Подборка книг по тегу: "сильная героиня"
— Вы к Диме? Он обычно по средам.
У меня похолодели пальцы.
— Простите? — выдохнула я.
— Ну к Димочке, — уточнила она. — Он не часто приезжает. Но по средам — стабильно.
Я стояла с ключом в руке, как дура. Как гостья в собственной жизни.
— Я… — начала я.
Женщина прищурилась.
— А вы кто ему будете?
Я посмотрела на дверь, которую только что открыла.
И поняла: если я сейчас войду, я увижу то, что уже не смогу развидеть.
Я всё-таки толкнула дверь — и услышала изнутри детский голос:
— Пап, ты пришёл?
У меня похолодели пальцы.
— Простите? — выдохнула я.
— Ну к Димочке, — уточнила она. — Он не часто приезжает. Но по средам — стабильно.
Я стояла с ключом в руке, как дура. Как гостья в собственной жизни.
— Я… — начала я.
Женщина прищурилась.
— А вы кто ему будете?
Я посмотрела на дверь, которую только что открыла.
И поняла: если я сейчас войду, я увижу то, что уже не смогу развидеть.
Я всё-таки толкнула дверь — и услышала изнутри детский голос:
— Пап, ты пришёл?
В лифте мы стояли слишком близко. Я чувствовала его запах, и мне хотелось сделать глупость: повернуться, прижаться, забыться. Но я держалась за свою сумку, как за спасательный круг.
— Ты сегодня весь день думала обо мне, — сказал он, глядя на цифры этажей, не на меня.
Я фыркнула.
— Самоуверенно.
Он повернулся. И наконец посмотрел прямо мне в глаза.
— Это не самоуверенность, Нина. Это опыт.
Слово “опыт” в его устах звучало как “я видел таких, как ты, и знаю, где у тебя слабые места”. У меня внутри поднялась злость — и тут же на неё наложилось то самое, противное, сладкое: а если он действительно знает?
— Ты сегодня весь день думала обо мне, — сказал он, глядя на цифры этажей, не на меня.
Я фыркнула.
— Самоуверенно.
Он повернулся. И наконец посмотрел прямо мне в глаза.
— Это не самоуверенность, Нина. Это опыт.
Слово “опыт” в его устах звучало как “я видел таких, как ты, и знаю, где у тебя слабые места”. У меня внутри поднялась злость — и тут же на неё наложилось то самое, противное, сладкое: а если он действительно знает?
— Ты плохая мать, Лена. Холодная карьеристка. Суд отдаст Артема мне, а ты будешь видеть его по праздникам. Если я разрешу.
Слова бывшего мужа прозвучали как приговор. У меня есть деньги, статус и бизнес, но против его связей я бессильна. Мне нужна идеальная картинка. Срочно. Мне нужен муж, который заставит опеку рыдать от умиления.
Я наняла Даниила Воскресенского. Знаменитый актер, циник и любимец женщин. Для него это просто роль за огромный гонорар. Для меня — последний шанс спасти сына. Мы заключили контракт: никаких чувств, только игра на публику. Но Даниил играет слишком талантливо. Мой сын впервые за долгое время улыбается, называя его папой. А я... я начинаю забывать, что обручальное кольцо на моем пальце — всего лишь реквизит.
Мы обманули всех: бывшего, прессу, суд. Но сможем ли мы обмануть самих себя, когда фиктивный брак станет реальнее, чем сама жизнь?
В тексте есть: ❤️ Фиктивный брак ❤️ Ребенок, которому нужен отец ❤️ Сильная героиня и харизматичный актер ❤️ Очень эмоци
Слова бывшего мужа прозвучали как приговор. У меня есть деньги, статус и бизнес, но против его связей я бессильна. Мне нужна идеальная картинка. Срочно. Мне нужен муж, который заставит опеку рыдать от умиления.
Я наняла Даниила Воскресенского. Знаменитый актер, циник и любимец женщин. Для него это просто роль за огромный гонорар. Для меня — последний шанс спасти сына. Мы заключили контракт: никаких чувств, только игра на публику. Но Даниил играет слишком талантливо. Мой сын впервые за долгое время улыбается, называя его папой. А я... я начинаю забывать, что обручальное кольцо на моем пальце — всего лишь реквизит.
Мы обманули всех: бывшего, прессу, суд. Но сможем ли мы обмануть самих себя, когда фиктивный брак станет реальнее, чем сама жизнь?
В тексте есть: ❤️ Фиктивный брак ❤️ Ребенок, которому нужен отец ❤️ Сильная героиня и харизматичный актер ❤️ Очень эмоци
Он — убежище из льда. Она — беглянка из огня. Их спасение друг в друге началось с молчания.
