Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Попасть в другой мир и обнаружить, что магия — это просто непознанная физика? Для ученого-зануды это лучший подарок судьбы. Особенно когда объект исследования — обаятельный Архимаг, заточенный в Синих Топях. У него аллергия на свободу, у нее — на нелогичность. Он спас ей жизнь, она хочет отплатить ему научной статьей под названием «Методы экстренной эвакуации древнего зла». Но ее четкий план рушится, когда выясняется: чтобы разрушить его клетку, нужно сначала впустить его в свое сердце. И тут даже самая точная формула бессильна.
Семь лет Аида жила по правилам мужа: молчала, оправдывала синяки и верила, что за закрытыми дверями ей некуда бежать. Но случайная встреча с Дамиром — спокойным и надёжным мужчиной, рядом с которым не нужно бояться, — впервые заставляет её вспомнить, что такое свобода.
У подножия древнего Торатау Аида делает первый шаг к новой жизни. Однако Карим не намерен отпускать женщину, которую привык считать своей собственностью. Слежка, угрозы и опасные тайны превращают попытку уйти в борьбу за право распоряжаться собственной судьбой.
Сможет ли Аида вырваться из прошлого и поверить в любовь, которая не требует жертв? Шиханы станут свидетелями её боли, первого настоящего выбора и чувства, рядом с которым можно наконец остаться собой.
У подножия древнего Торатау Аида делает первый шаг к новой жизни. Однако Карим не намерен отпускать женщину, которую привык считать своей собственностью. Слежка, угрозы и опасные тайны превращают попытку уйти в борьбу за право распоряжаться собственной судьбой.
Сможет ли Аида вырваться из прошлого и поверить в любовь, которая не требует жертв? Шиханы станут свидетелями её боли, первого настоящего выбора и чувства, рядом с которым можно наконец остаться собой.
💗🤍💗 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💗🤍💗
— Жена ничего не поймёт.
Я слышу эти слова раньше, чем вижу их.
За скалой мой муж целует другую.
Так жадно, так привычно, будто меня никогда не существовало.
Телефон дрожит в руке.
Я нажимаю на кнопку.
Щелчок.
Он резко оборачивается. Его лицо белеет.
— Вера...
Двенадцать лет брака рассыпаются за одну секунду. И назад дороги уже нет.
— Жена ничего не поймёт.
Я слышу эти слова раньше, чем вижу их.
За скалой мой муж целует другую.
Так жадно, так привычно, будто меня никогда не существовало.
Телефон дрожит в руке.
Я нажимаю на кнопку.
Щелчок.
Он резко оборачивается. Его лицо белеет.
— Вера...
Двенадцать лет брака рассыпаются за одну секунду. И назад дороги уже нет.
В тридцать два года моя идеальная жизнь рухнула. И тогда я сделала то, чего никогда не ожидала от себя: купила билет в один конец во Вьетнам.
Нячанг должен был стать моим убежищем — старенькая кофейня у моря, новая жизнь и никаких мужчин.
Но всё изменилось, когда я встретила его.
Молчаливого владельца старого байка с тёмным прошлым и глазами, в которых я впервые за долгое время увидела понимание.
Мы не обещали друг другу вечность. Просто два человека, которые учились заново доверять жизни.
Но прошлое не отпускает так легко.
И когда оно находит меня даже за тысячи километров от дома, мне предстоит сделать выбор: снова вернуться в ту жизнь, от которой я сбежала, или навсегда остаться там, где наконец почувствовала себя счастливой.
Нячанг должен был стать моим убежищем — старенькая кофейня у моря, новая жизнь и никаких мужчин.
Но всё изменилось, когда я встретила его.
Молчаливого владельца старого байка с тёмным прошлым и глазами, в которых я впервые за долгое время увидела понимание.
Мы не обещали друг другу вечность. Просто два человека, которые учились заново доверять жизни.
Но прошлое не отпускает так легко.
