Книги в жанре «Мелодрама»
- Зачем вы прислали подарок? Нам от вас ничего не нужно! Ариша прекрасно растет и без отца.
Не понял. Отнимаю телефон от уха и смотрю на номер - мне он не знаком.
- Девушка, вы номером ошиблись? Вы кому звоните?
- Нет, Ольховский Кирилл Александрович, я не ошиблась номером. Ни мне, ни Арише ваши подарки не нужны!
На секунду зависаю, услышав свои фамилию имя и отчество. Девушка явно верит в то, о чем говорит.
- Послушайте, я не знаю ни вас, ни вашего ребенка. И совершенно точно ничего вам не отправлял.
- Да? А как же билеты на «Золушку»? Передо мной вот два лежат, и открытка имеется.
Девушке по ошибке отправили от меня подарок на 8 марта. Теперь незнакомка утверждает, что я отец ее ребенка. Но как такое может быть?
Не понял. Отнимаю телефон от уха и смотрю на номер - мне он не знаком.
- Девушка, вы номером ошиблись? Вы кому звоните?
- Нет, Ольховский Кирилл Александрович, я не ошиблась номером. Ни мне, ни Арише ваши подарки не нужны!
На секунду зависаю, услышав свои фамилию имя и отчество. Девушка явно верит в то, о чем говорит.
- Послушайте, я не знаю ни вас, ни вашего ребенка. И совершенно точно ничего вам не отправлял.
- Да? А как же билеты на «Золушку»? Передо мной вот два лежат, и открытка имеется.
Девушке по ошибке отправили от меня подарок на 8 марта. Теперь незнакомка утверждает, что я отец ее ребенка. Но как такое может быть?
— Соседка, воспитаем твоего ребёночка вместе? Ему или ей нужен отец, — как ни в чём не бывало мой сосед сверху выдвигает весьма странное предложение.
— А кто сказал, что ты подходишь на роль отца, Матвей? — усмехнулась я, глядя ему в глаза.
— Красив. Богат. Не женат, — загибает он пальцы на руках, будто бы для меня это что-то значит. — Чего ломаешься?
— Какой из тебя отец, когда ты прожигаешь свою жизнь ради того, чтобы каждый день в твоей постели была новая? Мне такие шутки ни к чему, — улыбаюсь грустно, вспоминая наше первое знакомство.
Купив квартиру в новом доме, я была счастлива. Ровно до тех пор, пока не состоялось моё личное знакомство с соседом сверху. Этот наглец вторгся в мои личные границы, не спрашивая меня об этом. А после предложил стать отцом для моего ребёнка, который не нужен родному. Судьба посмеялась надо мной дважды или подарила шанс на счастье?
— А кто сказал, что ты подходишь на роль отца, Матвей? — усмехнулась я, глядя ему в глаза.
— Красив. Богат. Не женат, — загибает он пальцы на руках, будто бы для меня это что-то значит. — Чего ломаешься?
— Какой из тебя отец, когда ты прожигаешь свою жизнь ради того, чтобы каждый день в твоей постели была новая? Мне такие шутки ни к чему, — улыбаюсь грустно, вспоминая наше первое знакомство.
Купив квартиру в новом доме, я была счастлива. Ровно до тех пор, пока не состоялось моё личное знакомство с соседом сверху. Этот наглец вторгся в мои личные границы, не спрашивая меня об этом. А после предложил стать отцом для моего ребёнка, который не нужен родному. Судьба посмеялась надо мной дважды или подарила шанс на счастье?
- Собирай вещи и уходи,- произнес муж жестко.
- Слава… ты серьезно? У меня на руках твой трехмесячный сын!
- Не мой! Мама сделала ДНК! Ты нагуляла этого выродка, а мне врала, дрянь!
Сзади, в дверном проеме кухни, стояла она. Его мать.
- Я тоже считаю, что ты должна уйти, Анечка. Ты же понимаешь… мы слишком породисты, чтобы воспитывать твой приблуд,.
Удовлетворенный взгляд этой гадины транслировал мне: «эту войну выиграла я, невестушка».
Меня выставили за дверь с младенцем на руках. Муж, ослепленный ложью матери и фальшивым тестом ДНК, поверил, что ребенок не его. Свекровь торжествует. Но она ошиблась. Я не проиграла. Я вернусь за правдой… и возмездием.
- Слава… ты серьезно? У меня на руках твой трехмесячный сын!
- Не мой! Мама сделала ДНК! Ты нагуляла этого выродка, а мне врала, дрянь!
Сзади, в дверном проеме кухни, стояла она. Его мать.
