Книги по тегу «от ненависти к любви»: ""
— Бунт окончен, — констатировал он, ровным голосом, с оттенком удовлетворенной усталости. — Запомни этот урок. Следующий будет жестче.
Виктор наклонился, подобрал с ковра скальпель. Рассмотрел его на свету.
— Опасная игрушка, — он усмехнулся и сунул его в карман брюк. — Больше не играй в то, во что не умеешь.
— Тогда ты… больше не удерживай то, что не принадлежит тебе!
***
Виктор Андреев.
Безупречно красивый хирург с руками Бога и душой демона.
Богатый. Властный. Неприкасаемый.
И мой отчим.
Полгорода мечтает о его внимании.
Я же мечтаю только сбежать…
В книге есть:
Очень жестокий властный герой
Любовь по принуждению
ХЭ
Виктор наклонился, подобрал с ковра скальпель. Рассмотрел его на свету.
— Опасная игрушка, — он усмехнулся и сунул его в карман брюк. — Больше не играй в то, во что не умеешь.
— Тогда ты… больше не удерживай то, что не принадлежит тебе!
***
Виктор Андреев.
Безупречно красивый хирург с руками Бога и душой демона.
Богатый. Властный. Неприкасаемый.
И мой отчим.
Полгорода мечтает о его внимании.
Я же мечтаю только сбежать…
В книге есть:
Очень жестокий властный герой
Любовь по принуждению
ХЭ
— Нианец, моя госпожа. Совсем дикий…. Его сегодня доставили на корабле.
— Сколько вы за него хотите? – сердце стучало. Кольцо-артефакт нагрелось, сообщая, что перед ней именно тот, кого она искала.
На мгновение ее глаза и глаза нианца встретились. Мужчина насмешливо поднял бровь, словно бы не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.
— Ищете покорного слугу? — хрипло спросил он.
***
Ее раб… Как же! Она вместо котенка купила не просто дикого зверя, а как минимум саблезубого тигра со скорпионьим хвостом. И то ли сожрет, то ли убьет, то ли сам сделает своей зверушкой…
То ли у нее будет самый опасный и полезный «котенок». Осталось лишь приручить.
— Сколько вы за него хотите? – сердце стучало. Кольцо-артефакт нагрелось, сообщая, что перед ней именно тот, кого она искала.
На мгновение ее глаза и глаза нианца встретились. Мужчина насмешливо поднял бровь, словно бы не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.
— Ищете покорного слугу? — хрипло спросил он.
***
Ее раб… Как же! Она вместо котенка купила не просто дикого зверя, а как минимум саблезубого тигра со скорпионьим хвостом. И то ли сожрет, то ли убьет, то ли сам сделает своей зверушкой…
То ли у нее будет самый опасный и полезный «котенок». Осталось лишь приручить.
Киара сидела на коленях, а Амоа нависал над ней. Антимагические наручники обжигали запястья, мешая призвать силу. Мешая защититься.
— Ты не представляешь, как долго я мечтал об этом зрелище.— облизнулся он, не сводя с нее потемневших глаз.
— Мечтаешь о мести?
На ее лице не было страха, что он может ей сделать?
Убить? О, да. Это было бы слишком хорошо.
— Ты так ничего и не поняла, да? — он вдруг присел рядом, а затем потянулся к ее запястьям. Киара непонимающе смотрела на мужчину. Он – освобождает ее? После всего, что она сама ему сделала?
— Ну что, готова показать им всем? Почему не стоит злить королеву.
— Ты не представляешь, как долго я мечтал об этом зрелище.— облизнулся он, не сводя с нее потемневших глаз.
— Мечтаешь о мести?
На ее лице не было страха, что он может ей сделать?
Убить? О, да. Это было бы слишком хорошо.
— Ты так ничего и не поняла, да? — он вдруг присел рядом, а затем потянулся к ее запястьям. Киара непонимающе смотрела на мужчину. Он – освобождает ее? После всего, что она сама ему сделала?
— Ну что, готова показать им всем? Почему не стоит злить королеву.
Моя тихая размеренная жизнь превращается в психоделическое искусство Эндрю Джонса, когда в мою арт-студию «Сны Дали» приходит новый ученик...
***
– Мой курс рассчитан на детей и подростков, – отвечаю, избегая его взгляда.
Стискиваю во вспотевших пальцах ключи, вешаю сумку и, поправив ворот тренча, направляюсь по коридору. Мужчина не отстает.
