Книги по тегу «сильная героиня»: ""
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
Я думала, хуже всего — не знать правду.
Ошибалась.
Хуже всего — услышать её от любимого человека.
— Я не обещал тебе верность, — спокойно говорит муж. — Только комфорт и стабильность. Они у тебя есть.
Всё, во что я верила, рушится за секунду. Дом, семья, любовь. Я ухожу, пытаясь начать заново, но прошлое возвращается ко мне двумя чёткими полосками на тесте.
Что делать, если любовь продолжает причинять боль даже после того, как ты от неё отказалась?
Я думала, хуже всего — не знать правду.
Ошибалась.
Хуже всего — услышать её от любимого человека.
— Я не обещал тебе верность, — спокойно говорит муж. — Только комфорт и стабильность. Они у тебя есть.
Всё, во что я верила, рушится за секунду. Дом, семья, любовь. Я ухожу, пытаясь начать заново, но прошлое возвращается ко мне двумя чёткими полосками на тесте.
Что делать, если любовь продолжает причинять боль даже после того, как ты от неё отказалась?
— Ах, простите, — прижимаю руку к груди в жесте пародийного раскаяния. — В следующий раз, когда ваш ребенок просунет любопытный нос в мой двор и спросит про «вкусняшки», я строго отвечу: «Нет, девочка, извини. Твой папа, похожий на угрюмого викинга, запрещает мне проявлять элементарную человеческую доброту». Так вас устроит?
❤❤❤
Этот мужлан думал, что я буду лепетать извинения. Но после того, как меня вышвырнули из собственной жизни, я решила больше никому не позволять себя унижать. Особенно невыносимому, до зубовного скрежета привлекательному соседу. Он объявил мне войну. Что ж, пекарь на тропе войны — это вам не шутки. Особенно когда на кону моя мечта...
❤❤❤
Этот мужлан думал, что я буду лепетать извинения. Но после того, как меня вышвырнули из собственной жизни, я решила больше никому не позволять себя унижать. Особенно невыносимому, до зубовного скрежета привлекательному соседу. Он объявил мне войну. Что ж, пекарь на тропе войны — это вам не шутки. Особенно когда на кону моя мечта...
— Сколько это длится?
— Полгода. Ну, может, чуть больше.
Я чувствую, как подкашиваются ноги. Прислоняюсь спиной к дверному косяку. Полгода. Полгода он приходил домой, целовал меня в щёку, ложился в нашу кровать и делал вид, что всё в порядке.
— Ты любишь её?— спрашиваю с дрожью в голосе.
— Маша…— Он недовольно хмурится.
Повторяю:
— Ты любишь её?
— Я люблю тебя. У нас семья, дочь, квартира, общий быт. Девятнадцать лет — это просто… молодость. Красивое тело. Пройдёт и будем жить дальше.
— Полгода. Ну, может, чуть больше.
Я чувствую, как подкашиваются ноги. Прислоняюсь спиной к дверному косяку. Полгода. Полгода он приходил домой, целовал меня в щёку, ложился в нашу кровать и делал вид, что всё в порядке.
— Ты любишь её?— спрашиваю с дрожью в голосе.
— Маша…— Он недовольно хмурится.
Повторяю:
— Ты любишь её?
— Я люблю тебя. У нас семья, дочь, квартира, общий быт. Девятнадцать лет — это просто… молодость. Красивое тело. Пройдёт и будем жить дальше.
Мой муж стоит посреди комнаты и складывает вещи в сумку
— Любимый? Что ты делаешь?
— Ухожу. У меня есть другая женщина. Она беременна, и я переезжаю к ней.
— Но… Ты же говорил, что не хочешь детей? Я десять лет предохранялась, потому что ты не хотел!
— Меня не нужно было спрашивать! Нужно было просто поставить перед фактом. Женщина, не предугадывающая желания мужа никчемна! И не достойна называться женой!
Пока я лежала в больнице, мой благоверный развлекался с любовницей. А еще продал половину дома, который был оформлен на нас двоих. Естественно, без моего согласия.
