Читать и слушать книги

Я всего лишь хотела заработать на холсты и краски. Подработка хостес на закрытой вечеринке для «золотой молодежи» — что может пойти не так?
Всё. Особенно если ты встречаешь там мужчину в маске, который смотрит на тебя так, будто видит насквозь. Одна ночь. Никаких имен. Я сбежала на рассвете, уверенная, что мы больше никогда не встретимся.
А через неделю он вошел в аудиторию моей академии. Новый спонсор, куратор, миллионер Роберт Громов. И он меня не узнал. Или сделал вид.
Теперь он — моя персональная катастрофа, мой мучитель, мой... идеальный незнакомец.

Я думала, что худшее позади. Сбежала от навязанного брака. Случайно встретила… незнакомца в баре. Провела ночь без имён и последствий.
Только последствия всё-таки пришли.
Незнакомец оказался соседом. Сосед — женихом. А жених — человеком, который не умеет отпускать то, что считает своим.
Руслан не угрожает и не давит. Вроде как… просто появляется везде, знает всё, и смотрит так, будто уже решил всё и за всех. Каждая встреча заканчивается ссорой. Каждая ссора — на грани. Каждый раз я говорю себе, что уйду.
И не ухожу.
Всё равно МОЯ! И это не угроза.
Это приговор!

— Мне нужно отомстить этой кудряшке! — я с грохотом опускаю стакан на барную стойку.
— Да зачем тебе это надо? — Эрик лениво потягивает коктель через трубочку.
— Она взяла и не послушалась меня. Меня! Пошатнула авторитет при всей аудитории.
— А может, ты её просто хочешь?
— Молчи! — рычу я. — Она миленькая, но не в моём вкусе.
— Ну, как знаешь, — усмехается друг. — Я бы на твоём месте её влюбил, а потом бросил, как ненужную вещь.
Я медленно поднимаю бокал. На губах расцветает волчья улыбка.
— А это идея, Эрик. Просто суперская идея!

Я выхожу замуж. В белом платье, с чужим прошлым и тайной, о которой мы не говорим вслух. Этот брак должен был стать решением. Но Роман Савин возвращается — и всё, о чём мы договорились, перестаёт иметь значение. Потому что некоторые связи не разрываются. Даже если на них поставили точку.

Я сделала шаг вперед, оказавшись непозволительно близко к этому ледяному изваянию. От него пахло не кокосом и сандалом, а холодным цитрусом и дорогим табаком. Запах денег и пренебрежения.
— Знаете, Георгий, — я улыбнулась так сладко, что у него должен был случиться гипергликемический шок от одного моего голоса. — Мои десерты действительно проходят строжайший контроль качества. Я пробую их сама. И знаете, что я вам скажу? Лучше иметь пару лишних килограммов от любви к своему делу, чем быть ходячим скелетом, который питается только презрением к окружающим и сельдереем. У вас, я смотрю, от истощения даже чувство юмора атрофировалось. Ничего, это поправимо. Пара моих фирменных трюфелей — и вы снова научитесь улыбаться. Правда, боюсь, от сладкого у вас начнется ломка, учитывая, что организм давно забыл, что такое радость.
Я скрестила руки под грудью, отчего вырез сарафана стал еще заметнее. Его взгляд на долю секунды метнулся вниз, но он тут же вернул контроль над собой. ...

— Значит, платье по размеру. И цвет вам идет. Вишневый. Вчера вы были похожи на ворону, а сегодня — на спелую вишню, которую хочется сорвать и попробовать.
— Это… уместно? — спросила я, чувствуя, как вспыхнули щеки. — Говорить такое своей сотруднице?
— Абсолютно неуместно, — спокойно согласился он. — Но я предупреждал: я не люблю врать. А вы сегодня выглядите так, что мне трудно молчать.
— Обычно начальники не обсуждают с подчиненными их… спелость.
— А я не обычный начальник.

Он подошел ближе, взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.
— Я не дрожу, — соврала я.
— Дрожите. Ложь я чувствую за километр. Хотите знать, что я вижу?
— Что?
— Женщину, которая привыкла прятаться. Которая боится поверить, что она красива. И которая сейчас отчаянно хочет, чтобы я доказал ей обратное.
— Вы слишком много себе позволяете.
— Я позволяю себе ровно столько, сколько вы мне позволяете.

Один нечаянный удар головой - и девушка в полной уверенности, что встречается не с тихим и мягким парнем, а с его наглым и циничным другом, с которым у нее с самого начала не заладилось общение. Но только он может помочь ей вспомнить все и вернуть себе привычную жизнь. Только вот захочет ли она в нее возвращаться?

— Познакомься, Лена, это мой самый дорогой человек. Я ему всем обязан, — произносит он.
Я киваю и оборачиваюсь. С трудом сдерживаю вздох, но сразу беру себя в руки.
Передо мной мужчина, от которого я жду ребёнка. Но в его глазах — пустота. Он не помнит ни меня, ни всего того, что сделал со мной.
И я решаю молчать. Пусть так и остаётся. Я не хочу, чтобы он вспомнил. Не хочу снова зависеть от его слов и решений.
Пусть будет незнакомцем.
Но что, если судьба распорядится иначе?

Он причинил мне слишком много боли. Он тот, кого я отчаянно пытаюсь забыть.
Но как это сделать, если он отец моего будущего ребёнка, а судьба снова и снова сталкивает нас, словно заставляя вспомнить наше прошлое?

В дом Максима я пришла с поддельными документами и одной целью — найти файлы, спасти мать. Холодный, скрытный хозяин особняка привык контролировать всё вокруг. Между нами стояла стена лжи.

Но в кабинете меня встретил портрет его погибшей жены. Моё собственное лицо. Та же родинка, те же глаза. Он говорил о ней с болью, которую нельзя сыграть. А настоящим чудовищем оказался Борис — он убил Анну и держал мою мать в своей клинике.

Я должна была украсть его тайны. Он не должен был мне верить.

— Я знаю, кто ты, — однажды сказал Максим, положив передо мной флешку и тогда изменилось все...

— Держи пятьсот рублей. За помощь. - я протягиваю ему купюру.
Бровь старшекурсника изгибается. И он издает хмык.
— Ты хоть знаешь, кто я такой, малышка? - произносит он лениво. - Я такими купюрами даже не подтираюсь.
***

Я всего лишь хотела доказать одной стерве, что у меня есть парень. Ну и ткнула в первого встречного. Кто же знал, что это местный мажор?

Я не знала.

Но идти к нему пришлось, потому что отступать я не привыкла. Потом пришлось просить подыграть его. А потом — поцеловать.

А этот несносный, богатый, самоуверенный псих вдруг решил, что игра ему понравилась. Теперь он требует, чтобы я стала его девушкой, встречает меня после пар, лезет в мою жизнь, называет своей пышкой и смотрит так, будто уже всё про меня решил.

А я не пышка!

Ну… разве что немного.

И уж точно не собираюсь влюбляться в мажора, который привык покупать людей, ломать правила и получать всё, что захочет.

Особенно если теперь он захотел меня.