Книги по тегу «общий ребенок»: ""
— Сколько ему? — спрашивает бывший муж.
— Шесть.
— Я умею считать, Дина.
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Потому что хочу услышать от тебя. Он мой?
— Да.
— И ты молчала шесть лет. Почему?
— Потому что ты не заслужил знать!
Семь лет назад я ушла молча. Оставила кольцо на столе и забрала свою беременность, о которой он так и не узнал.
Я построила жизнь заново: клиника, ипотека, сын с упрямым подбородком и его глазами. Всё под контролем. До того утра, когда нашу сеть выкупил инвестфонд, и в конференц-зал вошёл новый владелец.
Кирилл Багратов. Мой бывший муж. Отец мальчика, которого он впервые увидел в больничном коридоре с рисунком в руках.
Теперь он хочет правду. А правда страшнее измены — и стоила нам обоим целой жизни.
— Шесть.
— Я умею считать, Дина.
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Потому что хочу услышать от тебя. Он мой?
— Да.
— И ты молчала шесть лет. Почему?
— Потому что ты не заслужил знать!
Семь лет назад я ушла молча. Оставила кольцо на столе и забрала свою беременность, о которой он так и не узнал.
Я построила жизнь заново: клиника, ипотека, сын с упрямым подбородком и его глазами. Всё под контролем. До того утра, когда нашу сеть выкупил инвестфонд, и в конференц-зал вошёл новый владелец.
Кирилл Багратов. Мой бывший муж. Отец мальчика, которого он впервые увидел в больничном коридоре с рисунком в руках.
Теперь он хочет правду. А правда страшнее измены — и стоила нам обоим целой жизни.
— Твоя бывшая жена, — говорю я. — Ты спал с бывшей женой.
— Давай без истерик. Сядь. Я объясню.
— Без истерик?! — голос взлетает. Я не могу его контролировать. — Без истерик, Андрей?! Я два часа сидела на полу и блевала, пока ты имел свою бывшую! А ты — без истерик?!
— Я не собираюсь оправдываться, — говорит он. — Я не мальчик, которого поймали за руку. Было — значит, было.
— Зачем, Андрей? Тебе мало меня? Я что-то делаю не так? Я недостаточно…
— Хватит.
Одно слово. Как выстрел.
Я замолкаю.
Он стоит надо мной. Огромный, широкоплечий. Мой муж, чужой мужчина.
— Перестань копаться в себе, — говорит он. — Дело не в тебе.
— Тогда в чём?!
— Её муж нормально не удовлетворяет. Приходится мне.
***
Я не смогла простить мужа и ушла, оставив прежнюю жизнь позади. Но у жизни были другие планы, и судьба свела нас вновь в такой ситуации, о которой я и подумать не могла…
— Давай без истерик. Сядь. Я объясню.
— Без истерик?! — голос взлетает. Я не могу его контролировать. — Без истерик, Андрей?! Я два часа сидела на полу и блевала, пока ты имел свою бывшую! А ты — без истерик?!
— Я не собираюсь оправдываться, — говорит он. — Я не мальчик, которого поймали за руку. Было — значит, было.
— Зачем, Андрей? Тебе мало меня? Я что-то делаю не так? Я недостаточно…
— Хватит.
Одно слово. Как выстрел.
Я замолкаю.
Он стоит надо мной. Огромный, широкоплечий. Мой муж, чужой мужчина.
— Перестань копаться в себе, — говорит он. — Дело не в тебе.
— Тогда в чём?!
— Её муж нормально не удовлетворяет. Приходится мне.
***
Я не смогла простить мужа и ушла, оставив прежнюю жизнь позади. Но у жизни были другие планы, и судьба свела нас вновь в такой ситуации, о которой я и подумать не могла…
- Я беременна, - срывающимся голосом шепчу и замираю.
Смотрю в темные глаза. Жду. Сердце в груди стучит, как бешенное. Кажется, сейчас вылетит.
- Твою мать! – цедит он.
И я цепенею. Не такого ответа я ожидала.
Всё внутри дрожит от напряжения и приближающейся катастрофы. Но я не верю. До последнего…
- Руслан… - шепчу одними губами.
Он достает бумажник, отсчитывает деньги, вставляет их в мои холодные пальцы.
- Сделай аборт. Мне этот ребенок не нужен, - твердо говорит он.
В ужасе смотрю на него.
- Но… но это ведь наш ребенок…
- И мне он не нужен.
Всё внутри обрывается. Сердце обливается кровью, а розовые очки разлетаются на осколки.
Это было 5 лет назад. Мой мир рухнул, и я собирала его по кусочкам. И уж точно я больше никогда не хотела бы встретить его – Руслана Ярова, который причинил мне такую боль.
А сейчас в ужасе цепенею, сталкиваясь с ним в коридоре ресторана, в котором устроилась на работу. Как оказывается, он - мой новый босс…
Обязательно ХЭ!
Смотрю в темные глаза. Жду. Сердце в груди стучит, как бешенное. Кажется, сейчас вылетит.
- Твою мать! – цедит он.
И я цепенею. Не такого ответа я ожидала.
