Подборка книг по тегу: "предательство"
Адель проходила мимо служебного коридора, когда услышала голос своего мужа. Она осторожно заглянула за угол и тут же отпрянула обратно за стену, подслушивая интимный разговор.
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
– Сегодня всё заканчивается, – произносит он ровным, деловым голосом без прежней влюблённой восторженности.
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
Поднимаю помаду, а потом осторожно, словно жалящее насекомое, подцепляю тот маленький холодный предмет.
Подношу к глазам. В ладони лежит изящная золотая серьга-петелька. В верхней части, точно капля утренней росы, сверкает бриллиант. Он ловит солнечный луч и отбрасывает на мою кожу маленькую, ядовитого цвета радугу.
Сердце падает вниз. Это не моя серьга. Я ношу массивные, висячие, авторские. Таких простых и чопорных вещей у меня нет.
Медленно, против воли, взгляд поднимается выше. На подголовник моего сиденья. И вижу его. Длинный, идеально прямой, чёрный как смоль волос, прилипший к тёмной коже подголовника, поэтому почти невидимый. Но для меня сейчас он ярче неоновой вывески. Это не мой! У меня светлые, не слишком длинные волосы.
12 лет "идеального" брака ставит под сомнение одна находка. Я схожу с ума пытаясь найти любовницу "идеального" мужа, а когда нахожу...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Подношу к глазам. В ладони лежит изящная золотая серьга-петелька. В верхней части, точно капля утренней росы, сверкает бриллиант. Он ловит солнечный луч и отбрасывает на мою кожу маленькую, ядовитого цвета радугу.
Сердце падает вниз. Это не моя серьга. Я ношу массивные, висячие, авторские. Таких простых и чопорных вещей у меня нет.
Медленно, против воли, взгляд поднимается выше. На подголовник моего сиденья. И вижу его. Длинный, идеально прямой, чёрный как смоль волос, прилипший к тёмной коже подголовника, поэтому почти невидимый. Но для меня сейчас он ярче неоновой вывески. Это не мой! У меня светлые, не слишком длинные волосы.
12 лет "идеального" брака ставит под сомнение одна находка. Я схожу с ума пытаясь найти любовницу "идеального" мужа, а когда нахожу...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Надя! — он делает шаг ко мне. — Что ты тут делаешь?
— Я? — я смотрю на него, потом на Лизу. — А вы?
Елизавета бледнеет. Опускает глаза. Кусает губу.
— Мы... — Павел смотрит на няню, потом на меня. — Случайно встретились. Я заехал купить запонки, а Лиза тут была...
— На шопинге, — быстро подхватывает няня, поднимая глаза. В них паника.
— Запонки? — я перевожу взгляд на мужа. — У тебя их десятки. Зачем еще?
— Старые надоели, — он пожимает плечами. — Захотелось чего-то нового.
Он лжет. Я вижу это по тому, как он не смотрит мне в глаза. По тому, как его рука сжимается в кулак и тут же разжимается. Он так делает, когда нервничает.
Запонки! – а ничего получше придумать не мог?
Няня в нашем доме появилась вопреки моей воле. Муж убедил – так будет лучше. Но когда я увидела их вдвоём в торговом центре, я поняла – это не просто совпадение. Их ложь ощутима. Что мой муж скрывает от меня? И кто она на самом деле?
— Я? — я смотрю на него, потом на Лизу. — А вы?
Елизавета бледнеет. Опускает глаза. Кусает губу.
— Мы... — Павел смотрит на няню, потом на меня. — Случайно встретились. Я заехал купить запонки, а Лиза тут была...
— На шопинге, — быстро подхватывает няня, поднимая глаза. В них паника.
— Запонки? — я перевожу взгляд на мужа. — У тебя их десятки. Зачем еще?
— Старые надоели, — он пожимает плечами. — Захотелось чего-то нового.
Он лжет. Я вижу это по тому, как он не смотрит мне в глаза. По тому, как его рука сжимается в кулак и тут же разжимается. Он так делает, когда нервничает.
Запонки! – а ничего получше придумать не мог?
Няня в нашем доме появилась вопреки моей воле. Муж убедил – так будет лучше. Но когда я увидела их вдвоём в торговом центре, я поняла – это не просто совпадение. Их ложь ощутима. Что мой муж скрывает от меня? И кто она на самом деле?
— Сюрприз! — натянув на лице невинную улыбку, восклицаю я. На самом деле хочется плакать, ведь подойдя ближе, я могу детально рассмотреть накрытый стол. И там лежат морепродукты, которые я терпеть не могу, а на креветки и вовсе у меня страшнейшая аллергия, что свидетельствует об одном — сегодня мой муж ждал не меня.
