Книги по тегу «предательство»: ""
– Эля, не груби, тебе ни к лицу. – ощетинился муж, заправляя край рубашки под пояс брюк.
– Знаешь, что мне действительно ни к лицу? Брак с тобой! Но я это в скором времени исправлю, можешь не сомневаться. Жить с изменщиком и предателем я не стану! – проговорила со злостью.
Ещё немного и меня прорвет. Из последних сил сдерживаюсь. Глаза и так от слез печет.
– Эль, развода не будет. Я его тебе не дам. Виноват, да. Но давай не пороть горячку. Думаю, ты в состоянии перебеситься и простить один косяк. – начал говорить каким-то примирительным тоном.
– Я и спрашивать тебя не буду. А теперь дай мне пройти! – оттолкнув его, сорвалась с места. Благо такси как раз подъехало.
Развода он не даст? Смешно!
Но, кажется я начинаю понимать мужа, который против разрыва отношений. Понимаю причину.
Но… я не только разведусь! Я ещё и отомщу!
– Знаешь, что мне действительно ни к лицу? Брак с тобой! Но я это в скором времени исправлю, можешь не сомневаться. Жить с изменщиком и предателем я не стану! – проговорила со злостью.
Ещё немного и меня прорвет. Из последних сил сдерживаюсь. Глаза и так от слез печет.
– Эль, развода не будет. Я его тебе не дам. Виноват, да. Но давай не пороть горячку. Думаю, ты в состоянии перебеситься и простить один косяк. – начал говорить каким-то примирительным тоном.
– Я и спрашивать тебя не буду. А теперь дай мне пройти! – оттолкнув его, сорвалась с места. Благо такси как раз подъехало.
Развода он не даст? Смешно!
Но, кажется я начинаю понимать мужа, который против разрыва отношений. Понимаю причину.
Но… я не только разведусь! Я ещё и отомщу!
Аннотация к книге
Открываю дверь кабинета без стука.
И замираю.
Мой мир останавливается, а затем разлетается на осколки.
Игорь склонился над столом.... А под ним.... женщина с огненно-рыжими волосами. Её острые ногти впиваются в плечи моего мужа.
– Да, Игорёк... – шепчет она хрипло.
Букет выскальзывает из моих пальцев. Белые пионы рассыпаются по полу, словно снег, падающий на все еще горячую землю.
Игорь оборачивается. В его глазах – не раскаяние, не страх. Только раздражение.
– Полина? Какого черта? – его голос звучит чуждо. – Я же сказал, что занят сегодня.
Рыжая приподнимается, смотрит через его плечо. На её губах играет ухмылка. Она даже не пытается прикрыться.
– Это и есть твоя жена? – спрашивает с любопытством. – Забавно.
Открываю дверь кабинета без стука.
И замираю.
Мой мир останавливается, а затем разлетается на осколки.
Игорь склонился над столом.... А под ним.... женщина с огненно-рыжими волосами. Её острые ногти впиваются в плечи моего мужа.
– Да, Игорёк... – шепчет она хрипло.
Букет выскальзывает из моих пальцев. Белые пионы рассыпаются по полу, словно снег, падающий на все еще горячую землю.
Игорь оборачивается. В его глазах – не раскаяние, не страх. Только раздражение.
– Полина? Какого черта? – его голос звучит чуждо. – Я же сказал, что занят сегодня.
Рыжая приподнимается, смотрит через его плечо. На её губах играет ухмылка. Она даже не пытается прикрыться.
– Это и есть твоя жена? – спрашивает с любопытством. – Забавно.
— Сколько ей лет? Богдан, ты в своем уме?
— Двадцать один, если это так важно, — твердо произносит муж. — Я тебя спрашиваю, что ты здесь делаешь? Я же сказал, что буду занят.
— Ты мне изменяешь… почему? — всматриваюсь в его лицо.
— Тебя какой сейчас ответ устроит? Ты мне скажи, я повторю. Мне не сложно, — его слова звучат небрежно, презрительно. Распахиваю рот, но не нахожу, что на это ответить. — Нет вариантов? Тогда прекращай концерт.
— Ты смотрел мне в глаза и обманывал. Как ты мог? — мотаю головой, стараясь осознать этот факт.
— Я тебя не обманывал, — спокойно произносит он. — Просто жил свою лучшую жизнь.
— Двадцать один, если это так важно, — твердо произносит муж. — Я тебя спрашиваю, что ты здесь делаешь? Я же сказал, что буду занят.
— Ты мне изменяешь… почему? — всматриваюсь в его лицо.
