Книги по тегу «предательство»: ""
– Да что там Таша? Живём по привычке. Знаешь, как чемодан без ручки: и тащить неудобно, и выбросить вроде жалко. – произнес мой муж…
– Я давно тебе говорила, разводись, – произнесла Катя уже без смеха.
Миша ответил почти сразу:
– А смысл? Ты вон замуж сегодня выскочила.
Я закрыла глаза.
– Ну и что? – легко бросила она. – Муж не помеха. Мы как спали с тобой, так и будем спать.
Я сделала шаг вперед и вошла в комнату, смотрела на них и вдруг почувствовала, что больше не хотела плакать.
По крайней мере, не здесь. Не перед ними.
– Ну и сволочи вы, – произнесла я, и собственный голос показался мне удивительно спокойным. – Даже не знаю, кто сейчас выглядит более омерзительно: мой муж, который мне изменяет, или подруга, которая в день собственной свадьбы строит планы на следующую встречу с любовником.
– Я давно тебе говорила, разводись, – произнесла Катя уже без смеха.
Миша ответил почти сразу:
– А смысл? Ты вон замуж сегодня выскочила.
Я закрыла глаза.
– Ну и что? – легко бросила она. – Муж не помеха. Мы как спали с тобой, так и будем спать.
Я сделала шаг вперед и вошла в комнату, смотрела на них и вдруг почувствовала, что больше не хотела плакать.
По крайней мере, не здесь. Не перед ними.
– Ну и сволочи вы, – произнесла я, и собственный голос показался мне удивительно спокойным. – Даже не знаю, кто сейчас выглядит более омерзительно: мой муж, который мне изменяет, или подруга, которая в день собственной свадьбы строит планы на следующую встречу с любовником.
На экране в свой кабинет входит мой муж. Снимает пиджак. Как обычно вешает его не в шкаф на вешалку, а на своё кресло. Господи, ну, что там может такого быть, что я "обязательно должна знать"?
И тут в кабинете появляется Кариночка.
Она как всегда вся из себя. В компании действует деловой дресс-код, но Кариночка все равно ходит на работу в суперкоротком платье. Неужели Кариночка что-то замышляет против меня? И вот сейчас начнет перетягивать Павла на свою сторону?
Она сначала ходит по кабинету, потом перемещается за кресло Павла. Потом кладет ему на плечи руки... Потом Ренат нажимает на мышку снова. И перед моими глазами со скоростью ветра проносятся картинки, которые я никогда не забуду. Никогда.
Как мой муж и жена его недавно умершего отца занимаются любовью на его столе. Потом - стоя у стеночки. Потом в его рабочем кресле.
Прямо тут, в паре десятков метров от меня....
И тут в кабинете появляется Кариночка.
Она как всегда вся из себя. В компании действует деловой дресс-код, но Кариночка все равно ходит на работу в суперкоротком платье. Неужели Кариночка что-то замышляет против меня? И вот сейчас начнет перетягивать Павла на свою сторону?
Она сначала ходит по кабинету, потом перемещается за кресло Павла. Потом кладет ему на плечи руки... Потом Ренат нажимает на мышку снова. И перед моими глазами со скоростью ветра проносятся картинки, которые я никогда не забуду. Никогда.
Как мой муж и жена его недавно умершего отца занимаются любовью на его столе. Потом - стоя у стеночки. Потом в его рабочем кресле.
Прямо тут, в паре десятков метров от меня....
— Ты ей платье шьёшь? Моей женщине.
Я медленно поднимаю глаза на мужа.
— Повтори.
— Света, только без нытья. После юбилея мы с тобой спокойно разведёмся. А сейчас Ладе нужен костюм.
Двадцать лет брака, оказывается, можно закончить вот так. Между примеркой и рабочим совещанием.
Только муж кое-чего не учёл.
Платье любовнице я дошью.
А вот удобной женой для предателя не буду.
И совершенно некстати в моей мастерской появляется новый начальник военного оркестра.
— К пятнице мне нужны двадцать семь кителей.
— А мне новый муж. Но мы оба сегодня останемся без желаемого, товарищ подполковник.
Я медленно поднимаю глаза на мужа.
— Повтори.
— Света, только без нытья. После юбилея мы с тобой спокойно разведёмся. А сейчас Ладе нужен костюм.
Двадцать лет брака, оказывается, можно закончить вот так. Между примеркой и рабочим совещанием.
Только муж кое-чего не учёл.
Платье любовнице я дошью.
А вот удобной женой для предателя не буду.
