Книги по тегу «общий ребенок»: ""

Четыре года я восстанавливала свою жизнь, наполняя ее новыми смыслами. Но болезненное прошлое упорно отказывалось растворяться во вчерашнем дне, возвращаясь ранящими воспоминаниями. А еще лицо моего сына... Чем взрослее он становился, тем отчетливее проступали черты его отца, человека, который пытался присвоить мою жизнь.

Весть, полученная из телефонного звонка от брата-близнеца моего обидчика, ударила наотмашь: Халид при смерти. Басел напомнил о моем долге за свободу и попросил об ответной услуге — привезти сына в Иорданию, чтобы его брат мирно упокоился, зная, что род продолжится. Я не могла с этим спорить по своим моральным соображениям и отправилась в дорогу навстречу собственному страху.

Восточный особняк встретил новой войной. Настя,жена Халида, претендующая на наследство в случае его смерти, оказалась сокрушена появлением тайного наследника.На кону миллионы,и она готова на всё, только не делиться.
Сможет ли мать защитить себя и своего ребенка,когда на них объявлена охота?

— Ты эгоистка! — неожиданно резко говорит девочка упрёк своей матери. — Ты думала только о себе!
— Соня, — обрываю её, не позволяя продолжить. — Прекрати!
Она тут же замолкает и переводит на меня взгляд. Щёки у неё мокрые, нос покраснел, ресницы слиплись от слёз.
Девочка смотрит на меня исподлобья — обиженно и настороженно.
В её глазах читается упрямство. То самое упрямство, которое мне слишком хорошо знакомо: моё собственное.
— Почему ты защищаешь её?
— Потому что уверен: твоя мама не эгоистка. Она… защищала тебя.
— От кого?! От тебя?
— Вероятно… — пытаюсь подобрать слова и оправдать свою бывшую перед девочкой.
Оглядываюсь на Веронику. Она стоит в нескольких шагах от нас, скрестив руки на груди, и стороны может показаться, что она спокойна.
Но я помню, какой она бывает гордой.
И сейчас ничего не изменилось. Она не спокойна, она лишь пытается скрыть своё волнение и боль.
— Как ты можешь так говорить? — шепчет Соня. — Она же хотела разлучить нас…

— Мам, смотри, это я!

Я поднимаю глаза — и вижу своего десятилетнего сына на огромном экране. В первом выпуске нового проекта моего бывшего мужа.

О съемках которого мне никто не сказал.

Четыре года назад я ушла от Германа Лавровского не из-за измены. Я просто устала от мужчины, который всегда знает, как будет лучше, и успевает принять правильное решение раньше, чем ты понимаешь, чего хочешь сама.

Теперь он снова решил за нас.

Чтобы защитить сына, я соглашаюсь монтировать их выпуск. И в сыром материале замечаю то, чего не видит больше никто: перед каждым важным ответом Платон смотрит на отца, словно проверяет, каким должен быть, чтобы папа остался доволен.

Это должен был быть фильм об отце и сыне.

Но чем глубже я погружаюсь в материал, тем яснее понимаю: Герману придется научиться слышать чужое «нет».

А мне — решить, способен ли человек, от которого я однажды ушла, стать мужчиной, к которому захочется вернуться.

Меня отправили проверять финансы крупного холдинга. Сложный объект, отступать некуда.
Я открываю дверь кабинета — а за столом сидит он. Мой бывший. Тот, кто четыре года назад выбрал карьеру вместо меня. Тот, кто не знает, что у него есть сын.
— Лика?..
— Анжелика Викторовна. Начнём?
Я справлюсь. Не сорвусь. Не покажу, что внутри всё горит.
И не дам ему увидеть мальчика с его глазами.

Шесть лет назад Глеб Воронцов узнал о беременности и отправил меня на аборт. Я ушла, родила сына и вычеркнула его отца из своей жизни.

Теперь Глеб снова рядом. И, хуже всего, рядом с моим пятилетним Мишей.

Для сына он человек, который научил его не падать на поворотах. Для меня — мужчина, который когда-то не захотел, чтобы мой ребенок родился.

Миша уже ждет новой встречи. Глеб не собирается исчезать. А я слишком хорошо помню, чем закончилась наша любовь, чтобы позволить ему снова войти в нашу жизнь.

