Книги по тегу «сильная героиня»: ""
– Ну ты… типа толстая, – выдал муж, объясняя свой уход от меня. Буднично так, просто за чашечкой чая. – А я строю карьеру нутрициолога, только начал набирать подписчиков... И ты, типа…
– Порчу твой имидж? – договорила я за него, не понимая, как вообще дар речи не потеряла.
– Ну да, типа того… Мира, без обид, – Лёня неловко почесал модно стриженную голову, по которой мне не терпелось треснуть чем-то тяжелым. Собой, судя по всему!
Да уж, не такой «подарочек» от любимого ждет женщина на следующий день после дня рождения…
Я горько усмехнулась, сложив руки на груди. Он еще не догадывается, кого решил обидеть и как долго будет гореть за это в аду.
– Что ж, у меня есть две новости, – сказала я, склонив голову набок.
– Начни с плохой, – устало вздохнул он.
– А с чего ты взял, что для тебя есть хорошая?
✺✳┅♛┅✳✺
«С тобой я никто, без тебя – королева».
– Порчу твой имидж? – договорила я за него, не понимая, как вообще дар речи не потеряла.
– Ну да, типа того… Мира, без обид, – Лёня неловко почесал модно стриженную голову, по которой мне не терпелось треснуть чем-то тяжелым. Собой, судя по всему!
Да уж, не такой «подарочек» от любимого ждет женщина на следующий день после дня рождения…
Я горько усмехнулась, сложив руки на груди. Он еще не догадывается, кого решил обидеть и как долго будет гореть за это в аду.
– Что ж, у меня есть две новости, – сказала я, склонив голову набок.
– Начни с плохой, – устало вздохнул он.
– А с чего ты взял, что для тебя есть хорошая?
✺✳┅♛┅✳✺
«С тобой я никто, без тебя – королева».
Колин - молодой и наивный, лишённый любви и тепла инквизитор, который назначен стоять в карауле в темнице под башней магии...
Кора - молодая и жизнелюбивая ведьма, у которой есть отличный план побега.
В этом плане есть инквизитор. Мыло. И шаровая молния.
Кора - молодая и жизнелюбивая ведьма, у которой есть отличный план побега.
В этом плане есть инквизитор. Мыло. И шаровая молния.
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА! ✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— Максик, ну долго еще? Мне тошно смотреть, как ты её касаешься. От неё вечно несет соляркой и дешевой едой.
— Терпи, котенок. Еще пара подписей — и эта гора жира отправится на свалку. Я два года изображал любовь, чтобы мы могли жить по-королевски. Поверь, мне было противнее, чем тебе.
Я стояла в коридоре, прижимая к груди пакет с его любимыми эклерами, и чувствовала, как внутри меня умирает всё. Мой муж. Моя сестра. Моя жизнь.
Они не просто забирали у меня деньги. Они вырывали мне сердце, пока я, дура, верила в семейное счастье. В ту ночь я не хотела мстить. Я хотела просто исчезнуть, чтобы не слышать их смеха за дверью моей собственной спальни.
— Максик, ну долго еще? Мне тошно смотреть, как ты её касаешься. От неё вечно несет соляркой и дешевой едой.
— Терпи, котенок. Еще пара подписей — и эта гора жира отправится на свалку. Я два года изображал любовь, чтобы мы могли жить по-королевски. Поверь, мне было противнее, чем тебе.
Я стояла в коридоре, прижимая к груди пакет с его любимыми эклерами, и чувствовала, как внутри меня умирает всё. Мой муж. Моя сестра. Моя жизнь.
Они не просто забирали у меня деньги. Они вырывали мне сердце, пока я, дура, верила в семейное счастье. В ту ночь я не хотела мстить. Я хотела просто исчезнуть, чтобы не слышать их смеха за дверью моей собственной спальни.
Их кофейни стоят друг напротив друга. Они — заклятые враги с первого взгляда.