И совершенно некстати в моей мастерской появляется новый начальник военного оркестра.
— К пятнице мне нужны двадцать семь кителей.
— А мне новый муж. Но мы оба сегодня останемся без желаемого, товарищ подполковник.
— Моя вторая жена приедет к ужину.
Я готовилась увидеть молодую соперницу. Но в дом входит Зарема — богатая вдова пятидесяти лет, которую моя свекровь ненавидит уже тридцать лет.
Зачем же она согласилась стать второй женой моего мужа?
Ответ я слышу случайно:
— Ты ещё не понял? Я вышла за тебя не потому, что ты мне нужен.
После этого мне становится ясно: Зарема пришла в нашу семью за чем-то другим. И тайна, которую она ищет, способна разрушить гораздо больше, чем мой брак.
Я готовилась увидеть молодую соперницу. Но в дом входит Зарема — богатая вдова пятидесяти лет, которую моя свекровь ненавидит уже тридцать лет.
Зачем же она согласилась стать второй женой моего мужа?
Ответ я слышу случайно:
— Ты ещё не понял? Я вышла за тебя не потому, что ты мне нужен.
После этого мне становится ясно: Зарема пришла в нашу семью за чем-то другим. И тайна, которую она ищет, способна разрушить гораздо больше, чем мой брак.
На нашу серебряную свадьбу муж опоздал.
Генералу простительно — служба. Только приехал Артём не один.
— Пусть Оля со Стёпой поживут у нас. Обстоятельства.
Оля — вдова его погибшего друга.
Стёпа — десятилетний мальчик, который через час случайно называет моего мужа папой.
Двадцать пять лет брака заканчиваются за один вечер.
Но измена оказывается лишь первой проблемой.
На работе я нахожу документы, подписанные моей электронной подписью в дни, когда меня даже не было в городе. А имя погибшего мужа любовницы неожиданно появляется рядом с теми же бумагами.
Генералу простительно — служба. Только приехал Артём не один.
— Пусть Оля со Стёпой поживут у нас. Обстоятельства.
Оля — вдова его погибшего друга.
Стёпа — десятилетний мальчик, который через час случайно называет моего мужа папой.
Двадцать пять лет брака заканчиваются за один вечер.
Но измена оказывается лишь первой проблемой.
На работе я нахожу документы, подписанные моей электронной подписью в дни, когда меня даже не было в городе. А имя погибшего мужа любовницы неожиданно появляется рядом с теми же бумагами.
— Алла Сергеевна, подпишите заявление.
— На увольнение?
— Да.
— Причина?
— Я сплю с вашим мужем.
— Вот как? Ну и давно?
— Полгода. Только первые четыре месяца я думала, что вы тяжело больны.
Я абсолютно здорова. Зато мой брак, похоже, давно существовал только в моей голове. Пока я руководила сменой, закрывала план и решала семейные проблемы, муж успел придумать себе другую жизнь и убедить любовницу, что не бросает умирающую жену исключительно из благородства.
Можно было бы решить, что обмануты мы обе. Если бы два месяца назад любовница не узнала правду и не осталась с ним добровольно.
Потому что теперь на кону уже не любовь. Ей обещаны новая работа, квартира и будущее для её ребёнка. Есть только одна проблема. Фирма, куда мой муж собирается привести свою новую семью, принадлежит моему родному брату.
— На увольнение?
— Да.
— Причина?
— Я сплю с вашим мужем.
— Вот как? Ну и давно?
— Полгода. Только первые четыре месяца я думала, что вы тяжело больны.
Я абсолютно здорова. Зато мой брак, похоже, давно существовал только в моей голове. Пока я руководила сменой, закрывала план и решала семейные проблемы, муж успел придумать себе другую жизнь и убедить любовницу, что не бросает умирающую жену исключительно из благородства.
Можно было бы решить, что обмануты мы обе. Если бы два месяца назад любовница не узнала правду и не осталась с ним добровольно.
Потому что теперь на кону уже не любовь. Ей обещаны новая работа, квартира и будущее для её ребёнка. Есть только одна проблема. Фирма, куда мой муж собирается привести свою новую семью, принадлежит моему родному брату.
— Геворг, нам нужно поговорить.
— О чём? — не отрывает взгляда от телевизора.
— Я знаю про Алину.
Он медленно поворачивает голову, смотрит на меня секунду, две, потом усмехается — легко, почти весело, будто я рассказала анекдот.
— И что дальше?
— Дальше — ты объяснишь мне, что происходит.
