Книги по тегу «предательство»: ""
- Она и рядом с тобой не стояла, детка. Без слез не взглянешь.
- Бедняжка мой, - слюнявит его щеку, а красные ноготки проходятся по его заросшей груди.
Запрокидывает руки за голову и нагло улыбается, когда замечает меня. Его не смущает, что застала с любовницей. Поймала на вранье, ведь он клялся и божился, что не изменял.
- Супруга моя пожаловала. Теща так и не научила, что подслушивать нехорошо. Не грусти. С Настюшей закончу и ночью, как полагается, выполню супружеский долг.
Двадцать четыре года в браке, а познакомилась с мужем только сейчас.
- Кто сказал, что грустить буду я, милый? Подам на развод, - папку кидаю на комод и обращаюсь к разлучнице: - Ты мне доказывала, что у него одна-единственная? Здесь доказательства его регулярных похождений. Не ты его у меня отбираешь, а я избавляюсь от мусора. Выкидываю на свалку того, кто не смог стать настоящим мужчиной. Раз у вас бескорыстная, неземная и искренняя любовь, то передам его в том состоянии, в каком взяла.Без штанов
- Бедняжка мой, - слюнявит его щеку, а красные ноготки проходятся по его заросшей груди.
Запрокидывает руки за голову и нагло улыбается, когда замечает меня. Его не смущает, что застала с любовницей. Поймала на вранье, ведь он клялся и божился, что не изменял.
- Супруга моя пожаловала. Теща так и не научила, что подслушивать нехорошо. Не грусти. С Настюшей закончу и ночью, как полагается, выполню супружеский долг.
Двадцать четыре года в браке, а познакомилась с мужем только сейчас.
- Кто сказал, что грустить буду я, милый? Подам на развод, - папку кидаю на комод и обращаюсь к разлучнице: - Ты мне доказывала, что у него одна-единственная? Здесь доказательства его регулярных похождений. Не ты его у меня отбираешь, а я избавляюсь от мусора. Выкидываю на свалку того, кто не смог стать настоящим мужчиной. Раз у вас бескорыстная, неземная и искренняя любовь, то передам его в том состоянии, в каком взяла.Без штанов
— Вы, наверное, хотите узнать, кого я тут жду каждый день? — она посмотрела Насте прямо в глаза. Девушка немного опешила от прямого вопроса, но быстро сориентировалась.
— Да. Я давно за вами наблюдаю. И вот… — женщина опять улыбнулась. От этого её лицо стало немного моложе.
— Я жду своего мужа. Чуть больше пятнадцати лет назад он уехал на заработки и пропал. Я искала его. Писала письма во все инстанции. Ходила по гадалкам и экстрасенсам, но никто не смог мне помочь. Его официально признали погибшим. Я осталась с двумя детьми на руках. Когда он пропал, им было пять и семь лет. Сейчас они уже взрослые. Дочь замужем, как и сын. В прошлом месяце у меня родился внук, — Ирма достала телефон и показала фото своей семьи. — Я на пенсии по инвалидности. Из-за переживаний появились болячки, а я не лечила… Всё Ванечку искала, но так и не нашла, — она закрыла лицо ладонями и заплакала. Настя протянула ей сухую салфетку. Ирма промокнула слёзы и тяжело вздохнула.
— Да. Я давно за вами наблюдаю. И вот… — женщина опять улыбнулась. От этого её лицо стало немного моложе.
— Я жду своего мужа. Чуть больше пятнадцати лет назад он уехал на заработки и пропал. Я искала его. Писала письма во все инстанции. Ходила по гадалкам и экстрасенсам, но никто не смог мне помочь. Его официально признали погибшим. Я осталась с двумя детьми на руках. Когда он пропал, им было пять и семь лет. Сейчас они уже взрослые. Дочь замужем, как и сын. В прошлом месяце у меня родился внук, — Ирма достала телефон и показала фото своей семьи. — Я на пенсии по инвалидности. Из-за переживаний появились болячки, а я не лечила… Всё Ванечку искала, но так и не нашла, — она закрыла лицо ладонями и заплакала. Настя протянула ей сухую салфетку. Ирма промокнула слёзы и тяжело вздохнула.