- Я тоже считаю, что ты должна уйти, Анечка. Ты же понимаешь… мы слишком породисты, чтобы воспитывать твой приблуд,.
Удовлетворенный взгляд этой гадины транслировал мне: «эту войну выиграла я, невестушка».
Меня выставили за дверь с младенцем на руках. Муж, ослепленный ложью матери и фальшивым тестом ДНК, поверил, что ребенок не его. Свекровь торжествует. Но она ошиблась. Я не проиграла. Я вернусь за правдой… и возмездием.
Я хирург и владелец клиники. Когда маленький мальчик тайком пробрался ко мне в кабинет и подвернул ногу, я даже не мог подумать, чем закончится это встреча.
- А папа твой где?
- Он в Африке зверей лечит. Как Айболит.
За дверью раздаются торопливые шаги.
- Никита! – зовёт женский голос. Голос, который почему-то кажется мне знакомым. – Никита, ты где?
- Мама, - одними губами произносит мальчишка.
Но ничего сказать не успевает, потому что в распахнутую дверь кабинета заглядывает девушка, и я, опешив, застываю, в шоке смотря на Дину Михайлову, которую не видел…
Перевожу взгляд на маленького Никиту. Сердце начинает колотиться быстрее, мозг активно соображает, складывая этот простой в принципе пазл.
- Значит, папа в Африке, говоришь?..
- А папа твой где?
- Он в Африке зверей лечит. Как Айболит.
За дверью раздаются торопливые шаги.
- Никита! – зовёт женский голос. Голос, который почему-то кажется мне знакомым. – Никита, ты где?
- Мама, - одними губами произносит мальчишка.
Но ничего сказать не успевает, потому что в распахнутую дверь кабинета заглядывает девушка, и я, опешив, застываю, в шоке смотря на Дину Михайлову, которую не видел…
Перевожу взгляд на маленького Никиту. Сердце начинает колотиться быстрее, мозг активно соображает, складывая этот простой в принципе пазл.
- Значит, папа в Африке, говоришь?..
Я познакомилась со своим мужем еще студенткой. И это была настоящая любовь, которая никуда не делась даже после того, как свекровушка сказала свое категорическое «нет». Потом, конечно, притерлись, сжились… Но через двадцать лет, как казалось, дружного брака, увы, так и не обросшего детьми, на юбилее мужа я узнала, что он мне изменяет. Развод? Конечно. Но как жить дальше? Когда тебе двадцать пять, тоже непросто, но когда хорошенько за сорок, а надо начинать с нуля, вдруг выясняется, что мешает буквально все. В первую очередь, конечно, одиночество… А еще чертов сосед за стеной, ночи которого настолько ярки на эмоции и сопутствующие им звуки, что больше всего его хочется убить…
Раздался смешок. Из соседней кабинки. Мужской. До боли знакомый.
– Ты с ума сошла, нас же слышат…
Я замерла.
Голос был его. Его. Павла. Я бы узнала этот тембр даже под водой, во сне и после наркоза. А ещё – я узнала, как он шепчет, когда хочет, чтобы его не услышали. Проблема в том, что услышала я. И не только слова.
Шорох ткани. Ещё один смешок – женский, хрипловатый, дерзкий.
– Ну и что, пусть слышат… – и характерный звук – поцелуй. Потом... Секунда тишины. И всё.
Мой мир рухнул.
Я стояла неподвижно. Пульс бился в ушах. Глаза начали слезиться – то ли от яркого света, то ли от предательства моего мужа.
Иногда жизнь преподносит сюрпризы. Кто-то выигрывает в лотерею, кто-то находит в кармане старого пальто забытую тысячу, а кто-то… слышит, как её муж изменяет в соседней примерочной.
– Ты с ума сошла, нас же слышат…
Я замерла.
Голос был его. Его. Павла. Я бы узнала этот тембр даже под водой, во сне и после наркоза. А ещё – я узнала, как он шепчет, когда хочет, чтобы его не услышали. Проблема в том, что услышала я. И не только слова.
Шорох ткани. Ещё один смешок – женский, хрипловатый, дерзкий.
– Ну и что, пусть слышат… – и характерный звук – поцелуй. Потом... Секунда тишины. И всё.
Мой мир рухнул.
Я стояла неподвижно. Пульс бился в ушах. Глаза начали слезиться – то ли от яркого света, то ли от предательства моего мужа.
Иногда жизнь преподносит сюрпризы. Кто-то выигрывает в лотерею, кто-то находит в кармане старого пальто забытую тысячу, а кто-то… слышит, как её муж изменяет в соседней примерочной.
