Книги по тегу «предательство»: ""
— Саида, поднеси Лии платок. Старшие ждут.
— Зачем?
— Чтобы все видели: ты принимаешь решение мужа.
— Решение? Это теперь так называется?
На семейном торжестве я узнала, что у Рамзана давно есть другая женщина. Её сын зовёт моего мужа отцом, а родня уже приготовила для меня роль мудрой жены, которая сама благословит своё унижение.
Но Лия оказалась не единственной правдой этого вечера.
Мамин сад переписан без моего ведома. Дочь хотят выдать замуж ради чужой сделки. Брат смотрит в пол. Отец требует не позорить семью.
Все уже решили, как мне жить дальше.
И в тот вечер за двадцать лет брака я не спросила ни у кого разрешения.
— Зачем?
— Чтобы все видели: ты принимаешь решение мужа.
— Решение? Это теперь так называется?
На семейном торжестве я узнала, что у Рамзана давно есть другая женщина. Её сын зовёт моего мужа отцом, а родня уже приготовила для меня роль мудрой жены, которая сама благословит своё унижение.
Но Лия оказалась не единственной правдой этого вечера.
Мамин сад переписан без моего ведома. Дочь хотят выдать замуж ради чужой сделки. Брат смотрит в пол. Отец требует не позорить семью.
Все уже решили, как мне жить дальше.
И в тот вечер за двадцать лет брака я не спросила ни у кого разрешения.
Он дал ей фальшивый адрес, оставил беременную и исчез. Она приехала в Москву без денег, с одним листочком в руке. Её спасли чужие люди. А через десять лет она встретила его снова. Только теперь он стоял перед ней на коленях и молил о прощении .
«Улица, которой нет» — книга, которая заставит вас плакать, смеяться, злиться и верить в то, что каждая из нас способна стать королевой своей жизни.
«Улица, которой нет» — книга, которая заставит вас плакать, смеяться, злиться и верить в то, что каждая из нас способна стать королевой своей жизни.
Кристина влюблена в своего красавчика-босса, он обещает ей Мальдивы, свадьбу и светлое будущее. Девушка так счастлива, что не видит, какие документы подписывает по работе и в результате денежных махинаций компании садится в тюрьму. Кристина очень скромная, пугливая и наивная, она боится буквально всего. Надзиратель Максим - жестокий, агрессивный и, кажется, ненавидит Кристину, называя её Мышкой. Но в чём на самом деле причина жестокости Максима и так ли он не любит свою новую заключённую - Мышку?
- Женщина должна быть слабой и красивой! Ты красивая, но не слабая! А я вижу взгляд девчонки! Которая устала от всего и хочет мужского сильного плеча!
Пальцы Горюнова скользят по Ритиному подбородку. Внутри все замирает. Бешено до сумасшествия… Еще секунда, еще одна и все…
Все взорвется. Весь снежный ком что копился годами в груди.
Взгляд…
Этот сумасшедший взгляд…
Столько лет…
Столько…
- Ты не рассказал жене, как спишь с ее сестрой?
Вспышка молнии. Конец…
Это конец. Рита выдерживает паузу, она знает что она его уничтожит, теперь точно знает, за свою молодость, за 12 лет тюрьмы и боли…
За 12 лет…
Это конец…
Пальцы Горюнова скользят по Ритиному подбородку. Внутри все замирает. Бешено до сумасшествия… Еще секунда, еще одна и все…
Все взорвется. Весь снежный ком что копился годами в груди.
Взгляд…
Этот сумасшедший взгляд…
Столько лет…
Столько…
- Ты не рассказал жене, как спишь с ее сестрой?
Вспышка молнии. Конец…
Это конец. Рита выдерживает паузу, она знает что она его уничтожит, теперь точно знает, за свою молодость, за 12 лет тюрьмы и боли…
За 12 лет…
Это конец…
Двадцать лет я помогала мужу строить нашу сеть кафе: придумывала рецепты, меню, атмосферу, встречала поставки и спасала провалы. А потом он вышел на сцену, поблагодарил молодую любовницу за “новую жизнь бренда” и подписал мой самый личный рецепт её именем. Он решил, что я тихо приму развод, деньги за молчание и место в прошлом. Но если он отдал другой всё, что мы строили, я заберу обратно хотя бы то, что всегда было моим.
Я застала мужа с лучшей подругой.
В нашей спальне.
Он смотрел мне в глаза и продолжал.
Три года я жрала его ложь. Прощала измены. Терпела пустые карманы. Рожала ему сына в муках. Забыла, кто я.
А он просто вытирал об меня ноги.
Теперь он хочет отнять ребёнка. У него бабки. Адвокаты. Репутация. У меня — только ненависть, которая жжёт сильнее любви.
Моё тело до сих пор помнит его руки. Я ненавижу себя за эту память. Я задыхаюсь от желания и отвращения. Но я не вернусь.
Никогда.
Я сожгу его мир дотла. Я построю себя заново. Я найду мужчину, который будет видеть во мне женщину.
Развод. Ребёнок. Пошёл ты.
Я восстану из пепла. И ты пожалеешь, что родился.
В нашей спальне.
Он смотрел мне в глаза и продолжал.
Три года я жрала его ложь. Прощала измены. Терпела пустые карманы. Рожала ему сына в муках. Забыла, кто я.
А он просто вытирал об меня ноги.
Теперь он хочет отнять ребёнка. У него бабки. Адвокаты. Репутация. У меня — только ненависть, которая жжёт сильнее любви.
