Книги по тегу «новая любовь»: ""
— Почему? — это был, наверное, единственный вопрос, который меня волновал.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
— Максим… — мой голос дрожит, губы будто не слушаются. — Это правда?
Он даже не сразу реагирует, продолжая смотреть в экран телефона.
— О чём ты?
Я делаю шаг вперёд и кладу перед ним его же телефон.
— Она тебе прислала. Фото. Сообщения. Пишет, что ждет тебя.
Теперь он замирает. Поднимает на меня глаза. Но в них нет ни страха, ни раскаяния. Только раздражение.
— И что ты теперь?
Я сжимаю руки в кулаки, пытаясь не разрыдаться.
— Я от тебя ухожу.
Он смеётся.
— Куда? У тебя ничего нет. Ни денег, ни дома, ни работы. Ты даже двух дней без меня не протянешь.
Я смотрю на него. Всё внутри холодеет. Он не просто предал меня. Он был уверен, что я без него никто. Но он ещё узнает, кто из нас окажется на коленях.
Он даже не сразу реагирует, продолжая смотреть в экран телефона.
— О чём ты?
Я делаю шаг вперёд и кладу перед ним его же телефон.
— Она тебе прислала. Фото. Сообщения. Пишет, что ждет тебя.
Теперь он замирает. Поднимает на меня глаза. Но в них нет ни страха, ни раскаяния. Только раздражение.
— И что ты теперь?
Я сжимаю руки в кулаки, пытаясь не разрыдаться.
— Я от тебя ухожу.
Он смеётся.
— Куда? У тебя ничего нет. Ни денег, ни дома, ни работы. Ты даже двух дней без меня не протянешь.
Я смотрю на него. Всё внутри холодеет. Он не просто предал меня. Он был уверен, что я без него никто. Но он ещё узнает, кто из нас окажется на коленях.
— Петя?! — я не узнала собственный голос, он дрожал, — Что это все значит?
В кухне воцарилась гнетущая тишина. И только доносящийся из ванной плеск воды громыхал в моей голове, отдавая болью где-то под ребрами.
Муж резко повернулся ко мне. Каменное, равнодушное выражение лица:
— Инга. Тебе лучше сейчас уйти.
— Что… Что происходит?
— Просто уйди. На час. А после мы все решим.
— Нет уж, дорогой. Мы решим все сейчас!
— Делай, как говорю. Тебе же будет лучше, — еще раз спокойно произнес муж.
Плеск воды прекратился, и я приготовилась. Или мне так казалось.
Пространство вокруг сжалось в тугой ком. Время тянулось нестерпимо долго.
— Ты не должна была этого видеть.
— Уже поздно.
В двери ванной показалась она. С мокрыми волосами и в моем любимом халате.
💔
Я застукала мужа с любовницей, но он не хочет разводиться!
Рано утром я сбегаю из дома, не подозревая, что меня ждет..
В кухне воцарилась гнетущая тишина. И только доносящийся из ванной плеск воды громыхал в моей голове, отдавая болью где-то под ребрами.
Муж резко повернулся ко мне. Каменное, равнодушное выражение лица:
— Инга. Тебе лучше сейчас уйти.
— Что… Что происходит?
— Просто уйди. На час. А после мы все решим.
— Нет уж, дорогой. Мы решим все сейчас!
— Делай, как говорю. Тебе же будет лучше, — еще раз спокойно произнес муж.
Плеск воды прекратился, и я приготовилась. Или мне так казалось.
Пространство вокруг сжалось в тугой ком. Время тянулось нестерпимо долго.
— Ты не должна была этого видеть.
— Уже поздно.
В двери ванной показалась она. С мокрыми волосами и в моем любимом халате.
💔
Я застукала мужа с любовницей, но он не хочет разводиться!
Рано утром я сбегаю из дома, не подозревая, что меня ждет..
– Ты нас что, проиграл в карты?
Между тем Игорь, доев фрикадельки, наливает себе кофе.
– Ну… Можно и так сказать, – пожимает плечами, – Ты пойми, Алена. Я не со зла это все… Знала же ты что у меня проблемы с этим. В общем, – откашливается, – Это не вчера произошло… Но вот Артур сказал что хочет свое забрать. И знаешь, будет все-таки лучше, если он заберет. Потому что мужик он крутой. И связи у него – не дай бог. Начнешь выделываться, никому мало не покажется.