— Поезжай. Беги к своей любовнице. Только знай — больше ты в этот дом не вернешься. И дочь тебя не простит. И я подам на развод, заберу все, что смогу. Оставлю тебя голым и босым!
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Музыка начинает звучать громче, кто-то поднимает тост, официанты разносят канапе. А я не свожу глаз со входа, ожидая мужа.
И когда я уже почти решаю не обращать внимания, открывается дверь, и в зал заходит Алекс.
И не один.
Мой муж нежно обнимает за талию молодую девушку в ярко-красном платье с откровенным вырезом. Она громко и беззаботно смеётся. Совсем как я когда-то.
— Котя, ну когда ты уже расколешься, чья эта вечеринка! - девица капризно надувает губки и прислоняется головой к его плечу. Она не замечает меня.
А вот Алекс — замечает. О, как он замечает!
***
На мой юбилей муж преподнес неожиданный подарок, явившись на праздник со своей любовницей…
И когда я уже почти решаю не обращать внимания, открывается дверь, и в зал заходит Алекс.
И не один.
Мой муж нежно обнимает за талию молодую девушку в ярко-красном платье с откровенным вырезом. Она громко и беззаботно смеётся. Совсем как я когда-то.
— Котя, ну когда ты уже расколешься, чья эта вечеринка! - девица капризно надувает губки и прислоняется головой к его плечу. Она не замечает меня.
А вот Алекс — замечает. О, как он замечает!
***
На мой юбилей муж преподнес неожиданный подарок, явившись на праздник со своей любовницей…
— Чей это ребенок, Даша?! — бывший муж испепеляет меня своими карими глазами. В прошлом он с легкостью разбил мне сердце своим предательством.
— Она моя! Только моя, Камиль! — с отчаянием кричу в лицо предателю, сжимая кулаки.
Мое сердце срывается в обрыв, когда я слышу крик дочери за спиной.
— Кто отец этой малышки?!
— Ты покупаешь для своей невесты кольцо и не имеешь право спрашивать меня о моей жизни!
Я думала, у нас любовь, как в фильмах, и что как бы трудно не было, мы все переживем. Вот только сильно ошиблась. Я застала любимого с моей подругой у него в офисе. Но через год бывший муж вернулся и потребовал второго шанса…
— Она моя! Только моя, Камиль! — с отчаянием кричу в лицо предателю, сжимая кулаки.
Мое сердце срывается в обрыв, когда я слышу крик дочери за спиной.
— Кто отец этой малышки?!
— Ты покупаешь для своей невесты кольцо и не имеешь право спрашивать меня о моей жизни!
Я думала, у нас любовь, как в фильмах, и что как бы трудно не было, мы все переживем. Вот только сильно ошиблась. Я застала любимого с моей подругой у него в офисе. Но через год бывший муж вернулся и потребовал второго шанса…
Я сидела в кабинете нотариуса и смотрела на Стаса. Он сиял, предвкушая свой триумф, свою окончательную победу. Он был абсолютно уверен, что сейчас я подпишу бумаги, которые передадут ему все. Мою жизнь, наследство отца — все. Я взяла ручку и подняла на него глаза.
— Знаешь, Стас, — мой голос прозвучал ровно. — Ты всегда говорил, что я ничего не понимаю в бизнесе. Но одному ты меня научил. Всегда внимательно читать то, что подписываешь.
Я с наслаждением наблюдала, как улыбка медленно сползает с его лица, сменяясь недоумением. Я положила ручку на стол и отодвинула его бумаги. А на их место положила свою папку.
Он заглянул в нее, и его лицо окаменело. В этот самый момент дверь открылась. Я даже не обернулась — я знала, кто там. В кабинет вошли двое, и их тяжелые шаги по паркету прозвучали для меня музыкой. Музыкой моего возмездия.
— Знаешь, Стас, — мой голос прозвучал ровно. — Ты всегда говорил, что я ничего не понимаю в бизнесе. Но одному ты меня научил. Всегда внимательно читать то, что подписываешь.
Я с наслаждением наблюдала, как улыбка медленно сползает с его лица, сменяясь недоумением. Я положила ручку на стол и отодвинула его бумаги. А на их место положила свою папку.
Он заглянул в нее, и его лицо окаменело. В этот самый момент дверь открылась. Я даже не обернулась — я знала, кто там. В кабинет вошли двое, и их тяжелые шаги по паркету прозвучали для меня музыкой. Музыкой моего возмездия.
Выберите полку для книги