Книги по тегу «новая любовь»: ""
— Сколько это длится?
— Полгода. Ну, может, чуть больше.
Я чувствую, как подкашиваются ноги. Прислоняюсь спиной к дверному косяку. Полгода. Полгода он приходил домой, целовал меня в щёку, ложился в нашу кровать и делал вид, что всё в порядке.
— Ты любишь её?— спрашиваю с дрожью в голосе.
— Маша…— Он недовольно хмурится.
Повторяю:
— Ты любишь её?
— Я люблю тебя. У нас семья, дочь, квартира, общий быт. Девятнадцать лет — это просто… молодость. Красивое тело. Пройдёт и будем жить дальше.
— Полгода. Ну, может, чуть больше.
Я чувствую, как подкашиваются ноги. Прислоняюсь спиной к дверному косяку. Полгода. Полгода он приходил домой, целовал меня в щёку, ложился в нашу кровать и делал вид, что всё в порядке.
— Ты любишь её?— спрашиваю с дрожью в голосе.
— Маша…— Он недовольно хмурится.
Повторяю:
— Ты любишь её?
— Я люблю тебя. У нас семья, дочь, квартира, общий быт. Девятнадцать лет — это просто… молодость. Красивое тело. Пройдёт и будем жить дальше.
– Саш, прости, – улыбается Эдик. – Твоя сестра – женщина, в которую хочется вкладываться.
– А ты сдюжишь? – усмехаюсь. – Ада у нас принцесса. Смотри не надорвись!
Эдик хватает меня за плечи и разворачивает к зеркалу.
– Не надорвусь! – выплёвывает. – Посмотри на себя. Вот что здесь можно любить? – он стискивает пальцами складку на моём животе.
Сердце разрывается.
Я толкаю мужа и бью его рюкзаком.
– Ты сама виновата! – Эдик закрывается от ударов. – Разжирела, как корова! Гормоны хотела колоть для ЭКО. Ты весишь тонну! Я давал тебе шанс, но ты его упустила. А Ада скоро родит от меня!
– Ты пустышка, – добавляет сестра. – В твоём животе никогда не будет ребёнка! Только жир!
Полгода после развода я живу в старом доме, который оставила мне бабушка.
А потом дядя продаёт свою половину.
Но я узнаю об этом только, когда ночью нахожу в ванной постороннего мужчину!..
– А ты сдюжишь? – усмехаюсь. – Ада у нас принцесса. Смотри не надорвись!
Эдик хватает меня за плечи и разворачивает к зеркалу.
– Не надорвусь! – выплёвывает. – Посмотри на себя. Вот что здесь можно любить? – он стискивает пальцами складку на моём животе.
Сердце разрывается.
Я толкаю мужа и бью его рюкзаком.
– Ты сама виновата! – Эдик закрывается от ударов. – Разжирела, как корова! Гормоны хотела колоть для ЭКО. Ты весишь тонну! Я давал тебе шанс, но ты его упустила. А Ада скоро родит от меня!
– Ты пустышка, – добавляет сестра. – В твоём животе никогда не будет ребёнка! Только жир!
Полгода после развода я живу в старом доме, который оставила мне бабушка.
А потом дядя продаёт свою половину.
Но я узнаю об этом только, когда ночью нахожу в ванной постороннего мужчину!..
— Я вас не помню, — говорю честно. — Но это не значит, что буду хуже лечить. Приступаем завтра в восемь утра. Вам нужно отдохнуть.
Он кивает, встаёт. На пороге оборачивается.
— Вера Николаевна, вы когда-нибудь жалели о выборе, который сделали?
Вопрос застаёт врасплох. Смотрю на него, пытаясь понять, о чём он. О профессии? О браке? О жизни?
— Каждый день, — отвечаю после паузы. — Но это не значит, что выбор был неправильным. Просто жизнь сложнее, чем мы думаем в двадцать лет.
Он кивает, словно услышал то, что хотел.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Он кивает, встаёт. На пороге оборачивается.
