Книги в жанре «Мелодрама»
Оля едет в Сибирь, чтобы оставить сына бывшему мужу на зимние каникулы.
Она не собиралась задерживаться, не собиралась вспоминать прошлое.
И уж точно не собиралась подбирать на трассе белого щенка, который окажется песцом.
Диким, не предназначенным для семьи, как и её бывший муж.
Саша не ждал праздников и не был готов снова стать отцом, а не «папой на каникулах».
Но метель закрывает дорогу. Им всем приходится встречать вместе Новый год и забыть прошлые обиды.
Она не собиралась задерживаться, не собиралась вспоминать прошлое.
И уж точно не собиралась подбирать на трассе белого щенка, который окажется песцом.
Диким, не предназначенным для семьи, как и её бывший муж.
Саша не ждал праздников и не был готов снова стать отцом, а не «папой на каникулах».
Но метель закрывает дорогу. Им всем приходится встречать вместе Новый год и забыть прошлые обиды.
До полуночи двадцать минут.
Мы с сыном сидим, прижавшись друг к другу в холодной квартире, и смотрим телевизор, когда в дверь кто-то звонит.
— Кто это? — удивленно спрашивает Сережка.
— Не знаю, сынок.
Открываю дверь и застываю на месте, увидев на лестничной площадке убогого подъезда Алексея Болгарева.
Не может быть. Это галлюцинация. Усталость. Стресс.
Что он здесь делает? Почему он пришел? Зачем?
— Здравствуй, Алиса, — раздается его знакомый до боли голос, который я слышала во снах все эти годы.
— Мам! — Сережка выглядывает из-за меня. — Это кто?
Я судорожно сглатываю и не могу произнести ни слова.
— Твой папа, — отвечает Болгарев вместо меня…
***
Семь лет назад жених обвинил меня в измене и вычеркнул из своей жизни. Я уехала в маленький городок с тайной под сердцем. Семь лет я выживала и считала каждую копейку. А теперь мой бывший снова ворвался в мою жизнь, чтобы лишить меня самого дорогого…
Мы с сыном сидим, прижавшись друг к другу в холодной квартире, и смотрим телевизор, когда в дверь кто-то звонит.
— Кто это? — удивленно спрашивает Сережка.
— Не знаю, сынок.
Открываю дверь и застываю на месте, увидев на лестничной площадке убогого подъезда Алексея Болгарева.
Не может быть. Это галлюцинация. Усталость. Стресс.
Что он здесь делает? Почему он пришел? Зачем?
— Здравствуй, Алиса, — раздается его знакомый до боли голос, который я слышала во снах все эти годы.
— Мам! — Сережка выглядывает из-за меня. — Это кто?
Я судорожно сглатываю и не могу произнести ни слова.
— Твой папа, — отвечает Болгарев вместо меня…
***
Семь лет назад жених обвинил меня в измене и вычеркнул из своей жизни. Я уехала в маленький городок с тайной под сердцем. Семь лет я выживала и считала каждую копейку. А теперь мой бывший снова ворвался в мою жизнь, чтобы лишить меня самого дорогого…
Полина вдруг замолчала. Потянулась к телефону, который завибрировал на столике. Я машинально подняла взгляд – и мир на секунду перестал существовать.
На заставке её телефона был Игнат.
Мой Игнат. Мой муж…
Я замерла внутри. Словно кто-то нажал кнопку паузы.
– Красивый мужчина, – сказала я, удивляясь тому, как ровно прозвучал мой голос. – Это… кто у тебя на заставке?
Полина оживилась. Как всегда, когда речь заходила о личном.
– А… – она улыбнулась мягко, почти мечтательно. – Это мой любимый человек.
Каждое слово попадало внутрь меня, как капля кислоты.
– У вас серьёзно? – спросила я, всё ещё глядя на своё отражение в зеркале, а не на неё.
– Сложно, – вздохнула она. – Он давно обещал развестись… но всё тянется. Жалеет жену. Она у него больная.
Я едва не рассмеялась. Громко. Истерично. До слёз.
Больная жена…
Это я-то больная жена?
На заставке её телефона был Игнат.
Мой Игнат. Мой муж…
Я замерла внутри. Словно кто-то нажал кнопку паузы.
– Красивый мужчина, – сказала я, удивляясь тому, как ровно прозвучал мой голос. – Это… кто у тебя на заставке?
Полина оживилась. Как всегда, когда речь заходила о личном.
– А… – она улыбнулась мягко, почти мечтательно. – Это мой любимый человек.
Каждое слово попадало внутрь меня, как капля кислоты.
– У вас серьёзно? – спросила я, всё ещё глядя на своё отражение в зеркале, а не на неё.
– Сложно, – вздохнула она. – Он давно обещал развестись… но всё тянется. Жалеет жену. Она у него больная.
Я едва не рассмеялась. Громко. Истерично. До слёз.
Больная жена…
Это я-то больная жена?
Возвращаюсь из роддома с двумя дочками на руках. Муж не встретил, телефон разряжен, до подъезда меня довез незнакомец.