И когда оно находит меня даже за тысячи километров от дома, мне предстоит сделать выбор: снова вернуться в ту жизнь, от которой я сбежала, или навсегда остаться там, где наконец почувствовала себя счастливой.
— Согласны ли вы, Игорь Валерьевич, взять в жены Дину Альбертовну?
— Да, — быстро и радостно отвечает жених.
— Вы, Дина Альбертовна, согласны ли взять в мужья Игоря Валерьевича?
Вдох, выдох…
— Нет, — произношу громко, и одно короткое слово делает тишину в зале регистрации почти осязаемой.
— Тогда я не могу продолжить регистрацию брака… — первой приходит в себя работница ЗАГСа.
— Дина! — шипит Игорь, когда я вырываю наконец-то свою руку из его ладони.
— Уважаемые гости, — Агния берет все в свои руки, — это не розыгрыш. У нашего жениха есть другая женщина, то ли беременная, то ли уже родившая. И все доказательства вот здесь.
— Ложь! — поворачивается Игорь к гостям. — Это у Дины есть любовник, но я готов был простить ей эту слабость.
Решила отомстить предателю в день свадьбы прямо в ЗАГСе, но все пошло не плану...
Когда кажется, что все рухнуло... Не стоит терять надежду. Ведь когда закрывается одна дверь, обязательно открывается другая...
— Да, — быстро и радостно отвечает жених.
— Вы, Дина Альбертовна, согласны ли взять в мужья Игоря Валерьевича?
Вдох, выдох…
— Нет, — произношу громко, и одно короткое слово делает тишину в зале регистрации почти осязаемой.
— Тогда я не могу продолжить регистрацию брака… — первой приходит в себя работница ЗАГСа.
— Дина! — шипит Игорь, когда я вырываю наконец-то свою руку из его ладони.
— Уважаемые гости, — Агния берет все в свои руки, — это не розыгрыш. У нашего жениха есть другая женщина, то ли беременная, то ли уже родившая. И все доказательства вот здесь.
— Ложь! — поворачивается Игорь к гостям. — Это у Дины есть любовник, но я готов был простить ей эту слабость.
Решила отомстить предателю в день свадьбы прямо в ЗАГСе, но все пошло не плану...
Когда кажется, что все рухнуло... Не стоит терять надежду. Ведь когда закрывается одна дверь, обязательно открывается другая...
Зоя приходит в сквер написать очерк о пенсионерах с шахматными досками — а вместо этого узнаёт молчаливого незнакомца, который пять лет назад был восходящей звездой мировых шахмат, и должна решить, что важнее: громкая сенсация или чужое хрупкое право на тишину.
Я помню белую вспышку и то, как накрыл собой ребенка в бетонном бункере на окраине сирийской пустыни. Я точно знал, что умер.
Но открыл глаза в роскошной клинике Манхэттена — в чужом двадцативосьмилетнем теле. Теперь меня зовут Алекс Рид, и я личный телохранитель Софии Винтер, ледяной наследницы миллиардной империи. Прежний хозяин этого тела был трусливым мажором, бабником и эгоистом, но я — майор спецназа, и у меня свои понятия о долге.
Вокруг неё сжимается кольцо из фальшивых улыбок и заряженных пистолетов. Доверять некому. Но я дал слово — и вытащу её из этого ада живой. Даже если для этого придётся перешагнуть через каждого, кто встанет на пути.
Но открыл глаза в роскошной клинике Манхэттена — в чужом двадцативосьмилетнем теле. Теперь меня зовут Алекс Рид, и я личный телохранитель Софии Винтер, ледяной наследницы миллиардной империи. Прежний хозяин этого тела был трусливым мажором, бабником и эгоистом, но я — майор спецназа, и у меня свои понятия о долге.
Вокруг неё сжимается кольцо из фальшивых улыбок и заряженных пистолетов. Доверять некому. Но я дал слово — и вытащу её из этого ада живой. Даже если для этого придётся перешагнуть через каждого, кто встанет на пути.
— Я не дам тебе сгореть здесь.
