Жених изменил мне прямо перед Днем святого Валентина. Вместо праздника я по просьбе подруги поехала доставить ее нелюдимому и грубоватому брату посылку. И из-за бурана застряла черт знает где, посреди заснеженных гор. Единственный, кто способен мне помочь, это тот самый брат подруги. Но его глаза отливают желтым, вокруг дома полно волчьих следов, а сам он выглядит слишком опасно, чтобы с ним связываться…
- Не снимается тонкая, снимай толстую!
Красивый бархатный баритон. Красивый мажор, которого мне хочется придушить своими булками!
Давид Обломов! Обломись!
Я начинаю встречаться с его другом.
И всё прекрасно до того, как я застаю в его постели тощую блондиночку.
Ведро пломбира и «Сумерки» - мой план на День Святого Валентина, но приходит Давид и предлагает провести праздник более плодотворно.
Мы едем в клуб.
Пара пышка и мажор, которые некоторым поперёк горла.
А потом фиктивное свидание становится настоящим, мы проводим вместе ночь, после которой я выгоняю наглого плейбоя, но он не готов сдаться, а на что готова я?
Красивый бархатный баритон. Красивый мажор, которого мне хочется придушить своими булками!
Давид Обломов! Обломись!
Я начинаю встречаться с его другом.
И всё прекрасно до того, как я застаю в его постели тощую блондиночку.
Ведро пломбира и «Сумерки» - мой план на День Святого Валентина, но приходит Давид и предлагает провести праздник более плодотворно.
Мы едем в клуб.
Пара пышка и мажор, которые некоторым поперёк горла.
А потом фиктивное свидание становится настоящим, мы проводим вместе ночь, после которой я выгоняю наглого плейбоя, но он не готов сдаться, а на что готова я?
Она — главный алхимик королевской тюрьмы, но под маской профессионализма скрывается проклятие: чтобы жить, ей нужно выпивать чужую магию. Для любого мужчины близость с ней — смертный приговор.
Он — командир наемников, ожидающий казни. Его тело — живой реактор, сжигающий заживо любого, кто осмелится дотронуться.
Их встреча должна была стать лишь короткой медицинской процедурой перед его смертью. Но когда она коснулась его кожи, вместо боли и ожогов они нашли спасение.
Теперь они связаны темной, порочной зависимостью. Тюремщица для него и единственный источник жизни для неё. Но кто из них на самом деле держит поводок, если без него она умрёт, а ради неё он готов надеть цепи, от которых бежал всю жизнь?
Он — командир наемников, ожидающий казни. Его тело — живой реактор, сжигающий заживо любого, кто осмелится дотронуться.
Их встреча должна была стать лишь короткой медицинской процедурой перед его смертью. Но когда она коснулась его кожи, вместо боли и ожогов они нашли спасение.
Теперь они связаны темной, порочной зависимостью. Тюремщица для него и единственный источник жизни для неё. Но кто из них на самом деле держит поводок, если без него она умрёт, а ради неё он готов надеть цепи, от которых бежал всю жизнь?
— Я помогу вам, Олег Павлович, но при условии, — я сглотнула ком в горле. — Вы станете моим… Моим спутником! Всего на один вечер… Мы изобразим счастливую пару на свадьбе Яны.
В кабинете воцарилась тишина. Петровский смотрел на меня так, словно впервые столкнулся с такой вопиющей дерзостью.
— Светлана Николаевна, вы сошли с ума?! Предлагать мне такое… Да я могу щёлкнуть пальцами, и завтра же вас в этой компании не будет.
— Не сомневаюсь, — кивнула я, изо всех сил борясь с дрожью в голосе. — Но вы же рассказали мне обо всём не просто так. Доверились… А я хочу довериться вам.
На что способна обиженная, загнанная в угол женщина?.. Солгать о том, что её совершенно не волнует скорая свадьба бывшего мужа. Признаться в отношениях с ничего не подозревающим боссом. Шантажом затащить его на свадьбу. А после… Провести с ним лучшую ночь.
Светочка, как ты вообще в это вляпалась?..
В кабинете воцарилась тишина. Петровский смотрел на меня так, словно впервые столкнулся с такой вопиющей дерзостью.
— Светлана Николаевна, вы сошли с ума?! Предлагать мне такое… Да я могу щёлкнуть пальцами, и завтра же вас в этой компании не будет.
— Не сомневаюсь, — кивнула я, изо всех сил борясь с дрожью в голосе. — Но вы же рассказали мне обо всём не просто так. Доверились… А я хочу довериться вам.
На что способна обиженная, загнанная в угол женщина?.. Солгать о том, что её совершенно не волнует скорая свадьба бывшего мужа. Признаться в отношениях с ничего не подозревающим боссом. Шантажом затащить его на свадьбу. А после… Провести с ним лучшую ночь.
Светочка, как ты вообще в это вляпалась?..
- Я не стану твоей женой…
- Ты это уже говорила, - усмехнулся Кабир, - я и не собираюсь брать тебя в жены после того, как тебя пользовал мой брат.
- Ты поможешь мне уехать в Москву? Когда я верну себе наследство, я заплачу, - я с тревогой всматривалась в черные глаза горца.
- У тебя ничего нет, отец давно распродал недвижимость, перевел деньги со счетов, нечего возвращать, ты нищая.
- Тогда, что тебе нужно? – спросила, чувствуя, как напряжение нарастает.
Год назад я отвергла предложение Кабира, жестоко оскорбила, задела его гордость, посмеялась над ним и сказала, что скорее пойду по рукам, чем в его постель.
- Ты знаешь, что…
- Но ты сказал, что я не гожусь тебе в жены, - не понимала, куда он клонит.
