Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Детка, я тоже хочу, чтобы ты его бросила… бесит, что надо делить тебя с кем-то, — внутри все холодеет, когда я узнаю голос собственного мужа.
— Я работаю над этим… Ты же знаешь, у нас с Вершининым брачный контакт. Если я разведусь, то получу какие-то гроши, а мне нужна половина всего, — томно отвечает жена его партнера по бизнесу.
— И как ты собираешься это сделать?
— Мой муженек — доверчивый лох. У меня есть способ. Лучше скажи, почему ты не разводишься? Брачного контракта у вас с женой нет, брось ее и все.
— Тогда этой клуше достанется половина всего, что у меня есть! Я этого не допущу.
— Хочешь ее убить?
— Ну… как вариант. Смерть дешевле развода, — цинично отвечает мой муж.
Хм…клуша, доверчивый лох. Не зря говорят — нет большей беды, чем недооценить противника. Посмотрим, кто из нас будет смеяться последним.
Другие книги цикла "Сладкая месть:
"Развод. Сливки мести" https://litmarket.ru/books/razvod-slivki-mesti
"Грязный секрет моего мужа" https://litmarket.ru/
— Я работаю над этим… Ты же знаешь, у нас с Вершининым брачный контакт. Если я разведусь, то получу какие-то гроши, а мне нужна половина всего, — томно отвечает жена его партнера по бизнесу.
— И как ты собираешься это сделать?
— Мой муженек — доверчивый лох. У меня есть способ. Лучше скажи, почему ты не разводишься? Брачного контракта у вас с женой нет, брось ее и все.
— Тогда этой клуше достанется половина всего, что у меня есть! Я этого не допущу.
— Хочешь ее убить?
— Ну… как вариант. Смерть дешевле развода, — цинично отвечает мой муж.
Хм…клуша, доверчивый лох. Не зря говорят — нет большей беды, чем недооценить противника. Посмотрим, кто из нас будет смеяться последним.
Другие книги цикла "Сладкая месть:
"Развод. Сливки мести" https://litmarket.ru/books/razvod-slivki-mesti
"Грязный секрет моего мужа" https://litmarket.ru/
Моя жизнь разделилась на до и после во время презентации нового отеля. Мой босс поверил фейкам, и меня уволили, мой муж не захотел меня слушать. Но я намерена добраться до правды, чтобы восстановить деловую репутацию и доказать мужу, что никогда не изменяла ему.
– Лена, это что такое сейчас было? – с явным упреком в голосе спрашивает Лев.
– Меня кто-то подставил. Я тебе никогда не изменяла.
– Лгунья! – муж восклицает так громко, что привлекает к нам дополнительное внимание. – Все видели мой позор.
– Лена, это что такое сейчас было? – с явным упреком в голосе спрашивает Лев.
– Меня кто-то подставил. Я тебе никогда не изменяла.
– Лгунья! – муж восклицает так громко, что привлекает к нам дополнительное внимание. – Все видели мой позор.
Адель проходила мимо служебного коридора, когда услышала голос своего мужа. Она осторожно заглянула за угол и тут же отпрянула обратно за стену, подслушивая интимный разговор.
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
В годовщину свадьбы я узнаю, что у мужа есть другая женщина, и она ждет
ребёнка. Предательство разрушает всё, во что я так верила...
Но вскоре становится ясно, что измена —лишь начало опасной игры, в которой замешаны...
Мне предстоит узнать, кто мой настоящий враг, а кто —единственная надежда на спасение…
***
— Даша, у меня появилась другая. И она… беременна.
— Ну-ка, повтори, дорогой.
— У меня есть другая женщина. Вероника. Мы вместе… несколько месяцев. Она ждёт от меня ребёнка.
Мы почти два года пытались.
Всевозможные врачи и процедуры, как рутина. Надежды, сменяющиеся отчаянием, и все по новой.
Он держал меня за руку, когда я плакала после очередного отрицательного теста.
Он обнимал, говорил: "Ничего, любимая. Значит, пока не время."
А всё это время…
Негодяй уже строил будущее с ней...
ребёнка. Предательство разрушает всё, во что я так верила...
Но вскоре становится ясно, что измена —лишь начало опасной игры, в которой замешаны...
Мне предстоит узнать, кто мой настоящий враг, а кто —единственная надежда на спасение…
***
— Даша, у меня появилась другая. И она… беременна.
— Ну-ка, повтори, дорогой.
— У меня есть другая женщина. Вероника. Мы вместе… несколько месяцев. Она ждёт от меня ребёнка.