— Тебя какой сейчас ответ устроит? Ты мне скажи, я повторю. Мне не сложно, — его слова звучат небрежно, презрительно. Распахиваю рот, но не нахожу, что на это ответить. — Нет вариантов? Тогда прекращай концерт.
— Ты смотрел мне в глаза и обманывал. Как ты мог? — мотаю головой, стараясь осознать этот факт.
— Я тебя не обманывал, — спокойно произносит он. — Просто жил свою лучшую жизнь.
— Ковалёв-то наш вообще берега потерял, — ехидно произносит один.
— Толяныч? А что такое? — спрашивает другой.
— А ты не видишь, Коль? Этот хмырь дочку босса обхаживает активно.
Случайно узнаю про измену мужа. После пятнадцати лет брака он завел шашни с дочкой босса! А его босс — весьма интересный мужчина, к тому же холостой.
Он приглашает меня на ужин и предлагает интересную сделку:
— Муж изменил вам с молодой любовницей? Отомстите. Выйдите замуж за ее отца и станьте бывшему мужу тещей.
Стать бывшему тещей! Какое любопытное предложение? Почему бы и нет?
— Толяныч? А что такое? — спрашивает другой.
— А ты не видишь, Коль? Этот хмырь дочку босса обхаживает активно.
Случайно узнаю про измену мужа. После пятнадцати лет брака он завел шашни с дочкой босса! А его босс — весьма интересный мужчина, к тому же холостой.
Он приглашает меня на ужин и предлагает интересную сделку:
— Муж изменил вам с молодой любовницей? Отомстите. Выйдите замуж за ее отца и станьте бывшему мужу тещей.
Стать бывшему тещей! Какое любопытное предложение? Почему бы и нет?
Артур, я... Это не так!» — выпалила она, но Арту продолжил, не отводя взгляд. «Света мне давно сказала, что ты в меня влюблена. А сейчас я и сам вижу, что моя любимая права. Я не хочу этого слышать», — прорычал он, и в его глазах засверкала неприязнь.
— Это кто?..
— Ты серьёзно, Клара? Не прикидывайся. Ты же умная женщина. Это Диана.
— Ты хочешь сказать...
— Я ничего не «хочу сказать». Я сплю с ней. Давно.
— И ты даже не пытаешься оправдаться?
— А зачем? Ты сама перестала быть женщиной. Мне с тобой не интересно.
Он думал, я сломаюсь. Он думал, что я сдамся, запрусь на кухне и буду печь пироги, пока его любовницы меняются местами.
Но он не знал одного: я умею молчать. Долго. Спокойно.
А потом — ударить так, что не встанешь.
— Ты серьёзно, Клара? Не прикидывайся. Ты же умная женщина. Это Диана.
— Ты хочешь сказать...
— Я ничего не «хочу сказать». Я сплю с ней. Давно.
— И ты даже не пытаешься оправдаться?
— А зачем? Ты сама перестала быть женщиной. Мне с тобой не интересно.
Он думал, я сломаюсь. Он думал, что я сдамся, запрусь на кухне и буду печь пироги, пока его любовницы меняются местами.
Но он не знал одного: я умею молчать. Долго. Спокойно.
А потом — ударить так, что не встанешь.
Думала ли я что это произойдет со мной, нет, конечно же нет.
Хотела ли я этого, нет.
Это умопомрачение. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. И мне становится страшно насколько ты заполнил мою жизнь, мою голу, всю меня! Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о тебе. Я не хочу, я устала, вымотана этим чувством к тебе. Ты словно страшная болезнь пожирающая меня. Все чаще я задаюсь вопросом кто послал тебя в мою жизнь, бог или дьявол. Если это был бог, как же он может смотреть на мои душевные муки. А если это дьявол это мучение будет длиться вечно и я обессиленная этими мыслями погружаюсь в сон, параллельно надеясь, что новый день принесет ясность в мою жизнь и вернёт мой мозг в равновесие, а мою душу в состояние гармонии.
Хотела ли я этого, нет.
Это умопомрачение. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. И мне становится страшно насколько ты заполнил мою жизнь, мою голу, всю меня! Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о тебе. Я не хочу, я устала, вымотана этим чувством к тебе. Ты словно страшная болезнь пожирающая меня. Все чаще я задаюсь вопросом кто послал тебя в мою жизнь, бог или дьявол. Если это был бог, как же он может смотреть на мои душевные муки. А если это дьявол это мучение будет длиться вечно и я обессиленная этими мыслями погружаюсь в сон, параллельно надеясь, что новый день принесет ясность в мою жизнь и вернёт мой мозг в равновесие, а мою душу в состояние гармонии.
