Книги по тегу «соседи»: ""
Залина вынуждена временно жить в семье Астаховых. Её цель — тихая учёба и скорейший переезд. Но у судьбы свои планы: сын хозяина дома, Арсений, превращает каждый её день в испытание на прочность.
Их противостояние искрит яростью и ядовитыми подколами. Однако под крышей одного дома таить ненависть становится всё сложнее, а ревность вспыхивает от одной искры. От войны до всепоглощающей страсти — всего один шаг. Но готов ли мажор отказаться от своей свободы ради той, что перевернула его мир?
Их противостояние искрит яростью и ядовитыми подколами. Однако под крышей одного дома таить ненависть становится всё сложнее, а ревность вспыхивает от одной искры. От войны до всепоглощающей страсти — всего один шаг. Но готов ли мажор отказаться от своей свободы ради той, что перевернула его мир?
Эмери Бейкер живет спокойной и размеренной жизнью, пока на ее улицу не въезжает новый сосед — загадочный и притягательный Джаспер Виллард. Их встреча становится началом удивительных событий, которые переворачивают привычный мир Эмери.
Она — одинокая мама, посвятившая себя дочери и работе, он — таинственный мужчина с прошлым, которое хранит множество секретов. Их отношения развиваются постепенно, но каждое новое мгновение с Джаспером приносит Эмери новые эмоции и переживания.
Смогут ли они преодолеть все преграды на пути к счастью? Какие тайны скрывает Джаспер? И что ждет Эмери в будущем?
Она — одинокая мама, посвятившая себя дочери и работе, он — таинственный мужчина с прошлым, которое хранит множество секретов. Их отношения развиваются постепенно, но каждое новое мгновение с Джаспером приносит Эмери новые эмоции и переживания.
Смогут ли они преодолеть все преграды на пути к счастью? Какие тайны скрывает Джаспер? И что ждет Эмери в будущем?
Я всего лишь хотела выиграть университетский конкурс и получить стажировку мечты.
Откуда мне было знать, что ради финала придётся три недели жить в «умной» квартире с Максом Орловым — главным пошляком нашего университета?
В первый же день квартира запирает нас вдвоём в ванной, потом робот-пылесос крадёт мои трусики, а голосовой помощник сообщает Максу, что я считаю его красивым.
И, судя по довольной физиономии Орлова, победа в конкурсе теперь волнует его гораздо меньше, чем я.
Откуда мне было знать, что ради финала придётся три недели жить в «умной» квартире с Максом Орловым — главным пошляком нашего университета?
В первый же день квартира запирает нас вдвоём в ванной, потом робот-пылесос крадёт мои трусики, а голосовой помощник сообщает Максу, что я считаю его красивым.
И, судя по довольной физиономии Орлова, победа в конкурсе теперь волнует его гораздо меньше, чем я.
– Мужчина нужен на десять дней. Крепкий, трезвый и чтобы ночью ко мне не лез.
Объявление для подруги случайно читает весь подъезд. Первым отвечает Родион с пятого этажа:
– А днем можно?
Мне нужен водитель: я развелась, оплатила автодом, а вести его боюсь. Поэтому к морю со мной едет Родион — инструктор, враг крошек и мастер непрошеных советов.
Мы проводим по полу границу малярной лентой: две кровати, никаких чувств и никакого интима. Но у каждого своя скрытая цель, а в тесном автодоме границы быстро становятся условными.
А потом на стоянке появляется бывший муж.
Не за вещами. За мной.
Он знает меня пятнадцать лет и предлагает начать сначала. Родион знает всего несколько дней — зато уже видел настоящую меня.
Теперь у меня два мужчины и десять дней, чтобы понять, кого я хочу видеть рядом.
Кажется, в объявлении я ошиблась только в одном пункте.
Интим предлагать можно. Вопрос — кому.
Объявление для подруги случайно читает весь подъезд. Первым отвечает Родион с пятого этажа:
– А днем можно?
Мне нужен водитель: я развелась, оплатила автодом, а вести его боюсь. Поэтому к морю со мной едет Родион — инструктор, враг крошек и мастер непрошеных советов.
Мы проводим по полу границу малярной лентой: две кровати, никаких чувств и никакого интима. Но у каждого своя скрытая цель, а в тесном автодоме границы быстро становятся условными.
А потом на стоянке появляется бывший муж.
Не за вещами. За мной.
Он знает меня пятнадцать лет и предлагает начать сначала. Родион знает всего несколько дней — зато уже видел настоящую меня.
