Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
Я должна ненавидеть его, потому что это его компания загнала мою семью в долги. А он должен держаться подальше от долговой нищей девчонки, ещё и землянки. Но когда у него запускается драксенитский инстинкт размножения, ненависть - последнее, о чем нам приходится думать...
Элеонора Малиновская приехала в элитный посёлок «Изумрудный бор», чтобы сбежать от прошлого. У неё были простые планы: работать фитнес-тренером, не лезть в чужие скандалы и делать вид, что её не интересуют местные сплетни. Но, как выяснилось, в этом месте невозможно просто жить. Здесь нужно выживать.
У Эли появляются четыре поклонника: гениальный айтишник, который дарит умные браслеты вместо цветов; пластический хирург, считающий её «неогранённым алмазом»; красавчик-теннисист с пустотой в глазах; и… Марк Соколовский. Владелец посёлка. Женатый. Влиятельный. Тот, кого местные называют королём.
Один неосторожный поцелуй — и жизнь Эли превращается в поле боя. Шантаж, интриги, поддельные контракты и война, в которой каждый сам за себя. Но Элеонора не из тех, кто сдаётся. Даже если для победы придётся переиграть всех — включая саму себя.
У Эли появляются четыре поклонника: гениальный айтишник, который дарит умные браслеты вместо цветов; пластический хирург, считающий её «неогранённым алмазом»; красавчик-теннисист с пустотой в глазах; и… Марк Соколовский. Владелец посёлка. Женатый. Влиятельный. Тот, кого местные называют королём.
Один неосторожный поцелуй — и жизнь Эли превращается в поле боя. Шантаж, интриги, поддельные контракты и война, в которой каждый сам за себя. Но Элеонора не из тех, кто сдаётся. Даже если для победы придётся переиграть всех — включая саму себя.
Я собиралась отпраздновать годовщину свадьбы ролевой игрой с мужем, а вместо этого застала его с любовницей. А потом… решила отомстить. По-своему.
***
— Ты точно по адресу? — спросил незнакомец низким бархатистым голосом. — Потому что мне нужна горничная, которая не просто вытирает пыль.
Я чуть склонила голову набок и ответила:
— Обслуживание по высшему разряду. Но только сегодня.
Он усмехнулся и отстранился от двери, освобождая проход. Жест был простым и одновременно красноречивым — он приглашал меня войти, но оставлял право выбора. Никакого давления. Никакого принуждения.
— Тогда прошу, — произнес он и кивком указал в глубину номера.
***
— Ты точно по адресу? — спросил незнакомец низким бархатистым голосом. — Потому что мне нужна горничная, которая не просто вытирает пыль.
Я чуть склонила голову набок и ответила:
— Обслуживание по высшему разряду. Но только сегодня.
Он усмехнулся и отстранился от двери, освобождая проход. Жест был простым и одновременно красноречивым — он приглашал меня войти, но оставлял право выбора. Никакого давления. Никакого принуждения.
— Тогда прошу, — произнес он и кивком указал в глубину номера.
После неудачного ритуала я, ведьма, вынуждена жить под одной крышей с инквизитором!
Он деспотичный, непреклонный и ненавидит темных ведьм. В особенности - таких бедовых и своенравных, как я. Но хуже вынужденного союза с несносным святошей могут только пробудившиеся к нему чувства.
Ведьма и инквизитор вместе? Жди беды!
Он деспотичный, непреклонный и ненавидит темных ведьм. В особенности - таких бедовых и своенравных, как я. Но хуже вынужденного союза с несносным святошей могут только пробудившиеся к нему чувства.
Ведьма и инквизитор вместе? Жди беды!
— Ты считаешь, что взрослость заключается только в том, чтобы делать то, что тебе хочется?
— А по-вашему, я должна выполнять приказы и молчать в тряпочку?
Он закрыл папку и откинулся на спинку стула.
— В моем доме действуют правила.
Вот оно. Мой дом, мои правила, мое решение. Все мое и мы его. Я слышала это столько раз, что могла бы продолжить за него. Зачем ему напрягаться? Каждый раз одна и та же точка в разговоре, после которой от меня ожидалось, что я замолчу.
— А если я не согласна?
