Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
После того, как родная мать отказалась от меня, я обрела новую семью, рядом с которой моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Но спустя годы отношения между нами сильно изменились.
И теперь я не знаю, как побороть в себе запретные чувства, испытываемые к моему опекуну.
Ведь между нами существует не только большая разница в возрасте и мнение окружающих, но и его чувство вины после потери любимой женщины…
***
— Ты покраснела. О чём ты думаешь, Мия? — спрашивает Джон, заставляя ощутить трепет во всём моём теле.
— Я думаю о том, каково это... быть твоей женщиной. Даже если это продлится всего лишь одну единственную ночь.
— Лучше нам сейчас не говорить на эту тему, — намеренно избегая зрительного контакта, тихо проговаривает он.
— Почему?
— Боюсь, я больше не смогу себя сдерживать, — хриплый мужской голос пронзает моё сознание.
— А я и не прошу тебя об этом.
***
Но спустя годы отношения между нами сильно изменились.
И теперь я не знаю, как побороть в себе запретные чувства, испытываемые к моему опекуну.
Ведь между нами существует не только большая разница в возрасте и мнение окружающих, но и его чувство вины после потери любимой женщины…
***
— Ты покраснела. О чём ты думаешь, Мия? — спрашивает Джон, заставляя ощутить трепет во всём моём теле.
— Я думаю о том, каково это... быть твоей женщиной. Даже если это продлится всего лишь одну единственную ночь.
— Лучше нам сейчас не говорить на эту тему, — намеренно избегая зрительного контакта, тихо проговаривает он.
— Почему?
— Боюсь, я больше не смогу себя сдерживать, — хриплый мужской голос пронзает моё сознание.
— А я и не прошу тебя об этом.
***
– Я вас увольняю! - твердо чеканит Руслан Олегович.
У меня земля уходит из-под ног.
Как? Я ведь недавно устроилась.
– Мои дети вас приняли на работу, - удивляет меня он.
– Как дети? - выдыхаю, - на какую еще работу? Я ведь уже работаю в администрации.
Из-под стола вылезают озорные мальчик и девочка.
– Мы приняли тебя няней! - восклицают дети хором.
– Но у меня нет педагогического образования…
– Это неважно, - обрывает меня Руслан Олегович, - слова моих детей для меня закон. Приступайте к новым своим обязанностям прямо сейчас!
У меня земля уходит из-под ног.
Как? Я ведь недавно устроилась.
– Мои дети вас приняли на работу, - удивляет меня он.
– Как дети? - выдыхаю, - на какую еще работу? Я ведь уже работаю в администрации.
Из-под стола вылезают озорные мальчик и девочка.
– Мы приняли тебя няней! - восклицают дети хором.
– Но у меня нет педагогического образования…
– Это неважно, - обрывает меня Руслан Олегович, - слова моих детей для меня закон. Приступайте к новым своим обязанностям прямо сейчас!
– Ты изменил мне с моей же сестрой! Прямо в нашей спальне! Это увидел наш сын… – не выдерживаю, всхлипываю.
– Прекрати истерику. Это всего лишь пустяк! – рявкает на меня мой муж Давид.
– Какой это пустяк?! Не трогай меня. Мы больше не семья. Я хочу развод!
– Никакого развода не будет. Мы будем жить точно так же, как и раньше! Просто забудь об этом. Иначе пожалеешь. – не терпя возражений, твёрдо чеканит он, когда-то самый любимый на свете мужчина, а сейчас жестокий предатель.
– Прекрати истерику. Это всего лишь пустяк! – рявкает на меня мой муж Давид.
– Какой это пустяк?! Не трогай меня. Мы больше не семья. Я хочу развод!
– Никакого развода не будет. Мы будем жить точно так же, как и раньше! Просто забудь об этом. Иначе пожалеешь. – не терпя возражений, твёрдо чеканит он, когда-то самый любимый на свете мужчина, а сейчас жестокий предатель.
Разве можно влюбляться, когда твой народ гибнет от голода, и ты одна можешь спасти его? Да и в кого влюбляться? В безумца, который не способен помочь! Но я полюбила его, всем сердцем! А вдруг он вовсе не безумец, а его ко мне подослали, чтобы уничтожить меня?