- Зато в шлюхи подходишь, помнишь, что ты сказала мне, милая? Так вот, других вариантов у тебя нет, или в мою постель или по рукам.
- Ты это уже говорила, - усмехнулся Кабир, - я и не собираюсь брать тебя в жены после того, как тебя пользовал мой брат.
- Ты поможешь мне уехать в Москву? Когда я верну себе наследство, я заплачу, - я с тревогой всматривалась в черные глаза горца.
- У тебя ничего нет, отец давно распродал недвижимость, перевел деньги со счетов, нечего возвращать, ты нищая.
- Тогда, что тебе нужно? – спросила, чувствуя, как напряжение нарастает.
Год назад я отвергла предложение Кабира, жестоко оскорбила, задела его гордость, посмеялась над ним и сказала, что скорее пойду по рукам, чем в его постель.
- Ты знаешь, что…
- Но ты сказал, что я не гожусь тебе в жены, - не понимала, куда он клонит.
- Зато в шлюхи подходишь, помнишь, что ты сказала мне, милая? Так вот, других вариантов у тебя нет, или в мою постель или по рукам.
— Я с тобой развожусь, — с ледяным равнодушием произносит мой муж.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
– Ну же, красавчик! Покажи нам, какой ты классный!
– Я тут не за этим, – его темный баритон перекрывает все. – Адель, на выход. И очень прошу не испытывать мое терпение.
Он не в курсе, с кем говорит подобным тоном?
– Да ты кто вообще, мальчик? – спрашиваю с вызовом.
– Север, – бросает, прибив моих подружек одним взглядом. – Можете звать меня так. Меня прислал вас жених. Приказал привести вас, Адель, к нему, а по дороге заняться вашим воспитанием, если будете плохо себя вести.
Аж не знаю, что ему сказать…первые три секунды.
– Это погоняло, да? – спрашиваю, стараясь не показать ему, что напряглась от такого пристального внимания незнакомого мужика.
– Какие словечки для хорошей, домашней девочки, – Кажется, он насмехается надо мной. – Рот с мылом промою.
– Я тут не за этим, – его темный баритон перекрывает все. – Адель, на выход. И очень прошу не испытывать мое терпение.
Он не в курсе, с кем говорит подобным тоном?
– Да ты кто вообще, мальчик? – спрашиваю с вызовом.
– Север, – бросает, прибив моих подружек одним взглядом. – Можете звать меня так. Меня прислал вас жених. Приказал привести вас, Адель, к нему, а по дороге заняться вашим воспитанием, если будете плохо себя вести.
Аж не знаю, что ему сказать…первые три секунды.
– Это погоняло, да? – спрашиваю, стараясь не показать ему, что напряглась от такого пристального внимания незнакомого мужика.
– Какие словечки для хорошей, домашней девочки, – Кажется, он насмехается надо мной. – Рот с мылом промою.
«Никогда не встречайся с лекантеррами».
Так всегда говорила мама, когда я сообщала ей об очередной космической миссии нашего отдела при Звездном флоте Канисиана. А когда я попала в отряд «ОМЕГА» под руководством пресветлой Финарэль, то она умоляла меня на коленях выйти из проекта по установлению новых ксеноконтактов.
Но я всегда хотела заниматься научной деятельностью, применять свои знания ксенобиолога там, где это действительно нужно. И свято верила, что если у представителя другого вида есть разум, то найти общий язык — не проблема.
Как оказалось, я жестоко ошиблась. Особенно, когда у двух других представителей период размножения.
Так всегда говорила мама, когда я сообщала ей об очередной космической миссии нашего отдела при Звездном флоте Канисиана. А когда я попала в отряд «ОМЕГА» под руководством пресветлой Финарэль, то она умоляла меня на коленях выйти из проекта по установлению новых ксеноконтактов.
Но я всегда хотела заниматься научной деятельностью, применять свои знания ксенобиолога там, где это действительно нужно. И свято верила, что если у представителя другого вида есть разум, то найти общий язык — не проблема.
Как оказалось, я жестоко ошиблась. Особенно, когда у двух других представителей период размножения.
ИЛЛЮСТРАЦИИ В КАЖДОЙ ГЛАВЕ! Я сумела сбежать от своего жестокого дракона Итана Хардинга. Но истинную связь не разорвать, сколько ни пытайся. Мне остаётся лишь одно: скрывать метку. И скрываться самой. Под защитой его старшего брата Сайласа. Надёжного друга, рискнувшего ради меня всем.
Но почему моя метка так странно реагирует на него? И почему меня так к нему тянет?
Но почему моя метка так странно реагирует на него? И почему меня так к нему тянет?
«Ошиблись мы, душа моя… Наш сын однолюб… Сколько лет прошло, а он всё ещё любит ту русскую. Молчит, ничего не говорит, но я же вижу, что он несчастлив. Весь в работе. И деток у него нет. Дома почти не живет. Всё о ней думает… Были бы детки, другое, а тут… И Ибрагим намекает, что пора ситуацию менять. Может, правда?... Изменить? Вмешаться, исправить то, что натворили? Как же мне не хватает тебя, душа моя»…
Их разлучили. Он не смог отказать умирающей матери. Выбрал долг, не любовь.
Но прошло пять лет. И навстречу бежит малыш, похожий на него, как две капли воды.
Носящий не его фамилию…
#одержимая любовь
#очень откровенно
#'эмоциональ и непросто
Их разлучили. Он не смог отказать умирающей матери. Выбрал долг, не любовь.
Но прошло пять лет. И навстречу бежит малыш, похожий на него, как две капли воды.
Носящий не его фамилию…
#одержимая любовь
#очень откровенно
#'эмоциональ и непросто
Выберите полку для книги