Теперь у меня два мужчины и десять дней, чтобы понять, кого я хочу видеть рядом.
Кажется, в объявлении я ошиблась только в одном пункте.
Интим предлагать можно. Вопрос — кому.
«Жены моряков неверны» — так считал Паша. Пока не встретил Дашу. Ей нужно жилье, ему — хозяйка в квартире на время рейсов. Обычная сделка без чувств. Но искра между ними рушит все правила. Сможет ли он довериться, а она — стать его мечтой? Роман о любви, сильнее штормов и предрассудков.
Варвара уверена: худшее, что может случиться с человеком в 6:12 утра, — это сосед сверху и его беговая дорожка.
Кирилл уверен: соседка снизу и ее ночной табурет ничем не лучше.
Сначала были претензии. Потом — колкие записки и личная «почта» между этажами.
А потом один форс-мажор внезапно меняет правила игры.
Легкая романтическая комедия о соседях, которые слишком долго выясняли отношения не тем способом.
Кирилл уверен: соседка снизу и ее ночной табурет ничем не лучше.
Сначала были претензии. Потом — колкие записки и личная «почта» между этажами.
А потом один форс-мажор внезапно меняет правила игры.
Легкая романтическая комедия о соседях, которые слишком долго выясняли отношения не тем способом.
У меня есть сын, гостиница у моря и железное правило: никогда никого не ждать.
Правило рухнуло в тот вечер, когда я полезла вешать гирлянду и сорвалась со стремянки прямо в руки командира закрытого отряда, снявшего мою гостиницу на всю зиму. Руки его я узнала бы из тысячи. Как и белую прядь у виска.
Мужчина, оставивший мне когда-то две строчки «Не жди», поставил меня на пол и сказал, глядя сквозь меня:
– Позывной Январь. С этой минуты, хозяйка, в вашем доме командую я.
Ну зачем я подписала тот договор не читая?! Днем я его подчиненная, и он делает вид, что мы незнакомы. Ночью стучит в мою дверь и шепчет имя, которое знали только мы двое.
А потом в моем доме начинается чертовщина. Пока спят двенадцать вооруженных мужчин, кто-то переворачивает мой кабинет вверх дном. Бесследно исчезает человек, обещавший рассказать правду. А под гостевой книгой я нахожу конверт: «"Не жди" писал не он. И этот человек сегодня ужинает за вашим столом».
Правило рухнуло в тот вечер, когда я полезла вешать гирлянду и сорвалась со стремянки прямо в руки командира закрытого отряда, снявшего мою гостиницу на всю зиму. Руки его я узнала бы из тысячи. Как и белую прядь у виска.
Мужчина, оставивший мне когда-то две строчки «Не жди», поставил меня на пол и сказал, глядя сквозь меня:
– Позывной Январь. С этой минуты, хозяйка, в вашем доме командую я.
Ну зачем я подписала тот договор не читая?! Днем я его подчиненная, и он делает вид, что мы незнакомы. Ночью стучит в мою дверь и шепчет имя, которое знали только мы двое.
А потом в моем доме начинается чертовщина. Пока спят двенадцать вооруженных мужчин, кто-то переворачивает мой кабинет вверх дном. Бесследно исчезает человек, обещавший рассказать правду. А под гостевой книгой я нахожу конверт: «"Не жди" писал не он. И этот человек сегодня ужинает за вашим столом».
— Я сказал — аккуратнее! — рявкнул Денис.
— Она не лезет, — буркнул грузчик.
— Тогда засунь!
— Она не лезет!
— Я вижу, что не лезет! Сделай что-нибудь!
Я стояла в дверях своей квартиры, скрестив руки на груди, и наблюдала за этим цирком. Денис обернулся и увидел меня.
Пауза повисла в воздухе, тяжёлая и звенящая.
— Доброе утро, — сказала я ровно, стараясь не выдать ни капли эмоций.
— Доброе, — ответил он. Не выглядел удивлённым. Скорее так, будто заранее знал, что этот момент наступит, и уже мысленно готовился получать от него удовольствие. — Ты, я так понимаю, соседка.
— Я хозяйка квартиры напротив, — уточнила я, сделав ударение на слове «хозяйка». — И я хочу знать, какого чёрта вы устраиваете шум в семь утра в субботу.
— Она не лезет, — буркнул грузчик.
— Тогда засунь!
— Она не лезет!