– Ты с ума сошел? То есть я должна идти сожительствовать с человеком, которому ты меня проиграл в карты? Ты болен на всю голову? Да я лучше под мостом спать буду!
– А Ваня тоже спать под мостом будет? – кивает на сына, который сидит в просторном манеже и старательно вылизывает игрушку, – Ребенка ты в детдом сдашь?
___
Между тем Игорь, доев фрикадельки, наливает себе кофе.
– Ну… Можно и так сказать, – пожимает плечами, – Ты пойми, Алена. Я не со зла это все… Знала же ты что у меня проблемы с этим. В общем, – откашливается, – Это не вчера произошло… Но вот Артур сказал что хочет свое забрать. И знаешь, будет все-таки лучше, если он заберет. Потому что мужик он крутой. И связи у него – не дай бог. Начнешь выделываться, никому мало не покажется.
– Ты с ума сошел? То есть я должна идти сожительствовать с человеком, которому ты меня проиграл в карты? Ты болен на всю голову? Да я лучше под мостом спать буду!
– А Ваня тоже спать под мостом будет? – кивает на сына, который сидит в просторном манеже и старательно вылизывает игрушку, – Ребенка ты в детдом сдашь?
___
Анна осталась ни с чем — без дома, без мужа, без уверенности в будущем. На руках только её сын и вопросы, на которые некому ответить. Андрей потерял ребёнка, а вместе с ним и ту любовь, что казалась вечной. Они оба хотели семью, как на картинке но у судьбы явно были другие планы.
Случайная встреча связывает их, но смогут ли они стать друг для друга чем-то большим, чем просто чужие люди? И что делать, если прошлое не собирается их отпускать, ведь не зря говорят, что чужих детей не бывает.
Случайная встреча связывает их, но смогут ли они стать друг для друга чем-то большим, чем просто чужие люди? И что делать, если прошлое не собирается их отпускать, ведь не зря говорят, что чужих детей не бывает.
— Ты серьёзно? — Руслан ухмыляется, смотрит как на сумасшедшую. — Надумала рожать в сорок пять лет?
— Да, — мой голос дрожит, но я держусь. — Мы ведь так долго этого ждали.
— Оля, ну ты же ... — Он качает головой, в глазах вспыхивает насмешка. — Ты ведь уже старая, куда тебе? Я бы еще понял, если бы забеременела моя молодая любовница.
Я замираю.
— Что ты сказал?
— Что слышала. — Руслан лениво потягивается. — Оля, ну мы взрослые же люди. Давай без этого...
Меня начинает трясти.
— Ты мне изменяешь?
Он усмехается.
— А ты думала, у нормального мужика не будет запасного варианта?
Я чувствую, как внутри что-то ломается. Но знаешь что, Руслан? Ты сам не представляешь, что только что сделал.
— Да, — мой голос дрожит, но я держусь. — Мы ведь так долго этого ждали.
— Оля, ну ты же ... — Он качает головой, в глазах вспыхивает насмешка. — Ты ведь уже старая, куда тебе? Я бы еще понял, если бы забеременела моя молодая любовница.
Я замираю.
— Что ты сказал?
— Что слышала. — Руслан лениво потягивается. — Оля, ну мы взрослые же люди. Давай без этого...
Меня начинает трясти.
— Ты мне изменяешь?
Он усмехается.
— А ты думала, у нормального мужика не будет запасного варианта?
Я чувствую, как внутри что-то ломается. Но знаешь что, Руслан? Ты сам не представляешь, что только что сделал.
— Мы разводимся, — Павел застегнул рубашку, даже не глядя на меня. — И в соответствии с нашим контрактом тебе ничего не достанется.
Я моргнула.
Не от злости. Не от шока. От абсурдности момента.
Еще утром этот человек целовал меня в висок, говорил, что любит. А теперь спокойно, методично, как будто обсуждает деловую сделку, объявляет мне, что я остаюсь ни с чем.
Я хотела рассмеяться. Или схватить первый попавшийся предмет и швырнуть в его самодовольное лицо.
Но в тот момент я еще не знала, что этот развод — только начало. Что предательство — не самое страшное. Что совсем скоро моя жизнь превратится в игру, где на кону будет не только мое будущее, но и моя безопасность.
Я моргнула.
Не от злости. Не от шока. От абсурдности момента.
Еще утром этот человек целовал меня в висок, говорил, что любит. А теперь спокойно, методично, как будто обсуждает деловую сделку, объявляет мне, что я остаюсь ни с чем.
