Подборка книг по тегу: "невинная героиня"
Катя Иванова сбегает с собственной свадьбы, прихватив только паспорт и любимого кота. В поезде она встречает капитана полиции на отдыхе. Павел помогает попутчице, чем обрушивает на себя кучу неприятностей. Похоже, отдых окончательно испорчен!
– Я не эскортница! – пытаюсь вразумить наглеца и шагаю назад, пока не врезаюсь спиной в стену. – А ну отпусти меня!
Мужчина жестко ухмыляется и хватает меня за подбородок.
– Но ты здесь, в этом закрытом клубе, – заглядывая прямо в мои глаза, с угрозой говорит он. – Поэтому работай, девочка. Иначе я разозлюсь.
– Я здесь вообще случайно оказалась, – перехожу на крик и пытаюсь отпихнуть мужчину. – Это недоразумение!
– Недоразумение – это эскортница, которая ломается, как целка, – рычит он и крепко впивается в мои губы.
***
Подруга уверяла меня, что эта подработка заключается лишь в том, чтобы присутствовать в элитном клубе в качестве модели. И я действительно так думала, пока не приглянулась одному из мужчин на тусовке – чертовски красивому и опасному бандиту. Он похитил меня, чтобы я стала его игрушкой для утех. И теперь я мечтаю сбежать от этого монстра до того, как он меня сломает. Но смогу ли?
Мужчина жестко ухмыляется и хватает меня за подбородок.
– Но ты здесь, в этом закрытом клубе, – заглядывая прямо в мои глаза, с угрозой говорит он. – Поэтому работай, девочка. Иначе я разозлюсь.
– Я здесь вообще случайно оказалась, – перехожу на крик и пытаюсь отпихнуть мужчину. – Это недоразумение!
– Недоразумение – это эскортница, которая ломается, как целка, – рычит он и крепко впивается в мои губы.
***
Подруга уверяла меня, что эта подработка заключается лишь в том, чтобы присутствовать в элитном клубе в качестве модели. И я действительно так думала, пока не приглянулась одному из мужчин на тусовке – чертовски красивому и опасному бандиту. Он похитил меня, чтобы я стала его игрушкой для утех. И теперь я мечтаю сбежать от этого монстра до того, как он меня сломает. Но смогу ли?
— Да Ксюш, посиди. Расскажи-ка нам, чем ты занимаешься? - спросил Леха, ехидно улыбаясь мне.
Я промолчала и попыталась встать, но Санек положил мне руку на плечо, сразу придавив ее весом, меня к стулу и всем корпусом развернулся ко мне.
— Родители конечно не знают? А Ксюх? - дыхнул он на меня.
Я отстранилась, чувствуя как сильно колотится сердце, а его рука легла на мою коленку, и двинулась по ноге вверх.
Я промолчала и попыталась встать, но Санек положил мне руку на плечо, сразу придавив ее весом, меня к стулу и всем корпусом развернулся ко мне.
— Родители конечно не знают? А Ксюх? - дыхнул он на меня.
Я отстранилась, чувствуя как сильно колотится сердце, а его рука легла на мою коленку, и двинулась по ноге вверх.
Виктор Павлович усмехнулся, его лицо оказалось так близко, что я ощущала его дыхание.
— Оправдание? — повторил он, с едва заметной издевкой. — Нет, Лера, это просто факт. Я мужчина, у которого есть всё. А ты…мелкая приживалка, которая решила пожить хорошей жизнью. Но все имеет свою цену.
– Если вы так считаете, я заплачу и сегодня же уйду. Сколько я вам должна? – вопрос вырвался из меня прежде, чем я успела подумать.
Мужчина ухмыльнулся, когда заметил, что я сразу же сникла после того, что сама предложила.
— Заплатишь? Чем именно, хотелось бы узнать? - вырвался у него смешок и горячее дыхание обожгло кожу, отчего мурашки пробежали по телу.
— Оправдание? — повторил он, с едва заметной издевкой. — Нет, Лера, это просто факт. Я мужчина, у которого есть всё. А ты…мелкая приживалка, которая решила пожить хорошей жизнью. Но все имеет свою цену.
– Если вы так считаете, я заплачу и сегодня же уйду. Сколько я вам должна? – вопрос вырвался из меня прежде, чем я успела подумать.
Мужчина ухмыльнулся, когда заметил, что я сразу же сникла после того, что сама предложила.