– Разве? – поворачиваюсь, услышав сомнение в сильном голосе, отдающее театральщиной.
Он делает резкий шаг ко мне – я упираюсь спиной в закрытую дверь, которая, как на зло открывается «на себя». Его ладонь упирается рядом с моим левым ухом.
– «Сны Дали». Арт-студия для всех возрастов с 7 до 99 лет». Мне...35, – последнюю часть Зар выдыхает мне в ухо, разбивая в дребезги любые представления о личном пространстве.
Надо бы возмутиться и оттолкнуть его, но зычный голос вдруг становится вкрадчивым, а движение свободной руки, невесомо прошедшей по шерстяной ткани плаща, бросает в дрожь, когда его пальцы касаются моих, забирая ключи...
***
– Мой курс рассчитан на детей и подростков, – отвечаю, избегая его взгляда.
Стискиваю во вспотевших пальцах ключи, вешаю сумку и, поправив ворот тренча, направляюсь по коридору. Мужчина не отстает.
– Разве? – поворачиваюсь, услышав сомнение в сильном голосе, отдающее театральщиной.
Он делает резкий шаг ко мне – я упираюсь спиной в закрытую дверь, которая, как на зло открывается «на себя». Его ладонь упирается рядом с моим левым ухом.
– «Сны Дали». Арт-студия для всех возрастов с 7 до 99 лет». Мне...35, – последнюю часть Зар выдыхает мне в ухо, разбивая в дребезги любые представления о личном пространстве.
Надо бы возмутиться и оттолкнуть его, но зычный голос вдруг становится вкрадчивым, а движение свободной руки, невесомо прошедшей по шерстяной ткани плаща, бросает в дрожь, когда его пальцы касаются моих, забирая ключи...
Обычное гадание на суженого обернулось для Кати кошмаром. Она, простая девушка из бедной семьи, и её смелая подруга Наташа решают погадать в пустом подвале, Два зеркала, свеча и древние слова. Когда в темноте раздаётся бархатный голос, а на полу появляется кольцо с кроваво-красным рубином, Катя понимает: она впустила в свою жизнь нечто нечеловеческое. Перстень не снимается с пальца, а во сне её преследует таинственный незнакомец, называющий её своей навеки. Самое страшное — её родные не помогут. Дом, где она выросла, теперь враждебен, а единственная, кто знает правду — мать Наташи, скрывает собственные тёмные тайны.
Кто этот незнакомец её суженый или проклятие? Почему кольцо обжигает всех, кроме неё? Что случится, если она не успеет сбежать до ночи 21 июня?
Мир, где магия реальна, а древние договоры пишутся кровью. История, в которой любовь и ужас переплетаются навеки. Открой первую страницу — если осмелишься.
Кто этот незнакомец её суженый или проклятие? Почему кольцо обжигает всех, кроме неё? Что случится, если она не успеет сбежать до ночи 21 июня?
Мир, где магия реальна, а древние договоры пишутся кровью. История, в которой любовь и ужас переплетаются навеки. Открой первую страницу — если осмелишься.
Я открыла глаза и поняла, что нахожусь в чужом мире, в теле молодой девушки. Ситуация усложнилась, когда я оказалась в плену у человека, утверждающего, что он дядя детей, с которыми я случайно столкнулась. Они узнали во мне мать, которая погибла. Это сходство вызывает вопросы: кто я на самом деле? И почему отношение их дяди ко мне так резко изменилось?
# Новое тело — новые проблемы. # Дети, которые считают меня мамой.
# Бывший, который претендует на меня.
# Сила, от которой хочу избавиться, но... она привлекает будущего мужа.
# Новое тело — новые проблемы. # Дети, которые считают меня мамой.
# Бывший, который претендует на меня.
# Сила, от которой хочу избавиться, но... она привлекает будущего мужа.
Уволиться с работы из-за похотливого начальника – это уже само по себе испытание. Но когда подруга предлагает погадать онлайн в Сочельник, чтобы развеять скуку, жизнь подкидывает самый неожиданный поворот. Случайный клик, и вот я уже переписываюсь с человеком, чьи слова, словно глоток свежего воздуха, возвращают меня к жизни. Но какое же потрясение ждет меня, когда за этими теплыми сообщениями скрывается… мой хмурый и грубоватый сосед. Сможет ли этот неожиданный онлайн-роман разрушить стену между нами, или прошлое окажется сильнее?