И вот, в дверь стучится новый сосед — одноклассник, который издевался надо мной все школьные годы.
Думала, хуже быть не может. Но неожиданно он берет надо мной шефство, учит верить в себя и защищает от бывшего. А по ночам пишет кому-то нежные сообщения.
Я не знаю, кто эта женщина. И не догадываюсь, что совсем скоро встречусь с ней лицом к лицу…
— Любимый? Что ты делаешь?
— Ухожу. У меня есть другая женщина. Она беременна, и я переезжаю к ней.
— Но… Ты же говорил, что не хочешь детей? Я десять лет предохранялась, потому что ты не хотел!
— Меня не нужно было спрашивать! Нужно было просто поставить перед фактом. Женщина, не предугадывающая желания мужа никчемна! И не достойна называться женой!
Пока я лежала в больнице, мой благоверный развлекался с любовницей. А еще продал половину дома, который был оформлен на нас двоих. Естественно, без моего согласия.
И вот, в дверь стучится новый сосед — одноклассник, который издевался надо мной все школьные годы.
Думала, хуже быть не может. Но неожиданно он берет надо мной шефство, учит верить в себя и защищает от бывшего. А по ночам пишет кому-то нежные сообщения.
Я не знаю, кто эта женщина. И не догадываюсь, что совсем скоро встречусь с ней лицом к лицу…
— Знаете, что Марк про вас говорит? — шепчет она, заглядывая мне в глаза. — Он говорит, вы — прекрасная старинная ваза. Очень ценная. Раритетная.
Но пыльная.
Она смеётся. Звонко, как колокольчик. Я сжимаю кисть так, что костяшки белеют.
— А я, — продолжает она, — живой цветок. Яркий. Свежий. Настоящий.
— Зачем ты пришла? — перебиваю, борясь с заползающей в душу мерзостью. Голос всё ещё спокоен. Но внутри уже всё горит. Сгорают: двадцать пять лет брака, робкие надежды, иллюзии, вера в то, что мы особенные, что у нас не как у всех. Что мы сможем всё преодолеть и начать заново.
Она медленно лезет в карман кожаной куртки. Достаёт что-то и кладёт на мой рабочий стол. Тест. Две полоски. Яркие, жирные, как пощёчина.
— Видите? — она улыбается. — Я смогу дать ему то, чего вы уже не можете.
Но пыльная.
Она смеётся. Звонко, как колокольчик. Я сжимаю кисть так, что костяшки белеют.
— А я, — продолжает она, — живой цветок. Яркий. Свежий. Настоящий.
— Зачем ты пришла? — перебиваю, борясь с заползающей в душу мерзостью. Голос всё ещё спокоен. Но внутри уже всё горит. Сгорают: двадцать пять лет брака, робкие надежды, иллюзии, вера в то, что мы особенные, что у нас не как у всех. Что мы сможем всё преодолеть и начать заново.
Она медленно лезет в карман кожаной куртки. Достаёт что-то и кладёт на мой рабочий стол. Тест. Две полоски. Яркие, жирные, как пощёчина.
— Видите? — она улыбается. — Я смогу дать ему то, чего вы уже не можете.
❤️🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️🤍❤️
— Сколько ему лет? — спрашивает тот, кто пять лет назад променял меня на другую.
Смотрю в зеркало заднего вида.
В глаза, которые когда-то любила больше жизни.
В глаза человека, который даже не подозревает, что каждое утро его сын спрашивает о папе, а я вынуждена врать, что он скоро вернётся.
— Четыре, — отвечаю, чувствуя, как рушится мой тщательно построенный мир.
Он молчит. Смотрит на пустое детское кресло. Потом снова на меня.
Пять лет я жила без него, убеждая, что прошлое забыто. Но теперь Егор Ларионов снова здесь.
И он явно не собирается исчезать из нашей жизни снова.
— Сколько ему лет? — спрашивает тот, кто пять лет назад променял меня на другую.
Смотрю в зеркало заднего вида.
