Ты уже моя, — он произносит эти слова, отрываясь на сантиметр, его дыхание горячее и неровное. Глаза горят в темноте одержимостью. — С самого момента, как осмелилась войти в хамам. Ты просто еще не знала.
Валент не говорит больше. Действует. Его прикосновения резки, лишены сантиментов. Он не спрашивает.
— Я... я не знала... — пытаюсь я сказать, но слова путаются.
— Закрой рот! — его голос — это удар. Он заставляет меня вздрогнуть. В нем я слышу то, что вижу в его глазах: бешенство, едва сдерживаемое. И под ним — что-то другое. Что-то сломанное и паническое.
— Я не человек, — он парирует мгновенно, и его пальцы мягко, но неотвратимо сжимают мою шею, не перекрывая дыхание, просто чувствуя пульсацию крови под кожей. — Я — сила. А ты... ты та, кто осмелился этой силе бросить вызов. И теперь ты здесь. В моей постели.
Валент не говорит больше. Действует. Его прикосновения резки, лишены сантиментов. Он не спрашивает.
— Я... я не знала... — пытаюсь я сказать, но слова путаются.
— Закрой рот! — его голос — это удар. Он заставляет меня вздрогнуть. В нем я слышу то, что вижу в его глазах: бешенство, едва сдерживаемое. И под ним — что-то другое. Что-то сломанное и паническое.
— Я не человек, — он парирует мгновенно, и его пальцы мягко, но неотвратимо сжимают мою шею, не перекрывая дыхание, просто чувствуя пульсацию крови под кожей. — Я — сила. А ты... ты та, кто осмелился этой силе бросить вызов. И теперь ты здесь. В моей постели.
Если незнакомый мужчина приносит вам в постель кофе, не спешите отказываться. Ни от кофе, ни от мужчины. Особенно если у последнего взгляд голодного волка, кубики на прессе, а ниже… В общем, с внешностью и здоровьем полный порядок.
Ах, он еще и ваш новый босс? Вообще прекрасно. Тиран и монстр, говорите? Сведет с ума любого? Что ж, еще посмотрим, кто кого!
Ах, он еще и ваш новый босс? Вообще прекрасно. Тиран и монстр, говорите? Сведет с ума любого? Что ж, еще посмотрим, кто кого!
– Как расплачиваться будешь?
От голоса мужчины у меня мурашки.
– Простите, я… Извините, я случайно его разбила.
– Я не просил извинений. А задал конкретный вопрос: как будешь расплачиваться?
По телу пробегает волна страха и какого-то другого чувства.
Молчу.
У меня нет столько денег.
– Сегодня был тяжелый день, – начинает мужчина неторопливо. – И я хочу расслабиться. Понимаешь, о чем я?
– Да, конечно! – оживляюсь. – Я умею делать массаж хорошо. Папе всегда делала.
Мои слова вызывают в нем усмешку.
– Ты реально дура или так умеючи косишь?
– Что? – голос подрагивает. – Я правда не понимаю…
– А что тут непонятного – покувыркаемся и разбежимся. Только, давай, без представлений. У меня нет на них времени.
Я разбила ноутбук в номере дорогого отеля, где подрабатываю горничной после пар. И его хозяин запросил в расплату… меня.
Но это еще не самое страшное.
Ужаснее всего – гостем из номера оказался отец моей лучшей подруги. А он всегда получает то, что хочет.
От голоса мужчины у меня мурашки.
– Простите, я… Извините, я случайно его разбила.
– Я не просил извинений. А задал конкретный вопрос: как будешь расплачиваться?
По телу пробегает волна страха и какого-то другого чувства.
Молчу.
У меня нет столько денег.
– Сегодня был тяжелый день, – начинает мужчина неторопливо. – И я хочу расслабиться. Понимаешь, о чем я?
– Да, конечно! – оживляюсь. – Я умею делать массаж хорошо. Папе всегда делала.
Мои слова вызывают в нем усмешку.
– Ты реально дура или так умеючи косишь?
– Что? – голос подрагивает. – Я правда не понимаю…
– А что тут непонятного – покувыркаемся и разбежимся. Только, давай, без представлений. У меня нет на них времени.
