Книги по тегу «развод»: ""
— Я просто хочу знать, когда ты разведешься, — говорит моя подруга, и я замираю за дверью.
— Лара, — устало вздыхает мой муж, — У мужчин моего уровня так не делается. Есть жена — для семьи, а есть любовница — для всего остального. Меня все устраивает.
— Если бы устраивало, ты бы не вел себя с Аней как скотина. Ты ее не любишь! Так зачем весь этот фарс?
Я чувствую, как внутри всё рушится. Мой муж только что заявил, что с кем-то спит. И Лара об этом знает! Но вместо того, чтобы рассказать мне, она разбирается с Сергеем!
— Ты ошибаешься, я люблю ее. Аня — удобный вариант, моя жена — говорит он, — Хорошая хозяйка, заботливая.
— А я кто? — яростно спрашивает Лара.
Меня пронзает холодом и тут же бросает в жар. Она? При чем здесь она? Неужели…
— Ты — та, кого я хочу. Ты даёшь мне то, чего мне не хватает в браке. Чем ты недовольна? Мы отлично проводим время, подарки, полное содержание. В чем проблема, черт возьми! Ты всегда знала, что я не собираюсь разводиться.
— Лара, — устало вздыхает мой муж, — У мужчин моего уровня так не делается. Есть жена — для семьи, а есть любовница — для всего остального. Меня все устраивает.
— Если бы устраивало, ты бы не вел себя с Аней как скотина. Ты ее не любишь! Так зачем весь этот фарс?
Я чувствую, как внутри всё рушится. Мой муж только что заявил, что с кем-то спит. И Лара об этом знает! Но вместо того, чтобы рассказать мне, она разбирается с Сергеем!
— Ты ошибаешься, я люблю ее. Аня — удобный вариант, моя жена — говорит он, — Хорошая хозяйка, заботливая.
— А я кто? — яростно спрашивает Лара.
Меня пронзает холодом и тут же бросает в жар. Она? При чем здесь она? Неужели…
— Ты — та, кого я хочу. Ты даёшь мне то, чего мне не хватает в браке. Чем ты недовольна? Мы отлично проводим время, подарки, полное содержание. В чем проблема, черт возьми! Ты всегда знала, что я не собираюсь разводиться.
– Диета не помешала бы. А то кое-кому и вовсе поголодать нужно. – Он больно ткнул меня пальцем в бочок, туда, где после родов еще угадывалась талия. – На одних наеденных запасах от новогодних салатов продержаться можно.
– Что. Ты. Сказал?
– Говорю всё, баста. Переходим на полезные продукты. Сейчас вот рыбку с овощами приготовим. Овощей то вон - полный балкон, родители из деревни тонну навезли, надо есть, а то пропадут, – сказал он про мороженную картошку и огурцы с перцами и баклажанами, находящимися, судя по виду, в криогенной заморозке. – Посидишь на овощах, похудеешь, а то совсем себя запустила. Скоро хрюкать начнешь.
Он задрал кончик носа пальцем.
Тоже мне Аполлон нашелся. Когда брал меня в жены, когда делал ребенка, тебя не смущали ни мой вес, ни мои формы, – прошипела, чтобы сыночек не слышал нашей ругани.
– Это было раньше, а сейчас у меня выгодное предприятие намечается. И к тому моменту ты должна соответствовать моему уровню и похудеть. Бегом, что ли, займись. Иначе…
– Что. Ты. Сказал?
– Говорю всё, баста. Переходим на полезные продукты. Сейчас вот рыбку с овощами приготовим. Овощей то вон - полный балкон, родители из деревни тонну навезли, надо есть, а то пропадут, – сказал он про мороженную картошку и огурцы с перцами и баклажанами, находящимися, судя по виду, в криогенной заморозке. – Посидишь на овощах, похудеешь, а то совсем себя запустила. Скоро хрюкать начнешь.
Он задрал кончик носа пальцем.
Тоже мне Аполлон нашелся. Когда брал меня в жены, когда делал ребенка, тебя не смущали ни мой вес, ни мои формы, – прошипела, чтобы сыночек не слышал нашей ругани.
– Это было раньше, а сейчас у меня выгодное предприятие намечается. И к тому моменту ты должна соответствовать моему уровню и похудеть. Бегом, что ли, займись. Иначе…
— Как ты мог? Ты клялся, что любишь меня! — выкрикиваю я, чувствуя, как гнев смешивается с болью. – Я заслуживаю знать, почему ты женишься на Свете, которую всегда считал чокнутой и больной на всю голову!
