чтобы вот так вот...
Цинично, без толики раскаяния?
– Ты... ты спал с девушкой, которую мы знали с детства, которая ела за нашим столом, которую Аня считала подругой... – слова застревали в горле, превращаясь в хрип. – И для тебя это "ничего личного"?
– Ты мне надоела. Я ухожу.
– К ней? – я засмеялась, и этот смех звучал дико даже в моих ушах. – Ты действительно думаешь, что двадцатилетняя девчонка нуждается в пятидесятилетнем мужике? Она тебя использует, Дима!
Он уже надевал пальто, его лицо было каменным.
– Хотя бы она умеет делать так, чтобы мне было хорошо.
– Ты изменил мне с подругой нашей дочери… В нашем доме… – говорить об этом было тошно. Как и вспоминать увиденное.
Все внутренности тугим узлом стягивало.
– И что? Все мужики изменяют. Ты думаешь, от этого кто-то уходит? – зато муж явно не видел в своей измене ничего криминального.
– Я подаю на развод, Олег. – впервые сказала об этом вслух. Но была уверенна в собственном решении.
– Не смеши меня, Нина. Куда ты денешься? Ты – моя жена. Была и будешь.
Он был уверен, что я не посмею. Что прощу.
Ведь столько лет вместе. Общий быт. Взрослая дочь. Всё общее.
Но только прощать я не собиралась.
Все внутренности тугим узлом стягивало.
– И что? Все мужики изменяют. Ты думаешь, от этого кто-то уходит? – зато муж явно не видел в своей измене ничего криминального.
– Я подаю на развод, Олег. – впервые сказала об этом вслух. Но была уверенна в собственном решении.
– Не смеши меня, Нина. Куда ты денешься? Ты – моя жена. Была и будешь.
Он был уверен, что я не посмею. Что прощу.
Ведь столько лет вместе. Общий быт. Взрослая дочь. Всё общее.
Но только прощать я не собиралась.
Как важно в сложный момент жизни, когда переживаешь предательство, ощущать поддержку подруги. Пусть и немного навязчивую. Помогает, как умеет.
В день десятой годовщины свадьбы в наш дом заявляется беременная любовница мужа.
Он успокаивает меня, что один раз на корпоративе - пустяк, но я категорически не согласна с ним. Более того, я отомщу за ущемленное собственное достоинство.
- Что здесь происходит?!- эмоционально спрашиваю я, смотрю на Артема, потом на нее. – Это кто вообще?!
Лицо мужа искажено паникой.
- Спокойно! Это просто соседка ошиблась дверью, - выдавливает он.
Девица фыркает, громко, презрительно. Ее наглый взгляд скользит по мне с ног до головы оценивающе.
- Артем, хватит врать, как последний подлец! – кричит она.
Мерзавка делает шаг вперед.
- Скажи своей жене правду! Я беременна! От тебя! – продолжает она. – Это же твой ребенок!
Он успокаивает меня, что один раз на корпоративе - пустяк, но я категорически не согласна с ним. Более того, я отомщу за ущемленное собственное достоинство.
- Что здесь происходит?!- эмоционально спрашиваю я, смотрю на Артема, потом на нее. – Это кто вообще?!
Лицо мужа искажено паникой.
- Спокойно! Это просто соседка ошиблась дверью, - выдавливает он.
Девица фыркает, громко, презрительно. Ее наглый взгляд скользит по мне с ног до головы оценивающе.
- Артем, хватит врать, как последний подлец! – кричит она.
Мерзавка делает шаг вперед.
- Скажи своей жене правду! Я беременна! От тебя! – продолжает она. – Это же твой ребенок!
Милена – психотерапевт, чей брак рушится на глазах. Когда пациент, перенёсший остановку сердца, говорит, что видел её «по ту сторону», привычная реальность начинает трещать по швам.
Муж в объятиях молодой любовницы. Дочь хранит чужие тайны. А она – тонет в боли, умирает каждый день.
Но именно в этот момент, когда сердце молчит, появляется мужчина, способный вернуть её к жизни.
Может ли женщина, раздавленная предательством, научиться снова любить?❤️
Муж в объятиях молодой любовницы. Дочь хранит чужие тайны. А она – тонет в боли, умирает каждый день.
Но именно в этот момент, когда сердце молчит, появляется мужчина, способный вернуть её к жизни.
Может ли женщина, раздавленная предательством, научиться снова любить?❤️
Она потеряла всё — статус, мужа, уверенность. Но именно после предательства началась её настоящая жизнь.
Марина не готова была к предательству. Не готова — к разводу, к осуждению, к одиночеству.
Но ещё меньше она была готова всю жизнь быть «удобной».
Пока однажды не выбрала себя.
Перед вами — история женщины, которая прошла через боль, предательство и разрушение иллюзий.
Но не сдалась.
Она научилась не выживать — а жить. Не бороться — а быть. Не оправдываться — а действовать.
📌 Этот роман — о честности с собой.
📌 О любви, в которой нет боли.
📌 О свободе, которую не надо заслуживать.
Если вы когда-то начинали всё с нуля — эта история для вас.
Марина не готова была к предательству. Не готова — к разводу, к осуждению, к одиночеству.
Но ещё меньше она была готова всю жизнь быть «удобной».
Пока однажды не выбрала себя.
Перед вами — история женщины, которая прошла через боль, предательство и разрушение иллюзий.
Но не сдалась.
Она научилась не выживать — а жить. Не бороться — а быть. Не оправдываться — а действовать.
📌 Этот роман — о честности с собой.
📌 О любви, в которой нет боли.
📌 О свободе, которую не надо заслуживать.
Если вы когда-то начинали всё с нуля — эта история для вас.
Владимир молча поставил чашку на стол, боясь нарушить хрупкий покой. Он знал, что совершил ошибку, предательство, которое невозможно искупить. Он видел, как день за днем гасла искра в глазах Анны, как увядала их любовь. Но эгоизм и слабость оказались сильнее.
-Я знаю, что причинил тебе боль, - проговорил он тихо, стараясь смотреть ей в глаза. - Я сожалею об этом. Каждую секунду.
-Сожаления ничего не меняют, - отрезала Анна, не отводя взгляда от дождливого пейзажа. - Ты украл у меня веру в любовь, в семью, в будущее. Ты украл меня.
Она повернулась к нему, и в ее глазах Владимир увидел не только гнев, но и глубокую, всепоглощающую печаль. Он понял, что потерял не просто жену, а часть себя. Часть, которую уже никогда не вернуть. Анна протянула ему письмо о разводе.
-Подпиши. И уходи.
-Я знаю, что причинил тебе боль, - проговорил он тихо, стараясь смотреть ей в глаза. - Я сожалею об этом. Каждую секунду.
-Сожаления ничего не меняют, - отрезала Анна, не отводя взгляда от дождливого пейзажа. - Ты украл у меня веру в любовь, в семью, в будущее. Ты украл меня.
Она повернулась к нему, и в ее глазах Владимир увидел не только гнев, но и глубокую, всепоглощающую печаль. Он понял, что потерял не просто жену, а часть себя. Часть, которую уже никогда не вернуть. Анна протянула ему письмо о разводе.
-Подпиши. И уходи.
Выберите полку для книги