Читать и слушать книги
Аннотация:
— Нет, это вы послушайте, Зорин, – прерывает меня и протягивает телефон, в котором фото. Моё, между прочим. И девицы.
— У меня там и более пикантные фото есть, – заявляет эта рыжая бестия, несносное моё наваждение. Раздражитель номер один. — Не помните?
У неё огненные волосы, но сердце снежной королевы. Она ворвалась в мой офис, в мою жизнь и, чёрт побери, душу, чтобы перевернуть всё с ног на голову. Устроить настоящий переполох — новорожденная дочь, её больная бабушка, да и сама эта холодная красотка... Что мне делать со всеми этими новогодними дарами?
А главное, почему я не могу всё это послать, когда у меня появляется такая возможность?
— Нет, это вы послушайте, Зорин, – прерывает меня и протягивает телефон, в котором фото. Моё, между прочим. И девицы.
— У меня там и более пикантные фото есть, – заявляет эта рыжая бестия, несносное моё наваждение. Раздражитель номер один. — Не помните?
У неё огненные волосы, но сердце снежной королевы. Она ворвалась в мой офис, в мою жизнь и, чёрт побери, душу, чтобы перевернуть всё с ног на голову. Устроить настоящий переполох — новорожденная дочь, её больная бабушка, да и сама эта холодная красотка... Что мне делать со всеми этими новогодними дарами?
А главное, почему я не могу всё это послать, когда у меня появляется такая возможность?
«Я сплю с твоим мужчиной! У нас будет ребёнок! Виктор любит меня, а с тобой он из жалости!
Сегодня Виктор узнает, что ты скрываешь от него беременность. Не жди, что он будет рад такому сюрпризу. Он отправит тебя на аборт и бросит! Вот увидишь!»
Из моих дрожащих рук вместе с клочком бумажки, найденной в моей сумочке, на пол летит праздничная коробочка. В неё я спрятала тест на беременность с двумя полосками.
Сегодня вечером я собиралась осчастливить Виктора новостью о том, что жду от него ребёнка.
Нет! Записка не может быть правдой! Ведь только пару дней назад Виктор сделал мне предложение руки и сердца, поклялся любить.
Любить и быть верным до конца дней…
Сегодня Виктор узнает, что ты скрываешь от него беременность. Не жди, что он будет рад такому сюрпризу. Он отправит тебя на аборт и бросит! Вот увидишь!»
Из моих дрожащих рук вместе с клочком бумажки, найденной в моей сумочке, на пол летит праздничная коробочка. В неё я спрятала тест на беременность с двумя полосками.
Сегодня вечером я собиралась осчастливить Виктора новостью о том, что жду от него ребёнка.
Нет! Записка не может быть правдой! Ведь только пару дней назад Виктор сделал мне предложение руки и сердца, поклялся любить.
Любить и быть верным до конца дней…
— Люба, только давай без истерик! — морщится муж. — Да, я тебе изменил. Все рано или поздно изменяют. И я думал, ты давно уже догадалась, просто молчала, чтобы не потерять то, что у тебя есть.
Какая истерика? Если я даже расплакаться не могу — только молча смотрю на полуобнаженную любовницу мужа. Ее короткий пеньюар не может скрыть заметно округлившийся живот.
— А что у меня есть, Илья? — тихо спрашиваю я.
— Статус, дом, деньги, — перечисляет он. — Разве этого мало? А взамен тебе всего лишь нужно было родить мне сына. Но ты не справилась даже с этим.
Его слова бьют наотмашь, и я вздрагиваю и прислоняюсь к стене.
— Зачем ты так? У нас есть наши девочки. Разве ты забыл?
— Я строил бизнес для того, чтобы однажды передать его в руки своего сына, — холодно отвечает он. — У дочерей другое предназначение. Мне нужен наследник, Люба! А тебе уже за сорок. Ты не сможешь мне его родить.
Какая истерика? Если я даже расплакаться не могу — только молча смотрю на полуобнаженную любовницу мужа. Ее короткий пеньюар не может скрыть заметно округлившийся живот.