Я бью его кулаками в грудь. Он должен почувствовать хоть малую часть той боли, которую испытываю я.
— Света беременна, — произносит он хриплым голосом.
Эти слова словно обрушивают потолок на мою голову.
— Это твой ребёнок? — на выдохе спрашиваю я, не в силах поверить, что мой прекрасный и правильный Евгений сделал это.
— Да, — ответ такой тихий, что я почти не слышу его.
Но чувствую.
Я опускаю руки и делаю шаг назад.
Эта правда за секунду уничтожила меня, и все, что осталось от меня — это руины.
Я бью его кулаками в грудь. Он должен почувствовать хоть малую часть той боли, которую испытываю я.
— Света беременна, — произносит он хриплым голосом.
Эти слова словно обрушивают потолок на мою голову.
— Это твой ребёнок? — на выдохе спрашиваю я, не в силах поверить, что мой прекрасный и правильный Евгений сделал это.
— Да, — ответ такой тихий, что я почти не слышу его.
Но чувствую.
Я опускаю руки и делаю шаг назад.
Эта правда за секунду уничтожила меня, и все, что осталось от меня — это руины.
– Отпусти мужа ко мне, Катя, - произносит сестра с нажимом.
– Что, прости?! – переспрашиваю в шоке, не веря своим ушам.
- То. Катя. Твой муж вот уже год как встречается со мной, – выдает с улыбочкой сестра, - и… есть еще кое-что… ты должна это знать.
Обескураживает, а у меня перед глазами темнеет просто.
– Что еще?! – задаю вопрос в полном шоке.
- Я жду ребенка от Павла, – будто бы выстреливает в меня правдой сестра, и… у меня перед глазами все плыть начинает.
– Да. Не бледней ты так, Кать. Просто… у нас с Павлом страсть… Закрутилось все…
– Прекрати!
– Ну… это еще не все…
– Не все? – переспрашиваю ошалело.
Сестра буквально впечатывает в меня еще одно откровение:
– Я сына жду, сестренка... Сына, которого ты никогда Павлу родить не сможешь.
Выдает тайну, которую знал только мой муж улыбаясь:
-Я вообще рекомендую тебе взять дочь и бежать, потому что ты уйдешь из этого дома с дочкой на руках и с одним чемоданом… А я… Я стану женой Павла и хозяйкой этого дома!
– Что, прости?! – переспрашиваю в шоке, не веря своим ушам.
- То. Катя. Твой муж вот уже год как встречается со мной, – выдает с улыбочкой сестра, - и… есть еще кое-что… ты должна это знать.
Обескураживает, а у меня перед глазами темнеет просто.
– Что еще?! – задаю вопрос в полном шоке.
- Я жду ребенка от Павла, – будто бы выстреливает в меня правдой сестра, и… у меня перед глазами все плыть начинает.
– Да. Не бледней ты так, Кать. Просто… у нас с Павлом страсть… Закрутилось все…
– Прекрати!
– Ну… это еще не все…
– Не все? – переспрашиваю ошалело.
Сестра буквально впечатывает в меня еще одно откровение:
– Я сына жду, сестренка... Сына, которого ты никогда Павлу родить не сможешь.
Выдает тайну, которую знал только мой муж улыбаясь:
-Я вообще рекомендую тебе взять дочь и бежать, потому что ты уйдешь из этого дома с дочкой на руках и с одним чемоданом… А я… Я стану женой Павла и хозяйкой этого дома!
– Яна... подожди, я всё объясню... – голос мужа звучал жалко, будто это могло что-то изменить.
Но я смотрела не на него. Передо мной стояла она. В дорогом платье, в дорогих туфлях. С такой самодовольной улыбкой, что мне захотелось рассмеяться.
– Объяснишь? – я подняла руку, останавливая его. – Она сама объяснит. Ведь она здесь явно не впервые.
Девушка чуть приподняла брови, но вместо смущения в её глазах загорелся интерес.
– Лена, – спокойно представилась. – И да, я здесь не в первый раз.
– А наглости у тебя, Лена, – я улыбнулась, – хватит на целую армию. Значит, решила, что можно так просто влезть в чужую жизнь?
– В чужую? – Лена сделала вид, что удивлена. – Ваш брак давно мёртв. Артём же не от хорошей жизни...
