Книги в жанре «Современный любовный роман»
– Что тогда произошло, Лика? Не бойтесь, вашу тайну я унесу с собой. Вы слышали про синдром «вагонного попутчика»? – незнакомец опустился на колени перед Ликой и бережно взял её за руку.
– Ооо. Это длинная история.
– Я никуда не тороплюсь. Да и вы, кажется, не хотите выступать.
– Хорошо. Я вам расскажу. Сил моих больше нет хранить в душе невысказанную любовь и сожаления о ней...
– Ооо. Это длинная история.
– Я никуда не тороплюсь. Да и вы, кажется, не хотите выступать.
– Хорошо. Я вам расскажу. Сил моих больше нет хранить в душе невысказанную любовь и сожаления о ней...
Пять подруг. Случайный билет на поезд. Абсурдное пари, такие же условия. Что из этого выйдет? Кто знает. Но говорят, в поездах случаются чудеса! Это история Лизы!
“– Ты правда думал, что соглашусь стать твоей собственностью? – подняв на него взгляд, ехидно улыбнулась, – я лишь показала, что значит красиво проиграть.
– И в чем красота?
– Вот вроде победил, а ощущение, что ты конкретно обосрался не покидает. Здорово да?
– Считаешь себя самой умной? – протянул с еле заметной улыбкой.
– Нет, тебя мне не переплюнуть.
– Льстишь?
– Не более чем анализ собранной информации и твоего поведения. Как оказалось, слабости есть даже у таких как ты.
– До некоторых пор я их не имел, – выдал со смешком.
– А я нагло это использую. Потому что уничтожить я себя не позволю, ясно?
– Теперь понимаю, почему тебя люди ненавидят, – шикнул нервно.”
“– Ты правда думал, что соглашусь стать твоей собственностью? – подняв на него взгляд, ехидно улыбнулась, – я лишь показала, что значит красиво проиграть.
– И в чем красота?
– Вот вроде победил, а ощущение, что ты конкретно обосрался не покидает. Здорово да?
– Считаешь себя самой умной? – протянул с еле заметной улыбкой.
– Нет, тебя мне не переплюнуть.
– Льстишь?
– Не более чем анализ собранной информации и твоего поведения. Как оказалось, слабости есть даже у таких как ты.
– До некоторых пор я их не имел, – выдал со смешком.
– А я нагло это использую. Потому что уничтожить я себя не позволю, ясно?
– Теперь понимаю, почему тебя люди ненавидят, – шикнул нервно.”
Там, где пахнет порохом и страхом, не место нежным лепесткам. Но именно среди ужаса и отчаяния иногда расцветает самая сильная любовь. Та, что способная выдержать любое испытание.
— Группа «Альфа» на позиции. «Бета», ждите моего сигнала. Цель — нейтрализация, приоритет — жизнь заложников, — его голос был ровным и твердым, без единой нотки сомнения.
Он не знал, что за дверью, которую ему предстояло штурмовать, его ждет не просто еще одна заложница. Его ждет девушка в черном платье, которая только что ценой собственной свободы спасла мать и ребенка. Девушка, которая перевернет все его представления о жизни, долге и о том, что такое настоящая храбрость.
— Группа «Альфа» на позиции. «Бета», ждите моего сигнала. Цель — нейтрализация, приоритет — жизнь заложников, — его голос был ровным и твердым, без единой нотки сомнения.
Он не знал, что за дверью, которую ему предстояло штурмовать, его ждет не просто еще одна заложница. Его ждет девушка в черном платье, которая только что ценой собственной свободы спасла мать и ребенка. Девушка, которая перевернет все его представления о жизни, долге и о том, что такое настоящая храбрость.
— Давай спокойно, — произносит слишком ровно. — Ты же не будешь делать вид, что была не в курсе?
— Не в курсе чего? Твоих многочисленных измен? Второй семьи, ребёнка или квартиры, которую ты недавно купил и оформил на свою мать? — Произношу, соблюдая хронологический порядок событий, и наконец вижу эмоции на его лице. Всего секунда и снова маска невозмутимости. Отворачиваюсь, противно…
— Хорошо. Сегодня не будем. Завтра — в семь. Ира будет нас ждать. — Ира? — Она мой адвокат. Я подала на развод.
Андрей ставит тарелки на стол, медленно вытирает руки о переброшенное через плечо полотенце.
