Книги по тегу «криминальный роман»: ""

История о шести итальянских гангстерах, которые ещё при рождении отказались от совести и покоя. Они не играли в песочницах с другими детьми. Заточки, ножи и кастеты были их игрушками. Их боялись и уважали. Они переступили через все нормы морали и теперь живут по собственным законам. Им чужды такие понятия, как права, ответственность, свободы, общественный порядок, конституция и мир. Есть только собственность, вседозволенность, доллары и Магнум 44 калибра – решение всех проблем.

Анфиса — реставратор из Петербурга. У неё рыжие волосы, зелёные глаза и тело, которое называли «слишком». Но в Стамбуле, где полнота — это «берекет» (изобилие), она впервые чувствует себя красивой. Её цель — спасти византийскую фреску, спящую сто лет в подвале контрабандиста.
Четин — телохранитель пирата Мраморного моря. Его лицо пересечено шрамами, косоглазие осталось после пули в спецназе, а тело покрыто татуировками-килимами с именами семерых убитых родных. Он не верит в Бога, не ждёт любви и не прислуживает женщинам.
Они встречаются у кованых ворот особняка. Он смотрит на неё одним глазом прямо, вторым — в сторону. Она просит принести чай. Он приносит. И начинает ждать — каждый день, час за часом, впитывая запах её пионов и льняной рубашки.
Чай становится их языком. Взгляды — дольше. Касания — чаще. А когда ночной Балат подбрасывает ей грабителей с ножами, Четин убивает за неё, не думая. И говорит: «Ты моя. Ты ещё не знаешь. Но я знал с первой секунды».

После смерти одинокой петербурженки Элеоноры Гольц появляется мужчина, который по документам оказывается ее сыном. Родные уверяют, что детей у Элеоноры никогда не было. Документы чисты, ДНК не исключает родство, старые фотографии выглядят настоящими, а соседи внезапно вспоминают мальчика из прошлого.

Эксперт по наследственным и архивным расследованиям Елизавета Беллинз начинает обычную проверку и выходит на компанию, которая умеет встраивать людей в чужие семейные линии. Они работают с бумагой, кровью и памятью: актовыми записями, ДНК-образцами, фотографиями, запахами, маршрутами, вещами и чужими детскими воспоминаниями.

Но чем глубже Лиза идет по следу чужой фамилии, тем ближе дело подходит к ее собственному семейному архиву. В Петербурге прошлое не лежит спокойно в папках. Оно пахнет мокрой бумагой, отоплением, кладбищенской землей и невозможной корюшкой в ноябре.

В старом доме на Васильевском острове находят домовую книгу, которой официально не должно существовать. В ней записаны жильцы, исчезнувшие из реестров, наследственных дел и семейной памяти. Их потомки живы, их квартиры уже почти проданы, а документы слишком аккуратны, чтобы быть правдой.
Елизавета Беллинз берется за дело после смерти человека, который пытался отказаться от собственной фамилии. Проверка старых записей быстро выводит ее на девелоперскую схему, банк биологических материалов и сеть «Чистых линий», умеющую не только встраивать людей в чужие семьи, но и стирать целые дома из прошлого.
Теперь Лизе нужно доказать, что дом помнит тех, кого государство не захотело записывать. Но каждая найденная строка приближает ее к собственной семейной тайне.

В Петербурге исчезают не дети. Исчезают женщины, которые имели право называться матерями.

К Елизавете Беллинз приходит женщина с тремя документами о собственном рождении. В одном указана мать с одной фамилией, во втором - с другой, а в архивной справке материнская строка восстановлена так чисто, будто живой женщины никогда не существовало. На старой роддомовской фотографии кто-то выскоблил подпись, и это оказывается не ошибкой, а началом новой операции «Чистых линий».