– Мы разбаловали нашу дочь, согласен.
– Это не избалованность, а распущенность. Ваша дочь наверняка знает, что спать с женатыми мужчинами нельзя!
– Ну, не могу же я ей это запретить, – он усмехается. – А давайте... вы запретите? Отвоюйте мужа у этой девчонки! Проучите её! – Замечаю, как глаза Воронова загораются. Богатый ублюдок явно решил развлечься... – Проверим, что победит: ум или молодость?!
Молчу несколько минут, пребывая в шоке от услышанного.
– Что ж, хорошо, – во мне просыпается доселе неведомое чувство азарта, смешанного с ненавистью. – Я её проучу... Но вы не вмешиваетесь!
– Договорились! Только без перегибов! – протягивает мне руку для рукопожатия.
– А это я буду решать сама, – игнорирую её. – Вы пообещали не вмешиваться. Держите слово, вы же бизнесмен.
– Это не избалованность, а распущенность. Ваша дочь наверняка знает, что спать с женатыми мужчинами нельзя!
– Ну, не могу же я ей это запретить, – он усмехается. – А давайте... вы запретите? Отвоюйте мужа у этой девчонки! Проучите её! – Замечаю, как глаза Воронова загораются. Богатый ублюдок явно решил развлечься... – Проверим, что победит: ум или молодость?!
Молчу несколько минут, пребывая в шоке от услышанного.
– Что ж, хорошо, – во мне просыпается доселе неведомое чувство азарта, смешанного с ненавистью. – Я её проучу... Но вы не вмешиваетесь!
– Договорились! Только без перегибов! – протягивает мне руку для рукопожатия.
– А это я буду решать сама, – игнорирую её. – Вы пообещали не вмешиваться. Держите слово, вы же бизнесмен.
Двенадцать лет брака — а он предал всё, чем я дорожила.
В тридцать два я узнала: мой муж не просто лжец. Он — вор и убийца, для него нет ничего святого. И теперь он хочет посадить меня за решётку, чтобы скрыть кражу.
Но я не та, кем кажусь.
Мой новый союзник — босс, чьи шрамы горят ненавистью ещё сильнее. Он знает мои секреты, а я хочу разгадать его…
Теперь мы подожжём всё, что дорого предателю. Вопрос: как далеко зайдёт женщина, которую называли «ангелочком»?
Спойлер: дальше, чем вы думаете…
В тридцать два я узнала: мой муж не просто лжец. Он — вор и убийца, для него нет ничего святого. И теперь он хочет посадить меня за решётку, чтобы скрыть кражу.
Но я не та, кем кажусь.
Мой новый союзник — босс, чьи шрамы горят ненавистью ещё сильнее. Он знает мои секреты, а я хочу разгадать его…
Теперь мы подожжём всё, что дорого предателю. Вопрос: как далеко зайдёт женщина, которую называли «ангелочком»?
Спойлер: дальше, чем вы думаете…
— Ты с ней спишь?
— Сплю. Уже полгода.
— И ты просто… говоришь мне это?
— Я устал от старой версии тебя, Яна. Ты не меняешься, не совершенствуешься.
— Я родила тебе детей. Держала бизнес, пока ты рвал на голове волосы.
— Да. Но ты застряла. Застыла на месте. Я не виноват, что рядом появилась Лера. Она — новая, свежая версия.
Он ушёл. Забрал статус, связи и уверенность в себе.
А я осталась… с тишиной, разбитым сердцем и идеей, которая когда-то казалась слишком глупой, чтобы воплотить в жизнь.
Он считал, что без него я — никто.
Но он просто не знал, кем я стану, когда перестану быть его женой.
— Сплю. Уже полгода.
— И ты просто… говоришь мне это?
— Я устал от старой версии тебя, Яна. Ты не меняешься, не совершенствуешься.
— Я родила тебе детей. Держала бизнес, пока ты рвал на голове волосы.
— Да. Но ты застряла. Застыла на месте. Я не виноват, что рядом появилась Лера. Она — новая, свежая версия.
Он ушёл. Забрал статус, связи и уверенность в себе.
А я осталась… с тишиной, разбитым сердцем и идеей, которая когда-то казалась слишком глупой, чтобы воплотить в жизнь.
Он считал, что без него я — никто.
Но он просто не знал, кем я стану, когда перестану быть его женой.
Выберите полку для книги