Книги по тегу «общий ребенок»: ""

Экран монитора вспыхивает. Я замираю, глядя на открытую переписку мужа.
«Мой муж согласен на свободные отношения, теперь твоя очередь поговорить с женой».
Сердце колотится. Елена. Его первая любовь. Они планируют это уже месяцы.
Дверь открывается, Никита видит меня и всё понимает.
Жду извинений, оправданий, паники, но он выдыхает:
— Так даже лучше. Что скажешь?
— Что?!
— Мы вместе двенадцать лет, Алина, пора разнообразить отношения. Свободные отношения — это не измена, это соглашение.
— Если хочешь быть с ней, мы просто разведёмся!
— Я не хочу разводиться. Я люблю тебя. Люблю нашу семью. Мне просто нужно... закрыть этот вопрос из прошлого.
Смотрю на него и не понимаю, что делать.
Всю жизнь за меня решали другие. Родители выбрали профессию, отец познакомил с мужем, мама сказала, когда рожать.
И теперь впервые в жизни мне нужно принять решение самой, а я не знаю как...

ЭКСКЛЮЗИВ

— Значит, это конец? — он стоит ко мне спиной. Я вижу, как напряжено его тело.

— Да, это конец. Твои вещи уже собраны. В конверте деньги. Решай сама, оставить ли этого ребенка или нет. — Он замолкает, а потом добивает меня словами: «Я верил тебе, а ты изменяла. Еще и это принесла в мой дом». — Кирилл поворачивается ко мне. В его глазах собран весь арктический холод — уходи, Ася. Уходи.

~•~•~•~

— Мама, сегодня к нам приходили новые спонсоры школы. Там был такой красивый дядя. — Дочка мечтательно закатила глаза. Я впервые вижу ее такой — Знаешь, он очень добрый, и глаза у него, как у меня. Мне даже показалось, что мы похожи. — Я смотрю на дочь через зеркало заднего вида. София задумчиво улыбается, глядя в окно. А я не могу объяснить природу своего волнения. Еще и спонсоры какие-то. Завтра обязательно спрошу об этом в музыкальной школе.

– Ну, привет, подруга, - в дверях стоит моя соседка по бывшей квартире.
– Клара! - восклицаю, разглядывая стоящую рядом с ней девочку, примерно одного возраста с нашим младшим сыном. - Какими судьбами?
– Да, вот Вику не с кем оставить. Мне срочно уехать надо, - огорошивает меня Клара.
– А чего не позвонила? - удивляюсь.
Такие ситуации обсуждаются сначала.
– Мама, - подает голос девочка, - где папа? Он здесь живет?
– Да, Вика, твой папа живет здесь. Познакомься с женой твоего отца. Это Лера, - затем обращается ко мне. - А это Вика - дочка твоего мужа.

– Нельзя разговаривать с незнакомыми дядями! Это опасно! – словно сквозь туман доносится до меня голос коварной сирены из моего прошлого.
– Мы с ним познакомились! – оправдывается Ангелина. – Его Максимом зовут, как моего папу.
Кристина наконец-то поднимает голову и замечает меня. Мы смотрим друг на друга так, точно увидели восставших из могилы призраков.
– Ну, здравствуй, Кристина! – первым выдавливаю из себя приветствие.
***
Максим и Кристина расстались врагами и затаили друг на друга обиду. Они не хотят признаваться даже себе в том, что любовь еще теплится в их сердцах. Судьба сводит их снова, и Максим узнает, что у него есть дочь.
Сможет ли Кристина простить «мерзавца и циника», который, как она уверена, соблазнил ее на спор и бросил, едва достигнув цели? Поймет ли Максим, что «коварной сиреной», какой он видит бывшую возлюбленную, двигал вовсе не расчет?

— Верните мне мужа-а-а! — в офис на Тютяховской ворвалась дамочка с истеричным возгласом. Бросила свою дорогущую сумку Луи Виттон на динванчик и сама упала следом, заливаясь горючими слезами в десять карат. Светлые наращенные патлы вихрями по меховой голубой куртке. Снизу узенькие джинсы с дырками для проветривания на коленях. Губы — отдельная история, где между двух вареников происходят звуки, иногда может вылезти язык.

Дуся, щелчком мыши прикончила последнего орка в игре «Меч и магия» и перевела золотисто-карие глаза на рыдающую блондинку.

— Мы в заложники никого не брали. Вытрезвитель через улицу, пятый дом, — удивляясь болезненной худобе посетительницы, Дуся втянула свой нажранный на фастфуде живот и грустно посмотрела в окно.

— Макс, ты уже взрослый парень, — слышу хваткий голос Сашки, низкий, непривычно серьёзный, — ты должен понимать, что нам с твоей матерью дальше не по пути. Я… я полюбил другую женщину.
Я прислоняюсь к стене, стараясь не издать ни единого звука. Дверь чуть приоткрыта, и я вижу их: Сашка сидит за столом, ссутулившись. Мой сын, Максим, смотрит на отца удивленными раскрытыми глазами, в которых мешается и недоумение, и страх.
— Папа, а как же мама? — наконец спрашивает Макс, и в его вопросе столько боли, что у меня объяснимо перехватывает дыхание...

До полуночи двадцать минут.
Мы с сыном сидим, прижавшись друг к другу в холодной квартире, и смотрим телевизор, когда в дверь кто-то звонит.
— Кто это? — удивленно спрашивает Сережка.
— Не знаю, сынок.
Открываю дверь и застываю на месте, увидев на лестничной площадке убогого подъезда Алексея Болгарева.
Не может быть. Это галлюцинация. Усталость. Стресс.
Что он здесь делает? Почему он пришел? Зачем?
— Здравствуй, Алиса, — раздается его знакомый до боли голос, который я слышала во снах все эти годы.
— Мам! — Сережка выглядывает из-за меня. — Это кто?
Я судорожно сглатываю и не могу произнести ни слова.
— Твой папа, — отвечает Болгарев вместо меня…
***
Семь лет назад жених обвинил меня в измене и вычеркнул из своей жизни. Я уехала в маленький городок с тайной под сердцем. Семь лет я выживала и считала каждую копейку. А теперь мой бывший снова ворвался в мою жизнь, чтобы лишить меня самого дорогого…

-Ну здравствуй, Снежана.
-Здравст…
-Что ты так испугалась? Я что на черта с рогами похож?
-Здравствуйте, Максим Захарович. Прошу прощения это от неожиданности.
-Где ребенок?
-Какой ребенок?
-Твой, конечно.
-Вас не должно это волновать.
-Чей это сын, Снежана?
После нашей ночи и счастливых новогодних каникул я его увидела с другой и уехала, но не знала, что увезла с собой его частичку.

Моя первая любовь, Марк Волхов, изменил мне четыре года назад. Его семья чётко дала мне понять, что я ему не подхожу, и лучше мне исчезнуть, если не хочу серьёзных проблем. Судьба сталкивает нас вновь самым нелепым образом, я вынуждена делать торт на гендер-пати Марка и его жены. Они ждут мальчика, а меня дома ждёт наша с ним дочь, о которой он не знает.

– Что за бред? – Дания берет себя в руки и задирает подбородок. – Тебе, наверное, что–то почудилось во всей этой...коме. Как я и Давид можем встречаться? Так только свиньи поступают.
– А вы и есть…свиньи, сестра, – я слаба, ранена, забинтована, мой ребенок…но я не дура. Не идиотка, в конце концов.
– Любимая, – начинает масляно Давид и желает подойти ко мне.
Я дергаюсь, и он замирает на месте. Больничная палата для нас обоих капкан...