– Артём? – я повернулась к мужу, который молчал, будто его парализовало. – Она за тебя тоже будет говорить?
Тишина.
– Значит так, – я обратилась к Лене.
Но я смотрела не на него. Передо мной стояла она. В дорогом платье, в дорогих туфлях. С такой самодовольной улыбкой, что мне захотелось рассмеяться.
– Объяснишь? – я подняла руку, останавливая его. – Она сама объяснит. Ведь она здесь явно не впервые.
Девушка чуть приподняла брови, но вместо смущения в её глазах загорелся интерес.
– Лена, – спокойно представилась. – И да, я здесь не в первый раз.
– А наглости у тебя, Лена, – я улыбнулась, – хватит на целую армию. Значит, решила, что можно так просто влезть в чужую жизнь?
– В чужую? – Лена сделала вид, что удивлена. – Ваш брак давно мёртв. Артём же не от хорошей жизни...
– Артём? – я повернулась к мужу, который молчал, будто его парализовало. – Она за тебя тоже будет говорить?
Тишина.
– Значит так, – я обратилась к Лене.
– Я не стану принимать в своём доме твою любовницу, Кирилл!
– Это не только твой дом, дорогая, но и мой. Так что тебе придётся принять в нём моего сына и его мать. И постарайся быть дружелюбной и приветливой. Не позорь меня.
– Ты не посмеешь. – я обняла себя за плечи и замотала головой. – Не посмеешь!
– Сергей – мой сын, а Ольга бывшая жена, и значит там тоже моя семья, Марго. Вы обе матери моих детей, мои женщины. – Кир снисходительно похлопал меня по плечу. – Я считаю, что пришло время вам познакомиться и подружиться.
– Это не только твой дом, дорогая, но и мой. Так что тебе придётся принять в нём моего сына и его мать. И постарайся быть дружелюбной и приветливой. Не позорь меня.
– Ты не посмеешь. – я обняла себя за плечи и замотала головой. – Не посмеешь!
– Сергей – мой сын, а Ольга бывшая жена, и значит там тоже моя семья, Марго. Вы обе матери моих детей, мои женщины. – Кир снисходительно похлопал меня по плечу. – Я считаю, что пришло время вам познакомиться и подружиться.
– Нам все нравится. А здесь у вас что? – раздалось за спиной, и это услышала не только я.
Женя резко повернулся в мою сторону, и наши глаза встретились. Муж оттолкнул Анастасию и начал застегивать рубашку, направляясь ко мне.
– А это у нас хозяин. Женя, – плача обратилась к мужу. – Тут пришли квартиру посмотреть. Что же, моя миссия на этом закончена, – я развернулась, чтобы уйти, но тяжелые руки опустились на мой живот.
– Яна, это не то, что ты думаешь, – виновато проговорил муж, отчаянно дыша за спиной.
– Молчи, мне не нужны твои оправдания.
– Пожалуйста, то, что ты увидела… Я не знаю, как так получилось. Это ошибка, – прошептал вымученно, и по моему телу прокатилась дрожь.
– Ошибкой было согласиться на свидание с тобой, выйти замуж и решить родить. Между нами все кончено.
– Что тут происходит? – голос Лидии прорезал напряженный диалог.
– Мы с вами стали свидетелями того, как мне изменяет муж.
– Вот козел! Саша, пошли. Мы не будем покупать эту квартиру.
– Ну, мужик, ты дал…
Женя резко повернулся в мою сторону, и наши глаза встретились. Муж оттолкнул Анастасию и начал застегивать рубашку, направляясь ко мне.
– А это у нас хозяин. Женя, – плача обратилась к мужу. – Тут пришли квартиру посмотреть. Что же, моя миссия на этом закончена, – я развернулась, чтобы уйти, но тяжелые руки опустились на мой живот.
– Яна, это не то, что ты думаешь, – виновато проговорил муж, отчаянно дыша за спиной.
– Молчи, мне не нужны твои оправдания.
– Пожалуйста, то, что ты увидела… Я не знаю, как так получилось. Это ошибка, – прошептал вымученно, и по моему телу прокатилась дрожь.
– Ошибкой было согласиться на свидание с тобой, выйти замуж и решить родить. Между нами все кончено.
– Что тут происходит? – голос Лидии прорезал напряженный диалог.
– Мы с вами стали свидетелями того, как мне изменяет муж.
– Вот козел! Саша, пошли. Мы не будем покупать эту квартиру.
