Подборка книг по тегу: "настоящий мужчина"
— Ты всё это время врал мне, — сказала Алина, глядя на экран телефона.
— Полгода, — продолжила она. — Полгода ты выводил деньги. Оформлял кредиты на моё имя. Готовил банкротство клиники. Я нашла всё.
Игорь усмехнулся. Нервно, зло.
— А ты думала, я буду вечно ждать, пока ты с этими своими детьми, с пациентами, с клиникой?
— И поэтому ты решил оставить меня без всего?
— Я решил начать свою жизнь. Без тебя.
Игорь засмеялся.
Алина смотрела на него и не узнавала. Чужой человек. Чужое лицо. Чужие глаза.
История о том, что самое страшное предательство — от того, кто спал с тобой в одной постели. И о том, что настоящее чудо — это просто быть рядом.
— Полгода, — продолжила она. — Полгода ты выводил деньги. Оформлял кредиты на моё имя. Готовил банкротство клиники. Я нашла всё.
Игорь усмехнулся. Нервно, зло.
— А ты думала, я буду вечно ждать, пока ты с этими своими детьми, с пациентами, с клиникой?
— И поэтому ты решил оставить меня без всего?
— Я решил начать свою жизнь. Без тебя.
Игорь засмеялся.
Алина смотрела на него и не узнавала. Чужой человек. Чужое лицо. Чужие глаза.
История о том, что самое страшное предательство — от того, кто спал с тобой в одной постели. И о том, что настоящее чудо — это просто быть рядом.
❣️❣️❣️КНИГА ЗАВЕРШЕНА!❣️❣️❣️
— Какая же ты пузатенькая стала! — мой муж гладит живот моей подруги. — Там точно пацан! Я чувствую…
Это какой-то сон? Может галлюцинация? Ущипните меня кто-нибудь!
— Это уже к тебе вопрос, — хихикает Ксения. — За пол ребёнка отвечал твой сперматозоид.
Боже мой…
Я стою в дверях кухни и не могу сделать ни шага. Ни вдохнуть нормально. Ни моргнуть. Словно тело перестало мне принадлежать.
Мои пальцы сжимаются на ручке двери. Я всё ещё надеюсь… что сейчас проснусь.
— Ну ты же понимаешь, — говорит она игриво, — если мальчик, то характер точно в тебя.
— Главное, чтобы не в тебя, — усмехается он.
— Ах так?!
Я наконец делаю шаг. Каблук тихо ударяет по полу. Они оборачиваются одновременно. Сначала Ксения.
— Настя, ты не так всё поняла…
— Какая же ты пузатенькая стала! — мой муж гладит живот моей подруги. — Там точно пацан! Я чувствую…
Это какой-то сон? Может галлюцинация? Ущипните меня кто-нибудь!
— Это уже к тебе вопрос, — хихикает Ксения. — За пол ребёнка отвечал твой сперматозоид.
Боже мой…
Я стою в дверях кухни и не могу сделать ни шага. Ни вдохнуть нормально. Ни моргнуть. Словно тело перестало мне принадлежать.
Мои пальцы сжимаются на ручке двери. Я всё ещё надеюсь… что сейчас проснусь.
— Ну ты же понимаешь, — говорит она игриво, — если мальчик, то характер точно в тебя.
— Главное, чтобы не в тебя, — усмехается он.
— Ах так?!
Я наконец делаю шаг. Каблук тихо ударяет по полу. Они оборачиваются одновременно. Сначала Ксения.
— Настя, ты не так всё поняла…
– София, не надо делать вид, что не замечаешь меня. Эй! Я к кому обращаюсь! – Всё не унимался бывший.
– Оставь меня в покое.
Ага, оставит он меня, а как же!
– Так, София, успокойся и послушай меня. Ещё ни одна женщина не смела ни то что поднять на меня руку, но даже косо посмотреть в мою сторону, а я...
– А мужчина на тебя руку поднимал, или я буду у тебя первым?
Лев, буквально вклинившись между нами, спрятав меня за своей широкой спиной, сложил руки на груди, сверху вниз взирая на притихшего Макара.
– Ну? Чего молчим? И чего лезем к чужой женщине?
– Не понял... К чьей женщине?
– К моей. Видишь ли, теперь я претендую на эту красавицу, а конкуренты мне не нужны, даже такие жалкие на вид.
– Оставь меня в покое.