- Милый, что она забыла в твоей квартире?! - моя ненавистная, эгоистичная младшая сестра стоит на пороге.
- А что ты здесь делаешь? - я растерянно моргаю. У меня только что была лучшая ночь в моей жизни с парнем мечты, по которому я сохла весь курс.
- Что? Он вообще-то мой жених!
Эти слова припечатывают меня к полу.
- Олесь, тебе пора, - Егор выталкивает меня из квартиры и под конец шепчет: - Это была ошибка. Ничего личного.
***
Я - мечта любого, но только не его. Егор капитан баскетбольной команды и красавчик универа. Но он одиночка, и, кажется, серьезные отношения его не интересуют. По крайней мере я думала так, пока после проведенной с ним ночи не узнала, что он помолвлен с моей младшей сестрой...
- А что ты здесь делаешь? - я растерянно моргаю. У меня только что была лучшая ночь в моей жизни с парнем мечты, по которому я сохла весь курс.
- Что? Он вообще-то мой жених!
Эти слова припечатывают меня к полу.
- Олесь, тебе пора, - Егор выталкивает меня из квартиры и под конец шепчет: - Это была ошибка. Ничего личного.
***
Я - мечта любого, но только не его. Егор капитан баскетбольной команды и красавчик универа. Но он одиночка, и, кажется, серьезные отношения его не интересуют. По крайней мере я думала так, пока после проведенной с ним ночи не узнала, что он помолвлен с моей младшей сестрой...
– И давно вы любовники?
– Кто? Ты о чем? – муж будто опешил от моего внезапного вопроса, а у меня внутри стал пробуждаться истерический хохот.
– Ты и Алена.
– С ума сошла. Алена – твоя подруга, как ты могла подумать?
Все мужики ко…!
С таким девизом я вышла из офиса мужа, застукав его с моей же подругой.
А потом еще информация о ее беременности, как кирпичом по голове шандарахнуло.
Перестану ли я верить мужчинам? Возможно. Пока в моей жизни не появится тот самый. Он заставит снова поверить в любовь и примет моего малыша, как родного, который не нужен настоящему отцу.
– Кто? Ты о чем? – муж будто опешил от моего внезапного вопроса, а у меня внутри стал пробуждаться истерический хохот.
– Ты и Алена.
– С ума сошла. Алена – твоя подруга, как ты могла подумать?
Все мужики ко…!
С таким девизом я вышла из офиса мужа, застукав его с моей же подругой.
А потом еще информация о ее беременности, как кирпичом по голове шандарахнуло.
Перестану ли я верить мужчинам? Возможно. Пока в моей жизни не появится тот самый. Он заставит снова поверить в любовь и примет моего малыша, как родного, который не нужен настоящему отцу.
— Ты поедешь с нами, и это не обсуждается, — произносит грозно Влад.
— Я не могу, вы не понимаете, меня ждут, — пытаюсь оправдаться.
— Это был не вопрос! — произносит стальным голосом.
И я понимаю, что мне не убежать от этого деспота и тирана.
Сын самого влиятельного человека в городе решил, что именно я должна стать его няней. А отец готов потакать любому капризу ребенка. Мне не оставили выбора кроме как согласиться. Вот только у меня есть тайная, которая может уничтожить безбедную жизнь этого олигарха. Но смогу ли я воспользоваться этим секретом?
— Я не могу, вы не понимаете, меня ждут, — пытаюсь оправдаться.
— Это был не вопрос! — произносит стальным голосом.
И я понимаю, что мне не убежать от этого деспота и тирана.
Сын самого влиятельного человека в городе решил, что именно я должна стать его няней. А отец готов потакать любому капризу ребенка. Мне не оставили выбора кроме как согласиться. Вот только у меня есть тайная, которая может уничтожить безбедную жизнь этого олигарха. Но смогу ли я воспользоваться этим секретом?
- Снимай платье, Ника. Ты меня разозлила.
- Что вы хотите...
Он подходит, срывает с меня одежду, на слёзы не обращает внимания.
- Ты очень красивая, Ника. Хрупкая и нежная. Жаль, что приходится делать это с тобой.