— А что у меня есть, Илья? — тихо спрашиваю я.
— Статус, дом, деньги, — перечисляет он. — Разве этого мало? А взамен тебе всего лишь нужно было родить мне сына. Но ты не справилась даже с этим.
Его слова бьют наотмашь, и я вздрагиваю и прислоняюсь к стене.
— Зачем ты так? У нас есть наши девочки. Разве ты забыл?
— Я строил бизнес для того, чтобы однажды передать его в руки своего сына, — холодно отвечает он. — У дочерей другое предназначение. Мне нужен наследник, Люба! А тебе уже за сорок. Ты не сможешь мне его родить.
— Вы должны выслушать меня прямо сейчас.
— Девушка, мне некогда, правда. Простите, но я не могу сейчас разговаривать! У мужа день рождения!
— Это касается вашего мужа…
— Что?..
— Я беременна от Славы. Мы вместе три года. Я больше не могу это скрывать. Отпустите его. Он нужен сыну!
Мы были в браке пять лет… На празднике в честь его дня рождения, прямо при всех гостях и родственниках, любовница моего мужа заявляет, что беременна от него, а он… Ничего не отрицает.
— Девушка, мне некогда, правда. Простите, но я не могу сейчас разговаривать! У мужа день рождения!
— Это касается вашего мужа…
— Что?..
— Я беременна от Славы. Мы вместе три года. Я больше не могу это скрывать. Отпустите его. Он нужен сыну!
Мы были в браке пять лет… На празднике в честь его дня рождения, прямо при всех гостях и родственниках, любовница моего мужа заявляет, что беременна от него, а он… Ничего не отрицает.
Он, Артём Львов — известный холостяк и ловелас, который меняет женщин, как перчатки, и не задумывается о серьезных отношениях.
Я, Люба Мышкина, — его личная ассистентка. Скромная, почти незаметная девушка, по уши влюблённая в собственного начальника.
Я давно смирилась с тем, что он смотрит на меня, как на офисную тумбочку, но одна зимняя командировка всё меняет.
Мы попадаем в сильный буран, обратные рейсы отменяют, а я, перепутав адреса, вызываю такси не в гостиницу, а в заброшенный дом в лесу.
Теперь мы вынуждены остаться вдвоём в замкнутом пространстве и выжить. А мне очень-очень нужно вернуться в столицу до Нового года, ведь от этого зависит моя судьба.
Я, Люба Мышкина, — его личная ассистентка. Скромная, почти незаметная девушка, по уши влюблённая в собственного начальника.
Я давно смирилась с тем, что он смотрит на меня, как на офисную тумбочку, но одна зимняя командировка всё меняет.
Мы попадаем в сильный буран, обратные рейсы отменяют, а я, перепутав адреса, вызываю такси не в гостиницу, а в заброшенный дом в лесу.
Теперь мы вынуждены остаться вдвоём в замкнутом пространстве и выжить. А мне очень-очень нужно вернуться в столицу до Нового года, ведь от этого зависит моя судьба.
— Что здесь происходит? — я смотрела распахнутыми глазами на своего мужа, который стоял между распахнутых ног моей лучшей подруги.
— Давай не будем устраивать сцен. Мы больше не вместе, я нашел другую. Что непонятного?
— Но… это моя лучшая подруга! И я беременна от тебя.
— Не ври! Ты специально выдумала, чтобы меня удержать, но я не бычок на веревочке.
— А как же я? Как наш ребенок? Что нам делать?
— Как что? Найди себе работу, занятие какое-нибудь, заодно ребенка прокормишь. Мы все решили, завтра пришлю повестку.
Точнее ты все решил, пока я пыталась справиться с реальностью.
***
Я была счастливой женой, пока не узнала об измене мужа с лучшей подругой. Я осталась абсолютно одна, оскорбленная и разбитая. Но я отомщу ему за причиненную боль. Ему и его новой фифе.