— Что это? — насупился мужчина. Валерия просто протянула ему телефон с включенным видео. Он смотрел несколько минут, а потом отдал его обратно. — И что? — с усмешкой спросил он.
— Мы разводимся. Ты заберёшь свои вещи и уйдёшь, — она говорила спокойно. Валерия достаточно плакала за прошедшие сутки. Тогда, после слёз, пришла решимость.
— Нет, я никуда не уйду. Это моя квартира.
— Только её половина. Если ты забыл, то половину денег, за стоимость этой квартиры, внесли мои родители. Есть документальное подтверждение.
— Я знаю, — Герман снял куртку и, разувшись, прошёл на кухню. — А почему ничего нет? Ты ужин собираешься готовить? — Валерия даже растерялась от его наглости.
— Ты думаешь, что я буду, как и раньше, готовить, убирать, стирать, тебя обслуживать? А ты будешь гулять и изменять? — у неё голова кружилась от происходящего.
— А в чём проблема? Раньше тебя это не беспокоило, — Валерия взяла стакан и налила воды. Она не понимала, куда делся её любимый муж.
— Мы разводимся. Ты заберёшь свои вещи и уйдёшь, — она говорила спокойно. Валерия достаточно плакала за прошедшие сутки. Тогда, после слёз, пришла решимость.
— Нет, я никуда не уйду. Это моя квартира.
— Только её половина. Если ты забыл, то половину денег, за стоимость этой квартиры, внесли мои родители. Есть документальное подтверждение.
— Я знаю, — Герман снял куртку и, разувшись, прошёл на кухню. — А почему ничего нет? Ты ужин собираешься готовить? — Валерия даже растерялась от его наглости.
— Ты думаешь, что я буду, как и раньше, готовить, убирать, стирать, тебя обслуживать? А ты будешь гулять и изменять? — у неё голова кружилась от происходящего.
— А в чём проблема? Раньше тебя это не беспокоило, — Валерия взяла стакан и налила воды. Она не понимала, куда делся её любимый муж.
На эмоциях сжимаю ручку двери ванной и открываю её. Слава стоит под душем, спиной ко мне. Его голова опущена, он упирается рукой в кафельную стену. На его спине отчётливо видны красные полоски от ногтей. Вся его спина исполосована ими. Делаю шаг назад и тихо закрываю дверь. Прислоняюсь лбом к дверному косяку. Мотаю головой в надежде забыть увиденное.
Взяв себя в руки, возвращаюсь к телефону. Включаю его и удаляю уведомления от банка. Потом опять выключаю и кладу на тумбочку. В этот момент из ванной в халате выходит муж.
— Ты что делаешь? — с тревогой спрашивает он.
— Ты сказал, что телефон разрядился. Поставила на зарядку. Думала вещи твои постирать, а то они чем-то пахнут неприятным, — делаю вид, что наклоняюсь, но муж меня опережает.
— Не надо, я сам.
— М-м-м… Ну, ладно. Только сейчас постирай. А то запах отвратительный. То ли гнилью, то ли рвотой воняет, не пойму, — искренне скривилась и пошла обуваться.
Взяв себя в руки, возвращаюсь к телефону. Включаю его и удаляю уведомления от банка. Потом опять выключаю и кладу на тумбочку. В этот момент из ванной в халате выходит муж.
— Ты что делаешь? — с тревогой спрашивает он.
— Ты сказал, что телефон разрядился. Поставила на зарядку. Думала вещи твои постирать, а то они чем-то пахнут неприятным, — делаю вид, что наклоняюсь, но муж меня опережает.
— Не надо, я сам.
