Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Ну здравствуй, Дуся, — бархатный бас раздаётся совсем близко, заставляя моё тело покрыться мурашками.
— Ты что здесь делаешь? — разворачиваюсь к Гору, но не сразу узнаю его в костюме.
— Приехал на встречу, — отвечает он, поправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо.
— Это я приехала на встречу, — шиплю на Гора. — А тебя здесь быть не должно. Или ты и вправду маньяк?
— Клим Игнатович, — рядом звучит довольный голос босса. — Вы уже познакомились с нашим главным бухгалтером? Отлично. Евдокия Филипповна, это и есть наш новый клиент, Горский Клим Игнатович.
Одна ночь с механиком должна была остаться одной ночью. Но всё пошло не по плану, когда этот механик оказался большим боссом. Но у него не только большой бизнес, но и большие планы на меня. А мне это не нужно. Я в такие игры не играю. Да только кого это волнует!
— Ты что здесь делаешь? — разворачиваюсь к Гору, но не сразу узнаю его в костюме.
— Приехал на встречу, — отвечает он, поправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо.
— Это я приехала на встречу, — шиплю на Гора. — А тебя здесь быть не должно. Или ты и вправду маньяк?
— Клим Игнатович, — рядом звучит довольный голос босса. — Вы уже познакомились с нашим главным бухгалтером? Отлично. Евдокия Филипповна, это и есть наш новый клиент, Горский Клим Игнатович.
Одна ночь с механиком должна была остаться одной ночью. Но всё пошло не по плану, когда этот механик оказался большим боссом. Но у него не только большой бизнес, но и большие планы на меня. А мне это не нужно. Я в такие игры не играю. Да только кого это волнует!
Татьяна провожает мужа на юбилей к брату в другой город, на следующий день она узнаёт, что юбилей праздновать никто и не собирался, а Андрей у родни не появлялся...
Тайна покрытая мраком? Возможно, ведь в скором времени она узнаёт, что исчезла крупная сумма денег...
Но когда на телефон начинают приходить недвусмысленные фотографии, становится понятно, что он с другой женщиной...и ни в чём себе не отказывает...
Тайна покрытая мраком? Возможно, ведь в скором времени она узнаёт, что исчезла крупная сумма денег...
Но когда на телефон начинают приходить недвусмысленные фотографии, становится понятно, что он с другой женщиной...и ни в чём себе не отказывает...
– Лёля! – окликает меня мужской голос, который я когда-то очень любила, а сейчас очень боюсь услышать. – Ольга! Стой!
В смысле? Что? Как? Он? Почему?
Замираю.
– Арс… – смотрю на него во все глаза, а у самой поджилки трясутся.
Он меня искал? Специально? Сейчас девчонок увидит! Он совсем не дурак! Сразу все поймет! И что я с этим буду делать? Мало мне проблем в жизни?
– Оля, – он подбегает ко мне, и тут его взгляд опускается на коляску. – Лёля… О! Круто! – расплывается он в довольной улыбке. – Даже уже дети есть!
В смысле? Что? Как? Он? Почему?
Замираю.
– Арс… – смотрю на него во все глаза, а у самой поджилки трясутся.
Он меня искал? Специально? Сейчас девчонок увидит! Он совсем не дурак! Сразу все поймет! И что я с этим буду делать? Мало мне проблем в жизни?
– Оля, – он подбегает ко мне, и тут его взгляд опускается на коляску. – Лёля… О! Круто! – расплывается он в довольной улыбке. – Даже уже дети есть!
— Ты моя на целый месяц! — влажное дыхание мужчины дрожью отзывается в моем теле. — Будешь послушной девочкой! — гладит по волосам, как куклу. — Беспрекословное подчинение, — пальцы смыкаются на шее под волосами. Всё внутри меня протестующе орёт. Но я сижу не шелохнувшись.
— Я буду брать тебя везде! — хищно выдыхает на ухо, и дрожь в озноб переходит. Унять невозможно. — Когда и где захочу! — плотно обхватывает бедро. Не двигаюсь. — И если мне все понравится, через месяц я тебя отпущу. В твою серую жизнь.
Сглатываю ком в горле и смотрю в холодные глаза мужчины.
— А если откажусь? — нижняя губа предательски трясется.
— Тогда будет по-плохому!
***
Моего отца подставили. Он должен крупную сумму денег бывшему лучшему другу.
Теперь новый хозяин элитного клуба делает меня своей игрушкой... за долги.
— Я буду брать тебя везде! — хищно выдыхает на ухо, и дрожь в озноб переходит. Унять невозможно. — Когда и где захочу! — плотно обхватывает бедро. Не двигаюсь. — И если мне все понравится, через месяц я тебя отпущу. В твою серую жизнь.
Сглатываю ком в горле и смотрю в холодные глаза мужчины.
— А если откажусь? — нижняя губа предательски трясется.
— Тогда будет по-плохому!
***
Моего отца подставили. Он должен крупную сумму денег бывшему лучшему другу.
Теперь новый хозяин элитного клуба делает меня своей игрушкой... за долги.
