Книги по тегу «развод»: ""
— Ну! Вот мы и на месте! — объявляет Вадим у двери кабинета моего мужа. Его грубый голос перекрывает офисный шум, как рык льва в саванне.
Он с размаху распахивает дверь...
И мир переворачивается с ног на голову.
Ноги прирастают к полу.
Кровь яростно стучит в висках.
Сердце пронзает раскаленный гвоздь.
— Нина?! — вскрикнул муж, торопливо заправляя рубашку в брюки.
Перед ним на столе раскинулась та самая рыжая девица, с которой я недавно говорила.
Она запрокинула голову, уставилась на меня и ехидно оскалилась, выдав самодовольный смешок. Нехотя сползла со стола, небрежно одергивая подол, будто это я вторглась в её личные владения.
— Стучать не учили?! — цинично бросила она, поправляя растрепанные пряди.
Супруг тем временем уже застегнул ремень с такой деловитой точностью, словно просто собирался на работу.
Я посмотрела на него, и вдруг сомнение вонзилось между рёбер, как лезвие.
Что-то здесь... не так.
Он с размаху распахивает дверь...
И мир переворачивается с ног на голову.
Ноги прирастают к полу.
Кровь яростно стучит в висках.
Сердце пронзает раскаленный гвоздь.
— Нина?! — вскрикнул муж, торопливо заправляя рубашку в брюки.
Перед ним на столе раскинулась та самая рыжая девица, с которой я недавно говорила.
Она запрокинула голову, уставилась на меня и ехидно оскалилась, выдав самодовольный смешок. Нехотя сползла со стола, небрежно одергивая подол, будто это я вторглась в её личные владения.
— Стучать не учили?! — цинично бросила она, поправляя растрепанные пряди.
Супруг тем временем уже застегнул ремень с такой деловитой точностью, словно просто собирался на работу.
Я посмотрела на него, и вдруг сомнение вонзилось между рёбер, как лезвие.
Что-то здесь... не так.
Ключ поворачивается в замке, я снимаю ботинки, прохожу вглубь квартиры и слышу мягкий женский смешок, а потом и голос. Его голос.
Я толкаю дверь спальни и… все. Все обнуляется.
На моей кровати лежит девушка. Ее нога лежит на ноге моего мужа. А сам он — обнаженный до пояса, с растрепанными волосами и взглядом человека, которого застали врасплох.
Где-то внутри меня что-то идет трещинами, но снаружи я — как цельный и ровный мрамор.
— Юля? — он вскакивает. — Это...
— Не надо, — перебиваю его резко. — Просто... не надо.
— Я соберу вещи, – понимающе кивает он.
— Ага.
Я толкаю дверь спальни и… все. Все обнуляется.
На моей кровати лежит девушка. Ее нога лежит на ноге моего мужа. А сам он — обнаженный до пояса, с растрепанными волосами и взглядом человека, которого застали врасплох.
Где-то внутри меня что-то идет трещинами, но снаружи я — как цельный и ровный мрамор.
— Юля? — он вскакивает. — Это...
— Не надо, — перебиваю его резко. — Просто... не надо.
— Я соберу вещи, – понимающе кивает он.
— Ага.
— Котик, ну сколько нам ещё прятаться?
— Она почти продала квартиру. Как только купим новые метры — подам на развод. Я же должен хоть что-то получить от этого брака.
— И ЭКО ты ей не позволишь, правда?
— Я что, идиот? Платить за то, что по умолчанию должно работать? Нормальным женщинам это не требуется.
— Кстати… я забыла выпить таблетки. Вдруг ты прямо сейчас сделал мне малыша?
Мой мир рухнул, когда я услышала разговор двух самых близких мне людей.
Моей сестры. И моего мужа.
Стоя в дверях собственной спальни.
А потом появился тот, кого я совсем не ждала.
— Почему ты мне помогаешь? Мы же никогда не ладили. Ты всегда был… холоден со мной.
— Потому что я тебя хотел. С первой встречи. А ты была женой моего брата. Не лучший повод для сближения, согласись?
— Она почти продала квартиру. Как только купим новые метры — подам на развод. Я же должен хоть что-то получить от этого брака.
— И ЭКО ты ей не позволишь, правда?
— Я что, идиот? Платить за то, что по умолчанию должно работать? Нормальным женщинам это не требуется.
— Кстати… я забыла выпить таблетки. Вдруг ты прямо сейчас сделал мне малыша?
Мой мир рухнул, когда я услышала разговор двух самых близких мне людей.
Моей сестры. И моего мужа.
Стоя в дверях собственной спальни.
А потом появился тот, кого я совсем не ждала.
— Почему ты мне помогаешь? Мы же никогда не ладили. Ты всегда был… холоден со мной.
