Книги по тегу «ребенок»: ""
Я попала в другой мир и сходу угодила на собственную свадьбу.
Теперь у меня есть муж, который до сих пор не может забыть свою первую жену и падчерица похожая на ангелочка, невзлюбившая меня с первого взгляда.
Моё сердце тянется к этим двоим с непреодолимой силой, муж всё чаще смотрит так, словно видит во мне кого-то другого, а его дочь уверена — её мама жива, а значит я обязательно выясню, какие тайны скрывает прошлое каждого из нас.
Теперь у меня есть муж, который до сих пор не может забыть свою первую жену и падчерица похожая на ангелочка, невзлюбившая меня с первого взгляда.
Моё сердце тянется к этим двоим с непреодолимой силой, муж всё чаще смотрит так, словно видит во мне кого-то другого, а его дочь уверена — её мама жива, а значит я обязательно выясню, какие тайны скрывает прошлое каждого из нас.
Голова кружилась. От падения, от стыда, от этого пьянящего, запретного напряжения. Разум кричал, что это безумие. Но отчаяние и вихрь эмоций оказались сильнее.
- Константин Андреевич, - тихо позвала я.
Он облизывал взглядом вырез моей блузки, а я рассматривала его подрагивающие ресницы. Мысли куда-то утекали, и я почти забыла о чем мы говорили. Попыталась вдохнуть, чтоб собрать разбегающиеся слова в предложение. Врожденная ответственность помогла собраться. Правда не совсем так, как хотелось.
- Ммм, - промычал босс, не отрываясь от своего занятия.
Это в конец отрезвило меня. А плевать, была не была!
- Женись на мне, босс! - выпалила я, сама не веря, что произнесла это. Быстро, на одном дыхании.
Он не засмеялся. Не оттолкнул. Не спросил «Что?». Вообще никакой реакции. Секунда, другая…
- Согласен, - выдохнул он наконец.
И прежде чем я успела осознать, его губы грубо и властно обрушились на мои.
- Константин Андреевич, - тихо позвала я.
Он облизывал взглядом вырез моей блузки, а я рассматривала его подрагивающие ресницы. Мысли куда-то утекали, и я почти забыла о чем мы говорили. Попыталась вдохнуть, чтоб собрать разбегающиеся слова в предложение. Врожденная ответственность помогла собраться. Правда не совсем так, как хотелось.
- Ммм, - промычал босс, не отрываясь от своего занятия.
Это в конец отрезвило меня. А плевать, была не была!
- Женись на мне, босс! - выпалила я, сама не веря, что произнесла это. Быстро, на одном дыхании.
Он не засмеялся. Не оттолкнул. Не спросил «Что?». Вообще никакой реакции. Секунда, другая…
- Согласен, - выдохнул он наконец.
И прежде чем я успела осознать, его губы грубо и властно обрушились на мои.
Я уехала в другой город, чтобы пережить предательство и начать всё с чистого листа. Построила новую жизнь, кирпичик за кирпичиком, научилась спать по ночам без мыслей о нём, перестала винить себя в случившемся с нами много лет назад. И вырастила наше чудо — сына, чьи глаза с каждым годом всё больше напоминают его. Того самого мужчину, который так и не узнал, что стал отцом.
Но прошлое не стирается. Оно ждёт. И теперь оно стучится в мою дверь, требуя правду, которую я больше не в силах держать под замком.
Смогу ли я, обжёгшись однажды до пепла, снова разжечь в себе искру доверия? И сможет ли он, опоздавший на целую жизнь, доказать, что достоин не только прощения, но и второго шанса?
Но прошлое не стирается. Оно ждёт. И теперь оно стучится в мою дверь, требуя правду, которую я больше не в силах держать под замком.
Смогу ли я, обжёгшись однажды до пепла, снова разжечь в себе искру доверия? И сможет ли он, опоздавший на целую жизнь, доказать, что достоин не только прощения, но и второго шанса?
— Слушай сюда, жертва гламура! Правила здесь устанавливаю я. Я говорю — ты делаешь. Быстро и четко. Без обсуждений, торгов и истерик.
— Ты не посмеешь! Знаешь, кто мой отец?
— Знаю. Именно он велел за три месяца сделать из тебя человека. И я сделаю.
Меня, Веронику Воронову, дочь депутата и звезду ночных клубов, сослали на исправработы в глухую деревню. Мой наставник — бывший офицер СОБРа. Угрюмый вдовец с глазами цвета штормящего моря и характером терминатора.
Он не смотрит на меня как на девушку. Для него я лишь ходячая проблема.
Но Вероника Воронова не сдается! Этот бездушный робот через пару недель будет мне тапки носить!
Вот только перевоспитываться мы начали оба. И теперь страшно подумать, чем это может закончиться…
— Ты не посмеешь! Знаешь, кто мой отец?
— Знаю. Именно он велел за три месяца сделать из тебя человека. И я сделаю.
Меня, Веронику Воронову, дочь депутата и звезду ночных клубов, сослали на исправработы в глухую деревню. Мой наставник — бывший офицер СОБРа. Угрюмый вдовец с глазами цвета штормящего моря и характером терминатора.
Он не смотрит на меня как на девушку. Для него я лишь ходячая проблема.
Но Вероника Воронова не сдается! Этот бездушный робот через пару недель будет мне тапки носить!
Вот только перевоспитываться мы начали оба. И теперь страшно подумать, чем это может закончиться…
Вы думаете, пятилетний ребёнок ничего не помнит?
Она помнит всё.
Свою смерть. Десять лет в палате с розовыми стенами. Руки медсестры, которая поднесла к губам стакан с ядом. И лицо мачехи — той, что назвалась новой мамой.