— Я вижу, что не лезет! Сделай что-нибудь!
Я стояла в дверях своей квартиры, скрестив руки на груди, и наблюдала за этим цирком. Денис обернулся и увидел меня.
Пауза повисла в воздухе, тяжёлая и звенящая.
— Доброе утро, — сказала я ровно, стараясь не выдать ни капли эмоций.
— Доброе, — ответил он. Не выглядел удивлённым. Скорее так, будто заранее знал, что этот момент наступит, и уже мысленно готовился получать от него удовольствие. — Ты, я так понимаю, соседка.
— Я хозяйка квартиры напротив, — уточнила я, сделав ударение на слове «хозяйка». — И я хочу знать, какого чёрта вы устраиваете шум в семь утра в субботу.
— Вы собираетесь жить здесь?
— Я уже живу. Это мой дом.
— Половина, — спокойно поправляет он.
Вот так я узнаю, что унаследовала не весь загородный дом, а только его половину.
Вторая принадлежит Максиму Воронцову — огромному, нахальному и до неприличия привлекательному мужчине, который явно не привык делить с кем-либо ни территорию, ни холодильник, ни личное пространство.
Особенно со мной.
— Тридцать дней, — говорит Максим. — Потом продаём дом и больше не видимся.
Отличный план.
Жаль только, что он постоянно смотрит на меня так, будто я совсем не похожа на ту соседку, от которой он собирался избавиться.
— Вас что-то смущает?
— Нет.
— Тогда почему вы опять смотрите на мою грудь?
Он медленно поднимает взгляд.
— Потому что ты спросила.
— А до этого?
— До этого я молчал.
Тридцать дней под одной крышей с мужчиной, который бесит меня до дрожи.
Мужчиной, которому почему-то нравится каждая моя пышная форма.
И мужчиной, который явно решил, что эти тридцать дней будут для нас об
— Я уже живу. Это мой дом.
— Половина, — спокойно поправляет он.
Вот так я узнаю, что унаследовала не весь загородный дом, а только его половину.
Вторая принадлежит Максиму Воронцову — огромному, нахальному и до неприличия привлекательному мужчине, который явно не привык делить с кем-либо ни территорию, ни холодильник, ни личное пространство.
Особенно со мной.
— Тридцать дней, — говорит Максим. — Потом продаём дом и больше не видимся.
Отличный план.
Жаль только, что он постоянно смотрит на меня так, будто я совсем не похожа на ту соседку, от которой он собирался избавиться.
— Вас что-то смущает?
— Нет.
— Тогда почему вы опять смотрите на мою грудь?
Он медленно поднимает взгляд.
— Потому что ты спросила.
— А до этого?
— До этого я молчал.
Тридцать дней под одной крышей с мужчиной, который бесит меня до дрожи.
Мужчиной, которому почему-то нравится каждая моя пышная форма.
И мужчиной, который явно решил, что эти тридцать дней будут для нас об
— Извини, ты меня этим кабачком убить хочешь или накормить? — усмехнулся двухметровый Аполлон в одном полотенце.
— Я хочу, чтобы ты немедленно исчез! У меня вообще-то свидание!
Я приехала на пустую дачу друга ради идеальных выходных с перспективным женихом из Тиндера. Но вместо тишины получила в соседи Кирилла — наглого красавчика, который прячется тут от бывшей.
Выгнать его нельзя, придется терпеть. Но когда мой «идеальный» ухажер оказывается мерзавцем и высмеивает мою немодельную фигуру, беглый сосед неожиданно встает на защиту. И очень откровенно доказывает: то, чего я всегда стеснялась, для настоящего мужчины — предел фантазий. А правила приличия существуют лишь для того, чтобы жарко их нарушать за закрытыми дверями...
— Я хочу, чтобы ты немедленно исчез! У меня вообще-то свидание!
Я приехала на пустую дачу друга ради идеальных выходных с перспективным женихом из Тиндера. Но вместо тишины получила в соседи Кирилла — наглого красавчика, который прячется тут от бывшей.
Выгнать его нельзя, придется терпеть. Но когда мой «идеальный» ухажер оказывается мерзавцем и высмеивает мою немодельную фигуру, беглый сосед неожиданно встает на защиту. И очень откровенно доказывает: то, чего я всегда стеснялась, для настоящего мужчины — предел фантазий. А правила приличия существуют лишь для того, чтобы жарко их нарушать за закрытыми дверями...
Выберите полку для книги