- Не надо, пожалуйста...
Даже не слушает, берёт за горло, прижимает к стене. Скользит рукой по телу, играет. Недолго думая, впивается в мои губы поцелуем.
- Когда боишься, ты очень сладкая, Ника. Жаль, что дошло до ЭТОГО, но я предупреждал. Ты разозлила меня. И теперь тебя ждёт наказание.
---
В один миг я лишилась всего: родителей, денег, места в частной школе. Осталась совершенно одна, хрупкая и беззащитная. Единственный, кто может помочь и защитить, это главарь преступных кланов, опасный, всемогущий и неприлично красивый. Но за свою помощь он хочет моё тело, мою душу, мою невинность. И отказов он не принимает...
- Что вы хотите...
Он подходит, срывает с меня одежду, на слёзы не обращает внимания.
- Ты очень красивая, Ника. Хрупкая и нежная. Жаль, что приходится делать это с тобой.
- Не надо, пожалуйста...
Даже не слушает, берёт за горло, прижимает к стене. Скользит рукой по телу, играет. Недолго думая, впивается в мои губы поцелуем.
- Когда боишься, ты очень сладкая, Ника. Жаль, что дошло до ЭТОГО, но я предупреждал. Ты разозлила меня. И теперь тебя ждёт наказание.
---
В один миг я лишилась всего: родителей, денег, места в частной школе. Осталась совершенно одна, хрупкая и беззащитная. Единственный, кто может помочь и защитить, это главарь преступных кланов, опасный, всемогущий и неприлично красивый. Но за свою помощь он хочет моё тело, мою душу, мою невинность. И отказов он не принимает...
«Где эта сволочь?» — она медленно скользила взглядом по залу. Некогда любимый ресторан никогда уже не будет таким, каким она видела его в первый раз. Здесь Клим встал на одно колено, протягивая кольцо в бархатной коробочке, и обещал любить вечно.
Обещалкин нашелся за столиком в дальнем углу. Не один. Приятного вида озорная блондиночка, заливалась смехом, а бывший муж, придвинувшись к ней впритык, что-то увлеченно рассказывал.
Катя выдохнула ноздрями, выпуская огонь негодования. Так вот зачем он ее выманил! Чтобы показать свою новую бабу. Мерзавец! Он должен был страдать от содеянного, из-за разрушенной семьи, за слезы ее и боль. Сидеть под дверью с цветами в зубах и выбивать на стене ее имя. А он? Нашел себе моложе и счастлив. Где эта гребаная справедливость? Бумеранг? Кармическая отдача? Почему она, Синицына, три года одна одинешенька, зализывает сердечные раны, воспитывает Вероничку
Обещалкин нашелся за столиком в дальнем углу. Не один. Приятного вида озорная блондиночка, заливалась смехом, а бывший муж, придвинувшись к ней впритык, что-то увлеченно рассказывал.
Катя выдохнула ноздрями, выпуская огонь негодования. Так вот зачем он ее выманил! Чтобы показать свою новую бабу. Мерзавец! Он должен был страдать от содеянного, из-за разрушенной семьи, за слезы ее и боль. Сидеть под дверью с цветами в зубах и выбивать на стене ее имя. А он? Нашел себе моложе и счастлив. Где эта гребаная справедливость? Бумеранг? Кармическая отдача? Почему она, Синицына, три года одна одинешенька, зализывает сердечные раны, воспитывает Вероничку
Я замечала, что Юлька бросает на парня томные взгляды, пытается флиртовать. Было даже немного обидно: я-то совсем другого хотела… Дождавшись, когда он выйдет в туалет, пьяненькая подруга сообщила мне доверительным шёпотом:
– Наташка-а-а… У меня в трусах уже – настоящая Ниагара!.. Ты где таких мужиков находишь?!
– У меня, между прочим, планы были. На него, – многозначительно заявила я.
– Мож мы его того… поделим?
– Наташка-а-а… У меня в трусах уже – настоящая Ниагара!.. Ты где таких мужиков находишь?!
– У меня, между прочим, планы были. На него, – многозначительно заявила я.
– Мож мы его того… поделим?
Выберите полку для книги