Мне было четыре года, когда Новый год стал для меня антипраздником, самым ужасным днем. Помню, как мама с отцом сильно ругались на кухне за дверью, потом она выбежала в спальню, собрала чемодан и ушла… Обернулась только один раз. В ее взгляде было столько горечи... и какого-то упрека, будто я тоже была виновницей их скандала и разрыва. Спустя столько лет я забыла мамино лицо, папа со злости и обиды уничтожил все фотографии. Но единственное, что иногда всплывает в памяти – её огненно-черные глаза, смотрящие на меня с упрёком.
Он был мажором до мозга костей, из тех, кого еще поискать. Ему наплевать на мой статус учителя, я для него – просто декорация. В этом классе он – царь и бог, диктующий свои правила, перед которыми должны склониться все.
А я… я всего лишь Оливия Михайловна, учительница с треснувшими мечтами, пытающаяся сохранить остатки дисциплины в этом осином гнезде. Справлюсь ли я? Смогу ли не утонуть в омуте его наглых глаз?
— Ларин, что ты творишь! — вырвалось у меня, когда этот наглец взвалил меня на плечо, словно мешок картошки, и понес через весь класс к выходу. Мое лицо горело от унижения, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.
— Эх, Оливия Михайловна, — донесся до меня его бархатный голос, — не понимаете вы своего счастья.
И он нагло шлепнул меня по заднице! Все мои попытки вырваться были тщетны. В итоге я оказалась запертой в какой-то пыльной кладовке, словно старая метла.
— Отдохните, Оливия Михайловна. Вам это полезно, — прозвучали его последние слов, когда захлопнулась дверь.
А я… я всего лишь Оливия Михайловна, учительница с треснувшими мечтами, пытающаяся сохранить остатки дисциплины в этом осином гнезде. Справлюсь ли я? Смогу ли не утонуть в омуте его наглых глаз?
— Ларин, что ты творишь! — вырвалось у меня, когда этот наглец взвалил меня на плечо, словно мешок картошки, и понес через весь класс к выходу. Мое лицо горело от унижения, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.
— Эх, Оливия Михайловна, — донесся до меня его бархатный голос, — не понимаете вы своего счастья.
И он нагло шлепнул меня по заднице! Все мои попытки вырваться были тщетны. В итоге я оказалась запертой в какой-то пыльной кладовке, словно старая метла.
— Отдохните, Оливия Михайловна. Вам это полезно, — прозвучали его последние слов, когда захлопнулась дверь.
— Я хочу, чтобы ты женился на ней.
Такое я точно не ожидал услышать. Я растерялся, не верил своим ушам. Сначала мне показалось, что он шутит, но на его лице не дрогнул ни один мускул, и тогда я понял, что он говорит абсолютно серьезно.
— Так, подождите, зачем мне вторая жена? Или вы хотите, чтобы я развелся с вашей дочерью? Я могу это сделать и не женясь на другой.
— Нет, мне нужно чтобы ты женился на Лали и не разводился с Моникой.
Меня пробило. Я начал смеяться, не веря своим ушам. Это сон или он не в себе? Как я могу быть женатым сразу на двух, и тем более не по своей воли? Может мне влюбиться и завести ещё и третью?
Сначала я планировал убить невесту своего злейшего врага, но, оказалось, что у судьбы свои планы. Её отец предложил жениться мне на ней, взамен подарить власть, как ни у кого другого. И в добавок, я уже женат на старшей его дочери. Теперь у меня две жены, к которым я не испытываю ничего. Первая - игрушка для секса, а вторая - нервный срыв.
Такое я точно не ожидал услышать. Я растерялся, не верил своим ушам. Сначала мне показалось, что он шутит, но на его лице не дрогнул ни один мускул, и тогда я понял, что он говорит абсолютно серьезно.
— Так, подождите, зачем мне вторая жена? Или вы хотите, чтобы я развелся с вашей дочерью? Я могу это сделать и не женясь на другой.
— Нет, мне нужно чтобы ты женился на Лали и не разводился с Моникой.
Меня пробило. Я начал смеяться, не веря своим ушам. Это сон или он не в себе? Как я могу быть женатым сразу на двух, и тем более не по своей воли? Может мне влюбиться и завести ещё и третью?
Сначала я планировал убить невесту своего злейшего врага, но, оказалось, что у судьбы свои планы. Её отец предложил жениться мне на ней, взамен подарить власть, как ни у кого другого. И в добавок, я уже женат на старшей его дочери. Теперь у меня две жены, к которым я не испытываю ничего. Первая - игрушка для секса, а вторая - нервный срыв.
Выберите полку для книги