Книги по тегу «общий ребенок»: ""

— Ну и что? Думаешь, самая умная, будешь торчать на своей работе, а я должен превратиться в “полового” инвалида? — в омерзительной манере вывалил Олег на меня, лениво подтягивая штаны. — Хрен тебе!
Я просто вернулась домой за забытыми рабочими отчетами.
Обычный день. Привычная деловая встреча. И несколько минут, которые ничего не должны были изменить. Должны…
Но в собственной спальне я застала мужа с няней нашего шестилетнего сына.
Он даже не попытался оправдаться. Не собирался просить прощения. Не прикрылся стыдом.
— Мы разводимся! — собрав волю в кулак озвучила я. — Сегодня же подам заявление.
— Обязательно, Наташ. — он нехотя потер нос. — Сказки венского леса оставь для своих клиентов, а про развод забудь. Даже не мечтай. — секунда молчания. — Иначе ребенка тебе не видать.

Что? Ты серьезно решил посягнуть на святое? На моего сына?
Зря ты это сделал, предатель.
Мечтать будешь ты. О пощаде.

Он привык отдавать приказы.
Она привыкла молчать, чтобы сохранить семью.
А их маленькая дочь просто ждала, что папа ей поверит.

Елена пришла на торжественный вечер с дочерью и увидела рядом с мужем другую женщину. Но самым страшным стало не предательство. Самым страшным стало то, что восьмилетняя Кира услышала: она мешает отцу начать новую жизнь.

Когда девочка сказала правду, полковник Артём Волков не защитил её. Не поверил. Выбрал чужую женщину, свою гордость и своё право быть правым.

Елена ушла. Без скандала. Без мести. Только с дочерью за руку и с решением больше никогда не позволять никому делать её ребёнка лишним.

Но однажды Артём поймёт: он потерял не жену, которая хотела его удержать. Он потерял дочь, которая ждала, что папа встанет рядом.

Теперь ему придётся заслужить не только прощение женщины, которую он сломал своим недоверием. Ему придётся заново стать отцом для девочки, которая больше не верит красивым словам.

– Быстло плизнавайся, ты нас папа?
Не, ну вы видели такое?
Стоят несколько здоровых лбов с недобрыми лицами, и я размером не меньше. И на нас выбегают две малюсенькие дечоки-припевочки. Соплей перешибешь. И давай лупить меня игрушечными молотками.
Сказать, что все мою люди выпали в осадок – ничего не сказать.
– А вы ищите папу, чтобы побить? – решаюсь на отчаянный шаг и интересуюсь у малявок.
– Снатяла наказать за то сто маму блосил! А потом зынить на ней!
Я то малявок выпроводил, сказав, что не я их папа. Но те, похоже, не поверили. И зря я расслабился.
ПС: Говорить, кто оказалась их мама?
Правильно, лучше помолчу пока.

— А ты жестока, Надежда! — покачал головой Максим, и на этот раз он уже не скрывал улыбку. Она расползалась по его лицу, прогоняя напускную печаль. — Бедный Володенька страдает, а ты о семье!
И тут до неё дошло. Он смеялся! Откровенно, в открытую, уже даже не пытаясь скрыть! Всё это — про поэта, про развод, про то, что «не может мешать», — было спектаклем. Местью за её выходку. Маленькой, но очень действенной.
Щёки Нади моментально залила краска — горячая, густая, смесь стыда и негодования в равных пропорциях. Она запахнула поплотнее шёлковый халатик и, вздёрнув подбородок, молча вышла из спальни.
— Надь! Надя, стой! — Максим, всё ещё качая головой, но уже без тени насмешки, широкими шагами двинулся за ней.

— Что ты тут делаешь? — спросила я, не веря своим глазам.
Антон Чацкий стоял передо мной — мужчина, которого я когда-то любила до безумия, а теперь ненавидела всей душой.
— И тебе привет, — он усмехнулся. — Я тоже рад тебя видеть.
Вдруг его взгляд скользнул ниже, под стол. Туда, где отчетливо выделялся мой округлившийся живот. Шестой месяц. Его не спрятать.
— Илона... — Антон побледнел, на лбу выступила испарина. — Это... мой ребенок?
— Какая разница? Катись отсюда!
— Я не уйду, пока не узнаю правды! — он сделал шаг вперед.
Я резко, насколько позволяло положение, поднялась. Стул с грохотом отъехал назад.
— Убирайся! Немедленно! Ты предал и опозорил меня прямо в день нашей свадьбы, переспав со своей бывшей! И теперь требуешь правды? Вон!
Но Антон лишь запер дверь кабинета изнутри и тихо произнес:
— Теперь мы точно поговорим.

