Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

На меня несётся чёрный внедорожник.
Почему водитель не тормозит?!
Всё происходит так быстро, что я даже не успеваю испугаться. Машина задевает меня по касательной, и я с криком падаю на асфальт. Боль пронзает локти и ладони, всё тело ноет. В голове шумит.
— Боже мой! — шепчу я сама себе, пытаясь подняться. — Это что сейчас было?!
Волна возмущения захлёстывает меня. У меня складывается чёткое ощущение, что водитель нарочно хотел меня сбить!
Внедорожник останавливается в нескольких метрах от меня. Дверь открывается, и оттуда выходит… Богдан Быковский.
Что?! Нет! Мне чудится.
Это не может быть он. Только не здесь!
Сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с бешеной скоростью.
Богдан — мой бывший одноклассник.
И вот он здесь. В моём университете.
Я ненавижу его!
Этот подонок превратил мою школьную жизнь в настоящий ад.
И, судя по всему, не собирается останавливаться.

ТОЛЬКО СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!

- Мать моя в горах на каблуках, - кричу водителю, - тормози, Марат! Там ребёнок на дороге!
Маратик тормозит в последний момент, и я выскакиваю из машины, вижу... маленькую девчонку в розовом платье.
Сидит прямо в луже, смотрит на меня.
- Потерялася я... поможете мне найти маму, дядя бандит?
- Некогда мне искать, опаздываю... и я вовсе не бандит.
Малая хлопает глазами и выдаёт:
- А я вовсе не колдунья, я любила и люблю...
- Слышь, примадонна в колготках, тебя как звать?
- Я Натаха - маленькая сваха. А ты?
- А я Алмас, держу в страхе весь Кавказ. Где твоя мама, Натаха?
Девочка вздыхает грустно.
- Похитили мою маму... помозете её найти?

Я даже представить не мог, что встреча с этой Наташкой-потеряшкой обернётся для меня огромными проблемами. И вскроет страшную тайну, связанную с моим прошлым...

Миллиардер с темным прошлым против бойкой журналистки.

По заданию редакции мне нужно сделать серию из трех интервью. И все бы ничего, но одним из респондентов оказывается – самый загадочный бизнесмен Питера красавец-миллиардер Ярослав Вольский – тот самый человек, который однажды уже разрушил мою жизнь и сгноил в тюрьме самого любимого человека.
Самостоятельная история. Однотомник
Ярослав Вольский - дядя Клима Хаванского из "Ложь между нами"
https://litmarket.ru/books/lozh-mezhdu-nami-2

– Алевтина Григорьевна. Нам поговорить надо. У нас с вами проблема! – проговаривает незнакомка, садясь за мой столик.
– У вас со мной?! Я вас даже не знаю.
– Ну, мы это сейчас исправим, – проговаривает, приторно улыбаясь, – меня зовут Алла, и я – любимая женщина вашего мужа!
– Что?!
– То! Уйди от Бори ты! Он все не решается, жалеет тебя, клушу возрастную!

Почти двадцать лет брака, двое детей и оглушительная новость: у мужа другая!
Подаю на развод. Решаю уйти, так и не сказав мужу, что под сердцем ношу третьего ребенка, только однажды муж вновь влетает в мою жизнь со словами:
«Я совершил ошибку. Ты должна вернуться ко мне!»

— Я слышал, ты запрещаешь любовь, поцелуи и даже мысли в сторону обоюдной, взаимной симпатии? – заметил этот наглый тип. – Неужели ты и правда думаешь, что чувства можно вот так запросто загнать под замок?
— Я считаю, что у каждого дракона есть два пути: самоконтроль или самоуничтожение. И ты, похоже, из тех, кто выбрал второй вариант.
— А ты из тех, кто выбрал одиночество?
— Ты не понимаешь, с чем играешь, – усмехнулась я, заглянув прямо в эти синие глаза. – Одна искра, и ты вспыхнешь.
— Что, если я хочу сгореть? – его шёпот опалил мне губы.

***
Я – глава сестринства «Сигма Астра».
Наш главный закон – никакой любви до диплома.
Но когда в Академии появляется Рейн Роган, мои внутренние барьеры трещат по швам, и хочется наплевать на все запреты. Только если это произойдет, рухнет не только то, что я возводила годами, но и, возможно, весь наш мир канет в бездну.

