Книги по тегу «откровенные сцены»: ""
— Ты хочешь, чтобы мы остановились?
— Нет... я не знаю.
— Чего ты боишься?
— Что мне это понравится. Что я больше не смогу быть прежней.
— А ты хочешь быть прежней?
— ...Нет.
Маленькая, неуверенная, она пришла в зал, чтобы стать сильнее. Но два огромных тренера увидели в ней не просто клиентку. Каждое прикосновение, каждый взгляд — тонкая грань между профессиональным и личным. Между страхом и желанием. Между «я не такая» и «я хочу узнать, какая я на самом деле». Она будет сопротивляться себе до последнего. Но когда тело говорит громче разума — выбор остаётся только один: довериться или сбежать. Она не сбежит.
— Нет... я не знаю.
— Чего ты боишься?
— Что мне это понравится. Что я больше не смогу быть прежней.
— А ты хочешь быть прежней?
— ...Нет.
Маленькая, неуверенная, она пришла в зал, чтобы стать сильнее. Но два огромных тренера увидели в ней не просто клиентку. Каждое прикосновение, каждый взгляд — тонкая грань между профессиональным и личным. Между страхом и желанием. Между «я не такая» и «я хочу узнать, какая я на самом деле». Она будет сопротивляться себе до последнего. Но когда тело говорит громче разума — выбор остаётся только один: довериться или сбежать. Она не сбежит.
— Я не та, кого можно любить. Посмотри на меня — я слишком большая, слишком неуклюжая, я всю жизнь прячусь от зеркал.
— А мы видим тебя настоящую. Мы видим твою мягкость, твой жар, твою силу. Ты боишься, что тебя осудят? Но мы не судьи. Мы те, кто хочет согреть тебя, когда ты дрожишь от холода одиночества.
— Вы не понимаете. Это неправильно — трое мужчин и одна я. Что скажут люди? Что я подумаю о себе сама?
— Ты подумаешь, что ты — центр нашей вселенной. Ты подумаешь, что имеешь право быть желанной, любимой, обожаемой. Ты подумаешь, что страх — это всего лишь дверь, которую нужно открыть. А за ней — лето, которое никогда не кончится.
— Но я же не такая… я не умею…
— Ты умеешь. Ты уже делаешь это — ты решаешься. И каждый твой шаг к нам — это шаг к себе настоящей. Мы не просим быть идеальной. Мы просим быть тобой. И поверь — этого более чем достаточно.
— А мы видим тебя настоящую. Мы видим твою мягкость, твой жар, твою силу. Ты боишься, что тебя осудят? Но мы не судьи. Мы те, кто хочет согреть тебя, когда ты дрожишь от холода одиночества.
— Вы не понимаете. Это неправильно — трое мужчин и одна я. Что скажут люди? Что я подумаю о себе сама?
— Ты подумаешь, что ты — центр нашей вселенной. Ты подумаешь, что имеешь право быть желанной, любимой, обожаемой. Ты подумаешь, что страх — это всего лишь дверь, которую нужно открыть. А за ней — лето, которое никогда не кончится.
— Но я же не такая… я не умею…
— Ты умеешь. Ты уже делаешь это — ты решаешься. И каждый твой шаг к нам — это шаг к себе настоящей. Мы не просим быть идеальной. Мы просим быть тобой. И поверь — этого более чем достаточно.
– Может, хватит?
– Что именно?
– Контрольные работы, рефераты, и прочее, прочее, прочее… – я поджимаю губы. – Сколько можно жать на одну и ту же кнопку, а? Придумайте уже что-то другое!
Улучив момент, он перехватывает мое запястье и совершенно не беспокоясь о возможных свидетелях притягивает меня к себе ближе. Безуспешно дергаюсь от него и принимаюсь нервно оглядываться, проверяя, не видит ли нас кто-то посторонний.
– Эта кнопка – моя власть, – вкрадчиво проговаривает Кайдалов, склонившись к самому моему уху. – Что поделать, если ничего другого ты не понимаешь?
– Что тебе нужно на этот раз? – вздыхаю я.
– А что мне может быть нужно?
Я напрягаюсь, когда его ладонь проворно забирается под мою куртку и мягко оглаживает кожу под ребрами.