Всё внутри дрожит от напряжения и приближающейся катастрофы. Но я не верю. До последнего…
- Руслан… - шепчу одними губами.
Он достает бумажник, отсчитывает деньги, вставляет их в мои холодные пальцы.
- Сделай аборт. Мне этот ребенок не нужен, - твердо говорит он.
В ужасе смотрю на него.
- Но… но это ведь наш ребенок…
- И мне он не нужен.
Всё внутри обрывается. Сердце обливается кровью, а розовые очки разлетаются на осколки.
Это было 5 лет назад. Мой мир рухнул, и я собирала его по кусочкам. И уж точно я больше никогда не хотела бы встретить его – Руслана Ярова, который причинил мне такую боль.
А сейчас в ужасе цепенею, сталкиваясь с ним в коридоре ресторана, в котором устроилась на работу. Как оказывается, он - мой новый босс…
Обязательно ХЭ!
— Павел… — выдавила я. — Что ты несёшь? Это же я… это я…
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
‼️СКИДКИ НА ВСЕ МОИ КНИГИ ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!!
✅МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА ДЛЯ САМЫХ ПРЕДАННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ
✅ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!
— У меня есть другая, Ксения. Я тебя больше не люблю.
Клянусь, если бы мне воткнули нож в грудь — такой сильной боли я не испытала бы, как от его слов.
— Что?! Не понимаю… У тебя… — язык не поворачивается спросить, но я заставляю себя: — У тебя есть любовница?
— У меня есть любимая женщина. И она беременна. Я, наконец, стану отцом. Не хочу, чтобы мой ребенок родился внебрачным. Поэтому… Нам срочно нужно развестись.
— Развестись, — повторяю с горькой усмешкой. — То есть… Ты уходишь к своей беременной любовнице?
— Да. Прямо сегодня. Подпиши документы, — кивает на папку, лежащую на журнальном столе. — Давай без истерики. Она меня ждет.
✅МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА ДЛЯ САМЫХ ПРЕДАННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ
✅ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!
— У меня есть другая, Ксения. Я тебя больше не люблю.
Клянусь, если бы мне воткнули нож в грудь — такой сильной боли я не испытала бы, как от его слов.
— Что?! Не понимаю… У тебя… — язык не поворачивается спросить, но я заставляю себя: — У тебя есть любовница?
— У меня есть любимая женщина. И она беременна. Я, наконец, стану отцом. Не хочу, чтобы мой ребенок родился внебрачным. Поэтому… Нам срочно нужно развестись.
— Развестись, — повторяю с горькой усмешкой. — То есть… Ты уходишь к своей беременной любовнице?
— Да. Прямо сегодня. Подпиши документы, — кивает на папку, лежащую на журнальном столе. — Давай без истерики. Она меня ждет.
– Ты моего ребенка носишь?! – задает вопрос брутальный восточный мужчина, испепеляя меня взглядом.
Прикрываю объемный живот ладонью, укрываю своего малыша, пытаюсь отчаянно возразить:
– Нет… я не…
Заламывает бровь, делает шаг вперед, давит своей тяжелой энергетикой.
– Хочешь солгать мне, Лия?! – произносит с нажимом.
Смотрю на опешившую пассию Халида Каримова, которая все еще цепляется за его локоть алыми ногтями, и с отчаянием произношу:
– Я ведь тебе не нужна! Ты сам сказал! Сам бросил!
Халид прищуривается. Останавливает свой темный взгляд на моем округлом животе.
– Ты не нужна, но ребенок, которого носишь, – мой. Решай сейчас, Лия. Или я просто отниму наследника, когда ты родишь, и его воспитает другая, или ты станешь моей женой!
Я пошла в лес, чтобы найти елочку для Нового года, а в сугробе обнаружила раненого мужчину. Спасла его, а он… взял мою первую ночь и вернулся в мою жизнь только для того, чтобы отнять малыша, которого я ношу под сердцем.
Прикрываю объемный живот ладонью, укрываю своего малыша, пытаюсь отчаянно возразить:
– Нет… я не…
Заламывает бровь, делает шаг вперед, давит своей тяжелой энергетикой.
– Хочешь солгать мне, Лия?! – произносит с нажимом.
Смотрю на опешившую пассию Халида Каримова, которая все еще цепляется за его локоть алыми ногтями, и с отчаянием произношу:
– Я ведь тебе не нужна! Ты сам сказал! Сам бросил!
Халид прищуривается. Останавливает свой темный взгляд на моем округлом животе.
– Ты не нужна, но ребенок, которого носишь, – мой. Решай сейчас, Лия. Или я просто отниму наследника, когда ты родишь, и его воспитает другая, или ты станешь моей женой!
Я пошла в лес, чтобы найти елочку для Нового года, а в сугробе обнаружила раненого мужчину. Спасла его, а он… взял мою первую ночь и вернулся в мою жизнь только для того, чтобы отнять малыша, которого я ношу под сердцем.
— Знаешь, Варь, мне все это надоело, — голос мужа звучит глухо, как будто и не его вовсе. — Я устал.