Пока Лиза и судебный генетик Матвей Ландер проверяют роддомовские журналы, бирки, медицинские карты и материнскую ДНК, система пытается сделать их авторами чужой подделки. Девичьи фамилии исчезают из актовых записей, мертвые женщины получают новые роли, а живых заставляют принять происхождение, которого они не выбирали.

Третье дело Лизы бьет уже не по наследству и не по дому, а по самой боли родства: кто имеет право назвать женщину матерью - документ, кровь, первая рука или сама женщина.

В детский сад на Петроградской стороне приходит женщина и требует отдать ей мальчика, который по документам ей никто. По ДНК родства нет. Но она знает его привычки, страхи, домашнее слово и запах, от которого он успокаивается. Когда Елизавета Беллинз и судебный генетик Матвей Ландер начинают разбираться в этом деле, они выходят на сектор детства - систему ранних сенсорных подшивок, где чужую биографию вшивали не взрослым, а детям. Зеленая чашка, старый шарф, облезлая машинка, карточка КБ-005 и пометка «ЛБ - не показывать» ведут Лизу к собственной заблокированной памяти. В Петербурге есть люди, которые помнят детство, которого у них не было. И одна из них - сама Лиза.

После дела о чужом детстве Елизавета Беллинз получает уведомление о проверке семейного доступа. Архив Беллинз должен был хранить прошлое, но внезапно начинает доказывать, что сама Лиза проходит по нему как спорный носитель фамилии. К делу подключаются Вера Штерн, Лидия, Матвей Ландер и старые записи людей, которых давно считали мертвыми. Кто-то рассылает живым голосовые сообщения от умерших родственников, заставляя их подписывать отказы, вскрывать линии и верить не документам, а голосу, который невозможно не впустить внутрь. Теперь «Чистые линии» используют не только бумагу, кровь и запах, но и посмертную речь. А в самом глубоком слое архива лежит категория, страшнее отсутствующих: оставленные живыми.

После вскрытия архива Беллинз удар переходит к Матвею Ландеру. Старые экспертизы его отца ставят под сомнение, лабораторная цепочка хранения ломается слишком чисто, а в деле появляется пробирка с именем самого Матвея. «Чистые линии» готовят новый прецедент: кровь больше не будет абсолютным доказательством происхождения, если процедуру можно признать заинтересованной. Лиза Беллинз, Матвей, Дробышев и люди, уже прошедшие через подмены, должны остановить систему, которая пытается превратить память, документы и ДНК в государственный инструмент управления происхождением. Но чтобы спасти живых, Матвею придётся сделать невозможное - отделить правду отца от права говорить его рукой.

... Когда одна ночь меняет всё...
Розали остаётся единственной выжившей после кровавой вендетты, унесшей жизни всей ее семьи.
Теперь ей предстоит не только прожить новую жизнь под другим именем, но и защитить своих детей, скрываясь от врагов, которые не знают пощады.
Сможет ли она увернуться от преследователей, чтобы не дать прошлому настигнуть её? Или мафия всегда взыщет свои долги?

Это история о выживании, любви и предательстве, где на кону — жизнь и будущее целой династии.

Внутри меня встретила тишина. Высокие потолки, мраморный пол, тяжёлая старинная мебель. Пахло дорогим табаком и кожей.
˗ Юсуф, это кто? ˗ звонко процокав каблуками по полу около меня возникла женщина.
Молодая, красивая и очень недовольная.
˗ Моя подопечная, Фатима! Я её опекун! ˗ прогремел над моим ухом Анзор.
˗ С каких это пор? ˗ взвизгнула она.
˗ С тех самых, когда я решил им стать! ˗ отрезал он и взял меня за локоть. ˗ Вперёд! Твоя комната на втором этаже, третья дверь по коридору. Не вздумай выходить без разрешения. Скоро тебе доставят гардероб, будешь мерить при мне. Твой жених должен быть в восторге от того какая ты красивая. Он до сих пор не в курсе, что вместо Лейлы я отдам ему тебя.