Мы почти два года пытались.
Всевозможные врачи и процедуры, как рутина. Надежды, сменяющиеся отчаянием, и все по новой.
Он держал меня за руку, когда я плакала после очередного отрицательного теста.
Он обнимал, говорил: "Ничего, любимая. Значит, пока не время."
А всё это время…
Негодяй уже строил будущее с ней...
Год учебы в академии мечты прошел впустую, когда грант аннулировали. Казалось бы, хуже некуда. И тут появляется объявление о работе няней с очень привлекательной оплатой. Единственное "но" — он. Циничный, агрессивный, привыкший ломать правила. Получится ли выстоять, если границы между ненавистью и интересом сотрутся? Или стану еще одной картой в колоде того, кто привык побеждать? Только отступать уже некуда: игра началась.
— Не смей говорить, что мне делать, — угрожающе прошипел я, подходя ближе. — Не думай, что я позволю тебе это.
— Твой отец… — начала что-то бормотать она, но я не хочу это слушать.
Уперся рукой в стену у ее лица.
Смотрю в ее голубо-зеленые глаза, широкие от ужаса. Вот так-то. Это мне и нужно.
— Плевать мне, что он тебе сказал, — наклонился, почти касаясь носом ее щеки, и добил: — Сам факт твоего дыхания в пяти метрах около меня — унижение.
— Не смей говорить, что мне делать, — угрожающе прошипел я, подходя ближе. — Не думай, что я позволю тебе это.
— Твой отец… — начала что-то бормотать она, но я не хочу это слушать.
Уперся рукой в стену у ее лица.
Смотрю в ее голубо-зеленые глаза, широкие от ужаса. Вот так-то. Это мне и нужно.
— Плевать мне, что он тебе сказал, — наклонился, почти касаясь носом ее щеки, и добил: — Сам факт твоего дыхания в пяти метрах около меня — унижение.
— Доброе утро, Вероника Александровна, — голос Дианы был профессионально приветливым. — Вы сегодня чудесно выглядите.
«Интересно, каково это — смотреть в глаза жене мужчины, с которым ты спишь?»— мелькнуло в моей голове, но я лишь улыбнулась в ответ:
— Спасибо, Диана. Вы тоже, как всегда, безупречны.
Я заметила легкий запах духов — тот самый, который иногда улавливала от Димы. Дорогой, изысканный аромат. Его он тоже оплачивал? Или это был подарок за «особые заслуги»?
— Кстати, — как бы невзначай добавила я, — вы не могли бы зайти ко мне в кабинет через полчаса? Есть вопросы по последнему финансовому отчету.
Лицо Дианы на мгновение напряглось, но она быстро справилась с собой:
— Конечно. Я буду у вас в одиннадцать.
«Боишься, девочка?» — подумала я. — «Правильно делаешь».
«Интересно, каково это — смотреть в глаза жене мужчины, с которым ты спишь?»— мелькнуло в моей голове, но я лишь улыбнулась в ответ:
— Спасибо, Диана. Вы тоже, как всегда, безупречны.
Я заметила легкий запах духов — тот самый, который иногда улавливала от Димы. Дорогой, изысканный аромат. Его он тоже оплачивал? Или это был подарок за «особые заслуги»?
— Кстати, — как бы невзначай добавила я, — вы не могли бы зайти ко мне в кабинет через полчаса? Есть вопросы по последнему финансовому отчету.
Лицо Дианы на мгновение напряглось, но она быстро справилась с собой:
— Конечно. Я буду у вас в одиннадцать.
«Боишься, девочка?» — подумала я. — «Правильно делаешь».
— Пап, а где мам продают? — задает вопрос Василиса, отчего я поперхнулся драником, да так, что слезы из глаз. — Пап?
Дочка пугается, пока я с красной мордой пытаюсь откашляться, а Егор лупит меня по спине кулачками.
— Всё, всё, — отмахиваюсь от сына, восстанавливаю дыхание. — С чего вы вообще эту ерунду придумали?
— Мы спросили бабу Марину, где берут детей, она нам сказала, что в магазине, — невинным голосом сообщает Васька.
— Вот, пап, мы тут скопили, — Егор возвращается из комнаты с коробкой из-под конфет. — Нам бабушки дарили на Новый год, на день рожденья. Тут хватит?
Сын открывает коробку, где лежат купюры по сто рублей, пятьсот, даже две тысячных. И какая-то мелочь.
- Пап, ну что, купишь маму?!