Разочарованный в любви военный хирург Андрей Макаров бежит от прошлого на суровый Север, в дом-крепость, где царят лишь чёткий расчёт и стерильная тишина. Он убеждён: чувства — опасная системная ошибка, а холодный разум — единственная защита.
Марина больше десяти лет прожила в аду домашнего насилия. Её единственная цель — спасти от этого кошмара сына-подростка. В отчаянии она принимает предложение подруги и, рискуя всем, уезжает в далёкий посёлок «Причал» — к незнакомому мужчине с ледяным взглядом.
Их встреча — столкновение двух раненых душ. Они договариваются о правилах, строят стены и живут в одном доме, как в параллельных мирах.
Но Север не терпит хрупких границ. Постепенно, вопреки всем правилам, суровая реальность и вынужденное соседство начинает менять их.
Разочарованный в любви военный хирург Андрей Макаров бежит от прошлого на суровый Север, в дом-крепость, где царят лишь чёткий расчёт и стерильная тишина. Он убеждён: чувства — опасная системная ошибка, а холодный разум — единственная защита.
Марина больше десяти лет прожила в аду домашнего насилия. Её единственная цель — спасти от этого кошмара сына-подростка. В отчаянии она принимает предложение подруги и, рискуя всем, уезжает в далёкий посёлок «Причал» — к незнакомому мужчине с ледяным взглядом.
Их встреча — столкновение двух раненых душ. Они договариваются о правилах, строят стены и живут в одном доме, как в параллельных мирах.
Но Север не терпит хрупких границ. Постепенно, вопреки всем правилам, суровая реальность и вынужденное соседство начинает менять их.
– Инесса, кошечка моя, сегодня не смогу, – говорил мой муж разговаривая с кем-то по видеосвязи.
Экран его ноутбука был повернут ко мне под углом, и я увидела женское лицо.
– Ты меня совсем не хочешь, котик? – протянула она с капризной улыбкой.
Моё сердце сначала остановилось. А потом будто сорвалось с цепи.
– Не говори ерунды, – усмехнулся Рома. – Ты же знаешь, только о тебе думаю.
– А выбираешь жену, а не меня, – сказала она, и в её голосе была не обида, а кокетство.
Рома устало вздохнул.
– Это обстоятельства. Тебе не за чем ревновать. Ты же знаешь… жена и в сравнение с тобой не идёт.
Эти слова вошли в меня, как нож. Я зашла в кабинет и с хлопком закрыла за собой дверь.
– Извини, что прикрываю такой важный разговор, – сказала я спокойно, глядя мужу в глаза. – Но ты можешь иметь в виду… что дома тебя больше не ждут.
Экран его ноутбука был повернут ко мне под углом, и я увидела женское лицо.
– Ты меня совсем не хочешь, котик? – протянула она с капризной улыбкой.
Моё сердце сначала остановилось. А потом будто сорвалось с цепи.
– Не говори ерунды, – усмехнулся Рома. – Ты же знаешь, только о тебе думаю.
– А выбираешь жену, а не меня, – сказала она, и в её голосе была не обида, а кокетство.
Рома устало вздохнул.
– Это обстоятельства. Тебе не за чем ревновать. Ты же знаешь… жена и в сравнение с тобой не идёт.
Эти слова вошли в меня, как нож. Я зашла в кабинет и с хлопком закрыла за собой дверь.
– Извини, что прикрываю такой важный разговор, – сказала я спокойно, глядя мужу в глаза. – Но ты можешь иметь в виду… что дома тебя больше не ждут.
Что делать, если твоя невеста стала водяным духом?
Как сбежать из банды, если ты — дочь её главаря?
Кем ты станешь, если примешь наследие, написанное кровью?
«Пепельные сказки» — это шесть мрачных магических историй, сплетённых из славянских мифов, тёмного фэнтези и вечных вопросов о выборе. Здесь магия требует жертв, предательство носит фамильное имя, а каждый герой стоит на краю — между жизнью и смертью, человеком и чудовищем, холодом и надеждой.
От деревенских легенд до дворцовых интриг, от лесных чащ до ледяных полей — этот сборник окунёт вас в мир, где каждый шаг пропитан магией, а цена ошибки измеряется не золотом, а самой жизнью.
Как сбежать из банды, если ты — дочь её главаря?
Кем ты станешь, если примешь наследие, написанное кровью?