Вот только держаться на расстоянии становится все труднее. Особенно когда рядом с ним я снова чувствую то, что давно должно было погаснуть.

Эта девчонка свалилась на меня, как снег на голову, и привычный мир рухнул. Оказывается, у меня есть дочь!
Ребенок от той, кого я когда-то безумно любил, и что предала меня. Но все былые обиды забыты, стоит услышать: «Папа, спаси маму!»
***
Я сбежала от любимого эльфа, унося с собой тайну под сердцем – нашу дочь. Годы спустя я решилась найти его, ведь он единственный, кто может нас спасти. Вот только дочь опередила меня, и сама заявилась к отцу!

В день развода мой муж-дракон отказался от нашей семилетней дочери ради права возглавить род.

К полуночи на руке Элси появилась первая Пепельная печать. После седьмой она погибнет.

Есть только один подтвержденный способ ее спасти: я должна войти в Пепельные ворота вместо нее. И не вернуться.

Но в старом архиве находится дело женщины, которая однажды вернулась из ворот. А вслед за ним — Лорант Крейс, бывший проводник, потерявший там собственную мать и категорически отказавшийся спасать меня.

У нас считанные дни, семь печатей и род драконов, который уже решил, какой ценой должна жить моя дочь.

Только Элси не согласна.

Она не хочет спасаться ценой моей смерти.

И теперь мне придется найти способ спасти ее, не потеряв себя.

Восемь лет назад Максим бросил меня беременной.
Теперь мой бывший стал моим боссом и увидел семилетнего сына, о котором, как он утверждает, не знал.
Но тогда кто написал письмо, в котором он отказался от нашего ребёнка?

***

Восемь лет должны были изменить его сильнее.
Они только убрали из лица мальчишескую поспешность. Максим больше не оглядывается, проверяя, кто заметил его появление. Не поправляет воротник и не улыбается первым. Он останавливается посреди холла, видит меня за стеклянной перегородкой — и забывает убрать телефон от уха.
Чужой голос продолжает что-то говорить из динамика.
Максим отключает звонок.
Вот теперь боль приходит. Резко, под рёбра, вместе с воздухом, который я всё-таки втягиваю. Я же знала фамилию!

– Тебя заводит моя грудь? – услышала я за дверью кабинета мужа.
Этот голос я узнала бы из тысячи. Света. Моя племянница. Четыре года назад я забрала осиротевшую девочку в свой дом, кормила, одевала, платила за её учёбу. А она обнимала меня и шептала: "Мама".
Я открыла дверь. Она стояла на коленях у ног моего Димы. Голая.
– Дорогая, ты всё не так поняла! – закричал муж.
– Не так поняла?! – я схватила со стола металлический органайзер и швырнула в неё.
Кровь сквозь её пальцы. Её визг: "Мой глаз!"
А на столе мужа лежал чужой тест. Две полоски.
Двадцать три года брака. Двое детей.
И моя старшая дочь Катя сказала мне в лицо:
– Мам, ты изувечила несчастную сироту! В измене виноваты двое!
Никто из них так и не узнал главного: в то утро врач подтвердил, что я тоже жду ребёнка. Мне сорок один.
Я собрала вещи и улетела за три тысячи километров.
Восемь месяцев тишины.
А потом на обледенелом берегу чья–то рука легла мне на плечо:
– Ну, здрасте, мама...

Три года назад мой муж Сергей разрушил наш брак. Его слепая, бешеная ревность не пощадила ни меня, ни нашего маленького сына. Он вышвырнул меня на улицу, обвинив в измене, которой не было, и заставил собирать жизнь по осколкам. Я выстояла. Стала лучшим реаниматологом в городской больнице и поклялась никогда не прощать предательства.
Но этой ночью в приёмный покой привезли «тяжёлого» после страшного ДТП. Мужчину без пульса и давления.
На залитой кровью каталке лежал Сергей.
Профессиональный долг требует, чтобы я вытащила его с того света. Но как спасти человека, которого я поклялась ненавидеть до гробовой доски? И что делать, если, очнувшись в палате, этот сильный и властный мужчина впервые умоляет о прощении?