Ага, оставит он меня, а как же!
– Так, София, успокойся и послушай меня. Ещё ни одна женщина не смела ни то что поднять на меня руку, но даже косо посмотреть в мою сторону, а я...
– А мужчина на тебя руку поднимал, или я буду у тебя первым?
Лев, буквально вклинившись между нами, спрятав меня за своей широкой спиной, сложил руки на груди, сверху вниз взирая на притихшего Макара.
– Ну? Чего молчим? И чего лезем к чужой женщине?
– Не понял... К чьей женщине?
– К моей. Видишь ли, теперь я претендую на эту красавицу, а конкуренты мне не нужны, даже такие жалкие на вид.
⚡️НОВИНКА⚡️
Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
🔥ЭКСКЛЮЗИВНО🔥
- А-а-а, - слышится хриплый женский голос. - Чо так грубо!
- Потерпишь! И не ори! Соседи услышат! - рычит муж.
Замираю, придерживая живот. Дочь сегодня пинается особо активно. Вот тебе и вернулась пораньше.
Две недели на сохранении, муж ждет меня только в понедельник.
Это что за девка в моем доме? Нехорошая догадка ледяной удавкой стягивает горло.
- А ты чего такой голодный-то? - слышится хриплый женский смех.
- Так у Таньки же угроза всю беременность.
- Чо она такая хилая? Даже выносить нормально не может.
- Да черт ее знает. Хватит болтать, - хрипит муж.
На негнущихся ногах иду на голоса, толкаю дверь в спальню.
Мой муж, который с утра писал мне: «Доброе утро, котенок» сейчас очень увлечен моей подругой.
В груди печет и давит, так словно, меня сунули под пресс или переехали катком. Больно. Внутри меня поднимается лютая ненависть и гнев.
Вслепую нащупываю за дверью биту.
- Ну, здравствуй, любимый!
- А-а-а, - слышится хриплый женский голос. - Чо так грубо!
- Потерпишь! И не ори! Соседи услышат! - рычит муж.
Замираю, придерживая живот. Дочь сегодня пинается особо активно. Вот тебе и вернулась пораньше.
Две недели на сохранении, муж ждет меня только в понедельник.
Это что за девка в моем доме? Нехорошая догадка ледяной удавкой стягивает горло.
- А ты чего такой голодный-то? - слышится хриплый женский смех.
- Так у Таньки же угроза всю беременность.
- Чо она такая хилая? Даже выносить нормально не может.
- Да черт ее знает. Хватит болтать, - хрипит муж.
На негнущихся ногах иду на голоса, толкаю дверь в спальню.
Мой муж, который с утра писал мне: «Доброе утро, котенок» сейчас очень увлечен моей подругой.
В груди печет и давит, так словно, меня сунули под пресс или переехали катком. Больно. Внутри меня поднимается лютая ненависть и гнев.
Вслепую нащупываю за дверью биту.
- Ну, здравствуй, любимый!
– Я тебе изменил, Алина. Изменил со своей первой любовью.
Муж выговаривает ровно, а я замираю на месте.
– Что?! Сережа, что ты такое сказал?! Это какая-то дурацкая шутка, да?!
– Никаких шуток, Алина. Я тебе изменил. С Оксаной. С женщиной, которую я, как оказалось, любил все эти годы…
Боже… как же больно! Как же нестерпимо больно! Кажется, что мне душу прямо сейчас наизнанку выворачивают, но… я не плачу, глаза сухие.
– И ты не нашел лучшего случая, чем рассказать мне об этом в нашу годовщину?! Да, Ворошилов?! Шикарный подарок жене! Ничего не скажешь!
– Это еще не все.
Муж делает глубокий вдох, буравит меня взглядом, а затем обескураживает:
– Оксана беременна. Срок двенадцать недель. И я решил, что она родит моего ребенка.
Муж выговаривает ровно, а я замираю на месте.
– Что?! Сережа, что ты такое сказал?! Это какая-то дурацкая шутка, да?!
– Никаких шуток, Алина. Я тебе изменил. С Оксаной. С женщиной, которую я, как оказалось, любил все эти годы…
Боже… как же больно! Как же нестерпимо больно! Кажется, что мне душу прямо сейчас наизнанку выворачивают, но… я не плачу, глаза сухие.