-Предлагаю заключить выгодную сделку. Я хорошо тебе заплачу, - бросая на меня оценивающий взгляд, произносит Кирилл.
-Думаешь, все в этом мире покупается за деньги?! - пылаю от негодования.
-Именно. У всего есть цена. Назови свою, думаю, сочтемся, - на его лице ни единой эмоции. Говорит так, будто бы мы на торгах находимся, а я всего лишь товар. Да уж, бедным богатых никогда не понять.
-Не утруждайся, я заранее отказываюсь, - отрицательно качаю головой.
-Давай четко и по делу. Притворись моей девушкой, - требует мажор, чем вызывает во мне очередную волну возмущения.
-Думаю, тебе лучше найти другую, - противлюсь я, но рука мерзавца не дает и шагу ступить.
-Зря строишь из себя гордую. Сама же потом прибежишь.
Я знала, что эта сделка разобьет мне сердце, ведь я уже давно тайно влюблена в этого самовлюбленного нахала. Но выхода не было. Чтобы спасти больную мать, мне пришлось наступить на свою гордость и принять предложение мажора.
-Думаешь, все в этом мире покупается за деньги?! - пылаю от негодования.
-Именно. У всего есть цена. Назови свою, думаю, сочтемся, - на его лице ни единой эмоции. Говорит так, будто бы мы на торгах находимся, а я всего лишь товар. Да уж, бедным богатых никогда не понять.
-Не утруждайся, я заранее отказываюсь, - отрицательно качаю головой.
-Давай четко и по делу. Притворись моей девушкой, - требует мажор, чем вызывает во мне очередную волну возмущения.
-Думаю, тебе лучше найти другую, - противлюсь я, но рука мерзавца не дает и шагу ступить.
-Зря строишь из себя гордую. Сама же потом прибежишь.
Я знала, что эта сделка разобьет мне сердце, ведь я уже давно тайно влюблена в этого самовлюбленного нахала. Но выхода не было. Чтобы спасти больную мать, мне пришлось наступить на свою гордость и принять предложение мажора.
– Почему ты женился на ней? Почему не на мне? – стоя за дверью, ведущей в рабочий кабинет мужа, слышала незнакомый и противный женский голос.
– Потому что так нужно. Наши семьи давно благословили этот союз. Ещё и подкрепили всё это общим бизнесом. – совершенно безэмоционально произнёс мой муж.
– А как же мы? Как я? Мне как быть, Тимур? – верещала девица.
А я, кажется, дышать разучилась.
– А что ты? Между нами всё будет как и прежде. Жениться на тебе я не собирался изначально. А спать можно и без штампа. Мой тебе явно мешать не должен. – с каждым произнесенным словом мой муж вбивал в мое сердце ржавые гвозди.
Не верила в то, что слышала.
Мой муж.
Мой первый мужчина, оказался предателем.
У меня в глазах слёзы стояли.
Я всегда понимала, что договорной брак скрывает под собой массу подводных камней. Но то, что наш с Тимуром брак – это фальшивка, убило.
– Потому что так нужно. Наши семьи давно благословили этот союз. Ещё и подкрепили всё это общим бизнесом. – совершенно безэмоционально произнёс мой муж.
– А как же мы? Как я? Мне как быть, Тимур? – верещала девица.
А я, кажется, дышать разучилась.
– А что ты? Между нами всё будет как и прежде. Жениться на тебе я не собирался изначально. А спать можно и без штампа. Мой тебе явно мешать не должен. – с каждым произнесенным словом мой муж вбивал в мое сердце ржавые гвозди.
Не верила в то, что слышала.
Мой муж.
Мой первый мужчина, оказался предателем.
У меня в глазах слёзы стояли.
Я всегда понимала, что договорной брак скрывает под собой массу подводных камней. Но то, что наш с Тимуром брак – это фальшивка, убило.
– Она беременна, – повторяет он, словно тоже не верит в то, что произносит.
Внутри все сжимается. Дыхание перехватывает. Я поднимаю на него взгляд, полный обиды и растерянности, но он не выдерживает и опускает глаза.
– И что теперь? – мой голос звучит так тихо, что едва ли напоминает меня саму. – Ты просто уйдешь?
Он молчит. Я чувствую, как начинает заполнять меня смесь гнева и боли.
– И сколько это уже… продолжается? – спрашиваю, сглатывая внезапный комок в горле.
– Несколько месяцев, – отвечает он. Его голос звучит почти механически.
– Несколько месяцев? – срывается с губ, и слезы подступают к глазам. Столько лет вместе, а я ничего не замечала, ничего не понимала.
– Не раздувай из этого трагедию. В нашем возрасте это уже смешно. У нас вон внуки на носу.
– В каком таком возрасте? – произношу еле слышно. – Мне вот только сорок пять недавно стукнуло
Внутри все сжимается. Дыхание перехватывает. Я поднимаю на него взгляд, полный обиды и растерянности, но он не выдерживает и опускает глаза.
– И что теперь? – мой голос звучит так тихо, что едва ли напоминает меня саму. – Ты просто уйдешь?