Если, конечно, не передумает и воспитает нашего ребенка? Или найдется кто-то другой? Может, случайный прохожий?
— Давай не будем устраивать сцен. Мы больше не вместе, я нашел другую. Что непонятного?
— Но… это моя лучшая подруга! И я беременна от тебя.
— Не ври! Ты специально выдумала, чтобы меня удержать, но я не бычок на веревочке.
— А как же я? Как наш ребенок? Что нам делать?
— Как что? Найди себе работу, занятие какое-нибудь, заодно ребенка прокормишь. Мы все решили, завтра пришлю повестку.
Точнее ты все решил, пока я пыталась справиться с реальностью.
***
Я была счастливой женой, пока не узнала об измене мужа с лучшей подругой. Я осталась абсолютно одна, оскорбленная и разбитая. Но я отомщу ему за причиненную боль. Ему и его новой фифе.
Если, конечно, не передумает и воспитает нашего ребенка? Или найдется кто-то другой? Может, случайный прохожий?
Обычное хлопотливое утро стало концом прежней жизни. Завтрак, свежесваренный кофе, муж, собирающийся в командировку четвертый раз за месяц…И забытый на столе телефон…Переписка, разрушившая мою жизнь
- Привет, Виктор! У Ванечки завтра день рождения, Ты не забыл?.
- Привет, Маруська! Я не забыл про Ванечкин праздник. Скоро приеду.
Я задрожала, читая каждое слово. Глаза продолжали бегать по экрану, и я почти не дышала, наткнувшись на фразы, пронзившую душу:
- Ты всё ещё думаешь о том, как мы провели твою предыдущую командировку?
- Конечно. Это было прекрасно. Мы должны повторить это.
- О Боже, Виктор, — прошептала я, понимая, что теперь мне придётся жить с этим предательством.
Моя жизнь превратилась в ложь, а каждое воспоминание о нас теперь казалось лишь иллюзией.
Справится ли Наташа с обрушившийся на нее изменой, не погибнет ли под обломками прежней жизни?
- Привет, Виктор! У Ванечки завтра день рождения, Ты не забыл?.
- Привет, Маруська! Я не забыл про Ванечкин праздник. Скоро приеду.
Я задрожала, читая каждое слово. Глаза продолжали бегать по экрану, и я почти не дышала, наткнувшись на фразы, пронзившую душу:
- Ты всё ещё думаешь о том, как мы провели твою предыдущую командировку?
- Конечно. Это было прекрасно. Мы должны повторить это.
- О Боже, Виктор, — прошептала я, понимая, что теперь мне придётся жить с этим предательством.
Моя жизнь превратилась в ложь, а каждое воспоминание о нас теперь казалось лишь иллюзией.
Справится ли Наташа с обрушившийся на нее изменой, не погибнет ли под обломками прежней жизни?
– Здравствуйте, а Ярослав дома? С ним ничего не случилось? Я не могу до него дозвониться, – выпалила она разом, даже не переступив порог.
Бабушка повела ее в кабинет, где на письменном столе мягко светил экраном ноутбук.
– Это Анжелика. Невеста Ярослава, – произнесла Серафима Владимировна, внимательно изучая лицо соседской девочки. – Он уехал к ней на все Новогодние каникулы.
Ксения начала оседать. Бабушка ногой пододвинула стул и придержала однокурсницу внука, чтобы та не села мимо.
– И давно у него невеста? – голос Герды дрожал.
Бабушка повела ее в кабинет, где на письменном столе мягко светил экраном ноутбук.
– Это Анжелика. Невеста Ярослава, – произнесла Серафима Владимировна, внимательно изучая лицо соседской девочки. – Он уехал к ней на все Новогодние каникулы.
Ксения начала оседать. Бабушка ногой пододвинула стул и придержала однокурсницу внука, чтобы та не села мимо.
– И давно у него невеста? – голос Герды дрожал.
Посмотрев на ещё одну свадебную фотографию, я усмехнулась, испытывая ненависть к некогда любимому мужчине.