— Вера Николаевна, вы когда-нибудь жалели о выборе, который сделали?
Вопрос застаёт врасплох. Смотрю на него, пытаясь понять, о чём он. О профессии? О браке? О жизни?
— Каждый день, — отвечаю после паузы. — Но это не значит, что выбор был неправильным. Просто жизнь сложнее, чем мы думаем в двадцать лет.
Он кивает, словно услышал то, что хотел.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Три месяца назад я пришла к нему с двумя сумками. И твёрдым планом: не влюбляться.
За спиной пять лет, закончившихся одним «да» на вопрос об измене. Чужой город, ни денег, ни друзей. Единственный выход: стать личным поваром босса. Диплом повара, мамины рецепты и вот я в его огромной квартире. Готовлю завтраки в 7:30, мою посуду после его девушек, стараюсь быть невидимкой.
Он не для таких, как я. Выбирает ярких, высоких, тех, кого легко отпустить. Я не такая. Коллега предупреждала: «Не влипай». Я отмахивалась, верила, что справлюсь.
Но всё оказалось не так просто, как казалось в самом начале.
За спиной пять лет, закончившихся одним «да» на вопрос об измене. Чужой город, ни денег, ни друзей. Единственный выход: стать личным поваром босса. Диплом повара, мамины рецепты и вот я в его огромной квартире. Готовлю завтраки в 7:30, мою посуду после его девушек, стараюсь быть невидимкой.
Он не для таких, как я. Выбирает ярких, высоких, тех, кого легко отпустить. Я не такая. Коллега предупреждала: «Не влипай». Я отмахивалась, верила, что справлюсь.
Но всё оказалось не так просто, как казалось в самом начале.
— Марина, — сказал он, и голос его звучал почти жалобно. — Ну что ты как чужая? Я же не враг тебе. Просто... тяжело сейчас. Ты же знаешь, как мне бывает тяжело.
Я сжала папку с документами так сильно, что пальцы побелели.
— Я знаю, как тебе тяжело, — тихо сказала я. — Но я больше не могу быть твоим спасательным кругом.
— А кто тогда? — вдруг рявкнул он, и его голос эхом разнёсся по коридору. — Ты же жена моя! Была! Должна помогать!
Кто-то из коллег обернулся. Кто-то замер, не зная, что делать. А я стояла и чувствовала, как на меня накатывает волна стыда — не за то, что я что-то сделала не так, а за то, что эта сцена происходит здесь, на моей работе, где я только начала чувствовать себя уверенно.
— Не должна, — твёрдо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Больше не должна.
Наконец-то я решилась бросить мужа, давно ставшего обузой. Я боялась, что больше никому не смогу понравиться, ведь я далека от модельной внешности. И тут я узнала, что начальник давно положил на меня глаз…
Я сжала папку с документами так сильно, что пальцы побелели.
— Я знаю, как тебе тяжело, — тихо сказала я. — Но я больше не могу быть твоим спасательным кругом.
— А кто тогда? — вдруг рявкнул он, и его голос эхом разнёсся по коридору. — Ты же жена моя! Была! Должна помогать!
Кто-то из коллег обернулся. Кто-то замер, не зная, что делать. А я стояла и чувствовала, как на меня накатывает волна стыда — не за то, что я что-то сделала не так, а за то, что эта сцена происходит здесь, на моей работе, где я только начала чувствовать себя уверенно.
— Не должна, — твёрдо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Больше не должна.
Наконец-то я решилась бросить мужа, давно ставшего обузой. Я боялась, что больше никому не смогу понравиться, ведь я далека от модельной внешности. И тут я узнала, что начальник давно положил на меня глаз…
— Мам, папа пригласил меня на свою свадьбу.
Через тридцать семь дней мой муж собирается жениться на другой женщине.
Есть только одна проблема: мы все еще женаты. А о том, что наш двадцатилетний брак, оказывается, закончен, я узнаю из свадебного приглашения, которое прислали нашей дочери.