Я разбила ноутбук в номере дорогого отеля, где подрабатываю горничной после пар. И его хозяин запросил в расплату… меня.
Но это еще не самое страшное.
Ужаснее всего – гостем из номера оказался отец моей лучшей подруги. А он всегда получает то, что хочет.
— Никто не должен знать, что между нами было. Если не хочешь проблем, — его голос холоден, как сталь.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
— Ты… угрожаешь мне?
— Предупреждаю, — бросает он. — Я получил свое. На этом всё. У тебя — своя жизнь. У меня — своя.
Он — брат подруги.
Сильный, влиятельный, безжалостный.
Он стал моим первым мужчиной… и самым жестоким уроком.
Я думала, что всё кончено. Но он вернулся.
Чтобы снова заставить меня принадлежать ему.
И если тогда я молчала, то теперь — он пожалеет, что научил меня сопротивляться.
Он — холодный магнат, чья жизнь выстроена по правилам. Она — девушка из другого мира, где нет места его блеску. Между ними — пропасть из статусов, страхов и запретов.
Он привык получать всё — власть, деньги, победы. Но теперь хочет её — недосягаемую, тихую няню своего сына.
Кто сломается первым? И что останется от их жизней, когда страсть выйдет из‑под контроля?
Он привык получать всё — власть, деньги, победы. Но теперь хочет её — недосягаемую, тихую няню своего сына.
Кто сломается первым? И что останется от их жизней, когда страсть выйдет из‑под контроля?
Всего один рывок, и рот оказывается плотно запечатан его губами. Одновременно Влад хватает меня за затылок одной рукой, а вторую я чувствую на горле, под самым подбородком. Натуральный капкан – не вырвешься.
— Ты как, моя хорошая? — выдыхает он, оторвавшись от моих губ. — Скажи что-нибудь, ну?
В его глазах не просто бешенство. Ощущение что под бронзовой гладкой кожей беснуются черти и жаждут меня разорвать.
Я немею. От этого жадного поцелуя, от ощущения его сильной руки на шее, которая легко может меня придушить, но сжимает лишь слегка. От того, что он снова налетел на меня смерчем, перепутав все мысли в голове.
— Скажи спасибо, что мы в людном месте, — шепчет он хрипло, кусая меня за мочку уха. — Иначе ты бы уже лежала на заднем сиденье ногами в потолок. И выползла бы оттуда под вечер.
— Ты как, моя хорошая? — выдыхает он, оторвавшись от моих губ. — Скажи что-нибудь, ну?
В его глазах не просто бешенство. Ощущение что под бронзовой гладкой кожей беснуются черти и жаждут меня разорвать.
Я немею. От этого жадного поцелуя, от ощущения его сильной руки на шее, которая легко может меня придушить, но сжимает лишь слегка. От того, что он снова налетел на меня смерчем, перепутав все мысли в голове.
— Скажи спасибо, что мы в людном месте, — шепчет он хрипло, кусая меня за мочку уха. — Иначе ты бы уже лежала на заднем сиденье ногами в потолок. И выползла бы оттуда под вечер.
Айлин – ловкая воровка из трущоб Нижнего Города, чья жизнь меняется в одночасье, когда она крадет странный серебряный браслет у знатной леди. Древний эльфийский артефакт намертво сковывает её запястье. Но на этом сюрпризы не заканчиваются: к трофею прилагается неожиданное "дополнение" - ослепительно красивый раб Нейрис, связанный с браслетом магией подчинения.
Подавшись в бега из-за преследования разгневанной владелицы, вынужденные союзники скрываются в лесу. Пока они ищут способ избавиться от браслета, древняя магия пробуждается, раскрывая свое истинное предназначение.
Подавшись в бега из-за преследования разгневанной владелицы, вынужденные союзники скрываются в лесу. Пока они ищут способ избавиться от браслета, древняя магия пробуждается, раскрывая свое истинное предназначение.
Демьян — золотой мальчик, прожигающий жизнь на финансы родителей.
Василиса — простая девушка, зарабатывающая на существование работой в такси и пытающаяся найти деньги на дорогое лечение матери.