Сколько же лжи было в нашем браке?
Фотография полетела в мусорное ведро, к остальным снимкам, а следом за ней и кольцо, которое будто обжигало мой палец, хоть снят его оказалось ещё тем испытанием.
– Алла! – прогремел на первом этаже голос Артёма, а потом сразу же хлопнула входная дверь, ещё и с такой силой, что мне показалось, что вибрация от удара дошла до второго этажа. – Алла, какого чёрта происходит? Ты где?
Усмехнувшись, я выпрямилась и, достав заранее купленную зажигалку, нажала на кнопку, зафиксировав подачу огня, и кинула её в мусорное ведро, сжигая все лживые воспоминания.
* * *
Моя жизнь была полностью устроена, мне сорок восемь, у меня двое взрослых сыновей и прекрасный муж. И вроде всё хорошо, мне не на что жаловаться, но правду говорят, что всё тайное вскоре становится явным.
Сколько же лжи было в нашем браке?
Фотография полетела в мусорное ведро, к остальным снимкам, а следом за ней и кольцо, которое будто обжигало мой палец, хоть снят его оказалось ещё тем испытанием.
– Алла! – прогремел на первом этаже голос Артёма, а потом сразу же хлопнула входная дверь, ещё и с такой силой, что мне показалось, что вибрация от удара дошла до второго этажа. – Алла, какого чёрта происходит? Ты где?
Усмехнувшись, я выпрямилась и, достав заранее купленную зажигалку, нажала на кнопку, зафиксировав подачу огня, и кинула её в мусорное ведро, сжигая все лживые воспоминания.
* * *
Моя жизнь была полностью устроена, мне сорок восемь, у меня двое взрослых сыновей и прекрасный муж. И вроде всё хорошо, мне не на что жаловаться, но правду говорят, что всё тайное вскоре становится явным.
Я открываю дверь ключом и сразу слышу громкую музыку где-то в районе нашей спальни.
Сбросив туфли, я спешу туда.
На нашем семейном ложе, развалившись на моем постельном белье из люксового тенселя лежит мой муж, а по обе стороны от него сидят голые девицы.
Я просто стою и смотрю на эту троицу, как на сварку в подворотне - и смотреть больно, и глаз не оторвать.
Девицы роскошные, стоит заметить. У обеих грудь пятого размера, идеальные бедра без целлюлита, загорелые тела без белых полосочек.
Александр, увидев меня, немного смущается, дергает обеими руками в стороны, и девицы разлетаются в разные стороны, как воробьи на ветки.
– Маша? – удивляется он и даже не краснеет, только привстает. – Ты же должна была вернуться во вторник!
– Александр, кто это? – спрашивает девица справа.
Чтобы не утруждать мужа в объяснениях, я отвечаю:
– Да никто, не парьтесь, я уже ухожу.
Разворачиваюсь и иду в прихожую.
Вот так просто? Никто меня догонять не собирается?
Сбросив туфли, я спешу туда.
На нашем семейном ложе, развалившись на моем постельном белье из люксового тенселя лежит мой муж, а по обе стороны от него сидят голые девицы.
Я просто стою и смотрю на эту троицу, как на сварку в подворотне - и смотреть больно, и глаз не оторвать.
Девицы роскошные, стоит заметить. У обеих грудь пятого размера, идеальные бедра без целлюлита, загорелые тела без белых полосочек.
Александр, увидев меня, немного смущается, дергает обеими руками в стороны, и девицы разлетаются в разные стороны, как воробьи на ветки.
– Маша? – удивляется он и даже не краснеет, только привстает. – Ты же должна была вернуться во вторник!
– Александр, кто это? – спрашивает девица справа.
Чтобы не утруждать мужа в объяснениях, я отвечаю:
– Да никто, не парьтесь, я уже ухожу.
Разворачиваюсь и иду в прихожую.
Вот так просто? Никто меня догонять не собирается?
Выберите полку для книги