— М-м-м… Ну, ладно. Только сейчас постирай. А то запах отвратительный. То ли гнилью, то ли рвотой воняет, не пойму, — искренне скривилась и пошла обуваться.
Мой муж изменил мне на глазах у миллионов людей, жестоко втоптав в грязь наш брак и все, что нас связывало, - выпаливаю пулемётной очередью. - Я требую развод!..
- А мой доверитель против развода. Он любит вас и сделает все, чтобы спасти этот брак, - сухо сообщает адвокат Березовского.
- Спасти брак? - взрываюсь, забывая о просьбе врача не делать резких движений. Внизу живота странно тянет. - Я никогда его не прощу. Так и передайте.
Адвокат снисходительно улыбается.
- Давайте не будем устраивать сцен. Роману Алексеевичу шумиха ни к чему.
- Мне плевать! Я не хочу иметь с ним ничего общего.
Мы поженились будучи бедными студентами, прошли вместе большой путь, а теперь нам предстоит самый громкий развод в стране и общая война с тайными врагами.
- А мой доверитель против развода. Он любит вас и сделает все, чтобы спасти этот брак, - сухо сообщает адвокат Березовского.
- Спасти брак? - взрываюсь, забывая о просьбе врача не делать резких движений. Внизу живота странно тянет. - Я никогда его не прощу. Так и передайте.
Адвокат снисходительно улыбается.
- Давайте не будем устраивать сцен. Роману Алексеевичу шумиха ни к чему.
- Мне плевать! Я не хочу иметь с ним ничего общего.
Мы поженились будучи бедными студентами, прошли вместе большой путь, а теперь нам предстоит самый громкий развод в стране и общая война с тайными врагами.
Что делать, если парень выгнал из дома, а на дворе конец декабря? Кто-то решил бы уехать к родителям, но этот вариант был не для Маши — они слишком давно в ссоре. Как хорошо, что на вокзале тепло и никто не задаёт лишних вопросов: например, почему она плачет или одета не по погоде.
Но двое альф, похожих как две капли воды, не могут пройти мимо. Искренне ли их предложение помочь или за ним кроется нечто большее?
И что, если прошлое, которое Маша хотела оставить в уходящем году, решит вернуться?
***
🌷 отношения в стиле hurt/comfort
🦊 обоснованный МЖМ
🌌 много картинок
☃️ зимняя атмосфера
***
Все истории в цикле совершенно независимые, можно читать отдельно!
Но двое альф, похожих как две капли воды, не могут пройти мимо. Искренне ли их предложение помочь или за ним кроется нечто большее?
И что, если прошлое, которое Маша хотела оставить в уходящем году, решит вернуться?
***
🌷 отношения в стиле hurt/comfort
🦊 обоснованный МЖМ
🌌 много картинок
☃️ зимняя атмосфера
***
Все истории в цикле совершенно независимые, можно читать отдельно!
– Марин, нам надо поговорить, – с порога заявляет мой супруг. Взгляд прямой. Без тени сомнения.
– Что-то произошло? – роняю и сама почему-то думаю о том, что в последнее время мы отдалились.
– У меня скоро родится сын. От другой женщины.
Не могу сделать вдох. Сердце сжимается с дикой болью, а воздуха попросту нет. Но всё равно нахожу силы на вопрос:
– Кто она?
ОБЯЗАТЕЛЬНО ХЭ
– Что-то произошло? – роняю и сама почему-то думаю о том, что в последнее время мы отдалились.
– У меня скоро родится сын. От другой женщины.
Не могу сделать вдох. Сердце сжимается с дикой болью, а воздуха попросту нет. Но всё равно нахожу силы на вопрос:
– Кто она?
ОБЯЗАТЕЛЬНО ХЭ
Я беру конверт, открываю и на стол пестрым веером высыпаются фотографии. Сначала я смотрю на них и не понимаю, кто эти люди. Мужчина с каштановыми волосами: крепкий, сильный, с идеальным телом античного бога. С родинкой на пояснице: я знаю эту родинку.