Я хотела рассмеяться. Или схватить первый попавшийся предмет и швырнуть в его самодовольное лицо.
Но в тот момент я еще не знала, что этот развод — только начало. Что предательство — не самое страшное. Что совсем скоро моя жизнь превратится в игру, где на кону будет не только мое будущее, но и моя безопасность.
Мне 36. Муж изменил с какой-то случайной девицей. Но прощать его я не буду.
Даже несмотря на то, что мы прошли долгожданную процедуру ЭКО и я беременна.
Только оказывается в клинике совершили ужасную ошибку, и отец моего будущего ребёнка вовсе не мой муж.
А мой новый босс, с которым мы сталкиваемся прямо в кабинете врача.
- Орлова, а ты что тут делаешь?
- Глеб Александрович, хотела вас спросить о том же.
Даже несмотря на то, что мы прошли долгожданную процедуру ЭКО и я беременна.
Только оказывается в клинике совершили ужасную ошибку, и отец моего будущего ребёнка вовсе не мой муж.
А мой новый босс, с которым мы сталкиваемся прямо в кабинете врача.
- Орлова, а ты что тут делаешь?
- Глеб Александрович, хотела вас спросить о том же.
— Что, Ангелина, твой надежный вариант оказался не таким уж надежным? Уже жалеешь, что меня 20 лет назад отфутболила?
— Нет! — отвечаю сквозь зубы.
Да, — ноет сердце, но черта с два я скажу об этом Илье Медведеву по кличке «Гризли».
Конечно, муж изменил на глазах у всех, и он стал свидетелем моего позора.
Илья делает ко мне шаг. Его пальцы ложатся мне на подбородок и слегка сжимают. Губы так близко… шепчут:
— Уверена, что нет? А если проверю?
— Я в ваших проверках не нуждаюсь. И не хочу! Тебя… Вас!
Я вырываюсь, но Илья рывком возвращает меня обратно.
— А вот я хочу.
— Нет! — отвечаю сквозь зубы.
Да, — ноет сердце, но черта с два я скажу об этом Илье Медведеву по кличке «Гризли».
Конечно, муж изменил на глазах у всех, и он стал свидетелем моего позора.
Илья делает ко мне шаг. Его пальцы ложатся мне на подбородок и слегка сжимают. Губы так близко… шепчут:
— Уверена, что нет? А если проверю?
— Я в ваших проверках не нуждаюсь. И не хочу! Тебя… Вас!
Я вырываюсь, но Илья рывком возвращает меня обратно.
— А вот я хочу.
– Папа! – неожиданно крикнула Иришка.
– Дочка, папа на работе. Ты ошиблась.
– Нет, папа там, – она схватила меня за руку и потащила. – Вон он, – опять крикнула Иришка и продолжила тянуть, но я встала как вкопанная.
Дочка оказалась права.
Это Тимофей.
На руках мужа маленькая девочка, обнимающая его за шею. Одетая в одежду, нашей дочери, которую, по его словам, он отнес своему знакомому. А рядом девушка, смотрящая на них с любовью и нежностью. Брюнетка, в длинном платье, белого цвета.
Муж обманул. Он не на работе.
– Папа, – Иришка крикнула так громко, что появился звон в ушах, и в этот момент Тимофей повернулся к нам.
Его лицо побледнело. Губы приоткрылись, брови вздернулись.
В глазах мелькнул страх.
– Марина… – тихо выдохнул он.
Я перевела взгляд на женщину рядом с ним. В ее глазах тоже застыл испуг.
Она знает, кто я.
– Дочка, папа на работе. Ты ошиблась.
– Нет, папа там, – она схватила меня за руку и потащила. – Вон он, – опять крикнула Иришка и продолжила тянуть, но я встала как вкопанная.
Дочка оказалась права.
Это Тимофей.
На руках мужа маленькая девочка, обнимающая его за шею. Одетая в одежду, нашей дочери, которую, по его словам, он отнес своему знакомому. А рядом девушка, смотрящая на них с любовью и нежностью. Брюнетка, в длинном платье, белого цвета.
Муж обманул. Он не на работе.
– Папа, – Иришка крикнула так громко, что появился звон в ушах, и в этот момент Тимофей повернулся к нам.
Его лицо побледнело. Губы приоткрылись, брови вздернулись.
В глазах мелькнул страх.
– Марина… – тихо выдохнул он.
Я перевела взгляд на женщину рядом с ним. В ее глазах тоже застыл испуг.
Она знает, кто я.
Выберите полку для книги