«Пепельные сказки» — это шесть мрачных магических историй, сплетённых из славянских мифов, тёмного фэнтези и вечных вопросов о выборе. Здесь магия требует жертв, предательство носит фамильное имя, а каждый герой стоит на краю — между жизнью и смертью, человеком и чудовищем, холодом и надеждой.
От деревенских легенд до дворцовых интриг, от лесных чащ до ледяных полей — этот сборник окунёт вас в мир, где каждый шаг пропитан магией, а цена ошибки измеряется не золотом, а самой жизнью.
Сквозь сон до меня донесся настойчивый стук в дверь. Глухой, тяжёлый.
Я нехотя открыла глаза. В окно бил резкий утренний свет, а рядом, на подушке, спал Сергей, его лицо в расслабленном состоянии казалось моложе.
Стук повторился, уже более требовательный.
- Кто бы это ни был, чтоб ему… - пробормотал Сергей, уже просыпаясь. Мы встретились сонным взглядом, и оба улыбнулись, словно вспоминая вчерашнее.
— Проспали , — шёпотом пошутила я.
— Мы никуда не спешим, — он потянулся, чтобы поцеловать меня в плечо.
Но стук не утихал. Он превратился в настоящий барабанный бой. Чей-то раздражённый голос, заглушаемый толстой дверью, прорывался внутрь:
— Оль! Ольга, ты там? Открывай!
Холодок пробежал по спине. Этот голос. Я знала его слишком хорошо. Это был Дима.
Паника сковала меня. Я не могла пошевелиться.
— Оля? — Сергей сел на кровати, увидев мое лицо. — Ты в порядке? Кто это?
— Это… это мой муж
Я нехотя открыла глаза. В окно бил резкий утренний свет, а рядом, на подушке, спал Сергей, его лицо в расслабленном состоянии казалось моложе.
Стук повторился, уже более требовательный.
- Кто бы это ни был, чтоб ему… - пробормотал Сергей, уже просыпаясь. Мы встретились сонным взглядом, и оба улыбнулись, словно вспоминая вчерашнее.
— Проспали , — шёпотом пошутила я.
— Мы никуда не спешим, — он потянулся, чтобы поцеловать меня в плечо.
Но стук не утихал. Он превратился в настоящий барабанный бой. Чей-то раздражённый голос, заглушаемый толстой дверью, прорывался внутрь:
— Оль! Ольга, ты там? Открывай!
Холодок пробежал по спине. Этот голос. Я знала его слишком хорошо. Это был Дима.
Паника сковала меня. Я не могла пошевелиться.
— Оля? — Сергей сел на кровати, увидев мое лицо. — Ты в порядке? Кто это?
— Это… это мой муж
Меня убили в день свадьбы. Теперь мой жених — мой единственный союзник в загробной реальности. Ирония? Ещё та. Нас связала кошмарная связь, через которую чувствуем боль друг друга буквально. Мы вынуждены учиться управлять этой силой. Искать нашего общего убийцу. И не поддаваться тому, что прорастает между нами — чему-то живому и опасному, что способно сжечь даже эту загробную реальность дотла.
Я — та самая «пышечка», которую муж не только променял на тощих "цып", но и оскорбил до боли. Но когда я преобразилась, чтобы он навсегда понял, кого потерял, я встретила двоих мужчин, которые ценят настоящих и смелых женщин. С ними начинается новая жизнь — страстная, дерзкая и без компромиссов.
— Жить с этими шрамами или попытаться их залечить. Выбор только за тобой.
Мы сидели в тишине почти час. Каждый молчал о своём. Но вдруг Амелия резко поднялась с места, что-то лихорадочно пытаясь осмыслить. Я вскочил следом и подошёл к ней.
— Всё в порядке?
Девушка без слов поднялась на цыпочки и прошептала «Залечи мои шрамы» прямо мне в губы. Потоком горячего воздуха. Закрыв глаза и ждя чего-то. Не отстраняясь.
Это история по-настоящему сильных подростков, умеющих любить, несмотря ни на что. Они — два травмированных недоразумения, ищущие друг в друге утешение.
Мы сидели в тишине почти час. Каждый молчал о своём. Но вдруг Амелия резко поднялась с места, что-то лихорадочно пытаясь осмыслить. Я вскочил следом и подошёл к ней.
— Всё в порядке?
Девушка без слов поднялась на цыпочки и прошептала «Залечи мои шрамы» прямо мне в губы. Потоком горячего воздуха. Закрыв глаза и ждя чего-то. Не отстраняясь.
Это история по-настоящему сильных подростков, умеющих любить, несмотря ни на что. Они — два травмированных недоразумения, ищущие друг в друге утешение.
Выберите полку для книги