– Что ты делаешь?.. – шиплю возмущенно, вновь испуганно оглядываясь по сторонам. – Здесь наверняка стоят камеры и…
– Конечно, стоят, – охотно соглашается Кайдалов, не убирая ладони.
Слабо охнув, я затыкаюсь.
– Помаши охранникам ручкой, если хоче
– Что именно?
– Контрольные работы, рефераты, и прочее, прочее, прочее… – я поджимаю губы. – Сколько можно жать на одну и ту же кнопку, а? Придумайте уже что-то другое!
Улучив момент, он перехватывает мое запястье и совершенно не беспокоясь о возможных свидетелях притягивает меня к себе ближе. Безуспешно дергаюсь от него и принимаюсь нервно оглядываться, проверяя, не видит ли нас кто-то посторонний.
– Эта кнопка – моя власть, – вкрадчиво проговаривает Кайдалов, склонившись к самому моему уху. – Что поделать, если ничего другого ты не понимаешь?
– Что тебе нужно на этот раз? – вздыхаю я.
– А что мне может быть нужно?
Я напрягаюсь, когда его ладонь проворно забирается под мою куртку и мягко оглаживает кожу под ребрами.
– Что ты делаешь?.. – шиплю возмущенно, вновь испуганно оглядываясь по сторонам. – Здесь наверняка стоят камеры и…
– Конечно, стоят, – охотно соглашается Кайдалов, не убирая ладони.
Слабо охнув, я затыкаюсь.
– Помаши охранникам ручкой, если хоче
❤️ БЕСПЛАТНО ОБЕ КНИГИ ДИЛОГИИ ❤️ Я посмотрела в его глаза и увидела приговор. Конец прежней жизни, свободе, собственной воле. Я бежала в пески, но он настиг меня, как загнанного зверя. Он присвоил меня как вещь, вцепился мертвой хваткой. Он – полковник великой Империи, а я – всего лишь рабыня его больной уничтожающей страсти.
#ЖЕСТОКИЙ МИР НА ЛЮБИТЕЛЯ
Историю едва ли можно назвать доброй. За милым позитивом точно не сюда.
ВНИМАНИЕ: есть сцены насилия и жестокости (героине прилично достается).
#властный герой
#малованили
ХЭ дилогии (но не конкретной книги).
Книга написана без использования ИИ.
#ЖЕСТОКИЙ МИР НА ЛЮБИТЕЛЯ
Историю едва ли можно назвать доброй. За милым позитивом точно не сюда.
ВНИМАНИЕ: есть сцены насилия и жестокости (героине прилично достается).
#властный герой
#малованили
ХЭ дилогии (но не конкретной книги).
Книга написана без использования ИИ.
Я долго водила за нос секретную службу короля. Но час расплаты настал. Главе ведомства, советнику Грайму, поручили разобраться со мной лично. От Грайма еще никому не удавалось уйти, и друзья уже заказывают костюмчики на мои похороны. Но я намерена выполнить порученное мне задание — найти загадочный арифмометр, способный просчитывать будущее. Грайм тоже за ним охотится. Поэтому у каждого из нас теперь две задачи: достать арифмометр и вывести соперника из игры. И эта погоня точно не будет скучной.
Аннотация: Тихий Брод не просто провинциальный город, здесь прячется настоящее зло — одно за другим ритуальные убийства, тринадцать жертв, тринадцать «ликов» греха. Арина Горелова приезжает, чтобы расследовать убийства, но здесь ей не рады.
Марк не просто священник, он член тайного Ордена, цель которого — очищать город от зла, карать тех, кто преступил черту дозволенного. У Марка странная, почти болезненная чуткость ко лжи, он мало говорит, но многое чувствует. И, чем ближе Марк и Арина подбираются к истине, тем тоньше грань между долгом и запретным влечением…
Марк не просто священник, он член тайного Ордена, цель которого — очищать город от зла, карать тех, кто преступил черту дозволенного. У Марка странная, почти болезненная чуткость ко лжи, он мало говорит, но многое чувствует. И, чем ближе Марк и Арина подбираются к истине, тем тоньше грань между долгом и запретным влечением…
Максим Власов – единственное сокровище у матери. Он мечтал закончить институт, устроиться на престижную работу и сделать предложение любимой девушке. Кто же мог подумать, что возлюбленная отправит его за решетку на восемь долгих лет. Отсидев по "нехорошей" статье, Власов узнает, что его мать не пережила суда. Одержимый ненавистью, он мечтает лишь об одном: отомстить всем, кто виновен в его разрушенной жизни. Первой в "черном списке" оказывается его возлюбленная – Карина Горская. Будто насмехаясь, судьба услужливо устраивает им встречу...