— Не неси чушь! Развода не будет. Ты — моя жена, так будет всегда. Я обещаю, что о Ксении ты больше не услышишь. — Я не собираюсь спорить, любые слова сейчас способны вызвать истерику, а это последнее, чего бы мне хотелось — плакать перед ним.
Молча смотрю на наш торт, он выглядит смешно — как бутафорская радость из витрины. Делю его на три части: мне, ему и той, которая разрушила
— Не в курсе чего? Твоих многочисленных измен? Второй семьи, ребёнка или квартиры, которую ты недавно купил и оформил на свою мать? — Произношу, соблюдая хронологический порядок событий, и наконец вижу эмоции на его лице. Всего секунда и снова маска невозмутимости. Отворачиваюсь, противно…
— Хорошо. Сегодня не будем. Завтра — в семь. Ира будет нас ждать. — Ира? — Она мой адвокат. Я подала на развод.
Андрей ставит тарелки на стол, медленно вытирает руки о переброшенное через плечо полотенце.
— Не неси чушь! Развода не будет. Ты — моя жена, так будет всегда. Я обещаю, что о Ксении ты больше не услышишь. — Я не собираюсь спорить, любые слова сейчас способны вызвать истерику, а это последнее, чего бы мне хотелось — плакать перед ним.
Молча смотрю на наш торт, он выглядит смешно — как бутафорская радость из витрины. Делю его на три части: мне, ему и той, которая разрушила
Наши желания порой могут не только завести нас не туда, но и разрушить даже самые крепкие отношения. А вот что делать потом, когда любовь рухнула? Пытаться её восстановить или, быть может, проще найти новую? Так ли это легко в нашем безумном мире? И что же это такое - любовь? Просто секс плюс романтика или нечто за гранью нашего понимания? На все эти вопросы пытается ответить простая, но очень талантливая девушка с необычайно красивым именем Глория. Она пишет о своей жизни и жизни своих знакомых. Пишет о чувствах, о сексе и обо всём, с чем мы сталкиваемся в поиске своего счастья. Давайте поможем друг другу его обрести. И пожелаем удачи милой писательнице Глории в её труде. Ведь она тоже хочет быть счастлива!
Замахиваюсь.
И бросаю кольцо ему в лицо.
Оно летит по воздуху, сверкая в свете люстры, крутясь, как маленькая золотая комета. Ударяется ему в скулу – тихий звон металла о кожу – и падает на пол, звеня по паркету, катясь куда-то под шкаф.
- Подавись, грязная шлюха! - мой голос не дрожит. Он звучит ровно, холодно, как лёд. - Он теперь твой.
Блондинка вскрикивает, соскакивая со стола, пытаясь поправить одежду. Её лицо из томного и довольного превращается в испуганное. Она не ожидала. Она думала, что у них ещё есть время.
- Диана... - его голос. Хриплый, потрясённый.
Но мне всё равно.
Мне не нужны объяснения. Не нужны оправдания. Не нужны его жалкие попытки всё исправить, всё объяснить… я и так уже все поняла.
***
На его предательство ответ мой будет тем же, еще посмотрим кто без кого не сможет…
И бросаю кольцо ему в лицо.
Оно летит по воздуху, сверкая в свете люстры, крутясь, как маленькая золотая комета. Ударяется ему в скулу – тихий звон металла о кожу – и падает на пол, звеня по паркету, катясь куда-то под шкаф.
- Подавись, грязная шлюха! - мой голос не дрожит. Он звучит ровно, холодно, как лёд. - Он теперь твой.
Блондинка вскрикивает, соскакивая со стола, пытаясь поправить одежду. Её лицо из томного и довольного превращается в испуганное. Она не ожидала. Она думала, что у них ещё есть время.
- Диана... - его голос. Хриплый, потрясённый.
Но мне всё равно.
Мне не нужны объяснения. Не нужны оправдания. Не нужны его жалкие попытки всё исправить, всё объяснить… я и так уже все поняла.
***
На его предательство ответ мой будет тем же, еще посмотрим кто без кого не сможет…
— Мне предложили контракт. В Дубае. На три года.
Сердце ёкает от радости за него. И от страха. Как скажу про ребёнка?
Хватаю чайник, чтобы занять руки, стараюсь улыбнуться ещё шире:
— Это же прекрасно! Мы сможем…
— Мы никуда не поедем, Таня. Я — один.
Чайник выскальзывает из рук, с грохотом падает на стол.
— К-как это?
— Я подаю на развод. Посмотри на себя.