Тишина и кромешный мрак.
Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не чувствую.
Словно, меня нет.
Ничего не помню. Только осознаю факт присутствия.
Где-то, на краешке сознания, слышу чей-то плач. Горький, душераздирающий. Мне болью в груди колет от этих стенаний. Но я не могу понять почему.
И снова всё стихает.
Пытаюсь пошевелиться, закричать. Ничего не выходит.
Кто я и где нахожусь?
Прислушиваюсь к себе.
Ощущение, что пожирает изнутри. Что это?
Голод.
Алчный, неудержимый голод. Хочу сожрать, растереть в пыль. Всё живое. Уничтожить. Поглотить. Без остатка. Тянусь потоками силы в разные стороны, натыкаюсь на пульсирующую вкусными нитями жизнь и пожираю, не насыщаясь. Ищу снова, и снова пожираю. Ещё. Хочу ещё.
Холодно.
Цепенею. От холода и ненасытного голода. Ищу снова. Ещё. Больше! ХОЧУ БОЛЬШЕ!
Что-то тёплое коснулось самого сердца.
Шёпот.
На грани слышимости слово, что повторяется из раза в раз: "Вернись".

— Что? Тебе восемнадцать-то есть, красавица? Чем ты можешь меня заинтересовать? А если я родителям твоим сообщу, чем ты тут занимаешься, а?
— Мне, между прочим, двадцать три! И я учитель вашей дочери!
Первое сентября, первоклашки, с которыми я занимаюсь на продленке, и папа одной из них, который принимает меня за школьницу!
Его дочь обвиняют в воровстве, а я уверена, что ее подставили, да, да, и в семь лет бывает такая вот подлость! Мне удается ей помочь, а потом ее папа помогает мне, когда моя машина попадает в аварию, а потом…
— Это… непрофессионально! Меня уволят! Мгновенно! У нас в школе такие вещи…
— Никто не узнает. Я не собираюсь этим хвастать. Это только наше дело. Только мое. И твое.
— Нет…
— Скажи, что ты тоже меня хочешь. Скажи, что вся эта игра в правила тебя уже замучила.

- Дочку мою возьми на работу.
- Знаешь мои правила. С родственниками и друзьями дел не веду, - напоминаю другу.
- С ней работать и не придется.
На него смотрю. Вот уж точно ничего не понимаю. Видимо, командировка в провинциальный город не пошла на пользу.
- Маринка, - друг громко выкрикивает, и за спиной слышится легкий стук каблуков. - Ее какой-то козел тронул, мне нужно время, чтобы выяснить, кто с ней это сделал и наказать гниду.
- Что сделал?
Оборачиваюсь и выругаться хочется. Передо мной стоит та, которую я невинности лишил. Но меня волнует не это. А ее внушительный живот, который она руками прикрывает. Видимо, ее отец уже нашел эту “гниду”...

— У меня сын от другой женщины.
Я не сразу поняла смысл. Смотрела на его губы, как будто он сказал не те слова, которые я услышала. Но он продолжил, и я услышала каждое слово, как гвоздь в крышку гроба:
— Ты примешь это, или дверь там.
— Ты с ума сошёл… — я даже засмеялась, но смех мой дрогнул, сломался. — Думаешь, я буду воспитывать твоё… предательство?
— Я не прошу. — Лёша пожал плечами. — Я решил уже всё сам.
Я не кричала. Не била посуду, хотя хотелось. Я просто встала. Взяла сумку. Даже не вещи — просто сумку. И ушла.
И вдруг однажды… звонок в дверь.
Я открыла и замерла.
Тот, кого я пыталась забыть, вычеркнуть, стереть из памяти, но сердце всё равно помнило каждую черту лица.
Он стоял на пороге, с тем же взглядом, в котором столько лет назад я утонула.
— Ты ведь всё ещё меня любишь, — сказал он тихо, будто знал наперёд мой ответ.
А я… не знала, что страшнее: ненависть или то, что он прав…

— Не могу спать, — сказала она, чуть повернув голову. — Слишком тихо здесь… городская привычка.
Андрей кивнул, но глаза его уже скользили по линии её ключиц, чуть приоткрытому вырезу халата, из-под которого мелькала тонкая полоска кружевного белья.
Он вдруг понял, что больше не хочет держать дистанцию. Дни, проведённые рядом с ней, взгляды, случайные прикосновения, её смех и манера задирать его — всё это накопилось в невыносимое напряжение.
Он сделал шаг ближе, почти вплотную. Кристина слегка отпрянула, но не ушла. Её взгляд стал серьёзным, дыхание сбилось.