— А по-вашему, я должна выполнять приказы и молчать в тряпочку?
Он закрыл папку и откинулся на спинку стула.
— В моем доме действуют правила.
Вот оно. Мой дом, мои правила, мое решение. Все мое и мы его. Я слышала это столько раз, что могла бы продолжить за него. Зачем ему напрягаться? Каждый раз одна и та же точка в разговоре, после которой от меня ожидалось, что я замолчу.
— А если я не согласна?
После сложного расставания Лика прячет тело под бесформенной одеждой и заранее уверена: такая женщина никому не нужна. Один вечер в клубе сводит её с тремя мужчинами — властным Демьяном, спокойным Марком и самоуверенным Львом, рядом с которыми она снова чувствует себя живой и желанной. Но кого подпустить ближе, если каждый хочет продолжения, а ошибка может снова лишить Лику права решать, какой ей быть?
"...Разразился гром автоматной очереди, пули летели в разные стороны и, конечно... в меня, когда я почувствовал очередной выстрел в спину, я отключился..."
Мой брак стал адом. Я получила мужа-тирана, которому не могла сказать ни слова против. Для него я просто мать будущего наследника.
Казалось, выхода нет. Но… появился тот, о ком я и не мечтала.
Он дал мне шанс на будущее и любовь…
В тексте есть: развод, измена и новая жизнь, властный герой, драконы, сильные чувства, сильный герой, предательство, беременная героиня, интриги и тайны
Однотомник.
Цикл связан темой и героями. Можно читать отдельно.
Большое спасибо за поддержку Звездами и Библиотеками!
Казалось, выхода нет. Но… появился тот, о ком я и не мечтала.
Он дал мне шанс на будущее и любовь…
В тексте есть: развод, измена и новая жизнь, властный герой, драконы, сильные чувства, сильный герой, предательство, беременная героиня, интриги и тайны
Однотомник.
Цикл связан темой и героями. Можно читать отдельно.
Большое спасибо за поддержку Звездами и Библиотеками!
«Жены моряков неверны» — так считал Паша. Пока не встретил Дашу. Ей нужно жилье, ему — хозяйка в квартире на время рейсов. Обычная сделка без чувств. Но искра между ними рушит все правила. Сможет ли он довериться, а она — стать его мечтой? Роман о любви, сильнее штормов и предрассудков.
Мне тридцать, я медсестра с десятилетним стажем, фигурой Oversize, и у меня только что сорвался с рук вишнёвый пирог. Прямо в лицо любовнице моего Серёжи. Вернее, силиконовой кукле с наклеенными ресницами. Но это уже детали.
Семь лет я варила борщи, гладила рубашки и ждала, когда он скажет: «Выходи за меня». Он не сказал. Зато сказал: «Марта, ты не так всё поняла».
А что здесь можно понять не так? Что он вызвал работницу из клининговой службы, но она по ошибке, вместо того, чтобы натирать полы, решила натереть до блеска его яйца?
Поняла я всё правильно. Просто слишком поздно.
Лучшая подруга сказала: «Нас бьют — мы летаем». И потащила меня в клуб. Впервые за десять лет. Туда, где темно, громко и всем плевать, кто ты и сколько весишь. В платье с разрезом до бедра. С коктейлями, которые я не считала. А дальше — незнакомец с широкими плечами, отель, шампанское и ночь, которую я не помню.
Но шутница-судьба заставит всё вспомнить.
Семь лет я варила борщи, гладила рубашки и ждала, когда он скажет: «Выходи за меня». Он не сказал. Зато сказал: «Марта, ты не так всё поняла».
А что здесь можно понять не так? Что он вызвал работницу из клининговой службы, но она по ошибке, вместо того, чтобы натирать полы, решила натереть до блеска его яйца?
Поняла я всё правильно. Просто слишком поздно.
Лучшая подруга сказала: «Нас бьют — мы летаем». И потащила меня в клуб. Впервые за десять лет. Туда, где темно, громко и всем плевать, кто ты и сколько весишь. В платье с разрезом до бедра. С коктейлями, которые я не считала. А дальше — незнакомец с широкими плечами, отель, шампанское и ночь, которую я не помню.
Но шутница-судьба заставит всё вспомнить.
Выберите полку для книги