Она бежит от прошлого, он не верит в будущее.
Но одна поломка, одна поездка в горы и одна ночь под звёздами меняют всё.
Кофе варят по-разному, но любовь — всегда на один вкус. И даже серый кот Конфуций это знает.
Она бежит от прошлого, он не верит в будущее.
Но одна поломка, одна поездка в горы и одна ночь под звёздами меняют всё.
Кофе варят по-разному, но любовь — всегда на один вкус. И даже серый кот Конфуций это знает.
«Дикое и кровожадное полуживотное без человеческого сознания».
Райли рискнула припомнить, ощущала ли она себя подобным образом хоть когда-нибудь.
Ответ получился однозначным: нет.
Даже с учётом того маленького факта, что таковой она от рождения и была.
– Поэтому я не отражаюсь в зеркалах, поэтому нет тени. Тебе следовало бы сдать меня в утиль, услышав всё это.
Живя в доме Лэйта и принимая его помощь, она превратила его квартиру в отправную точкой для своих полётов за грань. Мало кому подобное бы понравилось.
Лэйт же делал вид, что даже это в пределах нормы. Их собственной, общей новой нормы.
И что его совсем не смущает знание о том, кто может посмотреть на неё из зеркала однажды.
И ещё один маленький факт: она такая не одна.
Райли рискнула припомнить, ощущала ли она себя подобным образом хоть когда-нибудь.
Ответ получился однозначным: нет.
Даже с учётом того маленького факта, что таковой она от рождения и была.
– Поэтому я не отражаюсь в зеркалах, поэтому нет тени. Тебе следовало бы сдать меня в утиль, услышав всё это.
Живя в доме Лэйта и принимая его помощь, она превратила его квартиру в отправную точкой для своих полётов за грань. Мало кому подобное бы понравилось.
Лэйт же делал вид, что даже это в пределах нормы. Их собственной, общей новой нормы.
И что его совсем не смущает знание о том, кто может посмотреть на неё из зеркала однажды.
И ещё один маленький факт: она такая не одна.
— Ты хочешь вернуться? — спрашиваю я.
— Да. Да, хочу. Больше всего на свете.
— Ты готов на всё?
— На всё.
Усмехаюсь. Что-то щёлкает у меня внутри — не злость, не обида. Что-то другое. Что-то тёмное и голодное, чему я давно перестала сопротивляться.
— Тогда на колени.
Я вижу, как он обрабатывает мои слова — медленно, как старый компьютер загружает тяжёлый файл.
— Что?
— На колени. Сейчас.
— Да. Да, хочу. Больше всего на свете.
— Ты готов на всё?
— На всё.
Усмехаюсь. Что-то щёлкает у меня внутри — не злость, не обида. Что-то другое. Что-то тёмное и голодное, чему я давно перестала сопротивляться.
— Тогда на колени.
Я вижу, как он обрабатывает мои слова — медленно, как старый компьютер загружает тяжёлый файл.
— Что?
— На колени. Сейчас.
— Ты серьёзно привёл её сюда? — я так и стояла у стойки салона, не снимая пальто.
Матвей даже не попытался оправдаться. Только посмотрел на меня тем своим холодным взглядом, которым обычно закрывают разговор.
Рядом с ним женщина осторожно провела рукой по животу и тихо сказала:
— Я не собираюсь прятаться. У нас будет ребёнок.
В тот момент я ещё пыталась понять, как моя жизнь превратилась в чужой спектакль. Муж, которому я верила столько лет, вдруг начал выдавливать меня из дома, из работы, из собственной жизни. А его беременная любовница решила, что уже победила.
Только они не учли одного.
Иногда правда о женщине, которая так уверенно говорит о ребёнке миллиардера, может разрушить гораздо больше, чем один брак.
Матвей даже не попытался оправдаться. Только посмотрел на меня тем своим холодным взглядом, которым обычно закрывают разговор.
