Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Уставшая от одиночества и серых будней Анна спонтанно улетает в Стамбул, где встретится с испанцем Энрике.
---
Он пил медленно, смотрел то на воду, то на неё. Взгляд задерживался на секунду дольше, чем нужно для простого разговора. Анна это чувствовала и от этого становилось немного неловко, но уходить не хотелось.
— Первый раз в Стамбуле? — спросил он.
— Да. Прилетела вчера.
— И как?
— Да вообще-то странно. И нормально. Боже, я не знаю столько английских слов, чтобы передать все свои чувства. Давайте так. Никто ничего не хочет, и это прекрасно.
Он кивнул, будто понял мешанину из слов.
— Это хорошее чувство. Вы, русские, не умеете отдыхать, особенно когда дома от тебя ждут слишком много.
— Простите? — удивилась Анна. — А вы много знакомы с русскими?
— Не особо. Только с женщинами. Они очень красивые.
Анна покраснела.
---
Он пил медленно, смотрел то на воду, то на неё. Взгляд задерживался на секунду дольше, чем нужно для простого разговора. Анна это чувствовала и от этого становилось немного неловко, но уходить не хотелось.
— Первый раз в Стамбуле? — спросил он.
— Да. Прилетела вчера.
— И как?
— Да вообще-то странно. И нормально. Боже, я не знаю столько английских слов, чтобы передать все свои чувства. Давайте так. Никто ничего не хочет, и это прекрасно.
Он кивнул, будто понял мешанину из слов.
— Это хорошее чувство. Вы, русские, не умеете отдыхать, особенно когда дома от тебя ждут слишком много.
— Простите? — удивилась Анна. — А вы много знакомы с русскими?
— Не особо. Только с женщинами. Они очень красивые.
Анна покраснела.
— Вера, — начал он. — Мы разводимся. Но…
— Не надо, — перебила я.
Я не знала, что сейчас скажу. Но знала точно — не хочу слышать его «пойми» и «прости». Не хочу смотреть, как он подбирает слова. Я повернулась к Алисе.
— Ты, — сказала я тихо, — встань с моего кресла.
Она не шевельнулась. Только склонила голову набок, как птица.
— Я пришла помочь тебе, Вер, — сказала она. — Ты сама меня научила брать то, что я хочу. Помнишь? Первый сеанс, ты сказала: «Ты имеешь право быть счастливой». Я просто применила твой совет.
У меня задрожали руки. Я сжала ключи сильнее и шагнула к столу. Макс отступил. Он буквально сделал шаг назад, как будто я могла ударить его. Я не собиралась. Я просто подошла и взяла со стола бабушкину статуэтку — маленькую фарфоровую птичку, которая стояла рядом с моим ноутбуком. Я хотела убрать её в ящик. Чтобы они не трогали. Чтобы никто не трогал.
Статуэтка разлетелась вдребезги, как и моё сердце.
Но я соберу себя заново.
Должна собрать.
Ради себя.
— Не надо, — перебила я.
Я не знала, что сейчас скажу. Но знала точно — не хочу слышать его «пойми» и «прости». Не хочу смотреть, как он подбирает слова. Я повернулась к Алисе.
— Ты, — сказала я тихо, — встань с моего кресла.
Она не шевельнулась. Только склонила голову набок, как птица.
— Я пришла помочь тебе, Вер, — сказала она. — Ты сама меня научила брать то, что я хочу. Помнишь? Первый сеанс, ты сказала: «Ты имеешь право быть счастливой». Я просто применила твой совет.
У меня задрожали руки. Я сжала ключи сильнее и шагнула к столу. Макс отступил. Он буквально сделал шаг назад, как будто я могла ударить его. Я не собиралась. Я просто подошла и взяла со стола бабушкину статуэтку — маленькую фарфоровую птичку, которая стояла рядом с моим ноутбуком. Я хотела убрать её в ящик. Чтобы они не трогали. Чтобы никто не трогал.
Статуэтка разлетелась вдребезги, как и моё сердце.
Но я соберу себя заново.
Должна собрать.
Ради себя.
Её выдали замуж насильно. Она поклялась, что он не прикоснётся к ней.