Мир каждого переворачивает в одночасье, когда они встречаются на дороге. Он теряет всё, она приобретает друга и защитника. А каждый из них по итогу находит любовь всей своей жизни. И немножечко проблем)))
Василиса — простая девушка, зарабатывающая на существование работой в такси и пытающаяся найти деньги на дорогое лечение матери.
Мир каждого переворачивает в одночасье, когда они встречаются на дороге. Он теряет всё, она приобретает друга и защитника. А каждый из них по итогу находит любовь всей своей жизни. И немножечко проблем)))
- Я не стану твоей женой…
- Ты это уже говорила, - усмехнулся Кабир, - я и не собираюсь брать тебя в жены после того, как тебя пользовал мой брат.
- Ты поможешь мне уехать в Москву? Когда я верну себе наследство, я заплачу, - я с тревогой всматривалась в черные глаза горца.
- У тебя ничего нет, отец давно распродал недвижимость, перевел деньги со счетов, нечего возвращать, ты нищая.
- Тогда, что тебе нужно? – спросила, чувствуя, как напряжение нарастает.
Год назад я отвергла предложение Кабира, жестоко оскорбила, задела его гордость, посмеялась над ним и сказала, что скорее пойду по рукам, чем в его постель.
- Ты знаешь, что…
- Но ты сказал, что я не гожусь тебе в жены, - не понимала, куда он клонит.
- Зато в шлюхи подходишь, помнишь, что ты сказала мне, милая? Так вот, других вариантов у тебя нет, или в мою постель или по рукам.
- Ты это уже говорила, - усмехнулся Кабир, - я и не собираюсь брать тебя в жены после того, как тебя пользовал мой брат.
- Ты поможешь мне уехать в Москву? Когда я верну себе наследство, я заплачу, - я с тревогой всматривалась в черные глаза горца.
- У тебя ничего нет, отец давно распродал недвижимость, перевел деньги со счетов, нечего возвращать, ты нищая.
- Тогда, что тебе нужно? – спросила, чувствуя, как напряжение нарастает.
Год назад я отвергла предложение Кабира, жестоко оскорбила, задела его гордость, посмеялась над ним и сказала, что скорее пойду по рукам, чем в его постель.
- Ты знаешь, что…
- Но ты сказал, что я не гожусь тебе в жены, - не понимала, куда он клонит.
- Зато в шлюхи подходишь, помнишь, что ты сказала мне, милая? Так вот, других вариантов у тебя нет, или в мою постель или по рукам.
– Ну же, красавчик! Покажи нам, какой ты классный!
– Я тут не за этим, – его темный баритон перекрывает все. – Адель, на выход. И очень прошу не испытывать мое терпение.
Он не в курсе, с кем говорит подобным тоном?
– Да ты кто вообще, мальчик? – спрашиваю с вызовом.
– Север, – бросает, прибив моих подружек одним взглядом. – Можете звать меня так. Меня прислал вас жених. Приказал привести вас, Адель, к нему, а по дороге заняться вашим воспитанием, если будете плохо себя вести.
Аж не знаю, что ему сказать…первые три секунды.
– Это погоняло, да? – спрашиваю, стараясь не показать ему, что напряглась от такого пристального внимания незнакомого мужика.
– Какие словечки для хорошей, домашней девочки, – Кажется, он насмехается надо мной. – Рот с мылом промою.
– Я тут не за этим, – его темный баритон перекрывает все. – Адель, на выход. И очень прошу не испытывать мое терпение.
Он не в курсе, с кем говорит подобным тоном?
– Да ты кто вообще, мальчик? – спрашиваю с вызовом.
– Север, – бросает, прибив моих подружек одним взглядом. – Можете звать меня так. Меня прислал вас жених. Приказал привести вас, Адель, к нему, а по дороге заняться вашим воспитанием, если будете плохо себя вести.
Аж не знаю, что ему сказать…первые три секунды.
– Это погоняло, да? – спрашиваю, стараясь не показать ему, что напряглась от такого пристального внимания незнакомого мужика.
– Какие словечки для хорошей, домашней девочки, – Кажется, он насмехается надо мной. – Рот с мылом промою.
Выберите полку для книги