– Ну, мужик, ты дал…
— Разговор вообще не в то русло перетёк, — пробормотал муж. — Какой бы ни была Эля, она ждёт моего ребёнка, и я его никогда не брошу.
— А Артём и Настя не твои? — спросила я. — Их можно бросать?
Миша дёрнулся словно от пощёчины, лицо его пошло красными пятнами.
— Они тоже мои. Я во всём буду им помогать. Дом я оставлю вам. Я продолжу платить за их обучение в гимназии и спортивную секцию Артёма.
Взяв чемодан, Миша направился к выходу. В пылу ссоры мы не слышали подъехавшего автомобиля, и вот теперь дети столкнулись в дверях с уходящим из дома отцом.
— Па-а-ап, — удивлённо протянул Артём, держа под мышкой футбольный мяч. — А ты опять в командировку, что ли?
— Не совсем, — замялся Миша. — Тём, Насть, — он потрепал сына по вихрам, поцеловал дочь в макушку, — я поживу немного отдельно.
— А Артём и Настя не твои? — спросила я. — Их можно бросать?
Миша дёрнулся словно от пощёчины, лицо его пошло красными пятнами.
— Они тоже мои. Я во всём буду им помогать. Дом я оставлю вам. Я продолжу платить за их обучение в гимназии и спортивную секцию Артёма.
Взяв чемодан, Миша направился к выходу. В пылу ссоры мы не слышали подъехавшего автомобиля, и вот теперь дети столкнулись в дверях с уходящим из дома отцом.
— Па-а-ап, — удивлённо протянул Артём, держа под мышкой футбольный мяч. — А ты опять в командировку, что ли?
— Не совсем, — замялся Миша. — Тём, Насть, — он потрепал сына по вихрам, поцеловал дочь в макушку, — я поживу немного отдельно.
- Ты мне на-до-е-ла... - по слогам, не торопясь, выговаривает муж, с которым я прожила двадцать лет.
А я всё никак не могу уложить это в своей голове. И это, и все его поступки, которые кажутся мне дичью.
Нет! Не кажутся! Они и есть - дичь!
- Паш... Ты в своем уме вообще? Ты развелся со мной за моей спиной, оставил меня без ничего. Даже одежду мне всю не отдал!
- Лида, солнышко... На всё, что у тебя есть и было, заработал я. И я решил, что пришло время тебе стать взрослой. И самой позаботиться о себе.
Он не шутит... Он вполне серьёзен...
Но мне тоже есть, что сказать.
- Запомни, зайчик мой, когда ты приползёшь ко мне на пузе и будешь умолять меня вернуться - а это обязательно случится, поверь мне - я плюну тебе в лицо. Клянусь - так и сделаю!
Разговаривать больше не о чем.
И я роняю с вызовом:
- Пока!
А я всё никак не могу уложить это в своей голове. И это, и все его поступки, которые кажутся мне дичью.
Нет! Не кажутся! Они и есть - дичь!
- Паш... Ты в своем уме вообще? Ты развелся со мной за моей спиной, оставил меня без ничего. Даже одежду мне всю не отдал!
- Лида, солнышко... На всё, что у тебя есть и было, заработал я. И я решил, что пришло время тебе стать взрослой. И самой позаботиться о себе.
Он не шутит... Он вполне серьёзен...
Но мне тоже есть, что сказать.
- Запомни, зайчик мой, когда ты приползёшь ко мне на пузе и будешь умолять меня вернуться - а это обязательно случится, поверь мне - я плюну тебе в лицо. Клянусь - так и сделаю!
Разговаривать больше не о чем.
И я роняю с вызовом:
- Пока!
— О, Зоя Виталиевна… Какая встреча, — её голос звучит бархатно, с лёгкой ноткой превосходства.
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Мне становится дурно.
Я сглатываю, но не отвожу взгляда.
Марина скользит по мне оценивающим взглядом и чуть склоняет голову.
— Вы к мужу?
Я чувствую, как что-то внутри меня сжимается.
Мне хочется ударить её. Стереть с её лица это довольное выражение.
Но я не могу.
Я прокурорская жена.
Я научилась терпеть.
Поэтому я лишь ровно смотрю ей в глаза и говорю:
— Да.
Она усмехается ещё шире.
— Что ж… Надеюсь, ваш разговор будет продуктивным.
И, чуть замедлив шаг, проходит мимо.
Я слышу её каблуки, слышу, как хлопает дверь...
Выберите полку для книги