Эдуард уверен, что дальше все будет просто. Быстрый развод. Подпись под уже подготовленным соглашением. И свадьба в назначенный день.
Он все продумал заранее.
Кроме одного — меня.
Я не стану бороться за мужчину, который полтора года жил другой жизнью. Но и делать его ложь удобной, чтобы он спокойно успел к собственной свадьбе, не собираюсь.
Мне сорок один. Вчера я была женой человека, с которым прожила половину жизни. Сегодня впервые должна решить, чего хочу сама.
И именно тогда рядом появляется мужчина, который ничего за меня не решает.
Через тридцать семь дней мой муж собирается жениться на другой женщине.
Есть только одна проблема: мы все еще женаты. А о том, что наш двадцатилетний брак, оказывается, закончен, я узнаю из свадебного приглашения, которое прислали нашей дочери.
Эдуард уверен, что дальше все будет просто. Быстрый развод. Подпись под уже подготовленным соглашением. И свадьба в назначенный день.
Он все продумал заранее.
Кроме одного — меня.
Я не стану бороться за мужчину, который полтора года жил другой жизнью. Но и делать его ложь удобной, чтобы он спокойно успел к собственной свадьбе, не собираюсь.
Мне сорок один. Вчера я была женой человека, с которым прожила половину жизни. Сегодня впервые должна решить, чего хочу сама.
И именно тогда рядом появляется мужчина, который ничего за меня не решает.
— Марин, давай спокойно.
Мой муж стоит в нашей спальне и застёгивает рубашку.
На диване сидит его любовница.
А возле её ног аккуратно стоят туфли.
Вот за туфли мне особенно обидно. Даже разулась, чтобы пол не испачкать.
Двадцать один год брака заканчивается быстро.
А через два дня в Ольховке закрывают старый мост, и в деревне появляется Данила Сергеев — дорожный инженер, который считает, что умеет справляться с людьми.
Он просто ещё не знаком с бабой Клавой.
И с моей мамой.
И с козой Белкой.
И со мной.
Измена мужа останется в начале этой истории. Потому что дальше у меня будут мост, сельский клуб, деревенские сплетни, грибы, ремонт, одна совершенно невоспитанная коза и мужчина, рядом с которым неожиданно хочется начать всё заново.
Мой муж стоит в нашей спальне и застёгивает рубашку.
На диване сидит его любовница.
А возле её ног аккуратно стоят туфли.
Вот за туфли мне особенно обидно. Даже разулась, чтобы пол не испачкать.
Двадцать один год брака заканчивается быстро.
А через два дня в Ольховке закрывают старый мост, и в деревне появляется Данила Сергеев — дорожный инженер, который считает, что умеет справляться с людьми.
Он просто ещё не знаком с бабой Клавой.
И с моей мамой.
И с козой Белкой.
И со мной.
Измена мужа останется в начале этой истории. Потому что дальше у меня будут мост, сельский клуб, деревенские сплетни, грибы, ремонт, одна совершенно невоспитанная коза и мужчина, рядом с которым неожиданно хочется начать всё заново.
Я вернулась домой за забытым договором и застала мужа в нашей спальне с его бухгалтером. Но измена оказалась только началом.
В клинике меня ждал второй удар: многомиллионные переплаты поставщику, подменённые документы и согласования, проведённые под моим именем. Теперь я могу потерять не только двенадцатилетний брак, но и репутацию, работу и всё, что строила многие годы.
Чтобы доказать свою невиновность, мне придётся объединиться с Артёмом Воронцовым — холодным, невыносимо привлекательным владельцем клиники и стоматологом, который сначала отстраняет меня, а затем становится единственным мужчиной, готовым искать правду.
А главным свидетелем неожиданно оказывается его говорящий попугай жако Граф, запомнивший слишком опасный разговор.
Смогу ли я разоблачить предателей и снова довериться мужчине, если прежняя любовь оказалась ложью?