— Аленушка, любимая, — перестав что-то усердно печатать в телефоне, он кладет его в сторону. Прячет испуг и недоумение в глазах, затем цепляет на лицо фальшивую улыбку. Тянет руки ко мне.
— А ты, наверное, другого кого-то ждал? — наигранно усмехаюсь я, пытаюсь перевести идиотскую ситуацию в шутку.
— Только тебя и ждал, — в голосе звучит сомнительный восторг, или мне кажется?
И вроде бы хочется не рубить с плеча, не рушить семью и забыть про это недоразумение. Я даже ощущаю облегчение и пытаюсь не думать о сообщении, в котором некий аноним утверждал, что мой муж мне изменяет. Почти получилось. До тех пор, пока не нахожу за прикроватной тумбой чужие стринги.
— Аленушка, любимая, — перестав что-то усердно печатать в телефоне, он кладет его в сторону. Прячет испуг и недоумение в глазах, затем цепляет на лицо фальшивую улыбку. Тянет руки ко мне.
— А ты, наверное, другого кого-то ждал? — наигранно усмехаюсь я, пытаюсь перевести идиотскую ситуацию в шутку.
— Только тебя и ждал, — в голосе звучит сомнительный восторг, или мне кажется?
И вроде бы хочется не рубить с плеча, не рушить семью и забыть про это недоразумение. Я даже ощущаю облегчение и пытаюсь не думать о сообщении, в котором некий аноним утверждал, что мой муж мне изменяет. Почти получилось. До тех пор, пока не нахожу за прикроватной тумбой чужие стринги.
– Наш заведующий хирургией спит с младшей сестрой своей жены! – в коридоре отделения акушерства и гинекологии слышен шёпот медсестёр. – Я видела, как они в ординаторской целовались! Пока Елизавета Павловна пациенток оперирует, Голицын зажимает её младшую сестру по углам!
Меня охватывает ужас. Ведь Елизавета Павловна – это я. А Голицын – мой муж.
Спешно поднимаюсь в хирургию. Дверь в кабинет моего супруга немного приоткрыта, и я заглядываю в щель.
От увиденного мне становится нечем дышать. Муж стоит ко мне спиной. А около него, на коленях, сидит моя сестра в одном лишь кружевном белье. Она смотрит прямо на меня – хищно, уверенно. Её взгляд в этот самый миг говорит лишь одно: “ты проиграла”.
Десять лет брака. Долгожданная беременность. Измена мужа с моей родной сестрой, которую я сама же сделала его ординатором. Мерзавка-сестра нацелена стать женой моего мужа. Предательница решила избавиться от меня и моего нерождённого ребёнка. Она готова на всё. Мы в большой опасности…
Меня охватывает ужас. Ведь Елизавета Павловна – это я. А Голицын – мой муж.
Спешно поднимаюсь в хирургию. Дверь в кабинет моего супруга немного приоткрыта, и я заглядываю в щель.
От увиденного мне становится нечем дышать. Муж стоит ко мне спиной. А около него, на коленях, сидит моя сестра в одном лишь кружевном белье. Она смотрит прямо на меня – хищно, уверенно. Её взгляд в этот самый миг говорит лишь одно: “ты проиграла”.
Десять лет брака. Долгожданная беременность. Измена мужа с моей родной сестрой, которую я сама же сделала его ординатором. Мерзавка-сестра нацелена стать женой моего мужа. Предательница решила избавиться от меня и моего нерождённого ребёнка. Она готова на всё. Мы в большой опасности…
– Где мой муж?! Почему он не пришел встретить нас из роддома?! – задаю вопрос его секретарю, которая окидывает меня презрительным взглядом.
- Господин Арбатов занят. Он в отъезде.
– В отъезде?! Поэтому не пришел на выписку?!
Как бы там ни было, что бы между нами ни происходило, я не думала, что Арбатов вычеркнет из своей жизни не только жену, но и сына.
– Господин Арбатов сейчас с невестой, поехал выбирать место для бракосочетания.
– Невестой?!
В шоке кривлю губы, прижимаю к груди новорожденного сыночка, защищаю своего мальчика от злых глаз вульгарной секретарши моего мужа.
– Именно так, – отвечает уверенно.
– А как же новорожденный долгожданный сын? Господин Арбатов не хочет взглянуть на нашего малыша?
Держусь изо всех сил, пытаясь не подавать виду, насколько у меня болит сердце и разрывается душа.
Секретарша моего мужа вновь улыбается и оглушает меня ответом:
– Нет. Ни ваш ребенок, ни вы больше не нужны Ярославу Ивановичу. У него теперь будет новая семья…
- Господин Арбатов занят. Он в отъезде.
