Читать и слушать книги
Книга рассказывает историю мужчины, чью жизнь определил один необдуманный поступок в детстве.
Возрастное ограничение строго 18+.
Возрастное ограничение строго 18+.
Бывший киллер осуждённый на пожизненный срок не мог даже предположить, что ему придется спасать из плена внучку начальника тюрьмы.
Аврора — популярная певица, чья карьера внезапно набирает обороты, а вместе с тем и появляется множество хейта и даже — покушения.
Андрей — майор спецназа, комиссованный на гражданку и желающий найти работу.
Они оба не испытывают острого желания находится в компании друг друга, но вынуждены принять ситуацию. Бороться своими методами. Но сколько бы они ни противились — исход один.
Маски долой! Кто победит?
__________________________________
Дерзкий телохранитель вдруг, сурово взирая делает три широких шага в мою сторону.
Запинаюсь, позабыв о том, что именно хотела сказать и какие аргументы применить.
Мужчина дёргает меня к себе, нависая скалой и глядя в глаза. Наши губы так близко. Я чувствую его дыхание на своей коже. Он поцелует меня? Если да, тут же получит по морде. Если нет, то...
Может, всё же поцелует?
Андрей — майор спецназа, комиссованный на гражданку и желающий найти работу.
Они оба не испытывают острого желания находится в компании друг друга, но вынуждены принять ситуацию. Бороться своими методами. Но сколько бы они ни противились — исход один.
Маски долой! Кто победит?
__________________________________
Дерзкий телохранитель вдруг, сурово взирая делает три широких шага в мою сторону.
Запинаюсь, позабыв о том, что именно хотела сказать и какие аргументы применить.
Мужчина дёргает меня к себе, нависая скалой и глядя в глаза. Наши губы так близко. Я чувствую его дыхание на своей коже. Он поцелует меня? Если да, тут же получит по морде. Если нет, то...
Может, всё же поцелует?
— Подойди ближе.
Его голос — как виски: обжигающий, тёмный, густой. Такой голос не просит. Такой голос берёт.
— Я... мне нужно закончить уборку, — прошептала я, прижимая к груди стопку полотенец, словно щит.
— Я не спрашивал, что тебе нужно. Я сказал — подойди.
___________________________________________-
И я подошла. Потому что ноги сами несли меня к нему. Потому что я уже давно перестала себе принадлежать — с того самого момента, как переступила порог его дома. А может, с того момента, как он впервые посмотрел на меня. Так смотрят на вещь, которую уже купили, — спокойно, с ленивым удовольствием собственника.
Полотенца упали на пол. Его пальцы сомкнулись на моём подбородке — жёстко, точно, без единого лишнего движения. Большой палец прошёлся по нижней губе, надавил, раскрывая рот.
— Ты же понимаешь, что никуда не уедешь?
Его голос — как виски: обжигающий, тёмный, густой. Такой голос не просит. Такой голос берёт.
— Я... мне нужно закончить уборку, — прошептала я, прижимая к груди стопку полотенец, словно щит.
— Я не спрашивал, что тебе нужно. Я сказал — подойди.
___________________________________________-
И я подошла. Потому что ноги сами несли меня к нему. Потому что я уже давно перестала себе принадлежать — с того самого момента, как переступила порог его дома. А может, с того момента, как он впервые посмотрел на меня. Так смотрят на вещь, которую уже купили, — спокойно, с ленивым удовольствием собственника.
Полотенца упали на пол. Его пальцы сомкнулись на моём подбородке — жёстко, точно, без единого лишнего движения. Большой палец прошёлся по нижней губе, надавил, раскрывая рот.
— Ты же понимаешь, что никуда не уедешь?
Пропавший восемь лет назад мальчик вернулся домой, теперь он не просто молодой мужчина, а Тень - карающая рука Правосудия.
Алиса Савина выжила в смертельной перестрелке лишь потому, что один из наёмников со зловещим позывным «Морок» нарушил приказ.
По иронии судьбы именно она спасёт раненого Дениса Морозова на пустынной дороге и докажет ему, что в жизни есть место не только войне и смерти.
Вопрос лишь в том, какой выбор сделает Морок: останется цепным псом войны или вырвется на свободу ради той, с кем он на первый взгляд абсолютно несовместим?
По иронии судьбы именно она спасёт раненого Дениса Морозова на пустынной дороге и докажет ему, что в жизни есть место не только войне и смерти.
Вопрос лишь в том, какой выбор сделает Морок: останется цепным псом войны или вырвется на свободу ради той, с кем он на первый взгляд абсолютно несовместим?
У меня было все — деньги, крутые тачки, роскошные женщины… и всего этого я лишился в одно прекрасное мгновение. Не удивляйтесь, ибо то, что отец сбагрил меня в армию, было лучшим, что случалось со мной. И пусть кругом смерть и кровь, я не один, рядом такие же отмороженные на всю голову парни. Мои братишки — Коршуны.
Я Мажор и горжусь этим! Это мой позывной. Я спецназовец. Я Коршун.
Я Мажор и горжусь этим! Это мой позывной. Я спецназовец. Я Коршун.
Его взгляд равнодушно пробегает по моим похитителям, останавливается на мне. Несколько мгновений вытягивает душу. Чувствую, как кровь застывает в венах, как замедляется пульс. Он же спасет меня?