Дочка пугается, пока я с красной мордой пытаюсь откашляться, а Егор лупит меня по спине кулачками.
— Всё, всё, — отмахиваюсь от сына, восстанавливаю дыхание. — С чего вы вообще эту ерунду придумали?
— Мы спросили бабу Марину, где берут детей, она нам сказала, что в магазине, — невинным голосом сообщает Васька.
— Вот, пап, мы тут скопили, — Егор возвращается из комнаты с коробкой из-под конфет. — Нам бабушки дарили на Новый год, на день рожденья. Тут хватит?
Сын открывает коробку, где лежат купюры по сто рублей, пятьсот, даже две тысячных. И какая-то мелочь.
- Пап, ну что, купишь маму?!
Тихонько захожу в приемную и кладу сумочку на диван. Дверь в кабинет нашего семейного психолога приоткрыта, и я на цыпочках крадусь к кофейному аппарату. Уже заношу руку, чтобы нажать на кнопку с надписью “капучино”, как замираю от женского стона.
Такой стон ни с чем не перепутать, и я краснею до кончиков волос.
Может, все-таки померещилось?
Но в следующую секунду глухой мужской рык доказывает, что нифига не померещилось.
Подхожу к двери, чтобы тихо закрыть ее. Только дотрагиваюсь до ручки, как из кабинета слышится голос моего мужа:
— Давай еще разок.
Стою, как вкопанная. Это мне показалось? Да ведь?
***
Я хотела вдохнуть в наш брак новую жизнь и уговорила мужа на сеансы семейной психотерапии. Только вот женщина, которая должна была помочь нам спасти отношения, оказалась любовницей мужа. А он вместо извинений решил отобрать мой бизнес...
Такой стон ни с чем не перепутать, и я краснею до кончиков волос.
Может, все-таки померещилось?
Но в следующую секунду глухой мужской рык доказывает, что нифига не померещилось.
Подхожу к двери, чтобы тихо закрыть ее. Только дотрагиваюсь до ручки, как из кабинета слышится голос моего мужа:
— Давай еще разок.
Стою, как вкопанная. Это мне показалось? Да ведь?
***
Я хотела вдохнуть в наш брак новую жизнь и уговорила мужа на сеансы семейной психотерапии. Только вот женщина, которая должна была помочь нам спасти отношения, оказалась любовницей мужа. А он вместо извинений решил отобрать мой бизнес...
- Ты чего творишь?! - заревел мужик, витиевато выругавшись и потирая ушибленную макушку.
- Это ты что творишь, рвань подзаборная? - я опустила лопату, которой только что приложила его по темечку, а взглядом прошлась по могучей фигуре.
Хорош. Если бы не спутанные, нечёсаные волосы и такая же борода. Ну и амбре, которое разносилось по всему дому. Моему, между прочим.
- Я рвань?! - он уставился на меня ошалело.
- А кто? – упёрла я руки в бока. - Завалился ко мне среди ночи, от тебя разит за версту!
- Я... - он огляделся, убеждаясь, что дом не его, а я покрепче лопату сжала.
Мало ли какие у него намерения... Говорят, новый сосед уже месяц бурогозит после развода. Оно и видно. Рвань и есть. Даже рубашка минимум неделю не стирана. Однако ж, мужской запах всё равно не отвращал... У меня тут уже давно мужиком не пахло. Ровно с тех пор, как муж ушёл к молодой, да ладной.
- Извини, - пробасил виновато и вдруг...
- Это ты что творишь, рвань подзаборная? - я опустила лопату, которой только что приложила его по темечку, а взглядом прошлась по могучей фигуре.
Хорош. Если бы не спутанные, нечёсаные волосы и такая же борода. Ну и амбре, которое разносилось по всему дому. Моему, между прочим.
- Я рвань?! - он уставился на меня ошалело.
- А кто? – упёрла я руки в бока. - Завалился ко мне среди ночи, от тебя разит за версту!
- Я... - он огляделся, убеждаясь, что дом не его, а я покрепче лопату сжала.
Мало ли какие у него намерения... Говорят, новый сосед уже месяц бурогозит после развода. Оно и видно. Рвань и есть. Даже рубашка минимум неделю не стирана. Однако ж, мужской запах всё равно не отвращал... У меня тут уже давно мужиком не пахло. Ровно с тех пор, как муж ушёл к молодой, да ладной.
- Извини, - пробасил виновато и вдруг...
– Подожди… Сейчас… – звякает пряжка ремня, и сердце мое проваливается вниз, в пустоту.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
Выберите полку для книги