– В отъезде?! Поэтому не пришел на выписку?!
Как бы там ни было, что бы между нами ни происходило, я не думала, что Арбатов вычеркнет из своей жизни не только жену, но и сына.
– Господин Арбатов сейчас с невестой, поехал выбирать место для бракосочетания.
– Невестой?!
В шоке кривлю губы, прижимаю к груди новорожденного сыночка, защищаю своего мальчика от злых глаз вульгарной секретарши моего мужа.
– Именно так, – отвечает уверенно.
– А как же новорожденный долгожданный сын? Господин Арбатов не хочет взглянуть на нашего малыша?
Держусь изо всех сил, пытаясь не подавать виду, насколько у меня болит сердце и разрывается душа.
Секретарша моего мужа вновь улыбается и оглушает меня ответом:
– Нет. Ни ваш ребенок, ни вы больше не нужны Ярославу Ивановичу. У него теперь будет новая семья…
– В этом есть и твоя вина, – хладнокровно говорит Роман, мой муж.
– В том, что ты мне изменил? – я не верю своим ушам.
– Ты превратилась из девушки в тётку. За собой перестала следить. Про интим вообще молчу! А я молодой мужик, мне нужно разнообразие в спальне, а не только домашние ужины и отглаженные рубашки!
– Она дает тебе это? – выговариваю ошарашенно.
– Она меня вдохновляет! Мне хочется горы свернуть ради неё, понимаешь?
Я думала, у нас счастливый брак! А муж назвал скучным бревном и скоро женится на молодой любовнице!
Но спустя месяц после развода встреча на свадьбе общих друзей меняет всё…
– В том, что ты мне изменил? – я не верю своим ушам.
– Ты превратилась из девушки в тётку. За собой перестала следить. Про интим вообще молчу! А я молодой мужик, мне нужно разнообразие в спальне, а не только домашние ужины и отглаженные рубашки!
– Она дает тебе это? – выговариваю ошарашенно.
– Она меня вдохновляет! Мне хочется горы свернуть ради неё, понимаешь?
Я думала, у нас счастливый брак! А муж назвал скучным бревном и скоро женится на молодой любовнице!
Но спустя месяц после развода встреча на свадьбе общих друзей меняет всё…
Накануне Нового года я планировала тихий семейный праздник с любимым мужчиной, но тридцатого числа все пошло не по плану. Обстоятельства перевернули мою жизнь с ног на голову и унесли меня в потоке событий в Швейцарию – встречать Новый год с боссом, у которого внутри вместо сердца глыба льда.
– Доброе утро, доктор Исаев, – радостно произнесла я, ожидая увидеть любимого, но это оказался не он.
Конева. Инна.
Ленточка выскользнула из рук, и розовый шарик полетел к потолку.
Мой взгляд пробежался по высокой, с рыжей взлохмаченной головой, бывшей девушке моего парня, одетой в его футболку, и остановился на голых бедрах.
В горле пересохло. Перед глазами помутнело.
Они и впрямь уехали на такси вместе. И место назначения у них одно – дом Артема. Его квартира. Его постель.
Не могу поверить, что это происходит наяву.
– Тимофеева, чего приперлась? – довольно проговорила Инна.
Я приблизилась и посмотрела в ее глаза.
– Что ты тут делаешь? – спросила, заметив на шее крупный засос.
От ужасной догадки, кто мог ей его поставить, слезы проступили на глазах.
– Сегодня ночью мы с Артемом помирились. А это значит, что ты, курица, в пролете...
Исаев изменил мне, и мы расстались. И вот спустя пять лет, он становится лечащим врачом моей… Нашей дочери, не зная, что является ее отцом.
Конева. Инна.
Ленточка выскользнула из рук, и розовый шарик полетел к потолку.
Мой взгляд пробежался по высокой, с рыжей взлохмаченной головой, бывшей девушке моего парня, одетой в его футболку, и остановился на голых бедрах.
В горле пересохло. Перед глазами помутнело.
Они и впрямь уехали на такси вместе. И место назначения у них одно – дом Артема. Его квартира. Его постель.
Не могу поверить, что это происходит наяву.
– Тимофеева, чего приперлась? – довольно проговорила Инна.
Я приблизилась и посмотрела в ее глаза.
– Что ты тут делаешь? – спросила, заметив на шее крупный засос.
От ужасной догадки, кто мог ей его поставить, слезы проступили на глазах.
– Сегодня ночью мы с Артемом помирились. А это значит, что ты, курица, в пролете...
Исаев изменил мне, и мы расстались. И вот спустя пять лет, он становится лечащим врачом моей… Нашей дочери, не зная, что является ее отцом.
Выберите полку для книги