— Заплатишь? Чем именно, хотелось бы узнать? - вырвался у него смешок и горячее дыхание обожгло кожу, отчего мурашки пробежали по телу.
— Я не буду на вас работать!
— Ты разбила вазу, помнишь? XVIII век. Стоимость такая, что ты за десять жизней не расплатишься.
Сердце останавливается, а ладошки мокреют.
— Это… случайность…
— Случайность? — пальцы впиваются в кожу. — Или попытка скрыться с места преступления?
Он тянет меня к столу, другой рукой открывая папку.
— Подпись здесь. Твой рабочий контракт.
— Нет!
— Тогда заявление в полицию отправлю через три минуты. — Нажимает кнопку на телефоне.
— Вы… вы просто маньяк… — шиплю я, хватая ручку.
Он наклоняется, касаясь губами уха:
— Маньяки не подписывают контракты, Русалочка.
Подпись выходит корявой. Он вырывает лист, пряча в ящик.
— Отлично. Теперь снимай юбку!
***
Я искала работу в новом городе, а нашла неприятности в лице нового босса, а по совместительству сексуального маньяка и, самое ужасное, отца моей подруги…
— Ты разбила вазу, помнишь? XVIII век. Стоимость такая, что ты за десять жизней не расплатишься.
Сердце останавливается, а ладошки мокреют.
— Это… случайность…
— Случайность? — пальцы впиваются в кожу. — Или попытка скрыться с места преступления?
Он тянет меня к столу, другой рукой открывая папку.
— Подпись здесь. Твой рабочий контракт.
— Нет!
— Тогда заявление в полицию отправлю через три минуты. — Нажимает кнопку на телефоне.
— Вы… вы просто маньяк… — шиплю я, хватая ручку.
Он наклоняется, касаясь губами уха:
— Маньяки не подписывают контракты, Русалочка.
Подпись выходит корявой. Он вырывает лист, пряча в ящик.
— Отлично. Теперь снимай юбку!
***
Я искала работу в новом городе, а нашла неприятности в лице нового босса, а по совместительству сексуального маньяка и, самое ужасное, отца моей подруги…
– Ты наврал мне, что Костя меня бросил! Дай мне развод! – умоляю предателя.
– Ты моя жена, – со звериной ухмылкой собственника напоминает он. – Я люблю тебя, Лера. Мы будем вместе, пока смерть не разлучит нас.
– Твоя или моя? Скоро ты сам будешь умолять меня о разводе, Витенька!
У мужчин свои разборки, и женщинам лучше в них не вмешиваться. Так получилось, что я всё же оказалась втянута в опасную, криминальную игру.
Выживет тот, кто первым перегрызёт горло сопернику. У меня есть преимущество – мужчины не принимают меня в расчёт. А зря. Они все получат по заслугам.
– Ты моя жена, – со звериной ухмылкой собственника напоминает он. – Я люблю тебя, Лера. Мы будем вместе, пока смерть не разлучит нас.
– Твоя или моя? Скоро ты сам будешь умолять меня о разводе, Витенька!
У мужчин свои разборки, и женщинам лучше в них не вмешиваться. Так получилось, что я всё же оказалась втянута в опасную, криминальную игру.
Выживет тот, кто первым перегрызёт горло сопернику. У меня есть преимущество – мужчины не принимают меня в расчёт. А зря. Они все получат по заслугам.
- Хватит дрожать, недотрога. Соглашайся, тебе будет хорошо, - Роман трогает мои волосы, пропускает локон между пальцами, отбрасывает через плечо.
- Лучше мы сейчас, чем кто-то другой потом, - вторит ему Демид, ещё один порочный, как самый сладкий эротический сон, мужчина.
- Нет, я так не могу, это неправильно.
Ладонь Демида ложиться мне на живот, поглаживает слегка.
Они слишком опытные соблазнители, чтобы меня отпустить и не попробовать уговорить.
- Малышка, да ты сама дорожишь, потому что хочешь нас, - усмехается Роман, отводя волосы в сторону и целуя меня в шею.
Двое мужчин, двое опасных хищников кружат возле меня, уговаривая позволить им то, чего я ещё никому не позволяла.
Но это немыслимо – отдаться им обоим!
- Лучше мы сейчас, чем кто-то другой потом, - вторит ему Демид, ещё один порочный, как самый сладкий эротический сон, мужчина.
- Нет, я так не могу, это неправильно.