Князь Андрей Раевский — холодный, опасный, с тёмным прошлым и шрамом, который обещает лишь боль. Злата ненавидит его с первого взгляда: она не простит, что её продали как вещь.
Она мечтала о свободе. Но свобода оказалась не в бегстве. Она оказалась в его объятиях. И теперь Злата готова на всё, чтобы удержать мужчину, которого поклялась ненавидеть.
От ненависти до страсти — один поцелуй. От страсти до любви — одна ночь.
Князь Андрей Раевский — холодный, опасный, с тёмным прошлым и шрамом, который обещает лишь боль. Злата ненавидит его с первого взгляда: она не простит, что её продали как вещь.
Она мечтала о свободе. Но свобода оказалась не в бегстве. Она оказалась в его объятиях. И теперь Злата готова на всё, чтобы удержать мужчину, которого поклялась ненавидеть.
От ненависти до страсти — один поцелуй. От страсти до любви — одна ночь.
Любовь – это серьезно? Как бы не так! Перед вами ироничный путеводитель по самому запутанному лабиринту в мире – отношениям. Это живые зарисовки о мужчинах, женщинах и священных узах брака. Здесь нет занудных советов психологов, зато полно жизненного юмора и метких наблюдений. Книга для тех, кто хочет отдохнуть от серьезности и убедиться: над любой семейной драмой можно (и нужно!) вовремя посмеяться.
🌻РОМАН ЗАВЕРШЕН🌻
Военный в отпуске и Рыжая пышка с характером.
Бычок по имени Борька и бабушка, которая уже назначила дату свадьбы.
Отличное начало для летнего, деревенского романа!
Борис Ушаков приехал в Зеленые Петушки «до полного восстановления».
Вероника Самойлова встретила его пинком своему бычку и фразой:
– А вы, товарищ военный, в следующий раз смотрите по сторонам. У нас тут не парадный плац.
Он хромает и скрывает рану.
Она прячет старые шрамы и никого ближе забора не подпускает.
Между ними колкие фразы и слишком маленькая деревня, где секретов не бывает.
Военный в отпуске и Рыжая пышка с характером.
Бычок по имени Борька и бабушка, которая уже назначила дату свадьбы.
Отличное начало для летнего, деревенского романа!
Борис Ушаков приехал в Зеленые Петушки «до полного восстановления».
Вероника Самойлова встретила его пинком своему бычку и фразой:
– А вы, товарищ военный, в следующий раз смотрите по сторонам. У нас тут не парадный плац.
Он хромает и скрывает рану.
Она прячет старые шрамы и никого ближе забора не подпускает.
Между ними колкие фразы и слишком маленькая деревня, где секретов не бывает.
— А если я скажу «нет»? Запрёте? Заставите?
— Я никогда никого не заставляю, Катерина Андреевна. Просто убираю все остальные варианты.
Муж обещал деловой ужин в Москве. Два дня — и домой. Через месяц я проснулась в чужой резиденции на Босфоре — без телефона, без паспорта, без права на «нет».
Единственному, кому я могла доверять, я написала «забери меня» до того, как у меня отняли телефон.
Я знала, что он приедет. Я не знала, успеет ли.
— Я никогда никого не заставляю, Катерина Андреевна. Просто убираю все остальные варианты.
Муж обещал деловой ужин в Москве. Два дня — и домой. Через месяц я проснулась в чужой резиденции на Босфоре — без телефона, без паспорта, без права на «нет».
Единственному, кому я могла доверять, я написала «забери меня» до того, как у меня отняли телефон.
Я знала, что он приедет. Я не знала, успеет ли.
БЕСПЛАТНО
Попав в руки охотников на оборотней в свой 18 день рождения, юная Лилия и не представляла , что это событие навсегда изменит её жизнь и столкнёт с тем, кто будет готов сражаться за неё до последнего вздоха, бросить к её ногам весь мир, цветы и всё, что она попросит, лишь бы завоевать её нежное сердце. Правда это будет не милый оборотень-кролик, кем являлась и она сама. Это будет грозный волк, который пугает одним своим видом.
Эта история о паре, которая совершенно не подходит друг другу. Он хищник, она его противоположность. Но сможет ли грозный волк добиться любви невинного кролика?