— О чем ты, Глеб?! — испуганно спрашиваю я. На его лице и в самом деле царит усталость. Отстраненность. Отчужденность. Это не тот Глеб, которого я знаю и люблю.
Это… Другой.
— Неужели это все из-за твоей мамы? Ты правда веришь ей?!
— Да! — с его губ срывается грубый рык, и я в ужасе отшатываюсь. Он подходит к полке, достает чемодан и с непоколебимым видом бросает его перед моими ногами. — Собирай свои вещи и проваливай.
***
Благодаря козням свекрови, муж безжалостно выгнал меня из дома, не дав шанса объясниться и даже не зная о том, что вместе со мной выгоняет своего будущего ребёнка. И я ушла, не желая что-то доказывать.
Спустя два года судьба сталкивает нас вновь, где я — медсестра, а он — мой пациент, балансирующий на грани жизни и смерти. Теперь я должна спасти мужчину, который однажды меня уничтожил.
И он все ещё не знает о сыне.
— О чем ты, Глеб?! — испуганно спрашиваю я. На его лице и в самом деле царит усталость. Отстраненность. Отчужденность. Это не тот Глеб, которого я знаю и люблю.
Это… Другой.
— Неужели это все из-за твоей мамы? Ты правда веришь ей?!
— Да! — с его губ срывается грубый рык, и я в ужасе отшатываюсь. Он подходит к полке, достает чемодан и с непоколебимым видом бросает его перед моими ногами. — Собирай свои вещи и проваливай.
***
Благодаря козням свекрови, муж безжалостно выгнал меня из дома, не дав шанса объясниться и даже не зная о том, что вместе со мной выгоняет своего будущего ребёнка. И я ушла, не желая что-то доказывать.
Спустя два года судьба сталкивает нас вновь, где я — медсестра, а он — мой пациент, балансирующий на грани жизни и смерти. Теперь я должна спасти мужчину, который однажды меня уничтожил.
И он все ещё не знает о сыне.
Моя сестра сидит на моём муже и трясёт перед его глазами грудью.
– Сейчас тебе будет очень хорошо и приятно, – шепчет она ему на ухо, а тот…
Улыбается, как довольный кот!
– Да как ты посмел?! – истошный крик срывается с моих губ после нескольких немых мгновений.
– Дорогая, ты всё не так поняла! – кричит мерзавец, в то время как любовница, сидящая на его коленях, ехидно усмехается и облизывает губы.
Мы были женаты двадцать лет. У нас прекрасный взрослый сын. Сегодня у меня юбилей, и муж решил сделать мне сюрприз. Он забронировал номер в СПА-отеле и… Привёл туда свою любовницу, которая оказалась моей младшей сестрой.
Семья разрушена. Я не прощу!
– Сейчас тебе будет очень хорошо и приятно, – шепчет она ему на ухо, а тот…
Улыбается, как довольный кот!
– Да как ты посмел?! – истошный крик срывается с моих губ после нескольких немых мгновений.
– Дорогая, ты всё не так поняла! – кричит мерзавец, в то время как любовница, сидящая на его коленях, ехидно усмехается и облизывает губы.
Мы были женаты двадцать лет. У нас прекрасный взрослый сын. Сегодня у меня юбилей, и муж решил сделать мне сюрприз. Он забронировал номер в СПА-отеле и… Привёл туда свою любовницу, которая оказалась моей младшей сестрой.
Семья разрушена. Я не прощу!
В голове пронеслась тысяча мыслей. Муж знает, что я здесь? Чувствует ли он, как дрожат мои колени, как слезы подступают к горлу? Я окаменела, боясь сделать вдох, стараясь стать незаметнее, слиться с узорами обоев. Закрыла глаза. Жду.
Но вот, словно смилостивившись над моей наивной надеждой остаться незамеченной, тень медленно отделилась от стены и поплыла прочь.
Дверь захлопнулась, щелкнув запирающимся замком. У меня вырвался дрожащий выдох.
Снова прислушалась.
– Кто там?
– Никого, но нам лучше вернуться к гостям.
– Риск, опасность. И ты сильный и смелый мужчина рядом. Это так возбуждает.
– Прекрати.
– Раньше тебе нравилась опасность быть застуканным. Помнишь наши шалости, когда учились?
– Перестань или я за себя не отвечаю, – прорычал муж.
– Возьми меня жестко…
Но вот, словно смилостивившись над моей наивной надеждой остаться незамеченной, тень медленно отделилась от стены и поплыла прочь.
Дверь захлопнулась, щелкнув запирающимся замком. У меня вырвался дрожащий выдох.
Снова прислушалась.
– Кто там?
– Никого, но нам лучше вернуться к гостям.
– Риск, опасность. И ты сильный и смелый мужчина рядом. Это так возбуждает.
– Прекрати.
– Раньше тебе нравилась опасность быть застуканным. Помнишь наши шалости, когда учились?
– Перестань или я за себя не отвечаю, – прорычал муж.
– Возьми меня жестко…
— Вы превратились в снеговиков, — вытаскиваю из сугроба близнецов. — Как вас отличать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Выберите полку для книги