Ладонь Демида ложиться мне на живот, поглаживает слегка.
Они слишком опытные соблазнители, чтобы меня отпустить и не попробовать уговорить.
- Малышка, да ты сама дорожишь, потому что хочешь нас, - усмехается Роман, отводя волосы в сторону и целуя меня в шею.
Двое мужчин, двое опасных хищников кружат возле меня, уговаривая позволить им то, чего я ещё никому не позволяла.
Но это немыслимо – отдаться им обоим!
- Это правда? Ты всем говоришь, будто я твоя собственность? - более уверенно выдаю, чем ранее.
- Не будто, а ты моя собственность. Как эти часы, - демонстрирует руку, - как эта куртка, - одергивает полы кожанки резким движением.
Заметно вздрагиваю всем телом.
Он выдерживает паузу, чуть сузив дьявольские очи. Другого словосочетания не приходит на ум, именно оно отражает истину.
- Такая же, безоговорочно собственность. Моя, - зловеще добавляет и поднимается на ноги, представая во весь огромный рост.
***
Он гроза района и отъявленный хулиган, за его спиной былые подвиги отца-бандита. Его жизнь - это риск и адреналин. А я, обычная студентка, жила правильно и неприметно, до поры до времени.
- Не будто, а ты моя собственность. Как эти часы, - демонстрирует руку, - как эта куртка, - одергивает полы кожанки резким движением.
Заметно вздрагиваю всем телом.
Он выдерживает паузу, чуть сузив дьявольские очи. Другого словосочетания не приходит на ум, именно оно отражает истину.
- Такая же, безоговорочно собственность. Моя, - зловеще добавляет и поднимается на ноги, представая во весь огромный рост.
***
Он гроза района и отъявленный хулиган, за его спиной былые подвиги отца-бандита. Его жизнь - это риск и адреналин. А я, обычная студентка, жила правильно и неприметно, до поры до времени.
Я была успешной студенткой, почти выпускницей престижного ВУЗа, пока не попала в передрягу и, чтобы из неё выбраться, сделала очень больно не тому человеку.
Я очнулась в чужом теле на полу, посреди островка света, окруженная тремя чудовищами — огромными вурдалаками. Они не трогали меня, боясь солнечного света, но... Одно неловкое движение, и плотная штора закрыла окно. И когда я оказалась в их лапах, поняла — им нужна вовсе не кровь...
Я очнулась в чужом теле на полу, посреди островка света, окруженная тремя чудовищами — огромными вурдалаками. Они не трогали меня, боясь солнечного света, но... Одно неловкое движение, и плотная штора закрыла окно. И когда я оказалась в их лапах, поняла — им нужна вовсе не кровь...
А потом он подошёл ближе. Жалюзи по‑прежнему закрывали верхнюю часть лица, скрывая взгляд. Он на секунду замер, а затем двумя пальцами ухватил край футболки и медленно потянул её вверх. Ткань натянулась на груди, приподняла рельеф пресса. Я видела, как напряглись мышцы, как перекатывались под загорелой кожей. Одним плавным движением он стянул футболку через голову и отбросил её в сторону.
Моё дыхание сбилось. Его торс был открыт полностью, и он, словно зная, что я смотрю, провёл ладонью от живота вверх — по кубикам пресса, по груди, задержавшись на соске. Я едва не застонала, прикусив губу.
А затем он резко поднял жалюзи.
Наши взгляды встретились. Прямо. Без преграды. Его глаза были тёмными и жадными, взгляд скользил по мне так, словно это были не глаза, а руки. Я почувствовала его прикосновения к коже, хотя между нами были метры воздуха. Щёки вспыхнули, губы сами разомкнулись. Я провела языком по ним, увлажняя пересохший рот.
Он не отводил глаз.
Моё дыхание сбилось. Его торс был открыт полностью, и он, словно зная, что я смотрю, провёл ладонью от живота вверх — по кубикам пресса, по груди, задержавшись на соске. Я едва не застонала, прикусив губу.
А затем он резко поднял жалюзи.
Наши взгляды встретились. Прямо. Без преграды. Его глаза были тёмными и жадными, взгляд скользил по мне так, словно это были не глаза, а руки. Я почувствовала его прикосновения к коже, хотя между нами были метры воздуха. Щёки вспыхнули, губы сами разомкнулись. Я провела языком по ним, увлажняя пересохший рот.
Он не отводил глаз.
Выберите полку для книги