— Потому что я тебя хотел. С первой встречи. А ты была женой моего брата. Не лучший повод для сближения, согласись?
– Дорогие Гена и Полина! – раздался из динамиков голос ведущего. – Поздравляем вас с пятнадцатилетием со дня свадьбы! В память о вашей любви... внимание на экран.
Свет погас. На экране замелькали наши с мужем фото и смонтированные кусочки видео. – смех, объятия, поцелуи, памятные моменты…
Все настолько трепетно и нежно, что на глаза слёзы наворачивались.
А потом… потом меня из сказки выбросила в самое пекло, будто в жерло вулкана.
Всё перевернулось. Мир рассыпался на тысячи осколков.
Запись оборвалась. Включился новый ролик. Резкий переход. Другие звуки. Другие кадры.
Я застыла, как каменное изваяние.
Губы Гены… но не на моих губах. Его руки… но касаются не меня.
Я медленно повернулась к мужу – и в его глазах увидела шок. А ещё что-то на подобие паники.
Свет погас. На экране замелькали наши с мужем фото и смонтированные кусочки видео. – смех, объятия, поцелуи, памятные моменты…
Все настолько трепетно и нежно, что на глаза слёзы наворачивались.
А потом… потом меня из сказки выбросила в самое пекло, будто в жерло вулкана.
Всё перевернулось. Мир рассыпался на тысячи осколков.
Запись оборвалась. Включился новый ролик. Резкий переход. Другие звуки. Другие кадры.
Я застыла, как каменное изваяние.
Губы Гены… но не на моих губах. Его руки… но касаются не меня.
Я медленно повернулась к мужу – и в его глазах увидела шок. А ещё что-то на подобие паники.
Не было скандалов.
Не было истерики и громких слов.
На самом деле, в нашем разводе не было ничего интересного, кроме первой фразы, с которой ко мне пришел муж.
— Я больше не могу молчать. Я тебе изменил, и это было ошибкой.
Да… именно с этих слов и началось все.
— Был корпоратив, я перебрал. Та женщина для меня ничего не значит.
— Тебя опоили? — могу же я надеяться?
— Нет. Я все помню.
Надежда лопнула как мыльный пузырь, что зачастую ей и свойственно.
— Чего ты хочешь от меня?
— Прощения.
И я простила его.
А потом ушла.
Не было истерики и громких слов.
На самом деле, в нашем разводе не было ничего интересного, кроме первой фразы, с которой ко мне пришел муж.
— Я больше не могу молчать. Я тебе изменил, и это было ошибкой.
Да… именно с этих слов и началось все.
— Был корпоратив, я перебрал. Та женщина для меня ничего не значит.
— Тебя опоили? — могу же я надеяться?
— Нет. Я все помню.
Надежда лопнула как мыльный пузырь, что зачастую ей и свойственно.
— Чего ты хочешь от меня?
— Прощения.
И я простила его.
А потом ушла.
— Я был хорошим мужем и идеальным отцом, — заявляет муж.
С чего решил прихвастнуть перед гостями?
— Я дом построил, сына вырастил, дочку на ноги поставил… — перечисляет Мирон.
Муж переводит взгляд с сына, на дочь, потом на меня.
Он останавливает свой взгляд на моей подруге, Ларисе.
— Теперь пора и О СЕБЕ подумать. О том, чтобы счастливым стать. САМОМУ! — подчеркивает Мирон.
Но то, что произошло позднее, не ждал никто.
— Я готов признаться, Лариса, а ты?
Признаться?!
Я все больше и больше подозреваю, что сейчас случится нечто ужасное, как будто бомба взорвется.
— Лариса, ты со мной? — спрашивает муж и сипло выдыхает. — У нас будет ребенок. Ребенок должен расти в семье.
С чего решил прихвастнуть перед гостями?
— Я дом построил, сына вырастил, дочку на ноги поставил… — перечисляет Мирон.
Муж переводит взгляд с сына, на дочь, потом на меня.
Он останавливает свой взгляд на моей подруге, Ларисе.
— Теперь пора и О СЕБЕ подумать. О том, чтобы счастливым стать. САМОМУ! — подчеркивает Мирон.
Но то, что произошло позднее, не ждал никто.
— Я готов признаться, Лариса, а ты?
Признаться?!
Я все больше и больше подозреваю, что сейчас случится нечто ужасное, как будто бомба взорвется.
— Лариса, ты со мной? — спрашивает муж и сипло выдыхает. — У нас будет ребенок. Ребенок должен расти в семье.
– Как ты мог, Влад?! Эта женщина… как давно ты с ней?!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
– Прекрати истерику. Ты – моя жена. На этом точка, – парирует муж, при этом смотрит на меня своими яркими глазами, заставляя остановится и не устраивать скандал.