Толкаю дверь в спальню.
Муж валяется на нашей кровати, пьяный и невыносимо довольный.
— Мы праздновали! — довольно бормочет он, едва разлепив веки. — За дочек, за их ручки, за каждую пяточку пили...
Вдруг одеяло шевелится, и рядом с ним вылезает девица. Совсем молодая, наглая. Она лениво вытягивает из-под простыни свою длинную ногу и смотрит на меня в упор.
В горле пересыхает, но я нахожу в себе силы задать один-единственный вопрос:
— Это за эти ножки ты пил?
Толкаю дверь в спальню.
Муж валяется на нашей кровати, пьяный и невыносимо довольный.
— Мы праздновали! — довольно бормочет он, едва разлепив веки. — За дочек, за их ручки, за каждую пяточку пили...
Вдруг одеяло шевелится, и рядом с ним вылезает девица. Совсем молодая, наглая. Она лениво вытягивает из-под простыни свою длинную ногу и смотрит на меня в упор.
В горле пересыхает, но я нахожу в себе силы задать один-единственный вопрос:
— Это за эти ножки ты пил?
Отец отдал меня в качестве долга. Кот забрал и не подумал узнать моего мнения. Но я не собираюсь молчать и быть покорной невестой! О, нет... Вы все жестоко ошибаетесь, ведь чем красивее цветок, тем он ядовитей.
- Твой муж востребован. Гордись, что он возвращается домой и делиться всем, что имеет, но иногда… Грешит. Все мы не без изъяна.
Он был первым, кто разбил мне сердце.
- Все-таки изменил.
- Вик, давай не будем устраивать скандал. Нам же хорошо вместе. А мои загулы? Я все компенсирую.
Прислушалась к его словам. Частично. Не было скандала, но был развод.
Сказала предателю напоследок:
- Наступит день, когда ты пожалеешь, но будет поздно, ведь я встречу достойного мужчину, кем ты не смог стать.
Кто же знал, что спустя пятнадцать лет он ворвется в мою жизнь вновь.
- Вижу, что хорошо устроилась, но с достойным погорячилась. Мужик, не носящий обручалку – холостяк.
Именно тогда я заметила, как мой муж незаметно, стоя в углу комнаты, возвращает кольцо на место, а бывший не унимался:
- Ладно, я позволял себе гульнуть – мне по статусу положено. Куда он лезет при своих очевидных минусах?! Захочешь вспомнить, как выглядит настоящий мужик – набери мой номер.
Он был первым, кто разбил мне сердце.
- Все-таки изменил.
- Вик, давай не будем устраивать скандал. Нам же хорошо вместе. А мои загулы? Я все компенсирую.
Прислушалась к его словам. Частично. Не было скандала, но был развод.
Сказала предателю напоследок:
- Наступит день, когда ты пожалеешь, но будет поздно, ведь я встречу достойного мужчину, кем ты не смог стать.
Кто же знал, что спустя пятнадцать лет он ворвется в мою жизнь вновь.
- Вижу, что хорошо устроилась, но с достойным погорячилась. Мужик, не носящий обручалку – холостяк.
Именно тогда я заметила, как мой муж незаметно, стоя в углу комнаты, возвращает кольцо на место, а бывший не унимался:
- Ладно, я позволял себе гульнуть – мне по статусу положено. Куда он лезет при своих очевидных минусах?! Захочешь вспомнить, как выглядит настоящий мужик – набери мой номер.
—Я подарил тебе свои лучшие годы, но стареть с тобой я не планировал, — выдал муж, буравя меня взглядом.
— Что ты такое говоришь?— всхлип сорвался с моих губ.
— Тебя тянет поближе к земле, — презрительно бросил муж. — А я полон сил. И мне хочется свежего и молодого тела…
— У нас внуку три годика. Возраст это же не приговор, — стала тихо оправдываться.
— Не приговор, — согласился супруг и вытащил из стола бумаги. — Подпиши. Это документы на развод. Считай это я тебе подарок на будущий день рождения сделал.
Муж уходил красиво, щедро одаривал мою «старость», только через полгода после развода он стоял на пороге квартиры и выплевывал ругательства.
—Я нагулялся. Принимай родного мужа с почестями. И ванну мне приготовь, а то больно разбаловалась тут без меня. Ну ничего, сейчас быстро вспомнишь хозяйскую руку. Еще и есть с нее станешь.
— Что ты такое говоришь?— всхлип сорвался с моих губ.
— Тебя тянет поближе к земле, — презрительно бросил муж. — А я полон сил. И мне хочется свежего и молодого тела…
— У нас внуку три годика. Возраст это же не приговор, — стала тихо оправдываться.
— Не приговор, — согласился супруг и вытащил из стола бумаги. — Подпиши. Это документы на развод. Считай это я тебе подарок на будущий день рождения сделал.
Муж уходил красиво, щедро одаривал мою «старость», только через полгода после развода он стоял на пороге квартиры и выплевывал ругательства.