Теперь время пошло вспять. Ей снова пять. А внизу уже ждут камеры, телеведущая и та самая женщина с идеальной улыбкой.
В прошлой жизни Лили была жертвой.
В этой — она приготовила ловушку.
Сегодня не будет просьб о пощаде.
Сегодня будет шах и мат.
Она помнит всё.
Свою смерть. Десять лет в палате с розовыми стенами. Руки медсестры, которая поднесла к губам стакан с ядом. И лицо мачехи — той, что назвалась новой мамой.
Теперь время пошло вспять. Ей снова пять. А внизу уже ждут камеры, телеведущая и та самая женщина с идеальной улыбкой.
В прошлой жизни Лили была жертвой.
В этой — она приготовила ловушку.
Сегодня не будет просьб о пощаде.
Сегодня будет шах и мат.
Предательство - это всегда больно! Особенно, когда предали и забраковали, не только тебя! И особенно, когда, с помощью предательства, хотят провернуть махинации, которые, в бОльшей степени, отразятся на вашей, с ребёнком, жизни.
Когда предательство, как предательство, не в чистом виде, а совершается продуманно и с определённой целью. А ты здесь - пешка. Пешка, которой пожертвовать, не жаль!
Её променяли на более выгодную другую. И этот "обмен" грозит потерей стабильного "куска хлеба".
Единственное спасение - переиграть предателя! Поломать подлецам малину.
Причём, это тоже не месть, чтоб в чистом виде! Она, всего лишь, старается приспособиться! Пытается выплыть! Она, всё это, ради ребёнка! Ну и, немного, ради себя.
При таком раскладе, можно закрыть глаза на некоторые компромиссы. Можно взять в союзники того, кто вызывает отврат!
Можно! Ради ребёнка, можно!
А месть подлецу - всего лишь, маленький бонус. Она - не мелочная! И она себя уважает! Она не собиралась мстить, чтобы мстить!
Когда предательство, как предательство, не в чистом виде, а совершается продуманно и с определённой целью. А ты здесь - пешка. Пешка, которой пожертвовать, не жаль!
Её променяли на более выгодную другую. И этот "обмен" грозит потерей стабильного "куска хлеба".
Единственное спасение - переиграть предателя! Поломать подлецам малину.
Причём, это тоже не месть, чтоб в чистом виде! Она, всего лишь, старается приспособиться! Пытается выплыть! Она, всё это, ради ребёнка! Ну и, немного, ради себя.
При таком раскладе, можно закрыть глаза на некоторые компромиссы. Можно взять в союзники того, кто вызывает отврат!
Можно! Ради ребёнка, можно!
А месть подлецу - всего лишь, маленький бонус. Она - не мелочная! И она себя уважает! Она не собиралась мстить, чтобы мстить!
Что делать, когда любимый уходит?
Отпустить или умолять остаться?
Я отпустила... Уйдя в сторону, чтобы собрать себя по частицам, и вновь возродиться из пепла.
Моя первая школьная любовь оставила после себя кровавый след, разбитое на осколки сердце и мою путеводную звезду – сына.
И что делать, когда он вновь появляется теперь уже в наших жизнях?
Простить или оставить всё как есть?
Отпустить или умолять остаться?
Я отпустила... Уйдя в сторону, чтобы собрать себя по частицам, и вновь возродиться из пепла.
Моя первая школьная любовь оставила после себя кровавый след, разбитое на осколки сердце и мою путеводную звезду – сына.
И что делать, когда он вновь появляется теперь уже в наших жизнях?
Простить или оставить всё как есть?
Курортный роман был прекрасен. Он врал, что свободен, я — что предохраняюсь. Мы расстались, чтобы никогда больше не встретиться. Я растила дочь, он мелькал на страницах новостей. Всё шло своим чередом, пока однажды он не появился в клинике, где я работаю, а его невеста не попросила о небольшой услуге.
Я поклялась отомстить тому, кто виновен в гибели всего моего клана, включая мать. Но кто же знал, что судьба повернется таким образом. Я спасла от смерти маленького волчонка, который оказался внуком моего врага. Теперь заботиться об этом чуде, мне важнее, чем все остальное. К тому же его объявившийся отец опасен! Главное — не убить друг друга и сохранить свое, неготовое к такому повороту, сердце.
— Добро пожаловать в отель «Примавера», — на автомате лепечу я, и Руслан все-таки оборачивается, притормозив.
Сердце пропускает удар. Узнает?
Увы, нет.
Этот человек меня точно не узнал. Да и в ту самую нашу единственную ночь он меня не запомнил. А когда-то я мечтала, что между нами все непременно будет, какая же я дура! Руслан просто кивает мне, ничего не говорит. И только он уходит, я прошу меня подменить и бегу к себе, будто за мной кто-то гонится.
— Иди ко мне… — зову малышку, за которой присматривает подруга. Аленка опускается на четвереньки и ползет с радостным визгом. А я подхватываю и обнимаю дочь, что впервые за всю жизнь оказалась так близко к своему отцу .
Сердце пропускает удар. Узнает?
Увы, нет.
Этот человек меня точно не узнал. Да и в ту самую нашу единственную ночь он меня не запомнил. А когда-то я мечтала, что между нами все непременно будет, какая же я дура! Руслан просто кивает мне, ничего не говорит. И только он уходит, я прошу меня подменить и бегу к себе, будто за мной кто-то гонится.
— Иди ко мне… — зову малышку, за которой присматривает подруга. Аленка опускается на четвереньки и ползет с радостным визгом. А я подхватываю и обнимаю дочь, что впервые за всю жизнь оказалась так близко к своему отцу .
Выберите полку для книги