Попав в руки охотников на оборотней в свой 18 день рождения, юная Лилия и не представляла , что это событие навсегда изменит её жизнь и столкнёт с тем, кто будет готов сражаться за неё до последнего вздоха, бросить к её ногам весь мир, цветы и всё, что она попросит, лишь бы завоевать её нежное сердце. Правда это будет не милый оборотень-кролик, кем являлась и она сама. Это будет грозный волк, который пугает одним своим видом.
Эта история о паре, которая совершенно не подходит друг другу. Он хищник, она его противоположность. Но сможет ли грозный волк добиться любви невинного кролика?
Он предал её и ушёл к другой. Она вычеркнула его из своей жизни.
Спустя годы бывший возвращается — успешный, влиятельный и готовый на всё, чтобы вернуть женщину, которую однажды потерял.
Но он даже не подозревает, что у неё есть дочь.
Теперь одного «прости» недостаточно. Ему придётся доказать, что любовь сильнее предательства… если ещё не слишком поздно.
Спустя годы бывший возвращается — успешный, влиятельный и готовый на всё, чтобы вернуть женщину, которую однажды потерял.
Но он даже не подозревает, что у неё есть дочь.
Теперь одного «прости» недостаточно. Ему придётся доказать, что любовь сильнее предательства… если ещё не слишком поздно.
— Неделя, максимум две, — продолжал Вадим, проходя в комнату. Он плеснул себе коньяка из недопитой бутылки, сделал глоток и посмотрел на меня поверх бокала. — Поживёшь у какой-нибудь сердобольной подружки и попробуешь устроиться официанткой. Через месяц поймёшь, что такое настоящая жизнь, и приползёшь обратно. Знаешь, что тогда будет?
Я молчала. Стиснула зубы до скрипа.
— Тогда я, может быть, пущу тебя назад, если хорошо попросишь, да и то не факт. Так что давай, заканчивай цирк. Повесь вещи обратно в шкаф и приготовь нормальный ужин.
Я смотрела на него. На человека, с которым прожила десять лет, делила постель, мечтала о детях — пока он не сказал, что «пока не время». Смотрела — и не чувствовала ничего. Только звенящую пустоту и странное, горькое облегчение. Словно я долго держалась за перекладину на ледяном ветру, а теперь наконец разжала пальцы и падаю — но падать оказалось не так страшно, как держаться.
Я молчала. Стиснула зубы до скрипа.
— Тогда я, может быть, пущу тебя назад, если хорошо попросишь, да и то не факт. Так что давай, заканчивай цирк. Повесь вещи обратно в шкаф и приготовь нормальный ужин.
Я смотрела на него. На человека, с которым прожила десять лет, делила постель, мечтала о детях — пока он не сказал, что «пока не время». Смотрела — и не чувствовала ничего. Только звенящую пустоту и странное, горькое облегчение. Словно я долго держалась за перекладину на ледяном ветру, а теперь наконец разжала пальцы и падаю — но падать оказалось не так страшно, как держаться.
— Слезь оттуда немедленно.
— И не подумаю. Я спасаю твой премиум-класс.
— Ты сейчас упадёшь.
— Не упаду. Я контролирую ситу... А-а-а!
Она перепутала его машину с такси. Он не смог выставить её в буран. Бабушка уже выбирает свадебные пироги.
Алиса — московский архитектор, сбежавшая в горы от предательства.
Адам — строительный магнат, который доверяет только расчетам, сметам и несущим конструкциям.
Он строил жизнь по чертежам. Она перестроила её без согласования с госэкспертизой.
Один буран. Один дом. И одна ошибка, которая изменила две жизни.
— И не подумаю. Я спасаю твой премиум-класс.
— Ты сейчас упадёшь.
— Не упаду. Я контролирую ситу... А-а-а!
Она перепутала его машину с такси. Он не смог выставить её в буран. Бабушка уже выбирает свадебные пироги.
Алиса — московский архитектор, сбежавшая в горы от предательства.
Адам — строительный магнат, который доверяет только расчетам, сметам и несущим конструкциям.
Он строил жизнь по чертежам. Она перестроила её без согласования с госэкспертизой.
Один буран. Один дом. И одна ошибка, которая изменила две жизни.
Выберите полку для книги