Постельные сцены. Разница в возрасте, герой старше на 18 лет. Мужественный герой. Невинная, женственная героиня. Девственница.
Тихон полон секретов: живёт в отдалении от людей, в избушке лесника, что притаилась высоко в горах. Под видом смотрителя заповедных лесов он истаптывает километры в поисках браконьеров и своего врага.
Случайность приводит в его мир хрупкую Севиндж, девушку, годящуюся по возрасту в дочери. Вспыхнувшая вовсе не родительская страсть, пылкие прикосновения, робкие поцелуи, жаркие признания, и Тихон готов оставить свои поиски и просто жить дальше.
Но Севиндж не так проста, как кажется на первый взгляд.
Тихон полон секретов: живёт в отдалении от людей, в избушке лесника, что притаилась высоко в горах. Под видом смотрителя заповедных лесов он истаптывает километры в поисках браконьеров и своего врага.
Случайность приводит в его мир хрупкую Севиндж, девушку, годящуюся по возрасту в дочери. Вспыхнувшая вовсе не родительская страсть, пылкие прикосновения, робкие поцелуи, жаркие признания, и Тихон готов оставить свои поиски и просто жить дальше.
Но Севиндж не так проста, как кажется на первый взгляд.
“Если в семейном очаге огонь страсти перестает пылать, оставляя лишь угольки, надо разжечь его снова!” - решила Дарья и, заказав костюм Снегурочки в магазине для взрослых, отправилась на дачу, чтобы устроить для любимого мужа романтическую встречу Нового года.
В тот момент она не могла знать того, что став невольным слушателем чужого разговора, ей придется спасать жизнь соседа. Как не могла Дарья знать и того, что доставленная курьерской службой маленькая коробочка с надписью “Подарок” хранит вовсе не тот подарок, который мечтает получить женщина.
В тот момент она не могла знать того, что став невольным слушателем чужого разговора, ей придется спасать жизнь соседа. Как не могла Дарья знать и того, что доставленная курьерской службой маленькая коробочка с надписью “Подарок” хранит вовсе не тот подарок, который мечтает получить женщина.
- Если не хочешь снова пережить это, больше не попадайся ко мне в руки. А если попадешься, пеняй на себя.
Брошенные Гордеем год назад слова выжжены у меня на подкорке. И я избегала его… до этой роковой ночи.
***
Мужчина опускает оружие и оборачивается.
- Ну, привет, Арина, - усмехается друг моего папы и, склонив голову набок, окидывает взглядом с головы до пят. По телу проходит волна дрожи от этого пронзительного взгляда. Я помню, как он умеет раздевать им. Как оголяет меня до самых костей. И я теперь не уверена, хочу ли быть спасенной им. Может, безопаснее было отдаться в руки моих похитителей, от которых он меня спас? - Проходи в дом, - произносит он своим бархатным голосом.
А я нутром чую… сделаю шаг в его особняк - и больше Гордей меня не отпустит.
Брошенные Гордеем год назад слова выжжены у меня на подкорке. И я избегала его… до этой роковой ночи.
***
Мужчина опускает оружие и оборачивается.
- Ну, привет, Арина, - усмехается друг моего папы и, склонив голову набок, окидывает взглядом с головы до пят. По телу проходит волна дрожи от этого пронзительного взгляда. Я помню, как он умеет раздевать им. Как оголяет меня до самых костей. И я теперь не уверена, хочу ли быть спасенной им. Может, безопаснее было отдаться в руки моих похитителей, от которых он меня спас? - Проходи в дом, - произносит он своим бархатным голосом.
А я нутром чую… сделаю шаг в его особняк - и больше Гордей меня не отпустит.
Выберите полку для книги