Он молчит. Я чувствую, как начинает заполнять меня смесь гнева и боли.
– И сколько это уже… продолжается? – спрашиваю, сглатывая внезапный комок в горле.
– Несколько месяцев, – отвечает он. Его голос звучит почти механически.
– Несколько месяцев? – срывается с губ, и слезы подступают к глазам. Столько лет вместе, а я ничего не замечала, ничего не понимала.
– Не раздувай из этого трагедию. В нашем возрасте это уже смешно. У нас вон внуки на носу.
– В каком таком возрасте? – произношу еле слышно. – Мне вот только сорок пять недавно стукнуло
Ночь, улица, фонарь, аптека…
Блин, какая аптека?
Нет тут никакой аптеки!
И с фонарями туго.
Я плетусь по пролеску от электрички в деревню.
Наивная городская дура, решила, что девять вечера для зимы – это совсем не поздно!
Шагаю почти на ощупь, покачиваюсь и вдруг слышу:
-- Стой! Стой, зараза, кому сказал! Все равно ведь догоню!
Сердце уходит в пятки! Я ускоряюсь, пытаюсь обернуться, но не видно ни зги!
Бегу на слух! От голоса!
Ну как бегу... Быстро шагаю...
Вот, тут должен быть поворот, вот... И...
Врезаюсь в широкую мужскую грудь!
Блин, какая аптека?
Нет тут никакой аптеки!
И с фонарями туго.
Я плетусь по пролеску от электрички в деревню.
Наивная городская дура, решила, что девять вечера для зимы – это совсем не поздно!
Шагаю почти на ощупь, покачиваюсь и вдруг слышу:
-- Стой! Стой, зараза, кому сказал! Все равно ведь догоню!
Сердце уходит в пятки! Я ускоряюсь, пытаюсь обернуться, но не видно ни зги!
Бегу на слух! От голоса!
Ну как бегу... Быстро шагаю...
Вот, тут должен быть поворот, вот... И...
Врезаюсь в широкую мужскую грудь!
Ты запретил себе видеть во мне женщину. И много лет мне хватало просто быть рядом. Но я сломалась, извини. Сил быть рядом, но не с тобой, не осталось. Я уезжаю. Будешь догонять?
***
***
Жмурюсь, боль и сожаление простреливают от мозжечка до копчика. Перевелась? Опоздал?
- Я так понимаю, вам она не сказала? - с сожалением замечает старушка. – Давайте-ка я вам валидольчика накапаю?
- Лучше виски, - отрезаю я.
- Как же вы будете возвращать Майечку, если будете под шафе?
Мне показалось, или старушка подмигнула?
Пытаюсь сбежать, чтобы физической нагрузкой сбить набегающую панику, хватаюсь за перила, но вдруг останавливаюсь:
- Думаете, у меня есть шанс?
- Если будете очень стараться, она оценит, - с одобрением кивает старушка.
***
***
Жмурюсь, боль и сожаление простреливают от мозжечка до копчика. Перевелась? Опоздал?
- Я так понимаю, вам она не сказала? - с сожалением замечает старушка. – Давайте-ка я вам валидольчика накапаю?
- Лучше виски, - отрезаю я.
- Как же вы будете возвращать Майечку, если будете под шафе?
Мне показалось, или старушка подмигнула?
Пытаюсь сбежать, чтобы физической нагрузкой сбить набегающую панику, хватаюсь за перила, но вдруг останавливаюсь:
- Думаете, у меня есть шанс?
- Если будете очень стараться, она оценит, - с одобрением кивает старушка.
«- Я счастлив, что ты есть в моей жизни, я без тебя жить не могу, ты все для меня, Оля!»
Телефон едва не падает с рук. Десятое декабря. Новый Год скоро…Малыши… Подарки…Как же ты мог Карпов, зачем…
Смотрю на него и внутри все замирает. Столько лет. Любовь…Где это все… Где…
Телефон оживает. Пальцы дрожат.
«- Я каждую ночь ложусь с ним в постель и представляю тебя, Руслан, твои сильные руки, как и ты, засыпая со своей деревенщиной, думаешь обо мне и вспоминаешь все! Я без тебя жить не могу!»
Телефон падает из рук. Нет. Прошу. Нет. Только ни это….Неужели? Я даже думать об этом не хочу. Он же говорил, что лучше умрет, чем с ней будет, ну что ж…
Телефон едва не падает с рук. Десятое декабря. Новый Год скоро…Малыши… Подарки…Как же ты мог Карпов, зачем…
Смотрю на него и внутри все замирает. Столько лет. Любовь…Где это все… Где…
Телефон оживает. Пальцы дрожат.
«- Я каждую ночь ложусь с ним в постель и представляю тебя, Руслан, твои сильные руки, как и ты, засыпая со своей деревенщиной, думаешь обо мне и вспоминаешь все! Я без тебя жить не могу!»
Телефон падает из рук. Нет. Прошу. Нет. Только ни это….Неужели? Я даже думать об этом не хочу. Он же говорил, что лучше умрет, чем с ней будет, ну что ж…
Выберите полку для книги