—Я нагулялся. Принимай родного мужа с почестями. И ванну мне приготовь, а то больно разбаловалась тут без меня. Ну ничего, сейчас быстро вспомнишь хозяйскую руку. Еще и есть с нее станешь.
– Что за бред? – Дания берет себя в руки и задирает подбородок. – Тебе, наверное, что–то почудилось во всей этой...коме. Как я и Давид можем встречаться? Так только свиньи поступают.
– А вы и есть…свиньи, сестра, – я слаба, ранена, забинтована, мой ребенок…но я не дура. Не идиотка, в конце концов.
– Любимая, – начинает масляно Давид и желает подойти ко мне.
Я дергаюсь, и он замирает на месте. Больничная палата для нас обоих капкан...
– А вы и есть…свиньи, сестра, – я слаба, ранена, забинтована, мой ребенок…но я не дура. Не идиотка, в конце концов.
– Любимая, – начинает масляно Давид и желает подойти ко мне.
Я дергаюсь, и он замирает на месте. Больничная палата для нас обоих капкан...
— Уволить меня не получится, Юлия Викторовна, — произнесла она тихо, но так, что каждое слово прозвучало, как удар молотка.
Я фыркнула, все еще на взводе
— Да, я в курсе. Мать-одиночка, малолетний ребенок. Трудовой кодекс тебя защищает. Но я могу сделать так, что тебе самой тут не захочется работать. Конечно, если ты ещё раз допустишь подобную небрежность.
Она медленно покачала головой. На ее губах дрогнула тонкая, ледяная улыбка.
— Скоро я матерью-одиночкой быть перестану. И закон защищать меня уже не будет. Потому что он будет с нами. Отец моего ребенка. Ваш муж, Юлия Викторовна!
Мое сердце остановилось. Комната поплыла.
— Что? — выдавила я.
— Данил уходит от вас. Ко мне. К нам. К нашему общему сыну, — она говорила четко, разделяя слова, наслаждаясь моментом. Ее маска тихой, несчастной страдалицы окончательно упала. — Кирилл уже почти пять лет ждет своего папу. И наконец-то будет по-настоящему счастлив, когда отец будет жить с ним в одном доме. Полноценной семьей.
Я фыркнула, все еще на взводе
— Да, я в курсе. Мать-одиночка, малолетний ребенок. Трудовой кодекс тебя защищает. Но я могу сделать так, что тебе самой тут не захочется работать. Конечно, если ты ещё раз допустишь подобную небрежность.
Она медленно покачала головой. На ее губах дрогнула тонкая, ледяная улыбка.
— Скоро я матерью-одиночкой быть перестану. И закон защищать меня уже не будет. Потому что он будет с нами. Отец моего ребенка. Ваш муж, Юлия Викторовна!
Мое сердце остановилось. Комната поплыла.
— Что? — выдавила я.
— Данил уходит от вас. Ко мне. К нам. К нашему общему сыну, — она говорила четко, разделяя слова, наслаждаясь моментом. Ее маска тихой, несчастной страдалицы окончательно упала. — Кирилл уже почти пять лет ждет своего папу. И наконец-то будет по-настоящему счастлив, когда отец будет жить с ним в одном доме. Полноценной семьей.
– Лет одиннадцать у меня вторая жена…– равнодушно пожал плечами Руслан. – Сама понимаешь, мне можно…
– Ты крещёный! – от абсурдности ситуации хотелось и смеяться, и плакать.
Руслан выпрямился в полный рост.
– Но мои корни в другой религии. И она позволяет иметь мне столько жен, скольких могу обеспечить…
– У нас семья… Сыну скоро шестнадцать! А его отец…
– А его отец дал ему брата. Так что закрыли тему, — бросил презрительно.
– Не закрыли, – выдавила сквозь боль.
Мы развелись. Не просто.
Но на этом история не закончилась.
Через полгода Руслан появился в моем салоне.
– В общем, Вита, – он деловито оглядел интерьер и недовольно сморщился. – С сыном я поговорил, и он согласен. Я же принял твою дочь от первого брака. Так что и ты примешь моего ребенка от второй жены, и мы снова станем семьёй.
– Ты крещёный! – от абсурдности ситуации хотелось и смеяться, и плакать.
Руслан выпрямился в полный рост.
– Но мои корни в другой религии. И она позволяет иметь мне столько жен, скольких могу обеспечить…
– У нас семья… Сыну скоро шестнадцать! А его отец…
– А его отец дал ему брата. Так что закрыли тему, — бросил презрительно.
– Не закрыли, – выдавила сквозь боль.
Мы развелись. Не просто.
Но на этом история не закончилась.
Через полгода Руслан появился в моем салоне.
– В общем, Вита, – он деловито оглядел интерьер и недовольно сморщился. – С сыном я поговорил, и он согласен. Я же принял твою дочь от первого брака. Так что и ты примешь моего ребенка от второй жены, и мы снова станем семьёй.
Выберите полку для книги