Моё тело до сих пор помнит его руки. Я ненавижу себя за эту память. Я задыхаюсь от желания и отвращения. Но я не вернусь.
Никогда.
Я сожгу его мир дотла. Я построю себя заново. Я найду мужчину, который будет видеть во мне женщину.
Развод. Ребёнок. Пошёл ты.
Я восстану из пепла. И ты пожалеешь, что родился.
«Послевкусие» — детективный роман о тихом подвиге обычной женщины, которая рискнула всем, чтобы спасти чужую семью.
Анна Петровна Соколова — няня. Она не сыщик, не полицейский, не героиня боевиков. Она просто женщина, которая двадцать лет ухаживает за чужими детьми, потому что своих внуков ей видеть не довелось.
Работа в доме Князевых казалась удачей: большой дом, послушный малыш Миша, приветливая хозяйка Елена. Единственное, что смущало Анну Петровну, — странный запах ванили и десерты, после которых Елена становилась всё бледнее и слабее.
А потом был вечер у кухонной двери. Три капли. Грибы с розовыми прожилками. И бархатный голос хозяина: «Ещё четыре дня, Леночка, и ты перестанешь ныть».
Анна Петровна могла уйти. Могла закрыть глаза. Сказать себе: «Это не моё дело».
Но она осталась.
Потому что за дверью спал трёхлетний Миша. И его мать умирала, даже не подозревая об этом.
Это история о том, как одна женщина в одиночку вышла против убийцы. Без оружия, без связей….
Анна Петровна Соколова — няня. Она не сыщик, не полицейский, не героиня боевиков. Она просто женщина, которая двадцать лет ухаживает за чужими детьми, потому что своих внуков ей видеть не довелось.
Работа в доме Князевых казалась удачей: большой дом, послушный малыш Миша, приветливая хозяйка Елена. Единственное, что смущало Анну Петровну, — странный запах ванили и десерты, после которых Елена становилась всё бледнее и слабее.
А потом был вечер у кухонной двери. Три капли. Грибы с розовыми прожилками. И бархатный голос хозяина: «Ещё четыре дня, Леночка, и ты перестанешь ныть».
Анна Петровна могла уйти. Могла закрыть глаза. Сказать себе: «Это не моё дело».
Но она осталась.
Потому что за дверью спал трёхлетний Миша. И его мать умирала, даже не подозревая об этом.
Это история о том, как одна женщина в одиночку вышла против убийцы. Без оружия, без связей….
— Это пальто подарил мне Вадим. Сказал, бывшая жена его не носит. Оно дорогое.
Я смотрю на незнакомку, потом на пальто, свои инициалы на подкладке и становится дурно.
— Вадим — мой муж, — говорю ей осипшим голосом.
— Бывший.
— Пока нет. Но кажется, это ненадолго.
Пятнадцать лет я создавала мастерскую, пока он занимался документами. А потом выяснилось: муж отдал любовнице мои деньги, клиентов и моё место.
До закрытия мастерской восемь дней. Теперь у меня несколько дней, чтобы отобрать у них всё, что они уже поделили без меня.
Я смотрю на незнакомку, потом на пальто, свои инициалы на подкладке и становится дурно.
— Вадим — мой муж, — говорю ей осипшим голосом.
— Бывший.
— Пока нет. Но кажется, это ненадолго.
Пятнадцать лет я создавала мастерскую, пока он занимался документами. А потом выяснилось: муж отдал любовнице мои деньги, клиентов и моё место.
До закрытия мастерской восемь дней. Теперь у меня несколько дней, чтобы отобрать у них всё, что они уже поделили без меня.
Я не хочу верить в то, что давно уже подсказывает сердце.
Но оно маячит перед глазами в виде разрозненных сигналов и ниточек, ведёт в неприглядную действительность.
Нет, он не мог так поступить. Только не мой муж. Только не любовь всей моей жизни! Может, всё же, череда совпадений? Я не упокоюсь, пока не выясню.
Продолжение каждый день, или через день.
Но оно маячит перед глазами в виде разрозненных сигналов и ниточек, ведёт в неприглядную действительность.
Нет, он не мог так поступить. Только не мой муж. Только не любовь всей моей жизни! Может, всё же, череда совпадений? Я не упокоюсь, пока не выясню.
Продолжение каждый день, или через день.
Мой муж должен был быть в командировке. Вместо этого я застала его с любовницей в квартире, которую получила в наследство от тёти. Восемь месяцев тайных встреч, вранья и обещаний другой женщине. А теперь Павел решил, что одной измены мало, и захотел забрать ещё и моё жильё.
— Отдай мне квартиру тёти Клавы. Я оставлю тебе свою долю в нашей.
— Чемодан в руки, Павел. Выход там.
Он уверен, что ради дочери я уступлю. Его любовница уже выбирает, где поставит свою мебель. Только ни один из них ещё не понял: мой дом им не достанется. А за попытку устроить счастье на моих квадратных метрах придётся заплатить.
— Отдай мне квартиру тёти Клавы. Я оставлю тебе свою долю в нашей.
— Чемодан в руки, Павел. Выход там.
Он уверен, что ради дочери я уступлю. Его любовница уже выбирает, где поставит свою мебель. Только ни один из них ещё не понял: мой дом им не достанется. А за попытку устроить счастье на моих квадратных метрах придётся заплатить.
Выберите полку для книги