Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""
- Может, по кофе?
По кофе? – проносится в моей голове. – Ты, гад, меня уволил пару недель назад. А теперь делаешь вид, что не узнаёшь?
А может, реально не узнаёт?
Прищурившись, смотрю на Круглова. Этот образец наглости, высокомерия и самоуверенности реально сейчас меня клеит.
А я что?
А я влюблю и отомщу, что б вам жизнь мёдом не казалась, Павел Сергеевич.
По кофе? – проносится в моей голове. – Ты, гад, меня уволил пару недель назад. А теперь делаешь вид, что не узнаёшь?
А может, реально не узнаёт?
Прищурившись, смотрю на Круглова. Этот образец наглости, высокомерия и самоуверенности реально сейчас меня клеит.
А я что?
А я влюблю и отомщу, что б вам жизнь мёдом не казалась, Павел Сергеевич.
- Наш брак обречен! Как только закончится дипломатическая командировка, разведемся. И да, Маргарита, с Аней я словно бы заново стал молодым. Она подарила мне такую радость за эти пару месяцев, которую я никогда с тобой не испытывал,- режет меня правдой муж.
Моя внешне идеальная жизнь жены Посла разбилась, как дорогой хрусталь Баккара, о беспринципное предательство мужа.
Мне сорок, у нас нет детей и впереди только пустота, подобная безжизненной пустыне Эмиратов, где мы сейчас живем по долгу службы.
Все меняется в один вечер, когда на приеме я случайно встречаюсь взглядами с молодым горячим арабом…
Я думала, он просто хамоватый официант и потому не церемонилась в ответах на его откровенную дерзость… А оказалось, что говорю с молодым наследником престола, который не знает отказа…
Теперь есть только пустыня и Он, ее безраздельный властитель. И мне ничего не остается, кроме как подчиниться его запретным желаниям…
Моя внешне идеальная жизнь жены Посла разбилась, как дорогой хрусталь Баккара, о беспринципное предательство мужа.
Мне сорок, у нас нет детей и впереди только пустота, подобная безжизненной пустыне Эмиратов, где мы сейчас живем по долгу службы.
Все меняется в один вечер, когда на приеме я случайно встречаюсь взглядами с молодым горячим арабом…
Я думала, он просто хамоватый официант и потому не церемонилась в ответах на его откровенную дерзость… А оказалось, что говорю с молодым наследником престола, который не знает отказа…
Теперь есть только пустыня и Он, ее безраздельный властитель. И мне ничего не остается, кроме как подчиниться его запретным желаниям…
🪐Меня похитили по ошибке. Украли вместо подруги, которая идеально подходила по генотипу звёздному императору для продолжения рода. Я не подошла… А потому меня выставят на аукцион среди этих жестоких, жутких существ. У меня нет права сказать «нет», но я не смогу смириться с ролью молчаливого инкубатора. Тем более, когда вижу того, кто в качестве награды выбирает меня…
Бесчувственного командора.
И если за год я не смогу выполнить своё предназначение, то меня придётся передать следующему… Но как между нами вообще может быть хоть что-то, если он пугающе-огромный внешне и просто непробиваемый внутри? Яростная машина для убийств, готовая исполнить любой приказ императора.
Или всё же не любой?..
Бесчувственного командора.
И если за год я не смогу выполнить своё предназначение, то меня придётся передать следующему… Но как между нами вообще может быть хоть что-то, если он пугающе-огромный внешне и просто непробиваемый внутри? Яростная машина для убийств, готовая исполнить любой приказ императора.
Или всё же не любой?..
«- Ну что, Яна, теперь я могу со спокойной душой стребовать с тебя весь долг, — скалится Герман.
От его взгляда щекам становится жарко.
Он проникает под кожу и расползается по венам сладкой отравой. Я и сама понимаю, что увязла, но продолжаю упрямо трепыхаться.
- Всё верно.
- У меня одно условие, — шепчу поспешно.
- Что ж, давай, — разрешает он и поднимает моё лицо за подбородок.
- Диана… — в горле першит, и я откашливаюсь.
- Что — Диана? — кривится Ильинский.
- Диана ничего не должна знать!»
От его взгляда щекам становится жарко.
Он проникает под кожу и расползается по венам сладкой отравой. Я и сама понимаю, что увязла, но продолжаю упрямо трепыхаться.
- Всё верно.
- У меня одно условие, — шепчу поспешно.
- Что ж, давай, — разрешает он и поднимает моё лицо за подбородок.
- Диана… — в горле першит, и я откашливаюсь.
- Что — Диана? — кривится Ильинский.
- Диана ничего не должна знать!»
- Ах ты, кобелина! – со всей дури бью полотенцем его по спине. - Сестре моей изменять вздумал! Свинья ты, зятёк, свинья, как есть!
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Смотрю на нее пристально, вырубая в памяти это воплощение, чтобы узнать в следующем. Какой она будет? Высокой или маленькой. Блондинкой или брюнеткой. Мягкой и покорной или взрывной и непослушной. Да в принципе, без разницы. Просто знаю, что, как и всегда: самая красивая, самая любимая, самая желанная. Одна на все века со дня сотворения нашей общей Вселенной.
- Навечно твой!
- Твоя!
История Макса и Лары Дорофеевых и их непримиримого друга Константина Одинцова в новом перевоплощении. Еще один шанс, чтобы все исправить!
- Навечно твой!
- Твоя!
История Макса и Лары Дорофеевых и их непримиримого друга Константина Одинцова в новом перевоплощении. Еще один шанс, чтобы все исправить!