— Ты ревнуешь? — Он поднимается с дивана, подходит ближе, разглядывает меня сверху вниз с той же брезгливостью, с какой смотрят на что-то испорченное на прилавке. — Серьёзно? Где тебе до Алины. Она живая, понимаешь? Смеётся, спорит со мной, о своём мнении говорит. А ты — серая мышь, забилась в угол и пищишь оттуда что-то жалкое.
Слова впиваются глубже, чем удары, потому что бить руками он сейчас не собирается — просто раздевает меня словами догола, слой за слоем.
— Я твоя жена, — говорю тихо, хотя голос предательски дрожит.
— И что? — Он берёт меня за подбородок двумя пальцами, приподнимает лицо, заставляет смотреть прямо в глаза. — Ты даже уйти не сможешь. Куда ты пойдёшь? К матери?
— О чём? — не отрывает взгляда от телевизора.
— Я знаю про Алину.
Он медленно поворачивает голову, смотрит на меня секунду, две, потом усмехается — легко, почти весело, будто я рассказала анекдот.
— И что дальше?
— Дальше — ты объяснишь мне, что происходит.
— Ты ревнуешь? — Он поднимается с дивана, подходит ближе, разглядывает меня сверху вниз с той же брезгливостью, с какой смотрят на что-то испорченное на прилавке. — Серьёзно? Где тебе до Алины. Она живая, понимаешь? Смеётся, спорит со мной, о своём мнении говорит. А ты — серая мышь, забилась в угол и пищишь оттуда что-то жалкое.
Слова впиваются глубже, чем удары, потому что бить руками он сейчас не собирается — просто раздевает меня словами догола, слой за слоем.
— Я твоя жена, — говорю тихо, хотя голос предательски дрожит.
— И что? — Он берёт меня за подбородок двумя пальцами, приподнимает лицо, заставляет смотреть прямо в глаза. — Ты даже уйти не сможешь. Куда ты пойдёшь? К матери?
Предательство любимого человека может разрушить жизнь, но иногда судьба посылает нам спасение в лице неожиданного друга. Розмари переживает измену мужа и чувствует себя разбитой. Но встреча с Майком меняет все. Он поддерживает ее в трудную минуту, помогает Розмари и ее дочери начать новую жизнь. Но Розмари не сразу готова открыться новым чувствам. Сможет ли она снова довериться мужчине и найти в себе силы для новой любви? И что скрывается за их теплыми отношениями?
Я позволила себе поверить в его перемены, позволила себе надеяться, что боль утихнет. Но чем больше муж старался меня удержать, тем громче кричало мое сердце: это не твое место. Слишком долго я жила чужими сценариями, слишком долго боялась ошибиться.
Но когда я наконец решилась сделать выбор — не за кого-то, а за себя — мир не рухнул. Он распахнулся. И теперь я знаю: счастье не в том, чтобы тебя любили. Счастье — быть собой. Свободной. Настоящей.
В книге вас ждет:
🔥умница героиня
🔥фотографы
🔥предательство
🔥ХЭ для героини, потому что она умница и заслужила)
Остальным вряд ли так повезет 😉
Но когда я наконец решилась сделать выбор — не за кого-то, а за себя — мир не рухнул. Он распахнулся. И теперь я знаю: счастье не в том, чтобы тебя любили. Счастье — быть собой. Свободной. Настоящей.
В книге вас ждет:
🔥умница героиня
🔥фотографы
🔥предательство
🔥ХЭ для героини, потому что она умница и заслужила)
Остальным вряд ли так повезет 😉
Лера умеет защищать старые стены лучше, чем собственное сердце.
Кирилл привык получать то, что ему нужно: хороший проект, правильные цифры, нужный результат. Их первая встреча начинается со спора о стене старого петербургского особняка, которую он хочет убрать, а она категорически отказывается сносить.
Очень скоро профессиональное раздражение становится притяжением.
Они пытаются строить отношения правильно. Без игр. Без запасных вариантов. Без людей, к которым можно уйти после ссоры.
Но сказать это гораздо проще, чем сделать...
Кирилл привык получать то, что ему нужно: хороший проект, правильные цифры, нужный результат. Их первая встреча начинается со спора о стене старого петербургского особняка, которую он хочет убрать, а она категорически отказывается сносить.
Очень скоро профессиональное раздражение становится притяжением.
Они пытаются строить отношения правильно. Без игр. Без запасных вариантов. Без людей, к которым можно уйти после ссоры.
Но сказать это гораздо проще, чем сделать...
Выберите полку для книги