Рядом с ним женщина осторожно провела рукой по животу и тихо сказала:
— Я не собираюсь прятаться. У нас будет ребёнок.
В тот момент я ещё пыталась понять, как моя жизнь превратилась в чужой спектакль. Муж, которому я верила столько лет, вдруг начал выдавливать меня из дома, из работы, из собственной жизни. А его беременная любовница решила, что уже победила.
Только они не учли одного.
Иногда правда о женщине, которая так уверенно говорит о ребёнке миллиардера, может разрушить гораздо больше, чем один брак.
Я отстояла свою таверну на тракте и утерла нос наглому конкуренту. Казалось бы, можно выдохнуть и спокойно считать прибыль. Но судьба подкидывает новый шанс — приглашение в столицу на Большой Осенний Фестиваль. На кону звание Поставщика Королевского двора и абсолютная неприкосновенность для моего бизнеса.
Теперь мне предстоит сойтись в безжалостной кулинарной битве с лучшими поварами королевства. Местные шефы готовят сутками, презирают женщин на кухне и не брезгуют саботажем? Отлично! Посмотрим, как они запоют, когда я пущу в ход знания двадцать первого века, идеальный баланс вкусов и заморские пряности.
Игра началась. И я приехала, чтобы победить!
Теперь мне предстоит сойтись в безжалостной кулинарной битве с лучшими поварами королевства. Местные шефы готовят сутками, презирают женщин на кухне и не брезгуют саботажем? Отлично! Посмотрим, как они запоют, когда я пущу в ход знания двадцать первого века, идеальный баланс вкусов и заморские пряности.
Игра началась. И я приехала, чтобы победить!
Судьба жестоко разыгрывает партию против миллионера: после драки на вокзале он теряет всё — деньги, телефон, документы, а поезд увозит его привычный мир прочь. В момент отчаяния помощь приходит оттуда, откуда он меньше всего ожидал: Лиза, продавщица пирожков, приглашает незнакомца к себе домой. Случайная встреча на вокзале становится началом истории любви, которая учит его ценить простые вещи, а её верить в искренность. Вместе они находят то, что нельзя купить: настоящее счастье. Но вдруг всё оказывается обманом, когда она узнает, что он богат и у него есть невеста.
- Варя, посмотри на меня! – умоляет Матвей. – Я должен объясниться…
- Ничего не хочу слышать! – резко обрываю бывшего. – Не смей со мной разговаривать!
Пару секунд с бешенством гипнотизирую мужа. А в ответ получаю взгляд, наполненный болью и… щемящей, невыносимой любовью.
Воздух между нами искрит от напряжения.
- Ладно, давай свою версию, - презрительно усмехаюсь. – Даже интересно, как ты собираешься оправдать своё гнусное предательство!
***
Муж растоптал мою душу в самый страшный момент жизни. Бросил с умирающим ребёнком на руках, ушёл к беременной любовнице… Я не сломалась. Вытащила сына с того света и заново научилась дышать. А теперь мой бывший снова клянётся в любви и уверяет, что для его чудовищного поступка есть объяснение. Неужели он думает, что я смогу его простить?
- Ничего не хочу слышать! – резко обрываю бывшего. – Не смей со мной разговаривать!
Пару секунд с бешенством гипнотизирую мужа. А в ответ получаю взгляд, наполненный болью и… щемящей, невыносимой любовью.
Воздух между нами искрит от напряжения.
- Ладно, давай свою версию, - презрительно усмехаюсь. – Даже интересно, как ты собираешься оправдать своё гнусное предательство!
***
Муж растоптал мою душу в самый страшный момент жизни. Бросил с умирающим ребёнком на руках, ушёл к беременной любовнице… Я не сломалась. Вытащила сына с того света и заново научилась дышать. А теперь мой бывший снова клянётся в любви и уверяет, что для его чудовищного поступка есть объяснение. Неужели он думает, что я смогу его простить?
Выберите полку для книги