В глаза, которые когда-то любила больше жизни.
В глаза человека, который даже не подозревает, что каждое утро его сын спрашивает о папе, а я вынуждена врать, что он скоро вернётся.
— Четыре, — отвечаю, чувствуя, как рушится мой тщательно построенный мир.
Он молчит. Смотрит на пустое детское кресло. Потом снова на меня.
Пять лет я жила без него, убеждая, что прошлое забыто. Но теперь Егор Ларионов снова здесь.
И он явно не собирается исчезать из нашей жизни снова.
🩵🤍🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵🤍🩵 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🩵🤍🩵
— Мам, кто этот дядя? Почему он так странно смотрит?
Один вопрос сына — и моё сердце снова замирает, как в тот майский вечер, семь лет назад, когда он ушёл навсегда.
Сегодня я успешная художница. Мои картины — это моя жизнь: материнство, одиночество и любовь, которую я так старательно прятала.
Но один взгляд Даниила на полотно, где изображён мой сын, разрушает тишину, которую я так долго хранила.
Потому что на полотне не просто мой ребёнок.
На полотне — его сын.
Тот, о ком он никогда не знал.
Теперь моё прошлое стоит напротив, требуя ответов.
И я больше не могу убежать.
— Мам, кто этот дядя? Почему он так странно смотрит?
Один вопрос сына — и моё сердце снова замирает, как в тот майский вечер, семь лет назад, когда он ушёл навсегда.
Сегодня я успешная художница. Мои картины — это моя жизнь: материнство, одиночество и любовь, которую я так старательно прятала.
Но один взгляд Даниила на полотно, где изображён мой сын, разрушает тишину, которую я так долго хранила.
Потому что на полотне не просто мой ребёнок.
На полотне — его сын.
Тот, о ком он никогда не знал.
Теперь моё прошлое стоит напротив, требуя ответов.
И я больше не могу убежать.
— Я не буду содержать чужого ребёнка, — сказал он и вычеркнул меня из своей жизни.
Спустя семь лет я организовываю его свадьбу с другой женщиной.
Он богат, жесток и привык получать всё, что хочет.
Он не знает, что маленький мальчик, играющий в соседнем зале, — его сын.
У меня тридцать дней, чтобы не дать ему разрушить нас снова.
Спустя семь лет я организовываю его свадьбу с другой женщиной.
Он богат, жесток и привык получать всё, что хочет.
Он не знает, что маленький мальчик, играющий в соседнем зале, — его сын.
У меня тридцать дней, чтобы не дать ему разрушить нас снова.
🧡💜🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡💜🧡
— Это твоя… дочь? — спрашивает он, и воздух вокруг становится густым и липким.
Да. Моя. И твоя. Но я никогда не скажу этого вслух.
Смотрю в его глаза — стальные, требовательные, полные боли, которую он сам не признаёт.
Он думает, что я украла у него право выбора.
Он не знает, что шесть лет назад у меня его тоже не было.
— Это твоя… дочь? — спрашивает он, и воздух вокруг становится густым и липким.
Да. Моя. И твоя. Но я никогда не скажу этого вслух.
Смотрю в его глаза — стальные, требовательные, полные боли, которую он сам не признаёт.
Он думает, что я украла у него право выбора.
Он не знает, что шесть лет назад у меня его тоже не было.
🧡🩷🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🩷🧡
— А вы чей папа?
Один невинный вопрос, и пять лет моей тщательно построенной жизни рушатся в одно мгновение.
Пять лет назад он уничтожил мою жизнь одной фразой.
Я ушла, не сказав ему о дочерях.
Теперь он стоит передо мной — и я понимаю, мой самый страшный кошмар только начинается.
— А вы чей папа?
Один невинный вопрос, и пять лет моей тщательно построенной жизни рушатся в одно мгновение.
Пять лет назад он уничтожил мою жизнь одной фразой.
Я ушла, не сказав ему о дочерях.
Теперь он стоит передо мной — и я понимаю, мой самый страшный кошмар только начинается.
Выберите полку для книги