Шесть месяцев назад он растоптал мою жизнь прямо на свадьбе. Смогу ли я переступить через прошлую боль, когда на кону стоит счастье нашего ребенка?

– Ну и что с тобой, Красная Шапочка, делать?
– Понять и плостить? – малышка в красной бейсболке жалобно смотрит на меня. – И помоть найти мамотьку?
– Понять простить и помочь? Мне, ВОЛКУ? – усмехаюсь. – Злому, страшному и опасному. Ты меня не боишься?
Встреча в густом темном лесу с таким большим и грозным на вид дядей, как я, должна напугать любого нормального ребенка.
– Зубы снатяла показы! – требует девочка. – Волк ты или не волк? А потом пойдем маму мою искать.
Есть три проблемы. Нет сети. Малышка заблудилась и не знает в какой стороне ее мама. А у меня не получался пройти мимо и бросить ребенка одного в глухом лесу.

— Ты себя в зеркале видела? Расплылась так, что смотреть неприятно, — муж окинул мой восьмимесячный живот ледяным взглядом.
— Антон, я вынашиваю нашего сына, ты ведь сам его хотел!
Он ворвался в мою жизнь как идеальный спаситель, окружив безупречной заботой. А перед самыми родами я узнала о его изменах и обнаружила, что мои счета заблокированы из-за огромного долга, который муж обманом переписал на меня. Антон был уверен: без его денег я ничто и приползу к нему на коленях.
Он думал, что загнал меня в угол. Но когда у меня прямо во дворе начались стремительные роды, рядом оказался совершенно чужой мужчина, готовый защитить меня и моих детей от безумия бывшего.

Полина Ордынцева приезжает подписать развод и понимает: муж уже всё решил за неё. Где она будет жить. Когда увидит детей. Как красиво они назовут разрушенный брак “общим решением”.

Но в тот же вечер пятнадцатилетняя Аглая присылает матери сообщение:

“Мама, не ищи меня у папы. Я ушла раньше тебя.”

Дочь исчезает, оставляя за собой письма, старые семейные тайны и страшную правду: дети видели гораздо больше, чем взрослые хотели признать.

Теперь Полине придётся не просто найти Аглаю. Ей придётся впервые выбрать себя, услышать сына, перестать бояться мужа и понять, можно ли построить новый дом там, где раньше все молчали.

История о разводе, материнской вине, властном мужчине, детской боли и любви, которая начинается не с красивых слов, а с правды.

– Алена, – говорит он, и его голос звучит так, будто он учил эту речь перед зеркалом. – Мы пытались пять лет. Процедуры, витамины… Ты знаешь, что ЭКО дорого и по показаниям тебе нельзя. Поэтому нашего общего ребенка не будет. Я с этим смирился. И ты должна смириться. А Таня... Таня беременна. Это мой ребенок.
– Ты не только изменил мне, – говорю я, и голос начинает дрожать. – Ты привёл свою любовницу в наш дом. Ту, с которой ты, по твоим словам, расстался по-хорошему несколько лет назад. И ты хочешь, чтобы я это терпела?
- Алена, ну что ж тут поделаешь, – Таня вдруг пожимает плечами, притворяясь равнодушной, но я вижу по ее глазам, что ей доставляет удовольствие топтать меня на глазах мужа, – есть женщины... пустоцветы. Это не ваша вина. Просто природа так распорядилась. Не каждая достойна счастья материнства.

Я похоронила мужа, оплакала его, научилась без него жить.
А потом он постучал в мою дверь.
– Наташа, быстро собирайся. Нужно продать квартиру. Иначе нас всех убьют.
Я думала, хуже предательства уже ничего не бывает.
Ошиблась.
Пока я одна растила сына, выплачивала его долги и слушала обвинения свекрови, Семён был живее всех живых. Он инсценировал собственную смерть, скрывался от бандитов… и успел завести другую женщину.
Теперь преступники требуют расплаты, а единственный человек, готовый защищать меня и моего сына, – лучший друг мужа.
Но есть тайна, способная разрушить всё. Тайна, которую я скрывала шесть лет.
И когда она всплывёт, наши жизни перевернутся с ног на голову.