— Учти, девочка, то, что ты пришла сюда по блату, не даёт тебе в этой компании никаких привилегий. Увижу, что ты со мной флиртуешь, и ты тут же вылетишь отсюда.
Сказать, что я обалдела от такого заявления – это ничего не сказать. Сдался ты мне, с тобой флиртовать! Я вообще здесь работать не хочу!
— Не переживайте, Гордей Брониславович, — господи, что за имя дебильное? Язык сломать можно. — Вы совершенно не в моём вкусе… Главное, чтобы вы сами в меня не влюбились!
— Я? В тебя? — кривит уголки губ в лёгкой усмешке. — Можешь даже не рассчитывать.
Гордей: Я очень ждал встречи с ребенком этого старого козла. И она меня не разочаровала. Хорошенькая и с характером языкастой ведьмы.
Возможно, это ревность со мной так играет, ведь эта заноза – дочь того самого долбаного Лео, которого обожает моя бывшая жена. Так что план в моей голове вспыхнул мгновенно:
Ее отец забрал у меня жену, а я заберу у него дочь. Око за око…
Сказать, что я обалдела от такого заявления – это ничего не сказать. Сдался ты мне, с тобой флиртовать! Я вообще здесь работать не хочу!
— Не переживайте, Гордей Брониславович, — господи, что за имя дебильное? Язык сломать можно. — Вы совершенно не в моём вкусе… Главное, чтобы вы сами в меня не влюбились!
— Я? В тебя? — кривит уголки губ в лёгкой усмешке. — Можешь даже не рассчитывать.
Гордей: Я очень ждал встречи с ребенком этого старого козла. И она меня не разочаровала. Хорошенькая и с характером языкастой ведьмы.
Возможно, это ревность со мной так играет, ведь эта заноза – дочь того самого долбаного Лео, которого обожает моя бывшая жена. Так что план в моей голове вспыхнул мгновенно:
Ее отец забрал у меня жену, а я заберу у него дочь. Око за око…
– Ты будешь моей. Не верну тебя отцу. Себе хочу оставить, – тянет Зиядин, облизывая меня масляным взглядом. – Отведите её в дом!
Его жёны смотрят на меня с ненавистью. Хватают под руки и тащат через порог.
Я упираюсь, пытаюсь вырваться, кричу о помощи, хотя знаю, что это бессмысленно.
¬– Городская гулящая. Ты заманила нашего мужа! – шипит первая жена.
– Клянусь, я здесь против воли! Меня забрали у отца за долги…
– Врёшь, холопка бесстыжая! Продадим тебя в горы. Только там и место таким как ты…
Его жёны смотрят на меня с ненавистью. Хватают под руки и тащат через порог.
Я упираюсь, пытаюсь вырваться, кричу о помощи, хотя знаю, что это бессмысленно.
¬– Городская гулящая. Ты заманила нашего мужа! – шипит первая жена.
– Клянусь, я здесь против воли! Меня забрали у отца за долги…
– Врёшь, холопка бесстыжая! Продадим тебя в горы. Только там и место таким как ты…
❤️ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ❤️
– Ты что, собираешься нас похитить? – дрогнувшим голосом возмущаюсь я.
– Нет. Её усыновить, а тебя взять в жёны, – холодно парирует он, пристёгивая мою пятилетнюю сестру в автокресле своего автомобиля. – Выбор за тобой.
Он ворвался в мою жизнь как стихия: грубый, властный, невыносимый. Я невзлюбила его с первой минуты. Но когда моя жизнь оказалась на грани, спасателем стал именно он. Что это – искупление вины, каприз богача или нечто большее, к чему никто из нас не был готов?
– Ты что, собираешься нас похитить? – дрогнувшим голосом возмущаюсь я.
– Нет. Её усыновить, а тебя взять в жёны, – холодно парирует он, пристёгивая мою пятилетнюю сестру в автокресле своего автомобиля. – Выбор за тобой.
Он ворвался в мою жизнь как стихия: грубый, властный, невыносимый. Я невзлюбила его с первой минуты. Но когда моя жизнь оказалась на грани, спасателем стал именно он. Что это – искупление вины, каприз богача или нечто большее, к чему никто из нас не был готов?
Элитная Академия встретила меня недружелюбно. Нас два десятка студентов из обычных семей против сотни богатых, дерзких и самоуверенных мажоров. И впереди тот, на кого я уронила поднос при первой встрече. Смотрит на меня, усмехается. Придумывает очередное наказание. Угораздило меня принять приглашение в эту Академию. Я попала в ад, откуда не сбежать…
— Откуда ты взялась, убогая? Явилась, чтобы сделать мою жизнь невыносимой? Кто нанял тебя? — рычит, нависая надо мной. Прижимает к стене, не давая вырваться.
— Много думаешь о себе, мажор! — гордо вздергиваю голову, бесстрашно глядя в темный омут его глаз. Толкаю смычком от скрипки, заставляя отодвинуться. — Лучше меня не замечать, тогда цел останешься!
Никогда врагов не имела, а тут целый мажор на мою голову свалился.
— Откуда ты взялась, убогая? Явилась, чтобы сделать мою жизнь невыносимой? Кто нанял тебя? — рычит, нависая надо мной. Прижимает к стене, не давая вырваться.
— Много думаешь о себе, мажор! — гордо вздергиваю голову, бесстрашно глядя в темный омут его глаз. Толкаю смычком от скрипки, заставляя отодвинуться. — Лучше меня не замечать, тогда цел останешься!
Никогда врагов не имела, а тут целый мажор на мою голову свалился.
Выберите полку для книги