В клинике меня ждал второй удар: многомиллионные переплаты поставщику, подменённые документы и согласования, проведённые под моим именем. Теперь я могу потерять не только двенадцатилетний брак, но и репутацию, работу и всё, что строила многие годы.
Чтобы доказать свою невиновность, мне придётся объединиться с Артёмом Воронцовым — холодным, невыносимо привлекательным владельцем клиники и стоматологом, который сначала отстраняет меня, а затем становится единственным мужчиной, готовым искать правду.
А главным свидетелем неожиданно оказывается его говорящий попугай жако Граф, запомнивший слишком опасный разговор.
Смогу ли я разоблачить предателей и снова довериться мужчине, если прежняя любовь оказалась ложью?
ОДНОТОМНИК Десять лет Варвара Демидова жила в браке, где внешне было всё: уважение, положение, красивый дом, правильная семья, успешный муж. Только любви в этом доме давно не осталось. Осталась дисциплина. Тишина. Страх ошибиться. Привычка терпеть.
Она думала, что хуже уже не будет, пока однажды не увидела женщину в своём доме. Молодую. Наглую. Слишком уверенную в том, что место жены уже почти свободно.
В тот вечер Варвара ещё не знала двух вещей: что носит под сердцем ребёнка и что муж давно готовит ей не развод, а уничтожение. Он хочет забрать всё — сына, имя, деньги, будущее. Он уверен, что жена, как всегда, смолчит.
Но мужчина, который привык ломать, часто не понимает одной простой истины: самая опасная женщина — не та, что кричит. А та, что слишком долго молчала.
Она думала, что хуже уже не будет, пока однажды не увидела женщину в своём доме. Молодую. Наглую. Слишком уверенную в том, что место жены уже почти свободно.
В тот вечер Варвара ещё не знала двух вещей: что носит под сердцем ребёнка и что муж давно готовит ей не развод, а уничтожение. Он хочет забрать всё — сына, имя, деньги, будущее. Он уверен, что жена, как всегда, смолчит.
Но мужчина, который привык ломать, часто не понимает одной простой истины: самая опасная женщина — не та, что кричит. А та, что слишком долго молчала.
— Что эта девушка делала в нашей квартире? — спрашиваю мужа.
— Линда? — Его глаза стали маслеными на пару секунд.
— Да, Линда. — я повторила ее имя. На этот раз он отреагировал холодно.
Даже чересчур холодно.
— Ах, да... А я тебе разве не говорил позавчера? Эта дочь моей троюродной сестры. Она поживет в свободной комнате.
Сказал, как отрезал. Возражения не принимаются.
— Что? — Я даже не сразу нашлась, ведь впервые услышала об этом.
— Линда приехала поступать, поживёт, пока не устроится.
Я слушала и чувствовала, как внутри закипает глухое раздражение.
Слишком складно. Слишком гладко.
Незнакомая девушка будет жить через стенку от нашей спальни.
Это же абсурд.
Но случайная зацепка открыла мне глаза на правду.
И теперь муж жестоко поплатится за свой обман!
— Линда? — Его глаза стали маслеными на пару секунд.
— Да, Линда. — я повторила ее имя. На этот раз он отреагировал холодно.
Даже чересчур холодно.
— Ах, да... А я тебе разве не говорил позавчера? Эта дочь моей троюродной сестры. Она поживет в свободной комнате.
Сказал, как отрезал. Возражения не принимаются.
— Что? — Я даже не сразу нашлась, ведь впервые услышала об этом.
— Линда приехала поступать, поживёт, пока не устроится.
Я слушала и чувствовала, как внутри закипает глухое раздражение.
Слишком складно. Слишком гладко.
Незнакомая девушка будет жить через стенку от нашей спальни.
Это же абсурд.
Но случайная зацепка открыла мне глаза на правду.
И теперь муж жестоко поплатится за свой обман!
Выберите полку для книги