– Ах, жена – и точка… Хорошо устроился, Поляков! – проговариваю зло, затем беру со стола тарелку пассии моего мужа и со всего маха залепляю салатом в лицо Полякова.
– Галя! С ума сошла?! – рычит муж и вскакивает с места, с грохотом роняя стул.
– Ты лучше скажи мне, как давно спишь с чужой женой, Влад! Пока твоя собственная тебя дома ждет!
– Мась, а если твоя жена всё узнает? – сладко шепчет. – Она же… тётка старая, а они все истерички, – хихикает.
– Не забивай себе головку, – усмехается муж. – У нас с Владой давно ничего нет. Тощая, снулая, как селёдка. Не за что мужику подержаться.
Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.
– Но ты поцеловал сегодня свою тётку! – дуется. – Я ревновала, мась.
– Это – игра на публику, – отзывается муж. – Не переживай, Дашенька. Влада любит меня, как кошка. Она всё проглотит и продолжит пахать, а мы с тобой – пользоваться всеми благами, которые заработаем, благодаря её золотым ручкам… – и добавляет низким похотливым голосом: – Я очень по тебе соскучился…
После двадцати лет брака муж без памяти влюбился в молодую девицу. Я хочу развод, но в нашей ювелирной мастерской я делаю модели всех заказов. Как цинично сказал муж:
«Кто захочет отпускать курицу, несущую золотые яйца?»
Но я вырвусь и не дам себя в обиду. Тем более что муж уже перешёл все границы!..
– Не забивай себе головку, – усмехается муж. – У нас с Владой давно ничего нет. Тощая, снулая, как селёдка. Не за что мужику подержаться.
Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.
– Но ты поцеловал сегодня свою тётку! – дуется. – Я ревновала, мась.
– Это – игра на публику, – отзывается муж. – Не переживай, Дашенька. Влада любит меня, как кошка. Она всё проглотит и продолжит пахать, а мы с тобой – пользоваться всеми благами, которые заработаем, благодаря её золотым ручкам… – и добавляет низким похотливым голосом: – Я очень по тебе соскучился…
После двадцати лет брака муж без памяти влюбился в молодую девицу. Я хочу развод, но в нашей ювелирной мастерской я делаю модели всех заказов. Как цинично сказал муж:
«Кто захочет отпускать курицу, несущую золотые яйца?»
Но я вырвусь и не дам себя в обиду. Тем более что муж уже перешёл все границы!..
Добро наказуемо. Эту истину я усвоила, когда помогла бедной девушке из деревни. Теперь она живет с моим мужем, а я предвкушаю сладкую месть.
Чтобы забрать у меня всё, стерва давила на нужные точки. У неё это получилось.
Ничего... Я просчитаю каждый ход и заставлю их узнать, на что способна оскорблённая сильная женщина.
Книга завершена!
Чтобы забрать у меня всё, стерва давила на нужные точки. У неё это получилось.
Ничего... Я просчитаю каждый ход и заставлю их узнать, на что способна оскорблённая сильная женщина.
Книга завершена!
– Я же говорила. Ты лишняя, Оля, – Илона усмехается, останавливаясь по правую сторону от моего плеча. – Он тебя не любит.
Сжимаю губы в тонкую линию, силясь не разреветься. Он, она. Крепкие объятия. Страстный поцелуй на глазах у всех. Какая идиллия!
– Папа пообещал, что разведётся с тобой сразу же, как ты приедешь, – продолжает вбивать гвозди в крышку гроба некогда счастливого брака дочь моего мужа. – Это здорово, что ты вернулась раньше. Им не терпится съехаться.
Сглатываю ком, сотканный из непролитых слёз, и произношу медленно, хрипло, продолжая неотрывно смотреть на счастливую влюблённую пару поодаль:
– И правда, хорошо, – отворачиваюсь, кривлю губы в подобии улыбки и добавляю: – Ты очень целеустремлённая девочка. Твоя взяла.
Сжимаю губы в тонкую линию, силясь не разреветься. Он, она. Крепкие объятия. Страстный поцелуй на глазах у всех. Какая идиллия!
– Папа пообещал, что разведётся с тобой сразу же, как ты приедешь, – продолжает вбивать гвозди в крышку гроба некогда счастливого брака дочь моего мужа. – Это здорово, что ты вернулась раньше. Им не терпится съехаться.
Сглатываю ком, сотканный из непролитых слёз, и произношу медленно, хрипло, продолжая неотрывно смотреть на счастливую влюблённую пару поодаль:
– И правда, хорошо, – отворачиваюсь, кривлю губы в подобии улыбки и добавляю: – Ты очень целеустремлённая девочка. Твоя взяла.
Выберите полку для книги