– И ты не нашел лучшего случая, чем рассказать мне об этом в нашу годовщину?! Да, Ворошилов?! Шикарный подарок жене! Ничего не скажешь!
– Это еще не все.
Муж делает глубокий вдох, буравит меня взглядом, а затем обескураживает:
– Оксана беременна. Срок двенадцать недель. И я решил, что она родит моего ребенка.
Действует самая НИЗКАЯ ЦЕНА!!! После завершения будет дороже.
Тогда, в восемнадцать лет я знать не знала, что такое карма. И уж тем более, что можно стать её орудием.
Тогда, в восемнадцать я думала, что это навсегда. Моя первая любовь, мой первый мужчина, страстный, романтичный… гнилой предатель, трус и маменькин мажор.
Моя жизнь перевернулась, когда его богатая мамуля назвали меня глупой, наивной деревенской девчонкой, шавкой безродной, которая не подходит их сыну. Их сына ждала учеба в Лондоне, место в семейном бизнесе и внушительное наследство, а мне… мне оставалось только подтереть сопли и работать локтями, вырывая себе место под солнцем.
Чтобы однажды, через много лет, увидеть его снова.
У него жена и двое детей. Жена, наверное, подходящая, из «породистых».
Казалось бы, после стольких лет «простить и отпустить», но нет. Он заплатит за всё.
Тем более, он меня не забыл.
Тогда, в восемнадцать лет я знать не знала, что такое карма. И уж тем более, что можно стать её орудием.
Тогда, в восемнадцать я думала, что это навсегда. Моя первая любовь, мой первый мужчина, страстный, романтичный… гнилой предатель, трус и маменькин мажор.
Моя жизнь перевернулась, когда его богатая мамуля назвали меня глупой, наивной деревенской девчонкой, шавкой безродной, которая не подходит их сыну. Их сына ждала учеба в Лондоне, место в семейном бизнесе и внушительное наследство, а мне… мне оставалось только подтереть сопли и работать локтями, вырывая себе место под солнцем.
Чтобы однажды, через много лет, увидеть его снова.
У него жена и двое детей. Жена, наверное, подходящая, из «породистых».
Казалось бы, после стольких лет «простить и отпустить», но нет. Он заплатит за всё.
Тем более, он меня не забыл.
- Ты пахнешь мамой, - говорит моя малышка, прижимаясь ко мне.
А я и есть ее мама.
Кто б знал, каких трудов мне стоило проникнуть в дом моего мужа, который считает меня мертвой.
И года не прошло с моего исчезновения, как он привел в наш дом свою любовницу.
А я здесь всего лишь няня. Няня для собственной дочери. И моя цель уберечь ее и узнать, кто так жаждал моей смерти.
__________
Тупой спор привел меня в глухую деревню. Дочка хозяйки, сдавшей мне жилье, говорит, что на самом деле она жена стального магната, сбежавшая от бандитов. Это бред бредовый! Ведь она ни капли не похожа на пропавшую без вести Валерию Азарову. Или все же она права?
А я и есть ее мама.
Кто б знал, каких трудов мне стоило проникнуть в дом моего мужа, который считает меня мертвой.
И года не прошло с моего исчезновения, как он привел в наш дом свою любовницу.
А я здесь всего лишь няня. Няня для собственной дочери. И моя цель уберечь ее и узнать, кто так жаждал моей смерти.
__________
Тупой спор привел меня в глухую деревню. Дочка хозяйки, сдавшей мне жилье, говорит, что на самом деле она жена стального магната, сбежавшая от бандитов. Это бред бредовый! Ведь она ни капли не похожа на пропавшую без вести Валерию Азарову. Или все же она права?
Я — Алексей, нефтяной магнат. Жизнь у меня под контролем: нефть качается, деньги текут, нервы держатся на замке. Но Новый год решил проверить, насколько крепки эти нервы.
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
Когда тебе немного за... Ладно, тридцать. У тебя есть пара десятков лишних килограммов, и ты не заводишь кошку, чтобы никто не тыкал в тебя пальцем со словами: «Та самая сильная и независимая с десятью кошками». В придачу сын-подросток, и ты смирилась с тем, что нормального мужика у тебя уже никогда не будет. Именно в этот момент случается катастрофа — в квартире по соседству появляется ОН! Кошмар моего детства, а теперь еще и чертов эталон мужской красоты с полным комплектом проблем: кошка и дочь.
Выберите полку для книги