Надежда мелькает, но тут же тлеет как пепел на снегу.
– Теперь вижу, на кого ты работаешь, – рычит он. – Хотела убить брата и подобраться ко мне? За это ответишь.
– Я не…
Ствол смотрит мне прямо в лицо.
– Дай мне повод. Издай еще один звук. Ровно один. Вдохни, всхлипни. Попытайся сказать, что я что-то не так понял.
Слова застывают на губах. Отчаяние. Страх. Животный страх за свою жизнь. Никогда раньше я не висела на волоске над пропастью, зато сейчас в полной мере чувствую: легким движением пальца Руслан отправит меня на тот свет. Не задумается, не зацепится за то, что между нами было. Мне конец в его руках.
– Заберите товар, – Рысь обращается к своим людям, которые деловито идут к деревянным ящикам. – Девку мне.
Надежда мелькает, но тут же тлеет как пепел на снегу.
– Теперь вижу, на кого ты работаешь, – рычит он. – Хотела убить брата и подобраться ко мне? За это ответишь.
– Я не…
Ствол смотрит мне прямо в лицо.
– Дай мне повод. Издай еще один звук. Ровно один. Вдохни, всхлипни. Попытайся сказать, что я что-то не так понял.
Слова застывают на губах. Отчаяние. Страх. Животный страх за свою жизнь. Никогда раньше я не висела на волоске над пропастью, зато сейчас в полной мере чувствую: легким движением пальца Руслан отправит меня на тот свет. Не задумается, не зацепится за то, что между нами было. Мне конец в его руках.
– Заберите товар, – Рысь обращается к своим людям, которые деловито идут к деревянным ящикам. – Девку мне.
Возвращаюсь в дом, девчонка сидит на диване, голова опущена вниз. Так странно она выглядит здесь. В моей берлоге, в которую я никого не пускаю. И ей здесь не место. Как и в моей жизни. Я мог воспользоваться ею один раз, а может больше. Утолить голод, только не в этом дело. Не ту жажду она во мне будит.
– Не отпустишь? – спрашивает тихо.
Снимаю ботинки, ложусь рядом. Ксюша прерывисто дышит, опять боится.
Смотрю. Пожираю глазами. Красивая. Нравится мне. И пахнет от нее приятно. И вся она такая, хочу подмять под себя.
Будь во мне хоть капля жалости, я бы отпустил ее. Со мной опасно быть. Смертельно. Но раз всё так сложилось, что она попала в мое логово…
– Не отпущу.
***
Ксюша просто оказалась не в то время и не в том месте. Через нее хотели задобрить его, но лишь разбудили ещё более опасного зверя.
Батыр – жестокий и безжалостный человек, его боятся даже свои. Никто не может предугадать его реакцию и никто не догадывался, каким он станет, когда впервые полюбит.
– Не отпустишь? – спрашивает тихо.
Снимаю ботинки, ложусь рядом. Ксюша прерывисто дышит, опять боится.
Смотрю. Пожираю глазами. Красивая. Нравится мне. И пахнет от нее приятно. И вся она такая, хочу подмять под себя.
Будь во мне хоть капля жалости, я бы отпустил ее. Со мной опасно быть. Смертельно. Но раз всё так сложилось, что она попала в мое логово…
– Не отпущу.
***
Ксюша просто оказалась не в то время и не в том месте. Через нее хотели задобрить его, но лишь разбудили ещё более опасного зверя.
Батыр – жестокий и безжалостный человек, его боятся даже свои. Никто не может предугадать его реакцию и никто не догадывался, каким он станет, когда впервые полюбит.
Одно его слово и я — игрушка для "хозяина" этого города. Он присвоил меня себе, не спрашивая, не считаясь...
Я должна его ненавидеть, но не могу, кажется мое собственное сердце предает меня, как только я попадаю в его объятия.
***
– Ты поедешь с нами! – отвечает невысокий мужик, тоном не терпящим возражений.
– Думаю, нет! – заявляю я, – нам точно не по пути, – отказываюсь я и уже собираюсь обойти их по стеночке.
Но не успела я и шагу сделать, как меня подхватили под руки и понесли к припаркованному неподалёку от входа здоровенному внедорожнику.
– Отпустите меня! – кричу я на всю парковку. – Помогите!
– Будет лучше, если ты замолчишь и сделаешь то, что тебе говорят, – негромко говорит тот же мужик невозмутимым тоном.
Я должна его ненавидеть, но не могу, кажется мое собственное сердце предает меня, как только я попадаю в его объятия.
***
– Ты поедешь с нами! – отвечает невысокий мужик, тоном не терпящим возражений.
– Думаю, нет! – заявляю я, – нам точно не по пути, – отказываюсь я и уже собираюсь обойти их по стеночке.
Но не успела я и шагу сделать, как меня подхватили под руки и понесли к припаркованному неподалёку от входа здоровенному внедорожнику.
– Отпустите меня! – кричу я на всю парковку. – Помогите!
– Будет лучше, если ты замолчишь и сделаешь то, что тебе говорят, – негромко говорит тот же мужик невозмутимым тоном.
Выберите полку для книги