Она подняла на него глаза. И в этот момент Алексей сделал то, что делал сотни раз, но в этот раз все было иначе. Он подхватил ее под колени, второй рукой обхватил за спину и рывком поднял. Она оказалась у него на руках, и мир замер.
Она не была легкой. Она была пышной, полной, и в ее теле было столько жизни, столько тепла, что даже сквозь боевку он чувствовал, как она пульсирует. Но он не чувствовал тяжести. Он чувствовал ее — всю, целиком, без остатка. Ее плечи, мягко ложащиеся в его ладонь. Ее бедра, которые он поддерживал второй рукой. Ее грудь, прижатую к его груди. Ее дыхание — горячее, прерывистое, рядом с его ухом.
И вдруг он осознал, что это не просто очередное спасение. Это что-то другое. Что-то, что выбило у него почву из-под ног сильнее, чем любое падающее перекрытие.
Она подняла на него глаза. И в этот момент Алексей сделал то, что делал сотни раз, но в этот раз все было иначе. Он подхватил ее под колени, второй рукой обхватил за спину и рывком поднял. Она оказалась у него на руках, и мир замер.
Она не была легкой. Она была пышной, полной, и в ее теле было столько жизни, столько тепла, что даже сквозь боевку он чувствовал, как она пульсирует. Но он не чувствовал тяжести. Он чувствовал ее — всю, целиком, без остатка. Ее плечи, мягко ложащиеся в его ладонь. Ее бедра, которые он поддерживал второй рукой. Ее грудь, прижатую к его груди. Ее дыхание — горячее, прерывистое, рядом с его ухом.
И вдруг он осознал, что это не просто очередное спасение. Это что-то другое. Что-то, что выбило у него почву из-под ног сильнее, чем любое падающее перекрытие.
Я сижу в гинекологическом кресле в кабинете мужа, когда в помещение заходит брюнетка с металлическим лотком в руках. Высокая, с красной помадой на губах и круглым животом, наверное, месяц пятый беременности.
— Все готово, — сообщает она моему мужу.
— Что готово? Артем, зачем она здесь?
— Сейчас сделаем укол. Так нужно, — говорит мне муж.
У меня по коже пробегает ледяная дрожь.
— Зачем мне на шестой неделе беременности какой-то укол?
Девушка уже берет шприц и хватает мою руку. Я дергаюсь.
— Может, держать ее? — спрашивает она Артема.
— Успокойся, Настя, — холодно произносит муж. — Я свой выбор сделал. Просто прими его.
Они хватают меня с двух сторон, а я понимаю страшное! Он выбрал ее и их ребенка, а мне хотят сделать аборт!
— Все готово, — сообщает она моему мужу.
— Что готово? Артем, зачем она здесь?
— Сейчас сделаем укол. Так нужно, — говорит мне муж.
У меня по коже пробегает ледяная дрожь.
— Зачем мне на шестой неделе беременности какой-то укол?
Девушка уже берет шприц и хватает мою руку. Я дергаюсь.
— Может, держать ее? — спрашивает она Артема.
— Успокойся, Настя, — холодно произносит муж. — Я свой выбор сделал. Просто прими его.
Они хватают меня с двух сторон, а я понимаю страшное! Он выбрал ее и их ребенка, а мне хотят сделать аборт!
Волчара… Ты попал. 🐺
Олег Громов – волк-одиночка, хозяин тайги, куда без спроса лучше не соваться.
Он бывший спецназовец, ныне владелец охранной фирмы. Это суровый, дикий и одинокий мужик. И он абсолютно катастрофически недосягаем для простых смертных женщин.
Точнее, он так думает...
Олег Громов – волк-одиночка, хозяин тайги, куда без спроса лучше не соваться.
Он бывший спецназовец, ныне владелец охранной фирмы. Это суровый, дикий и одинокий мужик. И он абсолютно катастрофически недосягаем для простых смертных женщин.
Точнее, он так думает...
Выберите полку для книги