Он морщится, а я лишь открываю рот.
— Ты заплыла жиром, у тебя только эти куклы на уме. А мне нужна женщина, которая сможет поддержать разговор с инвесторами и не ныть про полимерную глину.
Отшатываюсь, будто муж ударил по лицу. Рука сама тянется к животу, ещё плоскому, но уже не только моему.
Я думала, худшее уже позади. Муж бросил меня, так и не узнав о беременности. Предпочёл карьеру.
Четыре года я училась жить заново. И вот мы снова встретились. Он хочет всё вернуть…
Могу ли я снова поверить? Простить? Ради нас и нашей дочери?
Сердце ёкает от радости за него. И от страха. Как скажу про ребёнка?
Хватаю чайник, чтобы занять руки, стараюсь улыбнуться ещё шире:
— Это же прекрасно! Мы сможем…
— Мы никуда не поедем, Таня. Я — один.
Чайник выскальзывает из рук, с грохотом падает на стол.
— К-как это?
— Я подаю на развод. Посмотри на себя.
Он морщится, а я лишь открываю рот.
— Ты заплыла жиром, у тебя только эти куклы на уме. А мне нужна женщина, которая сможет поддержать разговор с инвесторами и не ныть про полимерную глину.
Отшатываюсь, будто муж ударил по лицу. Рука сама тянется к животу, ещё плоскому, но уже не только моему.
Я думала, худшее уже позади. Муж бросил меня, так и не узнав о беременности. Предпочёл карьеру.
Четыре года я училась жить заново. И вот мы снова встретились. Он хочет всё вернуть…
Могу ли я снова поверить? Простить? Ради нас и нашей дочери?
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🔥
— Мам, а папа всегда так играет со Снегурочкой? Она так кричала…
Я улыбаюсь дочке, не подозревая, что через пару минут моя жизнь перевернётся.
Подсобка, полураздетый муж и молодая любовница, нагло смотрящая мне в глаза.
В один миг рушится семья, доверие, вся моя реальность.
Что делать, когда твоё счастье разбивается вдребезги в самый разгар детского праздника?
— Мам, а папа всегда так играет со Снегурочкой? Она так кричала…
Я улыбаюсь дочке, не подозревая, что через пару минут моя жизнь перевернётся.
Подсобка, полураздетый муж и молодая любовница, нагло смотрящая мне в глаза.
В один миг рушится семья, доверие, вся моя реальность.
Что делать, когда твоё счастье разбивается вдребезги в самый разгар детского праздника?
— Почему она тратит МОИ деньги?! Ты видел это кольцо? Оно стоит дороже моей поездки раз в десять! А платье? Сказать, сколько такое может стоить? Да его прокат — минимум тысяч двести!
— Сколько?! — подавился воздухом мой неверный супруг.
— Держи свою дуру в узде, Андрей! Иначе она потратит все наши сбережения!
Это она о моих деньгах, квартире и грядущей премии или я чего-то не знаю?
Муж проворовался, и меня конфисковали в пользу компании.
Звучит дико, но именно так я отомстила предателю за нищую свадьбу, злую свекровь, лицемерных гостей и любовницу, считающую, что я трачу «ее деньги» на глупости и должна сильнее экономить, ведь ей не на что будет растить ребенка.
Теперь моя жизнь принадлежит человеку, который шлепнул меня по мягкому месту в самый трагический день жизни и получил заслуженное наказание — бросок через бедро. И счастливый брак. В нагрузку. А нечего приставать к девушкам без разрешения!
— Сколько?! — подавился воздухом мой неверный супруг.
— Держи свою дуру в узде, Андрей! Иначе она потратит все наши сбережения!
Это она о моих деньгах, квартире и грядущей премии или я чего-то не знаю?
Муж проворовался, и меня конфисковали в пользу компании.
Звучит дико, но именно так я отомстила предателю за нищую свадьбу, злую свекровь, лицемерных гостей и любовницу, считающую, что я трачу «ее деньги» на глупости и должна сильнее экономить, ведь ей не на что будет растить ребенка.
Теперь моя жизнь принадлежит человеку, который шлепнул меня по мягкому месту в самый трагический день жизни и получил заслуженное наказание — бросок через бедро. И счастливый брак. В нагрузку. А нечего приставать к девушкам без разрешения!
- Мам, ты только не ругайся… Но я приехала к папе. Ты сама сказала тете Нине, что тебе жалко дурака.
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
Выберите полку для книги