Женщина – Кристина, ее я точно ни с кем не перепутаю.
Мужчина любит ее. Кристина впивается пальцами в спинку кровати, изгибаясь и задыхаясь от страсти. И кровать я тоже узнаю – она в нашем доме, в нашей спальне, это дорогое белье я сама привезла из Москвы…
Я думала, что у меня счастливая семья. Пока на годовщине свадьбы не узнала об измене мужа.
Женщина – Кристина, ее я точно ни с кем не перепутаю.
Мужчина любит ее. Кристина впивается пальцами в спинку кровати, изгибаясь и задыхаясь от страсти. И кровать я тоже узнаю – она в нашем доме, в нашей спальне, это дорогое белье я сама привезла из Москвы…
Я думала, что у меня счастливая семья. Пока на годовщине свадьбы не узнала об измене мужа.
Одна ночь в гостиничном номере с братьями Громовыми перевернула мою жизнь.
Громовы. Самсон и Богдан, мои Франкенштейн и Красавчик.
Для них та ночь была одной из многих, а для меня первой и единственной, когда я была с двумя мужчинами, когда я познала, что это такое быть желанной и самой желать двух мужчин!
Но за всё в этой жизни приходиться платить.
Мой бывший жених узнал про мою измену, затаил злобу и просто ждал подходящего момента.
Сегодня бывший продал меня, как секс-игрушку, давнему врагу братьев Громовых. Сопротивляться я не могу, потому что рискую потерять самое ценное, что братья Громовы подарили мне той ночью. Моё маленькое чудо, о котором, я думала, они никогда не узнают, потому что уже и забыли обо мне.
Забыли меня, случайную горничную, их малышку, одну на двоих.
Но я ошибалась…
Громовы. Самсон и Богдан, мои Франкенштейн и Красавчик.
Для них та ночь была одной из многих, а для меня первой и единственной, когда я была с двумя мужчинами, когда я познала, что это такое быть желанной и самой желать двух мужчин!
Но за всё в этой жизни приходиться платить.
Мой бывший жених узнал про мою измену, затаил злобу и просто ждал подходящего момента.
Сегодня бывший продал меня, как секс-игрушку, давнему врагу братьев Громовых. Сопротивляться я не могу, потому что рискую потерять самое ценное, что братья Громовы подарили мне той ночью. Моё маленькое чудо, о котором, я думала, они никогда не узнают, потому что уже и забыли обо мне.
Забыли меня, случайную горничную, их малышку, одну на двоих.
Но я ошибалась…
- Ты скрыла от меня дочь.
Он говорил надменно и холодно, с нотками обвинения в голосе. Говорил, как человек, прекрасно сознающий свою власть.
- Она - единственное, чего ты не сумел у меня отнять. И ты ее не получишь. Никогда.
Семь лет назад человек, ради которого Аврора жила, лишил ее всего, оставив без средств к существованию, но подарил самое ценное - дочь, о существовании которой она не успела ему сказать.
И вот теперь они встретились вновь - в условиях, в которых между ними ничего не может быть. Она не намерена позволять ему вновь разрушить ее жизнь, но у него есть собственные планы на эту женщину и ребенка, которого она втайне от него родила.
Он говорил надменно и холодно, с нотками обвинения в голосе. Говорил, как человек, прекрасно сознающий свою власть.
- Она - единственное, чего ты не сумел у меня отнять. И ты ее не получишь. Никогда.
Семь лет назад человек, ради которого Аврора жила, лишил ее всего, оставив без средств к существованию, но подарил самое ценное - дочь, о существовании которой она не успела ему сказать.
И вот теперь они встретились вновь - в условиях, в которых между ними ничего не может быть. Она не намерена позволять ему вновь разрушить ее жизнь, но у него есть собственные планы на эту женщину и ребенка, которого она втайне от него родила.
Выберите полку для книги